• Главная
  • Кино
  • Большая страна
  • Николай Сенин: Икра из Поднебесной он не всегда соответствует тому качеству, к которому привыкли мы в России

Николай Сенин: Икра из Поднебесной он не всегда соответствует тому качеству, к которому привыкли мы в России

Павел Давыдов: Вы смотрите Общественное Телевидение России. В Эфире Большая страна. Программа о людях обществе и власти. В студии Павел Давыдов. Здравствуйте!

Рыбный бизнес. Что происходит с ним в России, особенно в сегменте ценных пород? Мнения можно услышать прямо противоположные. От «все хорошо», до «все плохо». И пока правительство пытается регулировать рынок, ужесточает требования к красной икре, пресекает браконьерскую добычу черной, китайские производители захватывают все большую долю нашего рынка. И что интересно? Создавать аква-фермы в Поднебесной помогали более четверти века назад именно наши специалисты, ученые из Астрахани. В итоге в Китае сегодня работает порядка 300 осетровых ферм, продукция которых весьма конкурентоспособна. А что же у нас? Этот вопрос я адресую нашему гостю. В студии Большой страны Николай Сенин, генеральный директор Волгореченского рыбного хозяйства из Костромской области, Николай Александрович, здравствуйте! Присаживайтесь, рад Вас видеть!

Николай Сенин: Здравствуйте!

Павел Давыдов: Не смотря на то, что сегодня понедельник, а не четверг мы объявляем «рыбный день», будем говорить рыбе ценных пород. Но все же сначала уточню, Вы больше к какому сценарию склоняетесь, у нас все хорошо или у нас все плохо?

Николай Сенин: Ну, я думаю, что все хорошо.

Павел Давыдов: Судя по деликатесам, которые Вы принесли!

Николай Сенин: Да.

Павел Давыдов: Но здесь важно отметить, что те деликатесы, которые мы видим на этом столе, они и сегодня доступны далеко не всем, хотя, по сравнению с советскими временами, уровень жизни у россиян повысился. Вот на Ваш взгляд, что нужно сделать, чтобы та продукция, которая сегодня есть здесь, была доступна многим?

Николай Сенин: Я думаю, все таки это нужно переходить на более мелкую тару, как мы уже сделали, например, нарезка осетра, на стограммовую. Когда покупателю нужно платить не полторы тысячи за килограмм, а всего сто пятьдесят. И можно спокойно…

Павел Давыдов: Позволить себе.

Николай Сенин: Позволить себе накрыть на стол, попробовать, угостить друзей.

Павел Давыдов: А может быть, просто снизить цену на саму продукцию, или это в нынешних условиях нереально?

Николай Сенин: Снижение цены на продукцию возможно, но понимаете, есть определенные затраты. Чтобы вырастить осетра требуется три года его растить. Чтобы получить икру, это требуется 7-8 лет. И поэтому вкладывать деньги в течение, период этого времени, мы понимаем, что себестоимость икры, она, соответственно, не может быть очень низкой. Ну и потом – качество икры. Это важный такой аспект, потому, что икра из Поднебесной он не всегда соответствует тому качеству, к которому привыкли мы в России.

Павел Давыдов: А у китайцев, кстати, мы о них уже частично говорили, икра дешевле, чем у нас?

Николай Сенин: Действительно, цена на продукцию, на китайскую дешевле, чем у нас, но качество, оно позволяет задуматься, стоит ли брать дешевую продукцию.

Павел Давыдов: Рынок черной и красной икры всегда относился больше к России, но сегодня пришли конкуренты в виде Китая, Ирана. И все-таки, какая страна для нас сегодня составляет вот эту самую конкуренцию? Хочу разобраться, потому, что мы, когда готовились к этой передаче, так и не смогли найти ответ на этот вопрос.

Николай Сенин: Ну, на сегодня конкурент во всем мире это Китай.

Павел Давыдов: Не Иран, да?

Николай Сенин: И не Иран. Китай, потому, что на сегодня, как мне неофициально заявили в мае, что они 70 тонн икры производят и поставляют в мир. То есть, на долю России, как они сказали, 20 тонн. 50 тонн – это Америка и Евросоюз. То, что мы – не лидеры, но бренд России во всем мире ценится. И китайцы, и японцы, и Австралия, и все другие страны они бренд России и черная икра соединяют воедино.

Павел Давыдов: Ну, вообще, насколько я знаю, что рыбы на прилавках Центрального федерального округа могло бы быть и больше, если бы не трагедия, которая произошла в Костроме в 10-м году. Расскажите, что тогда случилось и как Ваше предприятие вышло из положения?

Николай Сенин: В 2010-м году была аномальная температура воздуха в течение двух месяцев. Температура воды поднялась вот на реке Волга до 39 градусов. В итоге рыба просто умирала. На тот момент, в 2010-м году, у нас было ремонтно-маточного стада осетра 150 тонн, из них мы 100 тонн потеряли. Мы не стали паниковать, засучили рукава, начали работать. Мы начали выращивать новое маточное стадо, которое как раз в 18-м году начало давать свои плоды.

Павел Давыдов: Николай Александрович, а Вам близка тема браконьерства?

Николай Сенин: Браконьер, он уничтожает, уничтожает наши запасы. Запасы родины. То есть, убив одну самку, он, через восемь лет мы могли получить 300 таких взрослых самок, которые дадут икру и мясо. Но он убивает ее. На сегодня маточное стадо, оно катастрофически уже исчезает. И поэтому очень много программ по воспроизводству работает, по зарыблению. И поэтому я думаю, все-таки, если любой покупатель будет понимать, что ему полезнее покупать икру, которая выращена на рыбоводных фермах, тогда мы браконьерство победим.

Павел Давыдов: И в подтверждение Ваших слов предлагаю посмотреть сюжет из Красноярского края. Там на Енисее в заповеднике «Центральносибирский» большой популярностью пользуются рыбы «царских пород», но особый интерес к этой рыбе проявляют, конечно же, браконьеры!

«СЮЖЕТ»

Павел Давыдов: Николай Александрович, посмотрели сюжет, как оцениваете работу коллег из Красноярского края?

Николай Сенин: Что в Красноярском крае, то и в Костромской области все то же самое. Такая же работа, такие же трудности я вижу, такие же программы.

Павел Давыдов: В сюжете была поднята важная тема, тема восполнения биоресурсов. У вас подобные программы есть?

Николай Сенин: Мы начали работать по этой программе. На сегодня заключаем договора на следующий год, так как по данной госпрограмме малек выпускается от двух с половиной до трех с половиной грамм, и поэтому, чтобы госпрограмма заработала нам нужно, мы заключаем длительные договора для того, чтобы в какой месяц времени года мы должны такую «навеску». Так как рыба растет очень быстро и буквально за неделю в условиях нашего предприятия она эти два с половиной, три с половиной грамма перешагивает. Поэтому очень такой точный расчет нужен, длительные договора. Наше предприятие вообще очень интересное, потому, что на нашем предприятии собраны все, наверное, рыбоводные достижения. Потому, что у нас есть бетонные бассейны, которые расположены на улице, на проточной воде. У нас есть садковое хозяйство, которое мы сейчас в сюжете видели. У нас есть цеха УЗВ, это установки замкнутого водоснабжения, где возможно в течение года поддерживать одну температуру, кормить 24 часа в сутки, и, соответственно, рост рыбы увеличить в два, три раза, и поэтому, вот на нашем хозяйстве мы все это собрали.

Павел Давыдов: А давайте напомним телезрителям, как давно ваше хозяйство появилось, раз у вас и современные технологии сегодня пришли на помощь, и другие какие-то прорывы есть в этой области.

Николай Сенин: Наше хозяйство, оно строилось, как компенсационное, для Костромской ГРЭС, которая наносила ущерб рыбному хозяйству горьковского водохранилища. Но, так как на нашем хозяйстве начали отрабатывать биотехнологии выращивания на теплой воде разных видов рыб, нас назвали - Волгореченское экспериментальное производственное хозяйство. И на этой экспериментальной площадке до 90-х годов мы выращивали карпа, и уже в 80-е года у нас выращивался осетр, форель, бестер, была белуга, стерлядь. На нашем предприятии сегодня дополнительно еще сом, канальный, клариевый. То есть, белуга, осетр, стерлядь, форель, все мы на сегодня выращиваем.

Павел Давыдов: Вы затронули очень важный момент 90-х годов, перестроечное время, тогда именно бандиты контролировали этот рынок. А что происходит сегодня? Кто помогает вам, государство или есть какие-то заинтересованные люди?

Николай Сенин: У нас все вопросы решаются на общих собраниях, вот, а помощь только от государства, конечно.

Павел Давыдов: Очень осторожно Вы ответили на этот вопрос.

Николай Сенин: Помощь действительно ощутимая.

Павел Давыдов: В чем она выражается? Вот конкретно? Как вам помогает государство?

Николай Сенин: Ну, оно помогает не только нам, помогает всем рыбоводам. На сегодня мы заключили договора на льготное кредитование на 50 миллионов, процентная ставка – четыре с половиной. Если мы раньше платили двенадцать с половиной, и через год возмещали нам там восемь процентов, то сегодня мы просто платим четыре с половиной, и не выводим из оборота эти восемь процентов. Извините, 50 миллионов на корма, по льготному кредиту – это большая помощь. Это большая помощь для предприятия, потому, что мы деньги, которые потратили бы на проценты, мы сейчас используем на развитие предприятия.

Павел Давыдов: Я еще знаю, что вы водите экскурсии, более того, туристов кормите черной икрой. Это что маркетинговый ход или возможность подзаработать?

Николай Сенин: Экскурсии у нас платные и поэтому черную икру бесплатно мы, конечно, не…

Павел Давыдов: А сколько экскурсия стоит?

Николай Сенин: Экскурсия? Если просто экскурсия, то она – двести рублей.

Павел Давыдов: Ну, допустимо.

Николай Сенин: Если с дегустацией икры, то это уже – полторы тысячи рублей. Мы хотим показать жителям страны, что мы действительно выращиваем рыбу. Что мы действительно продаем свою продукцию, а не купленную на стороне.

Павел Давыдов: Николай Александрович, хочу пожелать процветания вашему предприятию и новых прорывов в области преумножения и сохранения рыбного богатства нашей страны, особенно – ценных пород! До встречи!

Николай Сенин: Спасибо!

Павел Давыдов: У нас в гостях был Николай Сенин, генеральный директор Волгореченского рыбного хозяйства из Костромской области.

Как выращивают ценные породы рыбы в Костроме
Список серий