• Главная
  • Кино
  • Моя история
  • Александр Митта: Когда вместо семьи становится кино – это не самый лучший вариант жизни. Лучше, когда много детей, внуков

Александр Митта: Когда вместо семьи становится кино – это не самый лучший вариант жизни. Лучше, когда много детей, внуков

Александр Митта. Абсолютный романтик российского кино. Настоящий выдумщик и экспериментатор. Он как истинный первопроходец искал свой киноязык и занял свою нишу, неподвластную никому. Конечно, Митта – классик нашего кино. Режиссер из поколения легендарных шестидесятников. «Друг мой, Колька!», «Звонят, откройте дверь», «Москва, любовь моя», «Сказ про то, как царь Петр арапа женил», «Граница. Таежный роман», «Экипаж» и многие другие работы мастера вошли в историю отечественного кино. Каждый фильм Митты становится событием. Он художник, великолепный писатель, журналист, педагог. Его статьями зачитываются, а книга «Кино между адом и раем» стала просто настольным учебником для сценаристов. Митта не жадный. Он знает формулу успеха и щедро делится ею с новым поколением режиссеров.

Дмитрий Кириллов: Вы работали в журнале «Крокодил» карикатуристом?

Александр Митта: Карикатуристом я хотел работать. Я там темки сочинял. Но не очень хорошо я для них рисовал. Но старался. И вообще у меня была мечта, конечно, там работать.

Дмитрий Кириллов: Вы играли в Доме пионеров вместе с Роланом Быковым. Только он был звездой, а вы в массовочке.

Александр Митта: Точно. Это правильно.

Дмитрий Кириллов: Вам приходилось идти на компромисс с киноначальством, чтобы просто не сидеть без работы?

Александр Митта: Конечно. А как же иначе? Вся жизнь в компромиссах.

Дмитрий Кириллов: У вас много хороших фильмов, но именно «Экипаж» принес вам всенародную любовь.

Александр Митта: Да. Но, во всяком случае, зрителей больше всего было на «Экипаже».

Дмитрий Кириллов: За «Экипаж» вы получили безумные деньги по тем временам – 14 000 рублей.

Александр Митта: Да, совершенно точно.

Дмитрий Кириллов: И квартиру купили.

Александр Митта: Это правда были большие деньги. У меня жена очень хорошо зарабатывала. Она художница.

Дмитрий Кириллов: У вас дома собирались многие выдающиеся личности, но вот Визбор с Высоцким не ужились на кухне.

Александр Митта: Просто Визбор потихонечку отошел в сторону. Как только Высоцкий появился, так он чуть-чуть куда-то ушел.

Дмитрий Кириллов: У каждого режиссера есть любимые актеры. У вас есть такие актеры, которых вы брали из картины в картину?

Александр Митта: Каждого актера, которого я когда-либо снимал, я хотел снимать еще, еще и еще. Но не получалось. Хорошие актеры много заняты. Трудно соединить вместе.

Дмитрий Кириллов: Вам приходилось портить отношения с актерами ради того, чтобы спасти фильм?

Александр Митта: Когда фильм требует чего-то, то нет таких разговоров, чтобы сохранить отношение или что-то. Конечно, было.

Дмитрий Кириллов: Вы для актрис не представляли в принципе никакой опасности. Каждая актриса знала, что у вас есть любимая жена Лиля.

Александр Митта: Да.

Дмитрий Кириллов: Получается, вы однолюб?

Александр Митта: Реально да. Мы уже 60 лет вместе.

Дмитрий Кириллов: А в студенческие годы вы Васе Шукшину отдавали всех своих подруг, лишь бы друг не горевал.

Александр Митта: Ему не надо было отдавать. Где бы он ни появлялся, он сразу был ослепительной звездой.

Дмитрий Кириллов: Вы умудрились со своей будущей женой в один день: она развелась, вы расписались и еще усыновили своего собственного сына.

Александр Митта: Ой, не надо на эту тему говорить. Потому что ей первый муж очень долго не давал развода.

Дмитрий Кириллов: Но такой день был в вашей жизни?

Александр Митта: Был такой день, да.

Дмитрий Кириллов: Живопись – ваша большая страсть. Это большая страсть, чем кино?

Александр Митта: Нет, конечно. Кино все поедает. Оно все забирает себе, не оставляет места ни для чего.

Дмитрий Кириллов: Удержать внимание зрителя – это главная задача кино.

Александр Митта: Если зритель не волнуется, если он не переживает, то он и смотреть не будет.

Дмитрий Кириллов: Режиссер должен уметь говорить «нет»?

Александр Митта: Пока он говорит «нет», он режиссер. А когда он не может говорить «нет», он уже никто.

Дмитрий Кириллов: Вы мечтали быть художником, но почему-то пошли в строительный институт.

Александр Митта: Я пошел в строительный институт, потому что там был архитектурный факультет, на который меня взяли, факультет градостроения. Пока учился, перспектива была туманная, потому что у меня, как и во многих семьях, родня была постреляна, посажена. Мама моя ни за что ни про что сидела на Колыме. Дядьки все были расстреляны. Похожая судьба ожидала и меня. Поэтому старшие двоюродные сестры сказали: «Тебе нужно иметь профессию для лагеря, чтобы не на общих работать быть, а чем-то руководить». Строитель – это хорошая лагерная профессия.

Дмитрий Кириллов: Только человек с большим чувством юмора, зная об угрозе ареста, мог направить свой талант в карикатуру. Мечта рисовать веселые остроумные картинки пересилила страх и привела молодого Сашу Митту в журнал «Крокодил».

Александр Митта: Я хотел работать в «Крокодиле». Это была моя мечта. Потому что я любил шутку, был веселый человек. Сейчас я такой мрачный, старый. А в молодые годы у меня улыбка с лица не сходила. И я придумывал очень много разных юмористических картинок. Их потом печатали во многих журналах. И «Крокодил» было очень хорошее место. Там были прекрасные люди – веселые, умные. Когда собиралась команда по четвергам обсуждать номер, то ничего более веселого я в жизни вообще не видел.

Дмитрий Кириллов: В стенах «Крокодила» царила атмосфера творческого хулиганства. В ней Александр Митта растворялся, как будто возвращался в беззаботное детство, которого у него по сути не было.

Александр Митта: Когда ты ребенок, ты вообще живешь в другом мире. Когда война началась, у меня от войны ощущения – не горе, не беды, а приключения. То в детском доме был, потом вернулся, потом в доме пионеров из кружка в кружок бегал, занимался всем. Веселое детство.

Дмитрий Кириллов: Вам не с чем было сравнивать. Какие-то дети жили с родителями дома, не в детском доме.

Александр Митта: Да. Такого, чтобы прижаться к маме, чтобы она тебя утешила, такого у меня не было никогда. Вот большой недобор в моей жизни. Человек не должен расти без матери. Не должен. Я не понимал этого. У меня этого не было никогда. Маму никто не заменит.

Из-за этого застрял в детстве, застрял в сказках, застрял в кино для детей. Очень долго выбирался из детского кино, переходил во взрослое. Но мне там было комфортно.

Кино меня засосало. Как только я снял первые метры – все, я полез в монтажные и уже вышел из них через 5 лет.

Дмитрий Кириллов: Когда вы учились во ВГИКе, это были самые золотые времена.

Александр Митта: У ВГИКа – да.

Дмитрий Кириллов: Все ваши сокурсники и кто находился рядом – Тарковский, Шпаликов, Шепитько…

Александр Митта: Вася Шукшин.

Дмитрий Кириллов: Шукшин. Не могу не спросить о Шукшине. Все-таки студенческие годы.

Александр Митта: Это был большой подарок в жизни, конечно. Потому что он очень яркий человек. Душевный, талантливый. Учиться с ним на одном курсе – это был подарок.

Дмитрий Кириллов: Было понятно сразу, что он такой особенный?

Александр Митта: Да, конечно. Он очень старательно и усердно учился. Он сидел всегда на всех занятиях на 1 ряду. Его очень любили педагоги, потому что он все время задавал вопросы. Видно было, что он слушает и интересуется. Для него образование было очень важной частью, потому что он провел очень тяжелую трудовую жизнь. Для него ВГИК был возможностью как-то укрепить свою интеллектуальную базу. И, кроме того, он все время писал, он все время работал. Он без конца играл в студенческих этюдах. Все хотели с ним иметь дело. И как только была какая-нибудь маленькая пауза, он всегда что-то писал, писал, писал. И пока он учился, он написал повесть, рассказы. Но для него главное дело было - писать.

Митте подвластны любые жанры. Он виртуозно сплетает их в единую картину, мастерски удерживая внимание зрителя. Ярчайшим примером тому стал фильм «Гори, гори, моя звезда». Щемящая романтическая трагикомедия, заставляющая зрителя смеяться и плакать одновременно. В главных ролях три гения – Леонов, Табаков, Ефремов. А ведь изначально сценарий создавался для Ролана Быкова. Тогда, по мнению Митты, реактивный фонтанирующий талант Быкова полностью совпадал с характером героя.

Александр Митта: Быков – человек очень независимый. И у него на все есть своя точка зрения, свой взгляд. Я ему говорю: «Ролан, ты знаешь, хочется сделать картину, как реквием по Мейерхольду. Такой веселый, жизнерадостный реквием». Он говорит: «Ты что, какой радостный? Реквием должен быть торжественный, печальный». Он стал играть другое кино. Просто стал сниматься не в том кино, которое разыгрывают актеры вокруг, не только я. Я отнесся к этому с отчаянием, ничего сделать не мог. Но картину закрыли. Прихожу – они говорят: «Мы закрыли вашу картину, потому что вы исказили замысел». Я говорю: «Как же я мог исказить замысел? Я сам сочинил этот сценарий». Он говорит: «Вы сочинили его как сценарист, а исказили как режиссер». Я говорю: «Я исправлюсь». Он говорит: «Вы что, хотите сказать, что вы Табакова возьмете?». А Табаков был любимцем всех властей, хотя он был очень независимый актер, с совершенно четкой позицией современника. Но у него совершенно невероятное обаяние. Все его любили. Сказал: «Да, возьму Табакова. Вы мне сами его и рекомендуете».

Но потом начались проблемы. Потому что картина получилась очень жесткая. И то, что герой был романтичный, яркий, молодой, это только еще прибавляло боли тому, что как-то жизнь ломает и крутит.

Дмитрий Кириллов: Как работал Леонов на площадке?

Александр Митта: Когда Евгений Павлович пришел в группу, я подготовился старательно, стал ему подробно говорить, что за характер, что как, он меня очень вежливо и внимательно слушал и сказал: «Слушайте, вы мне просто скажите две вещи. Чего он любит и чего боится?». Все, после этого я с ним не репетировал ни одной секунды. Он великий артист, просто великий.

Дмитрий Кириллов: Не могу не спросить о Высоцком. Все-таки это большой кусок жизни, связанный с ним.

Александр Митта: Я с самого начала договорился, что арап Петра Великого будет для Высоцкого. И у него не было никаких серьезных конкурентов. Он потрясающий актер, помимо того, что он совершенно фантастический поэт, певец, все, что угодно. Но он еще был большой перспективы актер. От 40 лет и дальше ему бы равных не было. Ему и так не было равных. Но он очень сильно рос. Шесть лет он праздновал все свои праздники у нас дома.

Дмитрий Кириллов: Лилия Моисеевна была как шеф-повар, да?

Александр Митта: Она отрабатывала свое. Днем она работала как художник, а потом шла на рынок, тащила тяжелую баранью ногу, шпиговала ее. И народ собирался на эту ногу из вечера в вечер. Все-таки мы более-менее зарабатывали, поэтому проблем не было. А то, что он после спектакля проводил вечер у нас, это было годами. Народ собирался все время. Квартирка маленькая была, битком набитая народу. Но как-то привыкли, тесноты не ощущали.

Дмитрий Кириллов: Но у вас было ощущение, что что-то с ним не то происходит последние годы?

Александр Митта: Я не понимал этого. Сейчас люди насчет наркотиков много говорят. Я этого абсолютно не понимал. Я просто видел, что иногда он усталый, потом уйдет куда-то, через несколько минут возвращается совершенно легкий и веселый. Что за этим было, я не знаю. Но ему это было абсолютно нужно, потому что он выкладывался. Он бы не мог без допинга. Марина контролировала.

Дмитрий Кириллов: Она, конечно, часто приезжала.

Александр Митта: Она все время приезжала и детей привозила. И вообще ее жизнь здесь была совершенно… Она просто спасала его много раз. Потому что у него больной желудок был. У него довольно часто язва кровоточила, кровоизлияния всякие были желудочные. И она его тут же везла в больницу. И она ему на хороших 12-15 лет продлила жизнь.

Дмитрий Кириллов: «Сказка странствий» - фильм, который я считаю, что для нескольких поколений наших детей стал очень знаковым.

Александр Митта: Мне вообще надо было снимать только сказки. Это мое. Но «Сказку странствий» плохо приняли. Ей не дали проката, не дали премьеры, отказывались посылать на фестивали. Но это фильм, который больше всего помнят зрители, потому что его смотрели все дети. Пожалуй, ни за одну картину я не получаю столько благодарных слов, как за «Сказку странствий». Обязательно кто-то подходит и говорит: «Знаете, а у меня в детстве был любимый фильм – «Сказка странствий»». Для меня это просто большой подарок.

Митта мог блестяще сочинять сказки не только для детей, но и для взрослых. Ведь абсолютный лидер проката, первый советский фильм-катастрофа «Экипаж» - по сути тоже сказка.

Дмитрий Кириллов: Фильм «Экипаж» посмотрело почти 80 млн человек.

Александр Митта: Вот это совершенно невероятно. Представить даже невозможно, что это такое огромное количество людей. Его вообще все смотрели, по-моему. Причем, в маленьких городах смотрели больше народу, чем там жило. Потому что дети ходили по 3-4 раза.

Дмитрий Кириллов: Одна из главных ролей в фильме «Экипаж» - Леонид Филатов.

Александр Митта: Это было счастье. Встретиться с ним просто было огромное счастье совершенно. Тогда ведь надо было пробы обязательно проводить. Я говорю: «Давай я сниму тебя». А он говорит: «А кто еще?». Я говорю: «Даль». Он говорит: «Я не буду пробоваться. Я пробуюсь – всегда берут Даля». А Даль заболел. Мы начали снимать. Первую сцену даже сняли. Сцена была… Но потом его жена звонит. И я пришел к ним. Она говорит: «Ему надо обязательно 2 месяца отлежать. Плохо со здоровьем». А мы остановиться никак не можем. Я позвонил  Филатову. Говорю: «Леня, знаешь, место свободное…». Он очень деликатно к этому отнесся. Он позвонил Далю, выяснил, что никакой интриги нет, что все обстоит именно так, что он заболел. Пришел и стал играть. Эта роль ему принесла совершенно невероятную популярность. Но он не очень ее любил.

Дмитрий Кириллов: Почему?

Александр Митта: Не знаю. Он любил более драматичные роли.

Дмитрий Кириллов: С ним легко было работать?

Александр Митта: Как в сказке.

Дмитрий Кириллов: Как рождается кино?

Александр Митта: Для меня всегда картина начиналась с того, что я придумывал какие-то жанровые точки, которые на реальную жизнь вроде бы не похожи, а потом они постепенно соединялись. Всегда в основе картины лежит конфликт. И без серьезного конфликта, без того, чтобы все персонажи были связаны конфликтом, не может быть ничего. Но конфликт конфликтом, а мир фильма – это то, что помогает видеть фильм каким-то исключительным миром.

Основным лейтмотивом в картинах Митты была и остается любовь. Судьба подарила Александру Наумовичу встречу с красавицей Лилией Майоровой – талантливым детским художником. И именно эта девушка сумела раскрасить жизнь никому не известного 26-летнего выпускника ВГИКа Саши Митты необыкновенными, яркими красками.

Дмитрий Кириллов: Говорят, когда две половинки встречаются и становятся одним целым. Ведь история вашей встречи с Лилией Моисеевной – это же судьба.

Александр Митта: Да, это счастливое для меня было решение. Потому что мы работали в одном издательстве («Малыш»). Она была на старте этого издательства, делала там первые книги и была очень авторитетным человеком. А я был такой… делал маленькие книжечки для детишек, комиксы рисовал, что-то непочтенное делал, стишки писал всякие. И там редактора решили свести нас, чтобы мы вместе книжку сделали. Книжка не получилась, а жизнь получилась.

Дмитрий Кириллов: Вы помните того человека, кто вас познакомил с ней?

Александр Митта: Конечно. Тамара Михайлова. Я ей должен молиться каждый день. У нее была такая цель свести нас, чтобы мы поженились. Она как-то решила, что мы похожи друг на друга.

Дмитрий Кириллов: Она почувствовала, что вы с одной планеты.

Александр Митта: Да.

Дмитрий Кириллов: А вот что такое встретить человека со своей группой крови, со своей планеты?

Александр Митта: Это все. Если бы я не встретил Лилю, меня бы уже давно не было.

Дмитрий Кириллов: Вы можете это даже сравнить по жизни своих коллег, потому что не у каждого сложилась такая жизнь, чтобы рядом была любимая всю жизнь.

Александр Митта: Пока живем вместе – слава богу. Хотя у нас бурная жизнь, вы знаете. Нельзя сказать, что 60 лет по утрам передавать пример друг другу и мирно идти… Скучно станет. Нет, у нас такая энергия…

Дмитрий Кириллов: Были взрывы, да?

Александр Митта: Конечно. Обязательно. Она очень волевая.

Дмитрий Кириллов: Удивительно. То есть у вас профессия волевая. Получается, вы всю свою волю отдавали съемочному процессу?

Александр Митта: Да, кино засасывает очень сильно. Оно позволяет не ощущать рутину семейной жизни. Потому что начинается картина, и тебя нет. Начинается следующая, и тебя нет в другом месте. А это вся жизнь из картины в картину, из одной экспедиции в другую экспедицию.

Дмитрий Кириллов: По много месяцев, наверное.

Александр Митта: Да.

Дмитрий Кириллов: Вы жену не брали…

Александр Митта: Она категорически… Она один раз пришла на съемку, ей там не понравилось. И она сказала: «Нет, все». У нее своя работа была. Она больше 100 книжек сделала. Так что она была в своей работе.

Дмитрий Кириллов: Вы возвращаетесь из экспедиции домой. И тут царство Лили. Она все-таки руководила?

Александр Митта: Конечно, да. Там вариантов никаких не было.

Дмитрий Кириллов: Нет, да?

Александр Митта: В доме все – вилки, ложки, дизайн любого угла, где жить, как жить, какую квартиру поменять на какую, что. Все она.

Дмитрий Кириллов: Это же большое дело. Потому что она вам давала возможность заниматься творчеством и не сильно влезать в бытовуху.

Александр Митта: Да. Она просто не позволяла приближаться к своему миру. У нее был, конечно, мир книг, мир ее творчества. Но одновременно с этим и весь быт.

Дмитрий Кириллов: Если бы не было семьи, не было бы сына, внуков, нужно было бы так это кино в вашей жизни?

Александр Митта: Конечно, мне пришлось за это заплатить. Детей должно быть больше. Главное для человека – это семья. Мир человека – это мир его семьи. А все остальное – это около этого. И если вместо семьи у тебя становится кино, это не самый лучший вариант жизни. Лучше, когда много детей, внуков. Но, с другой стороны, что мне жаловаться? У меня было и есть много такого счастья, связанного с тем, где я мог как-то выразить свое отношение к жизни.

Дмитрий Кириллов: Вы счастливый человек. Вы занимаетесь всю свою жизнь любимым делом.

Александр Митта: Счастливый – не знаю. Но занимаюсь любимым делом – это точно.

Дмитрий Кириллов: Говорят, что если человек занимается любимым делом, это уже не работа.

Александр Митта: Да. В этом смысле я могу сказать, что я практически не работал никогда. Я всегда бежал на студию. Меня ждало что-то такое, что я хотел делать, что мне было интересно. Ни одной картины не было, которую бы я делал нехотя или из-под палки.

Режиссер рассказал о друзьях, коллегах и любви на всю жизнь
Список серий