• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Александр Толмачев: Все эти социальные программы хороши, но где гарантии государства?!

Александр Толмачев: Все эти социальные программы хороши, но где гарантии государства?!

Петр Кузнецов: Переходим к первой теме. Минстрой хочет увеличить финансирование программы по обеспечению жильем молодых семей. Сейчас улучшения условий ждут уже 200 тысяч очередников, возраст которых не превышает 35 лет. В прошлом году с помощью федеральных субсидий более 14 тысяч семей смогли улучшить жилищные условия, на это было направлено почти 4.5 миллиарда рублей. В этом году регионов в программе стало еще больше, кстати, то есть теперь их, как видите, 77, тогда как 2 года назад было 66.

Тамара Шорникова: Теперь о том, как стать участником программы. Участником программы «Молодая семья» могут стать граждане России, стоящие на очереди на улучшение жилищных условий. Это могут быть супруги без детей, которые прожили в браке не менее года, их возраст не должен превышать 35 лет. Если есть в семье дети, то участником программы может стать и неполная семья с одним родителем, возраст которого также не должен быть более 35 лет. Молодым семьям по программе предусмотрена субсидия: до 35% от средней оценки жилья для родителей без детей, до 40%, для семей с детьми.

Петр Кузнецов: В этом году семьи, в которых появился второй и третий ребенок, смогут еще и переоформить ставку ипотеки под 6% годовых. Срок предоставления льготных выплат – 3 года на второго и 5 лет на третьего ребенка.

Что же изменится? Какие сложности сейчас? Почему такие очереди? Все это выясним в ближайшие 22 минуты. У нас в студии Александр Толмачев, заместитель председателя Союза юристов Москвы, доктор юридических наук. Александр, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Александр Толмачев: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Спрос есть, мы выяснили, 200 тысяч человек в очереди как минимум. Наверное, молодым семьям эта программа выгодна. Но в чем основная сложность в ее работе сейчас? – как раз очереди?

Александр Толмачев: Итак, дело даже не в очереди, а в том, что желают молодые и кто такие молодые. Если мы посмотрим, допустим, Европу, то молодыми считаются люди вообще до 40.

Тамара Шорникова: Но у нас до 35.

Александр Толмачев: У нас до 35. Если ты, например, в 33 решил встать в очередь за получением вот такой субсидии, она всего 30%, то боюсь, что вы за 2 года не дойдете, в 35 лет вас попросят освободить эту программу, и вы будете так же дальше зарабатывать, как сегодня зарабатывали. Смысл очень простой: активизировать финансовый рынок. Дело в том, что 30% вам дадут, в этом ничего такого особенного нет, а вот остальные 70% где взять? И вот эти 70% тебе нужно будет брать кредиты ипотечные, если ты еще ни разу не брал, или показывать, что у тебя есть возможность, твои доходы покроют вот эти самые 70%. Если этого не будет, то ты никогда никого не получишь. Дело в том, что люди еще должны понимать, что у нас существует параметр квадратных метров, сколько их нужно, чтобы быть нуждающимся в улучшении жилья, для каждого региона он свой.

Петр Кузнецов: Для каждого региона свой.

Александр Толмачев: Да. Например, ты живешь с родителями, тебе хочется наконец-то разъехаться и получить что-то свое. Если ты живешь, например, в Москве, если у тебя на человека приходится больше 10 метров, ты ничего не получишь, то есть ты не входишь в эту программу, должно быть меньше 10. В каких-то регионах, допустим, в Орловской области или в Брянской области, там 14 метров на человека, то есть каждый регион принимает решение в рамках этой государственной программы общей свою собственную программу. Там могут быть разные нюансы. Например, в какое время какие бумаги ты должен приносить. Мягко говоря, я-то думал, что государство должно поддерживать вообще малоимущих молодых, а здесь получается так, что ты должен все равно зарабатывать столько, чтобы практически купить, 70% от стоимости – приличная сумма. Я боюсь, что до 30 лет в основном люди сами не заработают, если работают честно.

Тамара Шорникова: Про эти 70% можно сразу уточнить? То есть имеется в виду что? – что у тебя зарплата, позволяющая выплачивать определенный процент, или ты должен сразу заверить в том, что у тебя есть сумма в эти 70%?

Александр Толмачев: Дело в том, что опять же в зависимости от региона. Дело в том, что в Москве достаточно, чтобы ты получил подтверждение из банка, что твои доходы, которые будут в течение нескольких лет, они должны подтвердить, что они сохранятся, эти доходы, и сумеют покрыть вот эти самые 70%. В каких-то регионах по-другому, но смысл заключается в том, что ты должен все равно показать, что у тебя эти деньги, возможно, причем возможно, что появятся. Но в условиях такой нестабильности экономической я боюсь, что все больше и больше молодых – и не только молодых, но и пожилых людей – не будет иметь возможность получить вот эти самые деньги.

Дело в том, что у нас же существует еще одна проблема. Дело в том, что как расчет вести, что за сумма. Люди думают: о, я сейчас найду на рынке квартиру стоимостью 100 миллионов, мне 30% даст государство. Ничего не даст. Существует для каждого региона свой расчет. Например, для Москвы 91 тысяча рублей, для, допустим, Кемерово 50 тысяч рублей. Считается нормальная стоимость квадратного метра, за что государство должно тебе дать субсидию. Если вдруг ты у застройщика решил купить в Москве за 100 тысяч рублей метр квадратный, тебе никто никаких 30% не даст, эта сумма будет гораздо, гораздо меньше. Поэтому здесь не надо иллюзий питать.

И еще. Если ты решил, например, взять субсидию в Москве, а потом приобрести квартиру в Подмосковье или где-то в Калужской области, где подешевле, это тоже не «прокатит». То есть нужно объяснить нашим людям: ребята, все равно халвы не получится. Это может быть полезно для какой-то очень узкой группы людей, молодые они или не очень молодые, но это все равно очень узко. Ну что такое 200 тысяч населения? Это ничто. Если бы это было 20 миллионов, это что-то. На сегодняшний день государство, с одной стороны, – и мы и в Союзе юристов, и в Торгово-промышленной палате пытались достучаться до министерства, – что давайте примем две программы: одну программу для совершенно невозможных, меньше, чем малоимущие молодые семьи, в основном они вообще без денег…

Петр Кузнецов: Кому не придется доказывать, что у них есть какие-то средства, которыми они могут покрыть эти 70%.

Александр Толмачев: Конечно. Помогите этим людям, пусть они не будут собственниками, пусть они будут пользователями, пусть они будут людьми, которые будут постоянно стимулироваться, работать, работать и работать. Но они в принципе не смогут заработать сразу несколько миллионов рублей и расплатиться в течение нескольких лет, тем более процентная ставка 6%, все равно это сумасшедшая ставка. В европейских странах максимально 1.2%, 1.3%, максимум 1.5% годовых на ипотеку.

Петр Кузнецов: И сроки до конца жизни, они там до 50 лет.

Александр Толмачев: Конечно. Но, к сожалению, в тех условиях, в которых сегодня оказался наш финансовый рынок, я понимаю, что это лоббисты были не Министерство строительство, а все-таки лоббистами были банки, потому что все меньше и меньше людей берут кредиты реальные, ипотечные, берут кредиты для того, чтобы закрыть предыдущие кредиты. Это уже, извините, никакая не экономика, это просто выживание такое.

И с другой стороны может быть другая разумная программа, когда ты берешь, если ты молодая семья или ты обещаешь в течение 10 лет работать, я не знаю, где-нибудь в Анадыре или в Салехарде, в таких тяжелых условиях, за что тебе государство должно какие-то проценты или какие-то суммы денег, в общем-то, снимать. Да, это зависит от регионов. На сегодняшний день это предложение, которое министерство предложило, я боюсь, что это только очередной способ перераспределения возможных бюджетных средств, чтобы у Минстроя была возможность управлять не 4 миллиардами, а 6 миллиардами рублей, вот и все.

Петр Кузнецов: Смотрите, вот застройка…

Тамара Шорникова: Петь, извини, пожалуйста, прямо короткая пауза, хочу обратиться к нашим телезрителям. Если вы молодая семья, позвоните, расскажите, как вы решаете свои жилищные проблемы. Возможно, вы участвовали в программе «Молодая семья» или собираетесь участвовать…

Петр Кузнецов: Может быть, вы сейчас стоите в очереди – сколько вам пришлось собрать бумаг, сколько еще ждать, что говорят?

Вот по поводу как раз очереди. То есть мы правильно понимаем, обязанность государства есть предоставить, это обязанность государства, а вот что касается сроков, здесь ничего не сказано?

Александр Толмачев: Никакой гарантии…

Петр Кузнецов: Вы можете ждать сколько угодно.

Александр Толмачев: Конечно. Вы можете вляпаться в такую же историю, как бывает иногда с материнским капиталом, когда уже деньги на материнский капитал перевели, и вдруг застройщик обанкротился, и деньги – где их взять? А негде, их больше никогда не будет. Государство, к сожалению, пока мы не видим в этих предложениях, где гарантия государственная. Ведь нам на самом деле, людям и молодым, и не совсем молодым, просто гражданам России, требуется от государства только одно: некие гарантии. Вы нам гарантируйте, что счастье у нас будет через 10 лет, через 5 лет, через 15 лет, но оно когда-нибудь настанет, это светлое будущее. Пока вот таких прогнозов нет.

Петр Кузнецов: То есть как-то законодательно закрепить место в очереди?

Александр Толмачев: Ну хотя бы так. Пусть не берем советское время, берем 1990-е гг., там тоже были самые разные программы дотаций, субсидий, 30% и 40% в зависимости от того, сколько ты лет стоишь в очереди, тебе говорили: «Откажись от очереди, возьми деньгами». Была такая возможность, и бюджеты разных регионов этим занимались. Но сегодня, видимо, просто денег много на самом деле, никто больше не может эти деньги как-то реализовать. Поэтому в экономику реальную не вкладываются, потому что хочется, чтобы было что-то быстро, быстро, быстро.

Жилья настроили, если мы берем центровые регионы типа Москвы или Петербурга, жилья-то много построено, только оно по такой цене, по который ни государство не способно гарантировать, потому что эта цена гораздо выше, чем вот эта нормальная стоимость. Например, допустим, берем самый богатый регион, Москва. Государство говорит: 91 тысяча – это стандартная стоимость, за которую мы ответим. Но у нас, извините, дешевле, чем за 140 тысяч, не бывает, то есть это почти в 1.5 раза дороже. А где мы это возьмем, где вот эта дельта? Ее нет. Договариваться с банком, ты опять один на один с банкирами. Ничего такого прямо перспективного, замечательного я в этом предложении не вижу.

Петр Кузнецов: Вот я хотел спросить про застройку как раз на примере Москвы, ведь строится очень много, этих квадратов хватит, но просто, наверное, еще загвоздка в том, что невыгодно эти квадраты давать именно вот этим по сертификатам, их выгодно просто продать по рыночной цене…

Александр Толмачев: Кстати, не совсем так. Когда общаешься с застройщиками и говоришь: «Ребят, вот вы держите цену в 4-5 раз дороже, чем это реально может человек купить, – а почему бы вам не снизить цену?» Знаете, что они говорят? – «мы все закредитованы, нам банкиры не позволяют снизить цену; банкам выгоднее, чтобы мы обанкротились, забрать все это бесплатно, а потом куда-нибудь в залог пустить другому банку или перепродать». Вот сегодня позиция тех же самых банкиров. Поэтому финансовая система, которая сегодня управляет всей нашей страной и всей экономикой, приводит к тому, что вся остальная экономика, даже строительный рынок, не работает по-нормальному. Застройщик, зачем ты держишь цену 200 тысяч за метр квадратный? – «да я готов за 100, я готов за 80, потому что у меня оборотов нет, у меня люди увольняются, я не могу держать, но банк мне не разрешает». Кредит взял – ты должен либо обанкротиться, и он заберет бесплатно, либо ты должен, извините, выдержать наши параметры. Поэтому огромные просто кварталы стоят незаселенные.

Петр Кузнецов: У нас звонок, у нас Олеся на прямой связи из Оренбургской области, послушаем ее.

Александр Толмачев: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: У нас вот такой вопрос. Мы с Оренбургской области как молодая семья, много раз обращались в эту программу, к губернатору нашей области мы обращались, он направлял нам письма со статьями о том, что мы имеем полное право вступить в программу с одним ребенком…

Александр Толмачев: Но?

Зритель: Но приходили в эту программу к людям, которые сидят, записывают нас, говорят, что мы не в приоритете, так как у них приоритетом идут многодетные семьи, это от двух детей и более, а также дети-сироты. Как нам быть в этой ситуации?

Тамара Шорникова: Понятно, спасибо.

Александр Толмачев: Вы знаете, есть только один народный способ: засучить рукава и забыть про эту дотацию, субсидию и зарабатывать себе на собственное жилье, и желательно не в большом городе, в большом городе, скорее всего, вы не сумеете добиться жилья, вам придется куда-нибудь уехать подальше, на своем земельном участке построить свой собственный дом. Это на сегодняшний день более реально, чем дожидаться лично, например, для вас, когда вы станете в приоритете. Это типичная ситуация, что вы не в приоритете. Я не хочу сказать, что дети чиновников всегда в приоритетах, но дело в том, что так получается, что если есть у нас гигантская программа жилищная и в ней несколько подпрограмм в том числе для многодетных, для молодых семей, в каких-то регионах они решаются соединить эти программы знаете почему? Да денег у них не хватает или деньги уже освоены.

Петр Кузнецов: Есть еще один способ, о котором мы хотим рассказать, даже показать, – это случай из Волгограда.

Тамара Шорникова: Да. В Волгограде семья дошла до Верховного суда в борьбе за свое право на госсертификат для покупки жилья. В льготную программу они вступили еще 6 лет назад, но с тех пор очередь почти не продвинулась, а вот возраст мужа и жены подошел к предельному по программе, 36 годам. Из списков, соответственно, на квартиру наших героев просто исключили. Елена Митрофана с подробностями из Волгограда.

СЮЖЕТ

Александр Толмачев: Сразу прокомментировать можно?

Тамара Шорникова: Да, конечно. Есть перспективы?

Александр Толмачев: Они проиграют, потому что в этой программе четко написано: выходишь из возраста – тебе ничего не полагается. То есть они проиграют заведомо. Я понимаю, что они страдают оттого, что у них мало денег, но эта программа им проблему не решит.

Петр Кузнецов: Такая же ситуация из Тверской области, кто уже проиграл: «В 2008 году в Торжке встал в очередь по программе «Молодая семья», в 2015 году нас сняли, так как возраст нас перестал подходить по требованиям». «Вот уже 5 лет платим ипотеку за воздух по «Молодой семье», маткапитал вложен, застройщик банкрот, выживаем как можем, спасибо за заботу о молодых, – это уже Москва. – Спасибо за заботу о молодых. Работу надо искать и на найдешь, на жилье заработать жизни не хватит, опять нужен нацпроект, все в планах на далекое светлое будущее». Пермский край: «Лохотрон». Ну и здесь вопрос также из столицы: «Мне 30 лет, жене 40, у нее двое детей, я их усыновил, – мы не молодая семья? Детям 3 и 5».

Александр Толмачев: Значит, так, люди, послушайте. В эту программу вы точно не войдете ни через год, ни через два. Даже если вам сегодня 20 лет, сомневаюсь, что вы за 15 лет дойдете, или когда вы подойдете, то я боюсь, что денег не останется. Поэтому вам придется все равно, во-первых, искать работу, во-вторых, создавать себе жилье самостоятельно. И нужно понимать, что нужно искать работу ту, которая сегодня на рынке востребована. Сегодня на рынке что требуется? – люди, которые идеи дают какие-то, такие манипуляторы идейные, тогда да, заработаешь. Требуются люди, которые рабочую силу готовят, то есть это образование, это чиновники. Это те, кто сегодня востребованы, поэтому нам премьер сказал, что требуется сейчас миллион чиновников, – идите в свои города, становитесь чиновниками. Надеюсь, что вы не будете брать взятки, а вы сумеете заработать нормальным способом и построить себе счастливое светлое будущее.

И третья позиция: никакой рабочий класс сегодня не нужен, сегодня нужны те люди, которые работают с компьютерами. Вы поймите, ситуация в мире изменилась, глобализация привела к тому, что индустриализация страны не нужна, вот что нашим людям надо объяснить. И вы как журналисты должны сказать: ситуация изменилась на рынке труда, поэтому не нужно надеяться, что будет, как в советское время. Забудьте про это время, мы живем в другой стране, нами управляют другие люди. Поэтому сегодня я как юрист вам подсказываю, что у вас сегодня еще есть возможность, во-первых, дальневосточный гектар забрать бесплатно, построить себе дом и попробовать что-то с медведями или какими-то тиграми, леопардами придумать, сделать. Вариант такой есть? – есть. Придется строить за свой счет, да, инфраструктуры никакой, либо устраиваться здесь, в своих регионах, где есть возможность, и добывать собственное жилье своими силами. Не надейтесь на государство, государство не для этого.

Петр Кузнецов: Вы советуете не связываться с программой «Молодая семья»?

Александр Толмачев: Государство нужно для трех вещей: для обороны, для защиты внутреннего правопорядка и для защиты сирот. Мы с вами не сироты, поэтому что же мы, извините, крокодиловы слезы льем?

Тамара Шорникова: Давайте выслушаем Хамису из Дагестана, она расскажет историю про своего сына. Здравствуйте, Хамис.

Зритель: Здравствуйте.

Александр Толмачев: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Петр Кузнецов: Что за история.

Зритель: Это «Отражение», да? Вот мы обращались по программе «Молодая семья», но у нас, как говорится, Республика Дагестан, здесь не существует никаких законов, порядков, как всегда здесь все чиновники только для себя живут, а для инвалидов нет. Вот мы обращались, нам сказали, что мы где-то за границей живем, мы тоже Российская Федерация. Они говорят, что у нас таких законов нет, для молодых семей тоже нет, ипотеки тоже. Такой программы нет вообще. Я хотела бы узнать, есть ли вообще в Республике Дагестан какие-то российские законы.

Александр Толмачев: Значит, первое: законы российские есть. Но вы поймите, эта программа, про которую мы сейчас с вами говорим, «Молодая семья», принята не во всех регионах. Понимаете какая штука? Перед этим был репортаж как раз об этом, что у нас из 85 регионов только 66 в эту программу попали. Почему? Потому что регион должен оценить, способен ли он эту программу осуществить. Я боюсь, что кавказские республики, где огромное количество молодого населения, в отличие от умирающего нашего российского Севера, я думаю, что там просто они не приняли этой программы. Я сам не знаю, принята эта программа или не принята в Дагестане, но я думаю, что ваши чиновники не врут, я думаю, что они правду сказали, что у них этой программы пока нет. Или, может быть, она разработается на будущий год, а сегодня они вам сказали: «Извините». Поэтому не надо надеяться на государство, надеяться нужно только на себя и на своего собственного соседа.

Петр Кузнецов: Давайте еще вот на что попытаемся понадеяться. Финансирование, нам говорят, увеличится этой программы. Что можно улучшить в этой программе за эти большие деньги, как ни крути? Может быть, как-то упростить процедуру, перестроить, возможно, эту программу, как-то повысить возраст молодости? Давать деньгами?

Тамара Шорникова: Или наоборот, сделать жестче условия, чтобы не все подходили под нее, более-менее точечно, так будет честнее?

Петр Кузнецов: Совершенно верно.

Александр Толмачев: Послушайте, давайте вначале так. Мы с вами чиновники. К нам приходит, например, сразу 10 миллионов молодых людей и говорит: «Дай нам деньги, помоги». А у нас денег не хватает. Что мы говорим этим людям? С одной стороны, мы должны сказать, что мы о них заботимся, поэтому говорим, что программа будет, а с другой стороны создаем условия, чтобы не все дошли до этой программы. Мы хотим их стимулировать, чтобы они сами работали, сами зарабатывали, и люди не понимают, что даже ты вошел в эту программу, тебе все равно 70%, больше чем 2/3 стоимости, тебе придется своими руками заработать, а если ты взял ипотеку и не заплатил за это, у тебя это отнимут. Людям же надо это объяснить.

Петр Кузнецов: Ну баланс этот как-то вырулить, чтобы не 70%...

Александр Толмачев: Никакого баланса нет, поймите…

Петр Кузнецов: Чтобы 50 на 50 было.

Александр Толмачев: Баланс идет только от того, что мы, во-первых, хотим. Мы с вами хотим размножаться, есть и доминировать через деньги, через власть. Вот мы живем как, извините, биологические организмы. Но когда мы говорим о социальном организме, о том, чтобы помочь ближнему, единственный способ – это прижаться плечом к своему соседу, к своей жене, к своей маме, к своим родственникам и вместе создать, пусть это будет смешно, но такую общину, которая могла бы скинуться и позволить себе построить. Так было всегда, так было веками. Мы сегодня так как разъединились, мы все индивидуальные гении, у нас ничего не получится, потому что нами управляют, как хотят, потому что эти люди, которые сегодня владеют финансами, не хотят отдавать вам деньги, для того чтобы за 30-40 лет вы их вернули, они хотят, чтобы вы их вернули за 2 месяца, а лучше за 2 дня.

Понимаете, у них другие интересы. Капитал сегодняшний и капитал, например, 50-летней давности – он разный капитал. Если раньше ты мог через государство договориться с капиталом и трудящиеся были защищены, то сегодня капитал что делает? Взял мобильный телефон, свой iPad и куда-нибудь рванул в другое место, и капитал утек. И для того чтобы ты заставил его, чтобы он вложил сюда деньги в твое жилье, в твои «хотелки», ты должен его уговорить, заставить невозможно. И для того чтобы это понять, для этого нужно окунуться мордой, извините, в эту неприятность, понять, что государство не будет о тебе заботиться, ты сам и только ты сам, твоя жена, твой муж будете друг о друге заботиться, никто больше заботиться о вас не будет.

Петр Кузнецов: Вы сказали: «Становитесь чиновником, и все будет хорошо».

Александр Толмачев: Ха-ха.

Петр Кузнецов: Как мы поняли, легче даже стать чиновником, чем дождаться очереди по этой программе.

Александр Толмачев: Это Медведев сказал, что нужен миллион чиновников.

Тамара Шорникова: Но у чиновников есть свои дети, поэтому вряд ли уж прям миллион нужен, уже поменьше.

Петр Кузнецов: Переключайтесь на эту стратегию, друзья.

Александр Толмачев: Будьте трезвыми, люди, трезвыми будьте!

Петр Кузнецов: Спасибо большое.

Тамара Шорникова: Мы говорили о жилищных программах для молодых семей вместе с Александром Толмачевым, заместителем председателя Союза юристов Москвы, доктором юридических наук.

Через несколько минут наша рубрика «Жизнь на воде», где Михаил Кулик расскажет об автосэйлинге, а после большого выпуска новостей встречайте Оксану Галькевич, она перехватит эстафету в прямом эфире вместе с Петром Кузнецовым.

Петр Кузнецов: Вот такие сюрпризы у нас сегодня.

Список серий