• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Андрей Туманов: Если вы добываете не артезианскую воду для себя в объеме не более 100 литров, то лицензировать скважину не надо

Андрей Туманов: Если вы добываете не артезианскую воду для себя в объеме не более 100 литров, то лицензировать скважину не надо

 

Оксана Галькевич: О воде плановой в рамках нашей рубрики, которая называется «Территория: Дача». Мы приглашаем к беседе многочисленную армию садоводов – огородников. И сразу представляем нашего гостя, в студии программы Отражение у нас Андрей Туманов, председатель общероссийской общественной организации «Садоводы России», Андрей Владимирович, здравствуйте!

Андрей Туманов: Добрый день!

Константин Чуриков: Здравствуйте! Ну, давайте обозначим тему, это – скважины и колодцы. Как добиться того, чтобы вода была на участке, ну вода естественная такая, природная. Не водопроводная.

Андрей Туманов: А какая еще бывает?

Константин Чуриков: Ну, бывает вода, которая приходит откуда-то по трубам.

Оксана Галькевич: Циклическая.

Константин Чуриков: Циклическая, да.

Оксана Галькевич: Техническая.

Константин Чуриков: Техническая, да.

Оксана Галькевич: У нас сегодня с тобой уже заплетается язычок!

Андрей Туманов: Ну, я думаю, скважина она тоже приходит по трубам. Давайте. Вообще очень сложную задачу Вы ставите, потому, что о воде, о скважинах, а тем более, о взаимоотношениях государства с садоводами в этой области можно говорить очень много и долго.

Константин Чуриков: Я хочу только, чтобы сейчас показали нашу вот эту «плазму», вот эту картину.

Оксана Галькевич: Я тоже обратила внимание на…

Константин Чуриков: Это швейцарская деревушка? Шале?

Оксана Галькевич: Костя, ты снял с языка! Слушайте, я просто зависла сейчас на этой картинке, думаю, точно? Это – наши дачи? Какую интересную ассоциацию наши режиссеры подобрали! Для беседы. У нас так бывает?

Андрей Туманов: Да, это не наши дачи!

Константин Чуриков: Сейчас подберут может что-то еще. Хорошо.

Андрей Туманов: Давайте подумаем, а надо ли наводить в этой области порядок вообще? Вот Вы, просто как люди, у которых там, у которых  обычная дача, обычные пользователи, как думаете? Или оставить, как было, пусть будет вот такая анархия?

Константин Чуриков: Мне сложно сказать, у нас тут вода в стаканах есть.

Оксана Галькевич: Мы бы рады поддержать Вас…

.

Андрей Туманов: Вот давайте, давайте возьмем в качестве примера наше садоводческое товариществ, а вернее наш такой комплекс, там девять садоводческих товариществ, около тысячи людей. Из них половина там живет постоянно. Представляете, тысяча участков. И на каждом участке стоит туалет. Это шести-соточные участки, не такие вот, а шести-соточные. И примерно на трети участков есть либо своя скважина, либо свой колодец. И вот, представьте, а туалеты все, скажем так, не выгребные.

Константин Чуриков: Туда все идет.

Андрей Туманов: А просто земляные, ямы. И вот представьте, что…

Константин Чуриков: А, я вот понял. Я уже представил.

Андрей Туманов: Вот, вот! Вот Вы только представили, а Вам, по глазам вижу, уже не совсем приятно становится. И так, в принципе, по нашей стране оборудовано практически все. Поэтому, безусловно, следить за этим надо.  И раз мы начали, сейчас затравочку сделали, теперь давайте договоримся о терминах. Скважина скважине - рознь.

Оксана Галькевич: Рознь?

Андрей Туманов: Большая рознь. Есть скважина, а вернее просто скаженный колодец, в котором добывается верховодка. Верховодка, это вот…

Константин Чуриков: Это как раз то, что вот оттуда из туалета из деревянного туалета только что вытекло.

Андрей Туманов: Ну, то, что вытекло из деревянного туалета, может и гораздо ниже дойти, при неправильном обслуживании скважин. Так вот, это – верховодка, или то же самое ,что в колодце. Вырыли Вы колодец, это и будет там. Чуть пониже идут грунтовые воды, ну где-то там это 40-50 метров. Ну это, в принципе то, что можно для нас, для дачников, безопасно разрабатывать и для этого не требуется, в настоящее время, пока, ничего.

Эти воды, ну вот если верховодка, ну скажем так, не ведется уж такой сильной хозяйственной деятельности, ну иногда ее даже можно нормально пить, без очистки, ну желательно конечно кипятить. А уж поливать, использовать в технических целях – нормально. Грунтовые воды, ну чаще всего они чистые. Но дальше идет артезианская вода, это уже около 100 метров, сейчас вот я цифры называю примерно, потому, что есть артезианские воды, которые уже там и на 30 метрах можно в некоторых местах…

Константин Чуриков: Ну, в  Швейцарии, которую мы сейчас за собой видим сейчас.

Андрей Туманов: Да. Вот это, это уже общенациональное достояние. Вот это, если Вы неумело будете обходиться с артезианскими водами, понимаете, если вы что-то загрязните у себя на даче верховодку, ну это пострадают вы, ваши соседи, соседи по даче, но если артезианские воды, вот здесь могут пострадать уже тысячи, десятки тысяч людей. Поэтому здесь, безусловно, надо очень внимательно следить. И вот последнее время чиновники немножечко проснулись, правда, неумело, и решили в этой области наладить контроль и учет.

Оксана Галькевич: Андрей Владимирович, давайте обратимся все-таки к телезрителям. Друзья, если у вас есть проблемы в этой части, Вы садовод-огородник, пожалуйста, подключайтесь к нашей беседе!

Я вижу, что многие нам пишут, но нам можно также и звонить в прямой эфир, это совершенно бесплатно, где бы вы нас ни смотрели. Ну, вот нам пишет, например, Воронежская область: «Без воды нет дачи, по-любому весь труд на ветер!», ну имеется в виду, что люди там что-то выращивают для себя.

Константин Чуриков: Помыться иногда надо!

Оксана Галькевич: Вот, кстати, Сахалинская область нам пишет: «А какие проблемы? Речка. Насос».

Андрей Туманов: Речка, насос. У нас, например, в садоводческом товариществе есть скважина, верховодка, и есть централизованный водопровод, централизованный, который идет из водонапорной станции на всех и туда идет артезианская вода. Артезианская вода, но так как она по трубам расходится, она уже так не очень чистой получается, но мы пьем из той самой скважины, которая там из горизонта по-моему, 15 с половиной метров берется вода. Так что у нас она есть и зимой, там можно включить кнопочку, и она польется, либо летом в летнем водопроводе.

Константин Чуриков: Андрей Владимирович, но мы же не в тайге живем, не в тундре. В Центральной России у нас проблемы есть свалок, сточные воды какие-то стекают в эти речки. Насколько вот это безопасно все?

Андрей Туманов: конечно, не безопасно. Особенно, если не наводить порядок. Понимаете, сейчас у меня такая достаточно сложная ситуация. С одной стороны, я должен и садоводов от нехороших чиновников защитить, потому, что чиновники они как сейчас, они начнут запугивать дачников. Все, надо ставить, там, платить и так далее. Уже было несколько таких попыток.

Да, вот это вот - наши!

Константин Чуриков: Да, можно вот показать? Это Кубань, станица какая то, да?

Оксана Галькевич: Эта – наша страна!

Константин Чуриков: Д, узнаем! Спасибо!

Оксана Галькевич: Родные просторы вот наконец то! А то как то за границей мы занервничали что-то. Сейчас разговор пойдет, Андрей Владимирович!

Андрей Туманов: Но не делать, пускать все на самотек тоже нельзя! Поэтому здесь будем выбирать ту самую дорожку, которая выгодна и нам, дачникам, чтобы нас, в конце концов, не обстригли по полной программе! Потому что, когда начинаешь говорить про лицензирование, сразу

- А! Они хотят нас ограбить, обложить нас налогами! Ну и так далее!

Константин Чуриков: Расскажите, пожалуйста, в каком случае лицензирование требуется, при какой глубине, при каком виде воды и в каком случае не требуется? Там пошлина, не пошлина, там же целая история.

Андрей Туманов: В настоящее время, буду употреблять вот этот хитрый оборот, в настоящее время, потому, что мы же не знаем, что завтра наши, мои бывшие коллеги придумают.

Константин Чуриков: Депутаты то есть?

Андрей Туманов: Ну в смысле, да. Итак. В настоящее время не надо вам беспокоиться, если у вас скважина не артезианская. Если это верховодка, либо грунтовые воды. Если вы используете воду только для себя. Для себя. Не продаете. Знаю я одного садовода, который сделал трубу к авто мойке соседней и туда качает воду. Вот он обязан даже за верховодку платить и лицензировать свою скважину. И если вы не более 100 литров воды добываете. То есть. Для себя, 100 литров воды и это не артезианская скважина. Вот в этих случаях живите спокойно.

Оксана Галькевич: А объем расходов как считается? Более не более 100 литров.

Андрей Туманов: Это вопрос философский, как считать! Никак. У нас много, скажем так, пожелательных норм и законов, которых никак не посчитать, да и контролеров, между нами говоря, нет. Нет, вы не найдете!. Нет, есть министерства очень неплохие, Росприроднадзор, где, кстати, и придется  лицензировать скважину. Ну кроме этого, если скважина все-таки артезианская, артезианская скважина это ну знаете штука такая сложная и дорогая, я знаю людей просто, ну частников, у которых есть своя артезианская скважина под домом такая «пиратская» скважина, им рано или поздно, придется очень туго. Потому, что зарегистрировать ее, получить лицензию будет непросто и достаточно дорого. Но это, опять же, обычных садоводов, обычных садоводов не касается. Давайте вот не путать свою воду с общественной.

Оксана Галькевич: Это я просто к тому, что бывает, все ошибаются. В какое-то лихое время люди сделали вот такую вот «неправильную» скважину, но теперь вот решили поставить ее официально на учет и официально лицензировать. Вы говорите, это будет стоить дорого. Это будет стоить дорого потому, что только за взятку или вот это официальный путем будет стоить дорого? Надо уплатить штраф в казну государства?

Константин Чуриков: Там еще много работ надо проделать!

Андрей Туманов: Да, совершенно верно!

Оксана Галькевич: Бинго!

Андрей Туманов: Много работы. И кстати, такую же скважину еще на учет надо поставить, на учет в Росреестре, чтоб она была как недвижимость, как Ваш домик. А кроме того еще надо понимать, что скважину то обслуживать вообще-то надо! Вот у Вас есть автомобили, Вы же их обслуживаете!

Оксана Галькевич: Да, техническое обслуживание, конечно.

Андрей Туманов: В двигатель там масло заливаете и так далее. Скважина тоже требует обслуживания. Понимаете, трубы прогнили, там что-то случилось и туда начинает там та же верховодка просачиваться в более низкие воды и их просто портить. А Вы говорите там еще свалки, вот представьте, что-то неправильно сделано и все там оказалось.

Но, но. Не так давно была принята поправка в Закон о недрах, по-моему, статья 19, где как раз лицензирование скважин упрощается до первого января 2020 года. То есть, в данном случае вам уже не надо будет проект сдавать, там получать разрешение, там проводить изыскательские и изыскательные работы и так далее и так далее. Вот что там была там бюрократия, много всего надо было сделать. Кстати, сделать то это в принципе теоретически-то надо. Потому, что не зная, что за воды, не зная, что у вас и как, без изыскания очень трудно потом что-то определить. Определить, сколько брать можно, сколько нельзя, как за этой скважиной ухаживать и так далее. Но я думаю, пока вот этим периодом до января 2020 года нам всем, у кого есть скважины, у меня, к счастью нету, надо обязательно воспользоваться. Потому, что потом вы заплатите гигантские деньги. Лицензия, кстати, стоит семь с половиной тысяч рублей.

Оксана Галькевич: И она выдается на какой срок?

Андрей Туманов: 25 лет.

Оксана Галькевич: На 25 лет.

Константин Чуриков: На наш век хватит! Оборвали нам телефон зрители, Игорь из Подмосковья уже в эфире, здравствуйте, Игорь!

Зритель: Здравствуйте, меня зовут Игорь. У меня дача в Московской области. В районе Балашихи.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Я хочу сказать про артезианские скважины. Там на всех участках дачных у нас находятся артезианские скважины.

Константин Чуриков: У Вас там, в Балашихе был мусорный полигон, кажется, да? Где-то рядышком.

Зритель: Я сказал в районе Балашихи, а не Балашихинский район.

Константин Чуриков: Хорошо.

Зритель: Некоторое время назад в воде артезианской появились масляные разводы. И прошла такая информация, неофициальная, что рядом находится полигон Чкаловский и там находятся хранилища бензина, они стали коррозировать и поэтому  в воду попадает бензин. Но ситуация, я хочу сказать вообще про артезианские скважины. Артезианская скважина – это сообщающийся сосуд. И я знаю, что у меня знакомый работал, у них на предприятии, для того, чтобы не строить очистные сооружения закачивают отходы от производства в артезианские скважины.

Оксана Галькевич: Господи!

Зритель: Это факт.

Андрей Туманов: Ой, а Вы можете дать контактик тех, кто закачивает стоки в артезианские скважины, потому, что это…

Зритель: Вы знаете, я не буду давать, потому, что…

Андрей Туманов: Ну как?

Константин Чуриков: Вы что? Зачем подводить хороших людей!

Андрей Туманов: Это – уголовное, это уголовка стопроцентная! Этих людей надо сажать в тюрьму.

Константин Чуриков: Игорь сказал, это друг, это – друг!

Зритель: Такую информацию Вы можете найти в интернете.

Константин Чуриков: В открытых источниках. Да, Игорь, спасибо за Ваш звонок!

Оксана Галькевич: Спасибо!

Вы знаете, тут люди начинают делиться своими какими-то предложениями, лайфхаками, кстати, вопросов очень много не только по этой теме. «Не надо трогать ни верховые, ни артезианские скважины, надо устанавливать септики и тогда проблем не будет!». Прав ли наш телезритель из Москвы и Московской области?

Андрей Туманов: Ну конечно прав! Давайте устанавливать септики. Еще лучше – канализацию. Но представляете, можно ли это сделать в среднестатистическом товариществе? Вот у меня сейчас соседи там трое соседей с трех разных сторон эти участки стоят практически пустые. Ну, вот кого вы, с кого вы возьмете эти деньги, чтоб провести эти септики, поставить? Они приезжают туда так, налетами. Их дети приехали, уехали. Очень трудно сейчас на дачах сделать что-то централизованно, поэтому надо исходить из того, что мы можем.

Константин Чуриков: Не люблю этот вопрос, но в данном случае придется его задать. А как там, в Европе то они решили эти же вопросы, в сельской местности?

Андрей Туманов: Ой, в Европе очень строго. За «пиратскую» артезианскую скважину, не за закачку туда каких-то вод, там фекальных и прочих, а просто, если вы сделали «пиратскую» скважину, и не зарегистрировали ее там, не спросили разрешения, не провели работы предварительные исследовательские, вас просто в тюрьму посадят, потому, что да, это не штраф, это тюрьма, потому, что Вы покушаетесь на общенациональное достояние. Испортить артезианские воды очень легко. Неумелым своим обращением. Вот сейчас вот свистните, к вам приедут на дачу и легко пробурят скважину, на 100 метро. Но это же будет незаконно. И как вы будете потом за этой скважиной ухаживать?

Константин Чуриков: Я вообще спрашивал про центральную такую канализацию, центральное водоснабжение. Там этого тоже мало? В провинции?

Андрей Туманов: Почему? Кое-где есть, а где то стоят септики. Ну например, если мы возьмем ближайшую такую Европу, Прибалтику нашу, когда-то советскую, там строить очень законно, там земляная вот эта яма, ее нельзя делать. Там стоит септик, приезжает ассенизаторская машина, оттуда все это забирает и отвозит на переработку. Да, это хорошо, это надо, мы к этому конечно рано или поздно придем, но пока мы этого сделать не можем. Просто вот чисто физически не можем. Но будем стремиться, будем стремиться к этому.

Константин Чуриков: Еще, еще раз?

Оксана Галькевич: Финны, финны тоже вот так действуют, потому, что считают, что это вредит экологии.

Константин Чуриков: Любовь, говорите с нами, пожалуйста!.

Оксана Галькевич: Любовь откуда?

Константин Чуриков: Любовь из Курска.     

Оксана Галькевич: Любовь, здравствуйте!

Зрительница: Ало?

Константин Чуриков: Добрый вечер! Слушаем Вас!

Оксана Галькевич: Да, говорите, пожалуйста!

Зрительница: Здравствуйте! Да я хотела узнать вот я тоже дачница, как 33 года уже здесь, СНТ «Верховье», поселок Искра. Вы знаете, тут у нас и с водой проблема и не очищаются участки, которые не брошенные, люди скупают, но не обрабатывают их и не обхаживают. Весь этот мусор летит к нам. Вода почему то у нас, ну я не знаю, сказали, так положено, два раза в неделю у нас полностью отключается, артезианская, а включается на определенное время, с семи тридцати и то не всегда, до двенадцати и с шестнадцати часов до двадцати тридцати.

Андрей Туманов: А кем положено то?

Константин Чуриков: Да, кем так установлено, скажите, пожалуйста?

Зрительница: Это так установлено председатель сказал всем обществом. Председатель вообще, я его приглашала посмотреть, какие участки не обхаживаются, проблемные, то, что деревья не обрезаются.

Константин Чуриков: Ну, это Вы пошли уже по широкому кругу вопросов.

Зрительница: Ну мне не нравится мое соседство. И он мне заявил, что я вообще без его спроса купила дачу, без его разрешения. Вообще ведет, вроде он тут помещичек такой. Ему нельзя ничего сказать, я дачу привела в надлежащий вид. У меня чисто, у меня все, ну, за три года тут вообще ничего не росло.

Оксана Галькевич: Спасибо!

Константин Чуриков: Спасибо!

Андрей Туманов: Ну вот это лишнее подтверждение того, что к сожалению, сейчас на дачах все-таки процветает некая такая анархия. Кто-то на даче хозяйствует, кто-то бросил, у кого-то она стоит, как такой инвестиционный загашник. Стоит дача и все. Я ее может когда-нибудь продам.

Оксана Галькевич: нет, ну с другой то стороны, послушайте. Это инвестиционный, не инвестиционный, но это же собственность. Значит, собственник должен нести ответственность.

Андрей Туманов: Собственник, безусловно, несет ответственность. Но, к сожалению, у нас нет тех самых контролеров, которые будут ходить и проверять.

Оксана Галькевич: Слушайте, а налоговая наша может что-нибудь? Они так здорово научились нас даже за прошлые, лет 15 назад проданные машины находить.

Андрей Туманов: К сожалению, пока, в ближайшее время этого не будет. В общем-то, скорее всего мы придем к тому, что сами садоводческие товарищества будут максимально отслеживать. То есть общественная организация, ну как сейчас вот, СРО, Само Регулируемая Организация.

Константин Чуриков: 5445. Нам Людмила из Ростовской области пишет, что уже пять лет пользуется дождевой водой. Использует ее в пищу. Очень довольна. Я вот думаю, а нам дождевой водой пользоваться не запретят?

Андрей Туманов: Я, честно говоря, немножко побаиваюсь дождевой водой пользоваться. Нет, она у меня в бочки набирается, безусловно, по старинке, это такой страховой запас для полива. Ну, представьте, вот. Посмотрите в небо. Летят самолеты. Все-таки их двигатели то выбрасывают массу газов, да. Потом это конденсируется и выпадает в виде дождя. Поэтому дождь, в настоящее время, это не самая чистая вода. Ну, может быть у Вас там бесполетная зона такая, какая-то хорошая. Ну тогда, наверное можно.

Оксана Галькевич: Вопросов очень много, вот смотрите: «Скважина не артезианская. Установлена в одном дворе садоводства, но пользоваться будут шесть дворов. Требуется ли лицензирование?».

Андрей Туманов: В данном случае требуется, но кто может проверить, что вы шесть дворов пользуетесь? Вот и подумайте.

Оксана Галькевич: То есть, как деньги взять, так все проверено. А вот как посчитать, так

Андрей Туманов: Да. Вот подумайте, подумайте, надо ли, надо ли вам? Может одному кому то взять на себя ответственность и зарегистрировать на себя скважину, либо скинуться всем шестерым. Шесть человек уже могут себе позволить и получить лицензию

Константин Чуриков: Много, понимаете, вот эта тема, она вечная, она привлекает людей. Подмосковье пишет: «А у меня ведро. Культурно и вежливо сливаю в бочку».

Оксана Галькевич: Так, по делу!

Константин Чуриков: Это – по делу! По делу, это в теме передачи!

Оксана Галькевич: Ладно, давай, Костя.

Константин Чуриков: Это с другого номера: «А что делать, если у соседей многолетний невыгребной туалет стоит? Да еще у самого нашего забора!».

Андрей Туманов: Что делать? Я не знаю ,что делать!

Константин Чуриков: Ну как это?

Андрей Туманов: и никто этого не знает. И как нам переломить эту ситуацию с выгребными туалетами? Ну вот представьте. Ну даже вот сейчас запретить выгребные туалеты. Вот запретили мы. Будем штрафовать за это, скажут чиновники. Ну что, будет ходить эта самая, как этот, патруль, зеленый патруль проверять туалеты? Ну просто это невыполнимо. Да и кого штрафовать? Самых бедных? У кого не выгребной туалет? Кто не смог наладить себе канализацию? Как правило, это – пенсионеры. Ну они и так живут от пенсии к пенсии. Ну кого штрафовать и как? Другое дело, что здесь государству надо подключиться и помочь тем же самым садоводческим товариществам наладить. Есть садоводческие товарищества, где есть канализация. Я знаю, но, правда, это рядом с Москвой там, в Красногорском районе, очень много садоводческих товариществ, которые подключены к канализации. Вот это вот – цивилизованный подход.

Оксана Галькевич: А как провести водопровод в СНТ, спрашивает нас Москва и Московская область.

Андрей Туманов: С Водоканалом договаривайтесь, если вам нужен водопровод. Но будете платить за воду. А также за разводку, за трубы и за все-все-все. Никто бесплатно садоводам воду ничего не сделает. Бесплатно садоводу письмо только с налогами пришлют.

Константин Чуриков: Вот еще в продолжение темы. Ну поскольку можно дорисовать картину. Из Томской области пишут, что вот соседка держит у себя на огороде коров, свиней, коз, кур. Такой запах стоит ,что там даже крысы. Что делать?

Оксана Галькевич: И вообще можно ли, сколько и каких держать там  животных?

Константин Чуриков: Оно же тоже потом там, извините, проникает в почву?

Андрей Туманов: Конечно. Конечно, проникает. Но, во-первых, надо разобраться, садоводческое товарищество либо это просто приусадебное хозяйство? Садоводческое хозяйство по закону, и по старому 66-му, и по новому 217-му, в садоводческом хозяйстве можно только заниматься выращиванием растений и отдыхом. Все. Остальное, коровки, курочки, это уж как договоритесь! Я знаю, что многие держат, но они договариваются с соседями. Если сумели договориться, если к вам претензий никаких нет, то да. Если приусадебное хозяйство, вот, кстати, могут быть проблемы, ну из прошлых передач, мы как раз вот тут вот спорили, по этому поводу, что хотели, думцы хотели установить некий предел для приусадебных хозяйств, по численности поголовья, чтобы под них не маскировались какие-то фермерские хозяйства.

Константин Чуриков: У нас тут зритель из Красноярского края упрекает, что говорим на второстепенные темы, а фундаментальные вопросы государство решать не хочет.

Ну Вы знаете, иногда стоит посмотреть, углубиться в какую-то конкретику, поговорить о второстепенном, чтобы разобраться, что у нас происходит глобально.

Оксана Галькевич: Уважаемый телезритель, Вы не назвали ни одной темы, которую мы ни разу не поднимали в нашем эфире.

Константин Чуриков: «Малоэтажное домостроение» - было!

Оксана Галькевич: Говорили. «Стимулирование и освоение земель».

Константин Чуриков: Было!

Оксана Галькевич: Неоднократно!

Константин Чуриков: А иногда нужно посмотреть на жизнь из артезианской скважины или из выгребной ямы!

Андрей Туманов: А вот кстати. Легче всего говорить на глобальные темы. Давайте, чтоб все вот было, к нам пришло или здорово мы зажили. Кстати. Чтобы мы здорово зажили, надо применить и голову и руки. Надо работать, надо пытаться что-то сделать, а не просто сидеть и ждать у моря погоды.

Оксана Галькевич: А мне вот пишет зритель из Приморского края, что вот вашей ведущей надо самой штанишки подшивать, а не советовать нашим детям. А я подшила своим. Младшему от старшего. Все подшила!

Константин Чуриков: Ну что же, спасибо!

У нас в студии был Андрей Туманов, председатель общероссийской общественной организации «Садоводы России», спасибо, Андрей Владимирович Вам!

Оксана Галькевич: Спасибо!

Андрей Туманов: Обо многом не поговорили!

Константин Чуриков: Ну, в следующий раз. Рубрика у нас каждую пятницу!

Оксана Галькевич: Ну а мы друзья с вами не прощаемся, вернемся через несколько минут, и говорить уже будем на другую тему. О возможном введении туристического налога в нашей стране.

Список серий