Дефолт 1998 года. Как это было

 Вкладчики у здания банка "Российский кредит", 1998 год. Фото: Катков Александр/ ИТАР-ТАСС

Утром 17 августа 1998 года на лентах информагентств появилось совместное заявление Правительства Российской Федерации и Центрального Банка страны за подписью председателя правительства Сергея Кириенко и руководителя Центробанка Сергея Дубинина. После нескольких предложений, в которых говорилось о влиянии кризиса на мировых финансовых рынках и сокращении доходов бюджета в результате падения цен на нефть, в документе был перечислен «комплекс мер, направленных на нормализацию финансовой и бюджетной политики». Среди них - отказ от политики «валютного коридора» и переход к «плавающему» курсу рубля, а также 90-дневный мораторий на выплату долгов по государственным обязательствам и объявление о переоформлении государственных ценных бумаг (ГКО, ОФЗ) в некие новые ценные бумаги. Слово «дефолт» в документе не упоминалось ни разу. Но в течение считанных минут российские валютный и кредитный рынки, а также рынок государственного долга перестали существовать.

Что такое ГКО

В конце 1994 года правительство России приняло решение отказаться от покрытия дефицита государственного бюджета за счет денежной эмиссии. Говоря проще, государство решило в этой ситуации не печатать дополнительно деньги, чтобы не разгонять и без того высокую инфляцию в стране, а попытаться занять их на внутреннем и внешнем рынках. Главными инструментами для таких заимствований становились облигации федерального займа (ОФЗ) и особенно - государственные краткосрочные облигации (ГКО).

Постепенно правительство вошло во вкус. За три года объем размещения ГКО на рынке вырос в три раза и в 1997 году составил 32 трлн неденоминированных рублей. За счет средств, полученных от размещения ГКО, финансировалась почти половина (44,2%) бюджетного дефицита. Но «гасить» такие обязательства правительству становилось все трудней.

Буря с юго-востока

В июле 1997 года грянул Азиатский финансовый кризис. Бурный экономический рост стран юго-восточной Азии, который продолжался на протяжение предшествующих лет, привел к «перегреву» экономик этих государств, росту государственного и корпоративного долга, и, в итоге, привел к падению национальных валют таких стран, как Таиланд, Индонезия, Малайзия, Южная Корея. Инвесторы начали выводить свои средства с развивающихся рынков. Финансовый кризис превратился в мировой и серьезно ухудшил условия заимствования финансовых средств для государств и корпораций. Инвесторы неохотно давали деньги в долг и требовали более высокую премию за риск.

Финансовый кризис сказался на темпах развития мировой экономики и только усугубил падение цен на сырьевые товары, в том числе и нефть. Цены на «черное золото», сокращавшиеся с 1991 года, к 1998-му подошли к психологически важному рубежу в 10 долларов США за баррель. А стоимость российского сорта Urals опустилась даже ниже этого уровня.

Предчувствие дефолта

К началу 1998 года российская экономика и финансовая система страны чувствовали себя очень плохо. Особенно это касалось государственного долга. Резко выросла стоимость его обслуживания. Если в III квартале 1997 года средняя доходность ГКО составляла 19%, то ко II кварталу 1998 года она увеличилась до 49,2%. По сути, правительству приходилось наращивать выпуск этих бумаг только для того, чтобы погасить предыдущие долги. Рынок государственного долга превращался в финансовую пирамиду.

Дополнительным бременем на финансовую систему страны ложились попытки государства удержать курс рубля к доллару США на зафиксированном уровне. Таким образом правительство пыталось бороться с инфляцией, так как внутренний рынок России критически зависел от импорта. После начавшейся с 1 января 1998 годе деноминации (1000 старых рублей обменивалась на 1 новый) курс деноминированного рубля к доллару правительство пыталось удержать на уровне 6 рублей за 1 доллар США.

И грянул кризис

С начала 1998 года в экономических кругах страны все сильнее стали раздаваться предупреждения о неизбежности финансового кризиса и девальвации российской валюты. Пытаясь спасти ситуацию, президент Борис Ельцин в марте отправил в отставку правительство Виктора Черномырдина. На его место был назначен 35-летний Сергей Кириенко. Дума утвердила его кандидатуру лишь с третьей попытки под угрозой роспуска и досрочных выборов.

Пытаясь спасти ситуацию, правительство РФ обратилось за помощью к Международному валютному фонду (МВФ), который в июле 1998 года выделил России кредит в размере 4,78 млрд долларов США. Но эти деньги уже не могли спасти российскую финансовую систему.

14 августа президент Ельцин заявил: «Девальвации не будет. Это я заявляю четко и твердо. И я тут не просто фантазирую, это все просчитано…». А 17 августа появилось пресловутое заявление Кириенко-Дубинина.

Помню, как 17 августа в аэропорту испанской Барселоны, в терминале, где шла посадка на рейс «Аэрофлота» в Москву, пассажиры напряженно всматривались в трансляцию CNN, пытаясь понять – что же там произошло на Родине. Какой-то «новый русский» с массивной золотой цепью на шее, держа у уха редкий тогда еще мобильный телефон, внимательно слушал своего собеседника. А когда его спутница модельной внешности, выскользнув из Duty Free, попыталась выяснить у него, что стряслось, так рявкнул в ее адрес, что его «Молчи, дура!» еще долго разносилось под сводами аэропорта.

Последствия

После заявления Правительства и Центробанка курс российского рубля рухнул. К началу октября он опустился до 16 рублей за доллар, а в начале 1999 года составлял уже более 20 рублей за единицу американской валюты. Вкладчики бросились в отделения банков спасать свои деньги. В Москве и других крупных российских городах к банкоматам выстроились огромные очереди. Немногие российские банки смогли пережить этот кризис. Особенно пострадали те, кто активно вкладывался в государственный долг. Кто теперь вспомнит про банки «Империал», «Российский кредит», «СБС-Агро»? А ведь это были крупнейшие игроки банковского сектора.

В стране, внутренний рынок которой тогда зависел от импорта процентов на 80, из-за девальвации рубля произошел резкий скачок инфляции. Промышленное производство было подорвано сокращением внутреннего спроса и крахом банковской системы. 23 августа правительство и руководство Центробанка ушло в отставку. Госдума настояла на назначении новым главой кабинета Евгения Примакова. Председателем Центробанка стал Виктор Геращенко.

Но, как ни странно, кризис имел и целый ряд положительных последствий. Во-первых, руководство страны отказалось от практики крупных заимствований и перешло к попыткам сверстать бездефицитный бюджет страны. И это удалось. Правда, очень сильно помог в этом начавшийся в нулевые рост цен на энергоносители. Девальвация национальной валюты сделала очень привлекательными на мировом рынке целый ряд российских товаров (нефть, газ, удобрения, металлы и металлургическая продукция). Развитие этих отраслей потянуло за собой и всю экономику России. Уже в 2000 году экономический рост в стране достиг 10%.

По прошествии 20 лет многие активные участники тех событий говорят о том, что кризис 1998 года стал гигантским уроком для всей российской экономики. За прошедшие годы ей удалось избавиться от многих перекосов, и повторение событий 20-летней давности в современных условиях вряд ли возможно. Хочется верить. Но все-таки, когда сейчас кто-либо из власть предержащих уверенно заявляет, что «девальвации не будет» - многие из нас вздрагивают.

Сергей Анисимов

Материал опубликовал: Сергей Анисимов
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)