Аурен Хабичев: Выходить на протест ради селфи в автозаке не хочу

Фото/Николь Сергиенко

Неделю в Москве не прекращаются акции протеста кандидатов в Мосгордуму. Они возмущены недопуском к выборам и митингуют на Трубной площади. На 20 июля запланирована масштабная акция на проспекте Сахарова, а в минувшее воскресенье несанкционированные выступления в центре столицы по традиции закончились массовыми задержаниями.

Очеркист Газеты.ru Аурен Хабичев отреагировал на эти события текстом «Новые бесы: мода на протесты». Колонка всколыхнула соцсети: на страницу Хабичева полились потоки оскорблений и поддержки одновременно. Интернет-редакция ОТР связалась с автором и побеседовала с ним о природе современных протестных движений в столице.

Профайл: Аурен Хабичев - блогер и писатель. Автор книги «Мое Великое Ничто», за которую получил международную литературную премию и сборника рассказов «Сто сорок похорон», вошедших в рейтинг самых популярных текстов журнала «Новый мир» в 2016 году. Колумнист Газета.ру, редактор портала «Миртесен», политтехнолог.

- Аурен, вы когда-нибудь участвовали в митингах или протестных акциях?

- Нет, не посещал. Даже ради интереса. Для меня все это не имеет никакого смысла. Эти протесты либо ни к чему не приведут, либо в итоге обернутся большой трагедией. Но, скорее всего, просто ни к чему не приведут, потому что среди протестующих я не вижу настоящих пассионариев и искренних людей. Хотя, они может и есть.

- Это ваше отношение к уличным акциям в принципе или к современным российским в частности?

- Уличные акции разные бывают. Я бы с удовольствием принял участие в акции за сохранение, например, памятников культуры и истории, но идти на марш ради того, чтобы кто-то самоутвердился, набрал лишних политических очков, и чтобы тупо сделать селфи в автозаке для фейсбука, не хочу.

- Тогда какую альтернативу уличным выступлениям вы видите? Надо требовать от властей, выходить на улицы... А если не выходить, тогда что? Петиции подписывать на Charge.org?

- Петиции - это совершенно пустая вещь. В данный момент я вижу то, что одни хищники хотят сменить других у руля власти. Это если рассуждать глобально. Вы действительно думаете, что среди тех, кто так сильно хочет занять место в Мосгордуме, есть люди, которые пекутся о москвичах? Пускай так. Можете так думать. Но я в это не верю. Я бы мог сказать, что для меня единственный выход - это метод ненасильственного сопротивления, но вы ведь сейчас все разгоряченные, вам революций подавай и такой выход никого не устроит.

Что вообще происходит? Кто-нибудь понимает, чего в конечном итоге все эти протестующие хотят? Не напоминает ли это вам очередной коллективный психоз российской интеллигенции, которая во чтобы то ни стало хочет крови?

- Тогда раскройте, что такое ненасильственное сопротивление? И чему сопротивляться, кстати?

- А вот я вам тоже задам вопрос: чему все сопротивляются? Что вообще происходит? Кто-нибудь понимает, чего в конечном итоге все эти протестующие хотят? Не напоминает ли это вам очередной коллективный психоз российской интеллигенции, которая во чтобы то ни стало хочет крови?

Причем, если события пойдут по такому сценарию, первыми, кто побежит спасать себя, будут как раз те, кто сегодня мутит воду. Все, чему я сопротивляюсь - это злоба, которая царит в нашем обществе. Инертная, не способная на диалог с обществом власть, которая везде видит врагов. Истеричная оппозиция, которая никак не сформулирует своих требований и не явит миру своего лидера.

- Социологи сформулировали главный общественный запрос: справедливость. Вы с ним не согласны?

- В глобальном плане я не вижу никакой несправедливости. Несправедливость была в 90-е. А сейчас все, что происходит - это борьба элит под разными лозунгами. Вы и сами знаете. Нам, народу, остается только ждать, когда нас пустят в расход, если события выйдут из-под контроля.

Нужно вытравить из себя византийское лицемерие и подлость, ордынскую продажность, совковое стукачество и трепет перед сильными мира сего.

- Но ведь таким образом вы низводите народ до стадного состояния. Неужели не обидно?

- Лично мне нет. Я как наблюдал за происходящим, так и буду наблюдать. А что, народ в 1917-м не был стадом? Средний, как мы его называем, класс, решил за них, как они хотят жить. До низов только со временем дошло, что царя-то, которого, кстати, те же низы в большинстве своем боготворили, уже нет.

Интеллигенция все разворошила и сама же пришла в ужас оттого, кто в итоге пришел к власти и на какие страдания они обрекли страну. Но, судя по тому, что сейчас происходит, никаких уроков наше общество не вынесло из этого.

ФОТО: Валерий Мельников/РИА Новости
- Нужно ли в России гражданское общество?
- Оно у нас еще формируется и будет формироваться какое-то время. Нужно вытравить из себя византийское лицемерие и подлость, ордынскую продажность, совковое стукачество и трепет перед сильными мира сего. Ведь все начинается с меня и с тебя. Попробуй лишний раз пойти более сложным путем, нежели заплатить сотруднику очередного ведомства, чтобы пропустили без очереди или документы выдали быстрее. Вот тогда и можно будет поговорить о гражданском обществе. Мы не готовы. Пока что все, что происходит, похоже на подражание, на плохую игру в гражданское общество.
Разговоры про уникальность и богоизбранность оставим в пользу бедных
- Про подражание это интересно. Вы вообще западник или славянофил? Нам нужно учиться у НИХ или искать свой путь?
- Знаете, Третий Рейх тоже был уверен, что у них свой путь. Я не западник и не славянофил. Это две крайности, но то, что мы находимся на стыке двух культур и то, что мы еще долго будем себя искать и осознавать - это факт.
Но разговоры про уникальность и богоизбранность оставим в пользу бедных.
- Шнуров говорит, что Россия сегодня - самое интересное место на Земле. Согласны
- Мы во многом не похожи на других, как и Франция не похожа на Китай, а Австралия на Индию. Россия интересна для нас с нашей точки зрения. Для меня Россия - это родина Достоевского и Чехова. Место, где исторически справедливость и закон - понятия разные…

Сергей Бобылев/ТАСС

Россия - родина «Русской правды» Ярослава Мудрого. Настолько либерального для своего времени свода законов, что даже сейчас не верится, что в Средневековье могло быть так. И в истории, и в культуре нашей есть моменты, о которых можно говорить не то чтобы с гордостью, но с восхищением что ли. Может быть то, что сейчас происходит - это такой поиск выхода из оболочки исторической вторичности. Ведь мы всегда комплексовали по этому поводу.
Мне бы хоть одним глазком взглянуть на лабораторию Создателя
- Есть такое. Как и комплекс провинциальности. Предложите способ преодолеть эти комплексы.
- Уверен, что единственный способ - это расслабиться и дать времени сделать то, что нужно.
- То есть, вы этакий глобальный фаталист? Роль личности в истории не так уж и важна?
- Знаете, сейчас такое время, что совершенно ничего невозможно спрогнозировать. Мы живем во время глобального фатализма. Чем оно все закончится - сингулярностью или скатыванием в Средневековье - никто не скажет.
И да, сейчас, действительно, не время личностей. Сейчас время корпораций. Вероятно, в исторических учебниках будущего, если в таковых будет необходимость, школьники будут зачитываться не биографиями Наполеона, а историей развития различных корпораций.
- Вас это пугает?
- Конечно же, нет. Как можно бояться развития?
- Вспомним художественный фильм «Терминатор»...
- Ну, если уж мы ушли в такие дебри, то меня меньше всего волнует будущее человечества. Мне бы хоть одним глазком взглянуть на лабораторию Создателя…
Материал опубликовали: Степан Черепенников, Анастасия Агеева
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Re On
Ну, еще бы это недоразумение, подрабатывающее политическим пиаром, поперлось на митинги.