• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Александр Подгрушный: У нас гибель пожарных при тушении возросла, потому что система подготовки обрушена

Александр Подгрушный: У нас гибель пожарных при тушении возросла, потому что система подготовки обрушена

Марина Калинина: Ну что, мы к нашей первой теме?

Константин Чуриков: К нашей первой теме. Ведомство, которое по идее должно спасать остальных, сейчас само нуждается в спасении – я говорю о Министерстве по чрезвычайным ситуациям. Как стало известно средствам массовой информации, сейчас в ведомстве проводится масштабный аудит, масштабная ревизия всего, что в нем происходит, но это по результатам последних нескольких лет.

Марина Калинина: Если грубо говорить, то просто ведомство избавляется от наследия прежнего руководства, я так понимаю. Сейчас все это будем выяснять.

Константин Чуриков: Естественно, критиковать прежнее руководство всегда проще, но вот эксперты говорят о серьезных проблемах, которые сложились внутри.

У нас в студии Александр Подгрушный, инженер пожарной безопасности, кандидат технических наук, доцент. Александр Васильевич, здравствуйте.

Александр Подгрушный: Здравствуйте.

Марина Калинина: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Уже много всяких статей написано, много экспертов опрошено, и все-таки хочется понять: главные проблемы, которые возникли в последние годы в структурах МЧС – они какие?

Александр Подгрушный: Первая проблема, что государственная служба, которая предназначена была для спасения, вдруг оказалась системой пиара. Есть такое понятие: есть ложь, есть наглая ложь, а потом есть пожарная статистика. Раньше статистику вел Госкомстат, на основании статистики принимались какие-то правильные решения, знаете, количественные изменения ведут к качественным, так было. Потом в системе МЧС придумали свою статистику. В советское время погибшим на пожаре считался человек, который умирал через 3 месяца или на 90-е сутки. Сейчас если человек при пожаре выпрыгнет в окно и погибает, он не считается погибшим на пожаре.

Константин Чуриков: А, он же просто упал, разбился.

Александр Подгрушный: Он разбился, умер от травмы, несовместимой с органами. И такие случаи были. Даже если вы загружаете "скорую помощь" человеком уже мертвым, некоторые пожарные – я выдам секреты – был третий, который сопровождает, двое несут на носилках, он локтем давил на брюшину умершего человека, естественно, тот воздух, который был в легких, выходил, излучалось слово "жив". Как только его загружали в "скорую помощь", он… на 3 метра, он уже считался погибшим не на пожаре. И потом пожары – это явление, которое наносит ущерб обществу, государству, экологии. Потом придумали слово "загорание", и в это слово "загорание" загоняли пожары с большим ущербом, с затратами сил самих же МЧС, которые тушили…

Константин Чуриков: "Загорание"?

Марина Калинина: А в чем разница между пожаром и загоранием?

Александр Подгрушный: Не верится в статистику.

Марина Калинина: Что значит "не верится в статистику"?

Александр Подгрушный: Ну загорание и загорание, а пожар нанес ущерб, берется в статистику, за него могут ругать, а загорание – это загорание.

Константин Чуриков: Ну понятно, условно говоря, помойка загорелась.

Александр Подгрушный: Да, ведро мусорное загорелось – загорание. Потом под эту статистику подводилось все, а потом сказали: если все хорошо у нас, прекрасная маркиза, поэтому начали пожарных просто сокращать, они не нужны. У меня статистика 1976 года по пожарам, такой показательный момент: в советское время, когда у нас было 300 миллионов человек, мы равнялись по количеству жителей с США, у нас тогда было пожаров в год где-то порядка миллиона, а погибших было 3 600, 4 000, 5-6 тысяч, не поднимались выше 8, в США тогда погибало 18-20 тысяч человек. У нас было 5 тысяч, это была советская пожарная охрана, которой я горжусь, я считаюсь советским пожарным.

Потом США собрали общество и сказали: каждый гражданин, вы знаете…, за какого-то гражданина, жизнь человека бесценна. И они приняли так называемую программу "Горящая Америка", это было еще в 1980-е гг. Не буду говорить преамбулу, но какие явления? Сказали так, что пожарный должен понимать, ради чего он рискует жизнью. В США… попасть в пожарную охрану, никогда не попадете, 18 лет в очереди. Потом им зарплату установили серьезную, он понимает, для чего он рискует жизнью. Во-вторых, техника, на которой он выезжает… От Колымы до Москвы пожары, в Шатуру мою любимую, увидите пожарную машину с ржавыми крыльями, на этих пожарных машинах ездят мои пожарные, а там выезжают на машине, когда посмотрите видео, красивая машина, блестящая…

Константин Чуриков: Мы в эфире показываем такие машины, которые, условно говоря, как в Шатуре, мы об этом неоднократно рассказывали.

Александр Подгрушный: Вот это оно и есть.

Марина Калинина: А сколько зарплата сейчас у сотрудников МЧС?

Александр Подгрушный: Ну вот в Московской области пожарный субъектовый, который губернатору принадлежит, 12-16 тысяч, руководитель…

Марина Калинина: Это притом, что он рискует своей жизнью каждый день, получается?

Александр Подгрушный: Конечно, конечно, каждый раз. Так я говорю, дальше…

Константин Чуриков: Подождите, еще раз: 12-16 тысяч у рядового пожарного в Московской области?

Александр Подгрушный: Начальник части может 26-28 получать, начальник части, у которого в подчинении техника, люди.

Марина Калинина: То есть меньше 30 тысяч, получается.

Александр Подгрушный: Федеральная служба множество побольше в последний момент, но вот пожарные получают такую заработную плату.

Константин Чуриков: Слушайте, это же просто издевательство.

Александр Подгрушный: Да не то слово. Так я не договорил. Они приняли, поставили хорошую технику, надежную, подключили общество, СМИ, сказали, что в мирное время погибает столько людей, ради них люди рискуют жизнью, достойна уважения профессия пожарного, и этого добились. А потом была такая маленькая приписка…

Марина Калинина: А, то есть этого нужно было добиваться, что люди рискуют жизнью?

Александр Подгрушный: Да. У нас идут по зову души пожарных…, раньше было по объявлению.

Константин Чуриков: Я хочу обратиться к нашим зрителям. Мы знаем, что среди вас много тех, кто работает в структурах МЧС, – если вам есть, что рассказать, если хотите чем-то поделиться, пожалуйста, анонимно звоните: 8-800-222-00-14, можно еще писать.

Александр Васильевич, я не могу не спросить про нашу вечную российскую проблему под названием "оптимизация". Сколько людей было сокращено за последние годы?

Александр Подгрушный: Есть МЧС приказ 432-й про типовые штаты. На каждый пожарный автомобиль, который выезжает, должно сидеть сзади 4 человека, спереди 3, то есть 7 человек должно выезжать. Средний расчет на пожарных автомобилях сейчас 2-3 человека максимум, даже установили так, что с других смен приходили, чтобы выезжало не менее 3-х человек.

Марина Калинина: То есть это получается больше чем в 2 раза сокращение?

Александр Подгрушный: Больше. Поэтому… Я жил в 1990-е гг., работал в городе Северодвинске. То тяжелое время, когда, помните, шел развал, когда в ремонт пришла большая лодка, называется акула, мне родина дала еще 6 человек, добавила мне штату, потому что тогда переживали за родину, за оборону. А сейчас, видите, в мирное время ничего такого серьезного нет, просто напополам сократили. Оптимизация, потому что, не знаю, куда-то деньги туда уходили, не знаю куда.

Константин Чуриков: Давайте послушаем звонок нашего зрителя. У нас в эфире появляется Валентин из Бурятии. Добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, здравствуйте, говорите, пожалуйста.

Зритель: Я бы хотел вопрос такой задать. Инспектор МЧС приходит на предприятие и задает, находит нарушение и делает предписание.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Потом приходит второй инспектор после этого предписания, смотрит, эти предписания все устранены, и обнаруживает другие предписания.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Что будет с этим инспектором, который приходил…

Марина Калинина: …первым?

Константин Чуриков: Понятно, то есть меняются постоянно требования, вы об этом хотите спросить? Да.

Александр Подгрушный: Значит, к любому зданию по нашим всем СНиПам, сводам правил, законам можно предъявить в среднем… Василий Иванович Козлачков, был такой великий человек пожарный, 2 700 требований. Инспектор – живой человек, он обладает определенной массой знаний; он пришел, увидел то, что он увидел несоответствие, написал. Может прийти еще один человек, чуть ли не подполковник, который обязан знать больше, поэтому он может найти еще больше, и никаких претензий здесь нет.

Пожаротушение – аналогичный способ. Когда, помните, был в Дружбе народов пожар, там младший лейтенант прибыл на место пожара, его обвинили, что он неправильно тушил пожар в начальный момент. Он заехал в арку, горела Дружба народов, тогда погибших, помните, была огромная масса. И суд его начал спрашивать, что он ничего не действовал, а он попал в состояние ступора, потому что за его плечами младшего лейтенанта не было такого опыта, не было пожара, он же живой человек – вы что, хотите с него спросить, чтобы он как робот отработал на этом пожаре? У него нет опыта, поэтому и пытались ввести ранжирование руководителей по тушению пожара, с него можно было спросить 10% инструкции, которая прописана, больше, 20% и так далее. Это живые люди.

Константин Чуриков: Нам зрители пишут, даже не по себе становится: "Внук пожарный в Москве, каждый месяц помогаю ему со своей пенсии, о создании семьи и речи нет", – имеется в виду у внука. Тверская область: "Судя по тому, как бывший глава МЧС Пучков отчитывался Путину по поводу кемеровской трагедии, становится совершенно непонятно, как он вообще попал на эту должность", – вот такие наблюдения наших зрителей.

Марина Калинина: И вот еще одно сообщение из Тверской области: "Никак не пойму, когда мы обманываем. Сократили пожарных, лесников, экономим миллионы, а потери от пожаров – триллионы рублей". Как с этим быть? Каждый год мы говорим даже на нашем канале постоянно в новостях о том, что у нас пожары, пожары, пожары, леса горят, и тем не менее все это…

Александр Подгрушный: Давайте лучше так. В злополучной "Зимней вишне" (я называю "горелой вишне") владелец, собственник, арендаторы, конечно, нарушали закон, но они отвечают за исход того, что они сотворили. Но им же позволил закон переделать планировку, сделать нарушения, потому что вышли так называемые каникулы. Не знаю, кому они нужны были, бизнесу, наверное…

Константин Чуриков: Налоговые, вернее по проверкам.

Александр Подгрушный: Проверочные, поэтому нарушили все, что можно было. Подходит 3 года, через 3 года инспектор обязан был прийти, проверить правила и нормы пожарной безопасности. Это лицо, фирма называлась, добавляет одну буковку к своему юридическому лицу, говорит: "А у нас новая фирма", – он зарегистрировался как новая фирма, через 3 года имеет право прийти инспектор и проверить его как государев человек, ему туда не было хода. Вот этот Терентьев, который в Кемерово арестован, не буду… Следственный комитет – серьезная организация, но его обвинили в том, что он не подал в суд жалобу на прокуратуру, которая не давала ему проверять "Зимнюю вишню", зная о том, что в "Зимней вишне" есть нарушения. Он арестован за то, что не принял меры по проверке "Зимней вишни".

Марина Калинина: То есть ему не разрешали проверять эту организацию…

Александр Подгрушный: Каникулы, есть приказ, есть указание прокуратуры, каникулы объявили, малый и средний бизнес не проверять.

Марина Калинина: Очень интересно.

Константин Чуриков: Мы помни, как еще в начале 2000-х гг. МЧС считалось одним из лучших министерств, такой витриной своеобразной.

Марина Калинина: Флагманом.

Константин Чуриков: Да. В какой момент развал и по чьей вине начался?

Марина Калинина: Что произошло вообще? С чего все началось?

Александр Подгрушный: Развал по духу пришел в пожарную охрану в 2000 году, когда мы попали, 300 с лишним тысяч человек, в систему МЧС, в которой было 28 тысяч. Мы по духу это вообще не восприняли, я как старый пожарный, с 1974 года, мы просто не приняли, в 2000 году очень многие ушли. Но людям надо было кормить, тушить пожары кому-то, многие остались. К сожалению, у меня там… осталась 2002 года, есть такой Бородин – он сказал, что человек, который органически не связан… Люди пожарные оседлые, все время жили на съезжих дворах, у нас никогда не было дедовщины, потому что моя жизнь зависела от моего пожарного, а его жизнь зависела от меня, потому что я непосредственно ходил в дым вместе с ним. Поэтому было как бы свое пожарное братство, у нас братья были…

Константин Чуриков: Товарищество.

Александр Подгрушный: Пожарное братство называлось. Потом пришли люди, которые далеки от этих дел, хотя гражданская оборона близка к нам, потому что у них была своя противопожарная служба гражданской обороны, только на военное время. Нас приняли так, спасибо покойному…, не отдал, Виктор Степанович Черномырдин нас не отдал в систему МЧС. Ну а потом пришли другие люди, и мы попали все туда, как называлось, к пуговице пришили китель пожарный. За эти годы, конечно, многое произошло, поменялся дух, потом навесили на нас функции спасателей, хотя спасатели свои труженики, свои работники, мы их тоже не восприняли первоначально, теперь это наши братья. Тогда начались все эти вещи.

И там Бородин пишет, что не может перед полком солдат выйти гражданское лицо с сабелькой в руках и начать командовать, а получилось так, что пришли люди, которые чужды духу пожарному. Все наши генералы вырастали на наших глазах, мы их видели, все генералы были, всего 5 человек, теперь… Боюсь называть цифру. Поэтому вырастали на наших… И у нас еще такая заметка. Мы же люди древние, нам 30-70 лет, у нас не было вот этих бейджиков с фамилиями, потому что мы люди оседлые были, не было такой ротации кадров, мы пестовали, у нас было наставничество, мы людей пожарных вырастали себе, потому что, понимаете, столько тонкостей в пожаре. Машина 5-го поколения, как сказал Николай Николаевич Брушлинский, не сможет просчитать ту обстановку, которая ждет пожарного в дыму.

Константин Чуриков: Давайте еще звонки послушаем.

Марина Калинина: Давайте.

Александр Подгрушный: С удовольствием.

Марина Калинина: У нас есть Дмитрий из Красноярского края. Дмитрий, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, слушаем вас.

Зритель: Я по поводу вопроса. В данный момент по районам, по поселкам…

Константин Чуриков: Да-да, говорите.

Зритель: В данный момент от МЧС поселковая администрация назначают старост по поселкам.

Константин Чуриков: Так.

Александр Подгрушный: Старост.

Марина Калинина: Так, и что?

Зритель: И вот как бы в данный момент поселковой администрацией назначен староста по поселку, это староста по поселку на случай паводка, на случай пожара.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Должны были меня как бы пригласить в МЧС с руководством для беседы, для всего.

Константин Чуриков: А, проинструктировать.

Александр Подгрушный: Обязательно.

Зритель: Да-да. Я старостой назначен уже с прошлого года, где-то с октября.

Константин Чуриков: Ну и что, Дмитрий, так вас и не пригласили?

Марина Калинина: В чем вопрос ваш?

Зритель: Вопрос в том, что происходили пожары, полы весенние, все-все, с МЧС звонят главе поселка, ее обязывают, чтобы она собрала старост, обязала их.

Марина Калинина: Ну?

Константин Чуриков: В общем, сами не проводят работу, делегируют полномочия.

Марина Калинина: То есть вы должны все делать сами, получается так, без инструктажа, без обучения?

Зритель: Так получается, да. Я должен, получается, привлечь народ, вот это вот все… Я позвонил, сказал…

Константин Чуриков: На добровольных началах. Понятно, Дмитрий, спасибо.

Марина Калинина: Спасибо большое.

Константин Чуриков: Давайте сразу еще Юрия из Волгоградской области, чтобы зрителя долго на линии не держать. Юрий, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. С праздником вас, с Днем детей.

Константин Чуриков: Да.

Марина Калинина: Спасибо.

Зритель: Такой вопрос хотел задать вам. Я проработал в пожарной охране 21 год, сейчас у меня пенсия 9 тысяч.

Александр Подгрушный: Да.

Зритель: Вот вы представляете, можно прожить на такую пенсию? Я участвовал на трех грандиозных взрывах (перерабатывающий завод). Вот мне сейчас… Я хотел ставить себе протезы, позвонил в пенсионный отдел, мне сказали: "Вы что, смеетесь? У нас таких денег нет". Санаторно-курортное у нас раньше платили копейки, сейчас я написал рапорт, чтобы мне дали возможность отдохнуть, 3 месяца ждал, никакого ответа, ничего, написал я в январе месяце, – думаю, такой сезон, что люди не ездят. У меня друг то же самое писал, бесполезно, никакой помощи, ничего нет.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Юрий.

Марина Калинина: Спасибо большое.

Константин Чуриков: Вы знаете, грустно то, что работаешь, судя по тому, что рассказывает зритель, получаешь очень мало; выходишь на пенсию, получаешь даже еще меньше.

Александр Подгрушный: Еще меньше.

Константин Чуриков: Вот бедный пожар – это так везде? В Соединенных Штатах, в других странах?

Александр Подгрушный: Нет, что вы.

Константин Чуриков: Пожарный сколько зарабатывает в других странах?

Александр Подгрушный: В Германии начальник части зарабатывает, как мне сказали, около 3-х миллионов в год, там суммы немеряные. И один человек у меня отдых, познакомился с немецкой парой. Она спрашивает: "А вы кем работаете?" – "Начальник пожарной части". – "О, вы много зарабатываете". Разница колоссальная просто. У нас есть пожарные, которые работают сутки трое, обязательно где-то подрабатывают, потому что категорически не хватает. Но если вы зайдете в пожарную часть и скажете, какие проблемы, в любую, техника ржавая, рукавов нет, этого нет, на 6-м или на 7-м месте скажут, что маленькая зарплата.

Марина Калинина: Александр Васильевич, а у вас есть профсоюз?

Александр Подгрушный: Вот я только хотел сказать, Марина, спасибо. У нас нет профсоюза.

Марина Калинина: Почему?

Александр Подгрушный: У нас как-то так не принято, мы защищали себя сами. Я, допустим, экспертом в судах выступал многих, потому что сейчас очень популярно на плохое тушение пожаров подавать жалобу, все считаются специалистами великолепными.

Марина Калинина: Нет, подождите, у вас же должен быть профсоюз.

Александр Подгрушный: Нет профсоюза.

Марина Калинина: Как у достаточно большой организации.

Александр Подгрушный: У нас одна…

Константин Чуриков: Тем более раз такие проблемы в структуре.

Марина Калинина: Тем более люди рискуют своей жизнью.

Александр Подгрушный: Мы даем присягу пожарную, тушим пожары, считаем, что родина должна по достоинству оценивать нашу работу. У нас профсоюза не было и нет. Если он даже был в зачаточном состоянии, у нас только есть Совет ветеранов…

Марина Калинина: А кто должен создать этот профсоюз? Наверное, вы сами как-то должны.

Александр Подгрушный: Руководству невыгоден профсоюз просто.

Марина Калинина: А что значит "руководству невыгодно"?

Константин Чуриков: Любому руководству профсоюз невыгоден.

Марина Калинина: Вы же сами должны это все сделать.

Константин Чуриков: Либо выгоден карманный профсоюз такой.

Александр Подгрушный: Карманный профсоюз выгоден. У нас есть иерархия, руководство, подчинение, которая складывалась годами, мы подчиняемся командирам, которые органически связаны с нами. У нас не было сторонних людей в пожарной охране, поэтому никогда и потребности не было в профсоюзе: не надо наши права защищать, мы сами себя защищаем.

Марина Калинина: Но вы же должны как-то организоваться, чтобы у вас была эта организация, чтобы вы совместно все это делали.

Александр Подгрушный: У нас пару забастовок было недавно в Якутии, ребята протестовали, а министр, экс-министр обозвал их бездельниками. Не знает нашу пословицу, когда пожарный спит, страна богатеет.

Марина Калинина: То есть много свободного времени, есть время на забастовки, да?

Александр Подгрушный: Нет, не так, что вы выезжаете в год 3 раза на пожар и еще бастуем. Но у нас пословица, что пожарный спит, страна богатеет: если пожарный спит, нет пожара, это же прекрасно. Поэтому пожарную профилактику и агитацию, которую проводят пожарные, просто не видно, ее ничем не оценить.

Константин Чуриков: Нам пишут из Московской области, просят задать вопрос про топливо в пожарных машинах, есть ли оно. И от себя добавлю, за чей счет.

Александр Подгрушный: О, это целая сказка. Раньше пожарные подразделения получали бензин, у них были свои автозаправочные станции прямо на территории депо, мы заправлялись там. Потом перешли на талонную систему. Так вот насчет бензина: появилось слишком много легковых автомобилей, перевозящих дорогие тела, и вот Москва, допустим, спасибо и Лужкову, и Собянину, позволяет давать бензин на пожарную охрану, потому что до сентября месяца они еще ездят на изучение объектов, на тренировки, на учения, потом бензина нет. На периферии это где-то июль-август, пожарные не выезжают на учение, на тренировку, только по практическим вызовам на проведение работ. Тот, который не был на объекте, как на "Зимней вишне", есть такое понятие, как отработка плана тушения пожара, по которому обвиняют Генина. Он не был на этом объекте, потому что их проводят в классе, он не был на объекте, у него нет бензина, его туда просто не пустили.

Константин Чуриков: Вы говорите о пожарном, который сейчас арестован…

Александр Подгрушный: Которого арестовали, Сергей Генин.

Марина Калинина: Давайте звонок из Алтайского края возьмем, Игорь у нас на связи. Игорь, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, слушаем вас, говорить.

Зритель: Я хочу поддержать присутствующего в вашей студии. Да, это уважаемый человек, я считаю. Я сам бывший подполковник милиции, 15 лет уже нахожусь на пенсии. Но могу подтвердить его слова, что в те времена, когда структура пожарной охраны находилась…

Александр Подгрушный: …в МВД…

Зритель: …в МВД, было больше порядка, было больше честного и хорошего отношения к труду, к пожарным относились с большим уважением. Сейчас, я вам скажу, другое. Я уже знаю многих инспекторов, которые просто ушли из пожарной охраны, потому что им не дают работать, потому что вот эти все развлекательные центры, все большие магазины типа "Магнита", "Ленты" и всех остальных прочих, запрещают инспекторам приходить и делать проверки, просто нагло.

Константин Чуриков: Ну да, в стране же запретили кошмарить бизнес, все, конечно.

Зритель: Я говорил с инспекторами, которые говорят, что они туда не вхожи, для этого есть начальники МЧС, которые руководствуются какими-то принципами. И поэтому инспектора не могут сделать какие-то проверки, их не допускают туда просто.

Константин Чуриков: Игорь, вы хотите сказать, что если бы пожарный был по сути сотрудником органов внутренних дел, тем же полицейским, было бы совсем другое отношение?

Марина Калинина: Даже нам пишут из Нижегородской области: "Вообще-то МЧС должна быть гражданской организацией". Почему бы нет, кстати?

Александр Подгрушный: Нет. Был такой боевой устав пожарной охраны, там было прописано, что пожарная охрана – это правоохранительная служба, охраняет права человека, его защиту от пожара, жизни и здоровья. Сейчас если посмотрите документы, нехорошее слово есть такое, пожарная охрана – это совокупность сил и средств, предназначенных для тушения пожара, проведения профилактики, надзорные функции.

Марина Калинина: Как все сложно.

Александр Подгрушный: Мы не являемся службой даже, и во время Шойгу нас отнесли по категории опасности к официантам. Мы все были по опасности профессии шахтерами, погибает каждый год нас в пожарах очень много, отнесли к официантам. Слава богу, сейчас немножко статус опасности профессии повысили, но гибель увеличивается, потому что система подготовки обрушена.

Константин Чуриков: Есть время принять еще один звонок по этой теме. Александр из Ярославской области у нас уже тоже в прямом эфире. Здравствуйте, Александр.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Говорите, пожалуйста. Слушайте нас не в телевизоре, а в трубке. Давайте общаться.

Зритель: Да-да, слушаю вас.

Константин Чуриков: Это мы вас слушаем. Говорите.

Зритель: Значит, я сейчас на пенсии уже, 21 год на пенсии уже. Отработал 21 год в погонах, значит, далее еще работал, помогал, как говорится, по ремонту автомобилей 14 лет. Стою на двух очередях по жилью, проживаю в служебном жилье, прямо здесь при пожарной части.

Константин Чуриков: А, все понятно, в пожарной охране.

Зритель: Да. 30 лет на одной очереди стою, на социальную выплату встал года 4 назад, ничего, никакого продвижения, совершенный ноль, представляете?

Константин Чуриков: Спасибо, Александр, за ваш звонок.

То есть смотрите, масштабы проблем таковы, что куда ни кинь, плохо. Я не понимаю, как такое может быть.

Александр Подгрушный: Есть такое… Я не знаю, почему решение было принято, исследование Счетной палаты о деятельности МЧС России с 2013 по 2017-е гг. на 127 листах, и все, что там прописано, есть Галина Вислобокова, наверное, знаете ее, там есть 8 серий, "По ком звонит колокол МЧС", там всю правду она сказала. Мы впервые увидели, что в эфир такая информация пошла.

Константин Чуриков: С 2013 по 2017-е гг., то есть конкретно при Владимире Пучкове.

Александр Подгрушный: И все прописано, сколько миллиардов куда ушло, как покупались цистерны по завышенным ценам, там целая история, квадрокоптеры покупали, которые тут же падали, китайское производство. Слово "маразм", конечно, нехорошее, но там действительно присутствовало.

Константин Чуриков: Мы можем пожелать только одного – чтобы поскорее состоялся правильный аудит ведомства, чтобы была проведена его должная реорганизация.

Марина Калинина: Да, давайте посмотрим, чем все это закончится.

Константин Чуриков: И чтобы были профессионалы в стране, которые помогали бы спасать жизни людей. Спасибо большое.

Марина Калинина: Спасибо большое.

Константин Чуриков: Многие зрители вас благодарят. У нас в студии был Александр Подгрушный, инженер пожарной безопасности, кандидат технических наук, доцент. Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Список серий