• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Александр Гусев: За Дерипаской и другими крупными бизнесменами, попавшими под санкции, стоят многотысячные коллективы их предприятий

Александр Гусев: За Дерипаской и другими крупными бизнесменами, попавшими под санкции, стоят многотысячные коллективы их предприятий

Ольга Арсланова: Ну а пока в ближайшие полчаса поговорим о международных событиях, которые, разумеется, отражаются и на жизни в нашей стране. Российские власти спасут компании, попавшие под санкции США, – об этом сообщил сегодня вице-премьер Аркадий Дворкович. По его словам, отечественные компании получают поддержку от властей в постоянном режиме. Новые санкции против граждан России, ряда компаний были введены США 6 апреля. Спикер Госдумы Вячеслав Володин считает, что таким образом США пытаются сдержать развитие России. Есть и официальный комментарий МИДа: представитель министерства Мария Захарова заявила, что российская сторона "прорабатывает ответ на расширение американского санкционного списка – это такая стратегия, игра такая "дави Россию", – так она объяснила антироссийские ограничительные меры, в сути которых мы будем разбираться в ближайшее время.

Юрий Коваленко: Ну а если конкретно, санкции введены в отношении еще 38 бизнесменов, чиновников и компаний. По данным экспертов журнала Forbes, совокупное состояние 50 богатейших людей России за один лишь только день сократилось почти на 12 миллиардов долларов. Давайте разберемся детально, кто что теряет и главное, как это на нас с вами отразится.

Ольга Арсланова: У нас в гостях директор Института стратегического планирования и прогнозирования, доктор политических наук, профессор Александр Гусев. Александр Анатольевич, здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Александр Гусев: Добрый вечер, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Это впервые удар по частным компаниям. Мы знаем, что госкомпании уже какое-то время под этим прессингом живут и даже, как нам кажется, адаптировались. Насколько серьезен этот шаг? Насколько это меняет расстановку сейчас?

Александр Гусев: Собственно говоря, об этом уже заявили индексы. Вы правильно абсолютно заметили, что индексы упали – в частности, РТС, ММВБ – и конечно…

Ольга Арсланова: По отдельным акциям компаний, в том же "РУСАЛЕ" вообще катастрофа.

Александр Гусев: Да, конечно, Дерипаска за сутки потерял порядка 1 миллиарда долларов, это достаточно серьезно. Но ведь нужно учитывать, что за этими людьми… Это же не просто бизнесмены или как их в народе называют олигархи, хотя олигархов у нас нет, есть крупный бизнес. Так вот с этой точки зрения за ними же стоят люди, за ними стоят компании, бюджетообразующие компании, поэтому, конечно, это серьезно, и надо очень серьезно воспринимать. Если говорить в целом о санкциях, которые ввели в отношении нас страны Европейского союза и их главный патрон Соединенные Штаты, то, конечно… Если говорить с марта 2014 года, мы потеряли в общей сложности порядка 250 миллиардов долларов.

Юрий Коваленко: Это невозвратимые потери?

Александр Гусев: Это прямые потери без учета упущенной выгоды, то есть фактически умножьте еще на 1.5.

Ольга Арсланова: Давайте поясним нашим зрителям, что значат эти потери? Это то, что мы…

Александр Гусев: Это безвозвратно, конечно.

Ольга Арсланова: …недополучили в результате сделок, это те заимствования, которые мы могли бы получить, но они от нас отрезаны?

Александр Гусев: Это инвестиции, это сокращение инвестиций, это короткие кредиты, это прямое недовложение денег. То есть заключены были контракты, контракты были расторгнуты, разорваны, проще говоря, и естественно, они не получили дальнейшего развития. Следующий достаточно серьезный момент касается снижения торгового оборота. Если в 2013 году страны Европейского союза – я должен подчеркнуть, что мы торгуем не с Европейским союзом, а с каждой страной европейской в отдельности… Вот в 2013 году торговый баланс России со странами Европейского союза составлял 417 миллиардов долларов. Только за 2015 год объемы торгового оборота сократились примерно на 120 миллиардов долларов, вот и все.

Юрий Коваленко: То есть примерно треть.

Александр Гусев: Да, посчитайте, это же легко считается. Но я еще должен отметить, что мы не учитываем упущенную выгоду, а это примерно еще 150 миллиардов.

Ольга Арсланова: Вы знаете, какой момент смущает? Вот после крымских событий прошло 4 года. В том или ином режиме санкций мы привыкли жить, и в общем-то катастрофы для экономики не было, согласитесь. Да, были тяжелые моменты, но катастрофы не случилось. Но все-таки частные компании предполагали, что рано или поздно очередь может дойти и до них. Вот так складывается международная конъюнктура. Почему они не подготовились? Они рассчитывали на то, что всегда поможет бюджет?

Александр Гусев: Они все надеялись на американцев и европейцев, которые им помогали в значительной степени, чего уж там говорить, надо вещи своими именами называть. Не то что они не готовились, они, конечно, готовились, они понимали, что дойдет очередь, наверное, и до них. Вот она дошла. Но ведь, понимаете, за весь этот период 4-летний в отношении кого только ни вводили санкции: крупные компании, банки, госкорпорации. Наверное, надо было бы уже и подумать над тем, что рано или поздно придет то время, когда и в отношении них введут определенные ограничения.

Ольга Арсланова: А какой могла бы быть эта подготовка? Больше финансов внутри страны, например? Другая стратегия торговли? Что?

Александр Гусев: Понимаете, есть 2 достаточно серьезных экономических понятия "внутренний рынок" и "внешний рынок". Конечно, для нас очень важно, чтобы мы насытили внутренний рынок товарами, но у нас в значительной степени упала покупательная способность населения. За счет чего мы должны получать налоги? Не бывает же просто так, понимаете. В экономике действует принцип сообщающихся сосудов. Мы из воздуха деньги брать не можем, потому что это приведет к инфляции, гиперинфляции, как уже было неоднократно даже в новейшее время, я не беру 1998 год и более позднее время. Были такие случаи, когда мы увеличили скорость печатания денег, и конечно, это привело к достаточно серьезным последствиям, люди об этом помнят и знают, когда доллар скакнул в 2 раза, когда мы фактически отпустили его в свободное плавание. Но для этого не было предпосылок, я напомню, это произошло в 2014 году 5 ноября.

То есть сейчас возникает один вопрос: чем насытить внутренний рынок? Для этого нужны инвестиции, для этого нужна поддержка обязательно, в том числе и государственных компаний, но и тех частных компаний… Я считаю, может быть, кто-то со мной не согласится, но еще раз должен повторить, что за этими людьми стоят люди, крупные предприятия, тот же Дерипаска, корпорация "ГАЗ", мы все видим и ездим на этих микроавтобусах по городу.

Ольга Арсланова: Но все-таки хочется понять, могли ли бизнесмены, владеющие такими предприятиями, как-то подстраховаться? Они могли бы распорядиться финансовыми потоками иначе либо сделать так, чтобы не терять 50% в стоимости акций…

Александр Гусев: Всегда есть риски. Конечно, надо вкладывать в высоколиквидные объекты, для них очень важно…

Ольга Арсланова: Внутри страны?

Александр Гусев: Внутри страны, конечно, потому что все, что находится за пределами, мы же видим, как все это происходит: арестовываются счета, сейчас будет арестована недвижимость. Но президент же всех предупреждал: "Ребята, заканчивайте играть". Он же предупреждал не только государственных чиновников, сказал: "Счета есть – закрывайте. Недвижимость есть – продавайте, дарите, сдавайте, но недвижимости быть не должно". Но эта группа людей, которая называется крупным бизнесом, наверное, полагала, что это время еще наступит нескоро, а оно наступило, вот и все, не подготовились.

Юрий Коваленко: Ну а вот все же если детально разобрать фразу вице-премьера, который говорит о том, что отечественные компании получают поддержку от властей в постоянном режиме, тем не менее "РУСАЛ" заявляет, что он может объявить технический дефолт по некоторым обязательствам. То есть каким образом государство может помочь этому крупному бизнесу? Что это будет? Государство возьмет на себя часть заказов или просто будет вливать в них деньги бесконечное количество времени?

Александр Гусев: Да, есть два пути: либо вливать деньги, которых не хватает этим компаниям, для того чтобы оборачивать средства…

Ольга Арсланова: Простите, а деньги эти государство где возьмет при отсутствии внешнего заимствования?

Александр Гусев: Это вот другой вопрос. Учитывая достаточно сложное финансовое положение, потому что у нас доходная часть бюджета сократилась, мы же прекрасно понимаем, что мы сейчас зарабатываем не столько, сколько зарабатывали в 2008 или даже в 2010 году. Но тем не менее мы эти предприятия должны поддержать.

Юрий Коваленко: Чем?

Александр Гусев: Финансово поддержать эти предприятия, которые сейчас будут испытывать колоссальное давление.

Юрий Коваленко: На что предприятия пустят эти деньги? Каким образом это поможет им?

Александр Гусев: Это уже зависит от владельца, куда он эти деньги пустит, но здесь должен быть, конечно, контроль. Мы же не можем…

Ольга Арсланова: Давайте помечтаем, что зарплаты не сотрудников компаний, а рабочим на заводе…

Александр Гусев: Мы же не можем просто так отдавать деньги и говорить: "Ребята, вот за красивые глаза вам отдаем". Понятно, что эти деньги должны работать. Самое важное, что деньги зачастую в нашей стране не работает. Понятно, что западные инвесторы прекратили фактически инвестировать в нашу экономику в условиях санкций, это первое. Второе: банки не дают коммерческих кредитов длинных, то есть отрезок 2 недели, все, ограничение, тоже действуют санкции. Поэтому когда мне говорят, что вы знаете, санкции в отношении нашей страны как-то не действуют и мы это не очень чувствуем, у меня это вызывает улыбку, мягко говоря, потому что, конечно, санкции действуют, и мы тоже в отношении нашей экономики чувствуем.

Конечно, те запретительные меры, которые мы вводим, что называется, "в ответку", тоже действуют, и это прекрасно понимают те же европейцы. Американцы нет, американцы будут нас давить, вот с Захаровой я абсолютно согласен: американцы нас будут давить до морковкина заговенья, потому что у нас торговый оборот с Соединенными Штатами 33 миллиарда, сопоставьте с Европой (в 10 раз больше). Так вот как будут выплывать? Вопрос очень интересный, как они должны из этой ситуации выйти. Должно ли государство помочь? Я считаю, что да, государство должно помочь, потому что это не просто ребята, которые занимаются каким-то бизнесом, а это люди, за которыми стоят тысячные, десятитысячные, стотысячные коллективы людей. Без зарплаты оставить этих людей нельзя.

Ольга Арсланова: Наши зрители, как вы понимаете, думают, что мы поможем лично Дерипаске купить новую яхту, например, пишут: "Санкции введены против олигархов. Если они ведут бизнес вне России, пусть терпят. Почему возмещать им потери за счет народа?", "Давайте окажем им, несчастным, помощь, соберем всей страной на икру, чтобы они не голодали". То есть люди не очень понимают, как им будут помогать.

Александр Гусев: Нет-нет, я понимаю, я почему сразу и сказал, что, наверное, это вызовет какое-то непонимание, адресованное в мой адрес, что я, дескать, призываю помочь олигархам, а эти деньги они потратят на новые яхты, новые объекты недвижимости, очередные квартиры на Майями и в Лондоне и так далее. Всегда существует опасность, но для этого, как говорил еще Владимир Ильич Ленин, нужен учет и контроль: если вы дали копеечку, вы за эту копеечку и спросите. Вся беда наша заключается в том, что мы иногда – а может быть, даже и не иногда, зачастую – отдаем деньги, не спрашивая. Поэтому многомиллионные хищения, о чем мы читаем каждый день. Поэтому, конечно, за каждые бюджетные средства… Не воруйте из бюджета, это очень опасно: за каждую копейку, за каждый рубль они должны отчитаться, безусловно. Вот здесь нужен жесточайший контроль. Денег в стране, надо прекрасно понимать, нет.

Но учитывая вот эти сложности… Потому что, конечно, тут можно было бы говорить о приватизации, о национализации тех объектов, которые сейчас принадлежат крупному бизнесу. Наверное, в какой-то степени это можно было бы проводить постепенно, национализировать предприятия. Я, кстати, поддерживаю уровень государственного управления в стране, потому что у нас достаточно много… У нас не только нормальный бизнес, хорошо соображающий, у нас еще очень много хороших управленцев, которые от имени государства могут управлять крупными компаниями. Поэтому… Этот процесс не такой простой, он носит политический оттенок, когда мы говорим о национализации объектов, крупных объектов. Почему эти объекты в свое время были приватизированы на ваучерных аукционах? Они же ушли от государства, сказали: "Вот эти собственники, эти владельцы будут более эффективными", – а на деле оказывается, что вот, заканчивается эра этих очень опытных и эффективных менеджеров.

Ольга Арсланова: Но согласитесь, слишком далеко от властных структур они тоже не ушли. Собственно, суть американских санкций – это бизнес, который ассоциируется по каким-то причинам у Соединенных Штатов Америки с властью в России, с приближенностью к власти.

Александр Гусев: Да. Но это не первый же раз. Мы же помним кремлевский доклад, где достаточно большое количество государственных чиновников, достаточно приближенных или, как мы говорим, аффилированных с Кремлем, мы же это видели, опубликованный большой, 210 человек, ближайшее окружение президента. Это все достаточно серьезно. Сейчас крупный бизнес… А как вы хотите? – построить крупный бизнес, не имея поддержки? Мы же все прекрасно понимаем…

Ольга Арсланова: Кстати, о поддержке. У нас очень многие зрители предлагают зеркальные меры. Например, запретить Макдональдс в России. Что мы можем ответить? И как ответить так, чтобы при этом самим не пострадать? Если брать пример с тем же Макдональдс, мы понимаем, что наши же работают и наши производят.

Александр Гусев: Есть чем заменить, Ольга, заменить есть?

Ольга Арсланова: Я не знаю. Я представляю себе, кстати, какой может быть реакция Соединенных Штатов Америки, если кто-то сделает что-то с их бизнесменами в России.

Александр Гусев: Да. Вопрос… Понимаете, здесь даже… Я думаю, что Макдональдс сейчас пока… Хотя, может быть, опять со мной многие не согласятся, они нас кормят всякой дрянью…

Ольга Арсланова: Что значит "они"? Там половина уже в России производится, 90% даже.

Александр Гусев: Но денежки-то им идут, денежки идут им.

Юрий Коваленко: Но работают-то россияне там.

Александр Гусев: Россияне, конечно. Но вот, понимаете, есть всегда два пути – либо закрыть все и поделить, как говорил господин Шариков, давайте все поделим, разделим, закроем.

Ольга Арсланова: То есть у нас-то адекватный есть шаг какой-то, который мы можем сделать?

Александр Гусев: Да у нас есть много шагов адекватных, но, к сожалению, наша власть доморощенная не очень слушает, не очень прислушивается экономистов, ученых. Я должен все-таки покритиковать нынешний формат нашего правительства. Он не очень хорошо знаком с теми наработками, которые есть в нашей стране, как выйти из положения, как сделать так, чтобы жизнь россиян улучшилась, может быть, в несколько раз даже улучшилась. Это уже все разработано, это все достаточно банально.

Но отвечаю на ваш вопрос, что делать с Макдональдсом. Вы знаете, если есть, чем заменить, то, наверное, надо заменять. Это, конечно, удар, но это недостаточно серьезный удар по Соединенным Штатам. А вот если мы закроем в пределах Садового кольца даже в Москве компании консалтинговые, клиринговые, которых наплодилось такое количество в Москве… Я вам скажу, что общий оборот этих компаний, которые аффилированы с Соединенными Штатами, с Великобританией, с рядом европейских государств, годовой оборот этих компаний составляет порядка 1.5 миллиардов долларов. Вот если мы ударим здесь по Соединенным Штатам, мало не покажется. А Макдональдс, я думаю, пока что, наверное, закрывать рано, я успокою любителей гамбургеров…

Ольга Арсланова: …картошечки фри…

Александр Гусев: …чизбургеров, наггетсов.

Юрий Коваленко: Только скажите честно: мы боимся это сделать? Мы боимся закрыть эти компании, аффилированные со Штатами? Либо мы понимаем, что санкции – это в любом случае с обеих сторон…

Александр Гусев: Ну я же не член правительства. Если бы я был членом правительства, я бы закрыл, но я за них не отвечаю, смогут ли они в этой борьбе выдержать. Знаете, есть хорошая поговорка, я всегда использую ее в своей жизни: "Побеждает не тот, кто сильный, и не тот, кто сильнее, а побеждает тот, кто идет до конца". Вот мы в этой борьбе…

Ольга Арсланова: Слушайте, о конце даже думать не хочется.

Александр Гусев: Нет, я не имею в виду конец как апокалипсис, я же не об этом. Но Соединенные Штаты… Вспомните поправку Джексона-Вэника, которая просуществовала с 1974 по 2013-е гг.

Ольга Арсланова: И была заменена актом Магнитского довольно быстро.

Александр Гусев: Да, в 2013 году была заменена. И что? Мы жили по крайней мере все сознательное время, я себя чувствую, оказывается, мы жили в период санкций все время – и чего?

Ольга Арсланова: Вы знаете, это та самая история, когда ответ на акт Магнитского оказался, может быть, даже и страшнее, чем акт Магнитского для России, но давайте не будем об этом.

Александр Гусев: Да, это песня другая.

Ольга Арсланова: Я о законе Димы Яковлева сейчас говорю.

Скажите вот какую вещь: что может быть… Сейчас многие говорят, что да, неприятно, да, частный бизнес пострадает и скорее всего пострадают и простые люди, которые работают на этот частный бизнес…

Александр Гусев: Да-да, этого не должны допустить.

Ольга Арсланова: Но самое страшное, чего ждут эксперты – это давление Соединенных Штатов Америки на Европу и отказ от покупки российских углеводородов. Мы понимаем, что пока это такой несколько фантастический сценарий, но тем не менее возможен ли он?

Александр Гусев: Это абсолютно фантастический сценарий. Он невозможен, потому что 34% всех объемов углеводородов в Европе российские сегодня, они в одночасье… Американцы не смогут своим сжиженным газом обеспечить объемы. Кроме того, дефицит ресурсов углеводородов в Европе достаточно высок, поэтому им негде взять. Никакая Норвегия, никакая Словакия, конечно, не покроют вот этот дефицит углеводородов, только Россия. Поэтому с нами в этой ситуации никто из европейцев воевать не будет, себе же дороже.

Ольга Арсланова: Тогда давайте поговорим о возможных перспективах. Соединенные Штаты Америки не исключают введения новых санкций после химатаки в Сирии, ответственность за которую они возлагают уже на Россию. Что может быть? Какие санкции могут последовать дальше?

Александр Гусев: Дальнейших санкций исключать нельзя. Конечно, они будут применять санкции и в отношении наших российских граждан, и российских компаний. Что им осталось еще? На что, что называется, наложить лапу? Собственно, российских предприятий, работающих за рубежом, достаточно много и мы об этом знаем, поэтому поле деятельности у них достаточно большое. Компаний, работающих с российским капиталом за рубежом, достаточно много, они есть и Европа, они есть в Соединенных Штатах, они есть по всему миру. Это первое. Второе: не все поддерживают санкции, и вот здесь американцы, что называется, экстраполируют свои действия. Чем больше стран они введут в эту борьбу с нашей страной, в это давление, для американцев, они так считают, будет лучше.

Ольга Арсланова: Спасибо больше, что ответили на наши вопросы. У нас в гостях был Александр Гусев, директор Института стратегического планирования и прогнозирования, доктор политических наук, профессор. Спасибо.

Александр Гусев: Спасибо.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Говорили о санкциях против российского бизнеса.

 

 

Последствия новых антироссийских санкций
Список серий