• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Дмитрий Мариничев: Мы все уже посчитаны. Просто пока наши номерки, верификационные данные распределены по разным базам

Дмитрий Мариничев: Мы все уже посчитаны. Просто пока наши номерки, верификационные данные распределены по разным базам

Защита паспортных данных. Почти полтора миллиона российских паспортов могут быть недействительными. Причина - в ошибке при объединении баз данных. Но почему решать эту проблему приходится не МВД, а самим гражданам? И какие еще проблемы с паспортами существуют в стране? Спрашиваем Интернет-омбудсмена.

Юрий Коваленко: А мы продолжаем. Удивительное дело – полтора миллиона россиян остались по сути без паспортов. Все дело в техническом сбое, он произошел при объединении баз данных, по крайней мере об этом официально заявили в МВД, и кстати, в МВД признали наличие серьезной и масштабной проблемы. Дело в том, что документ недействителен – вот такую информацию россияне получили на сайте госуслуг, когда проходили регистрацию. Еще очень важное уточнение от МВД: решение проблемы возложено на самих граждан. Ну, на кого же еще? Паспорт-то ваш.

Юрий Коваленко: То есть статус своего документа россиянин может проверить на официальном сайте МВД России, и если он попал в эти полтора миллиона – дальше идти в паспортный стол и восстанавливать его действительность. Но в МВД опять же подчеркнули: проблему решат в кратчайшие сроки. Ну а пока мошенники сбой могут использовать себе на пользу, от займов в микрофинансовых организациях до подделки документов для нелегалов. В общем, везде, где нужен паспорт. Но вот как этого избежать?

Ольга Арсланова: А проблема началась в Интернете, именно поэтому мы пригласили сегодня в нашу студию Интернет-омбудсмена Дмитрия Мариничева. Здравствуйте, Дмитрий.

Дмитрий Мариничев: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Давайте вместе разбираться, что произошло. Полтора миллиона, я так понимаю – это минимум, сейчас заявляется, что как минимум полтора миллиона паспортов считаются недействительными на некоторых ресурсах. Что это такое и что это значит для владельцев этих паспортов? Их можно выбросить, получается?

Дмитрий Мариничев: Я думаю, паниковать не стоит раньше времени, это еще ничего не значит. Вероятно, в каких-то сервисах или где-то человек не сможет воспользоваться услугой или получить качественную услугу в силу того, что его документ, удостоверяющий личность, будет считаться недействительным. Это, как уже было сказано вами выше, непосредственно технологическая, техническая авария. по-другому это не назовешь. Она, конечно же, будет устранена. И вполне возможно, после устранения у человека паспорт станет снова действительным, и никуда бежать, ничего делать ему раньше времени не стоит.

Юрий Коваленко: А вот устранение – сказано на сайте МВД, что это устранится в ближайшее время. Но автоматически это не сделается, то есть человеку необходимо самостоятельно через Интернет все это дело проверять. Я вот сейчас свой паспорт проверил на всякий случай – все, у меня действительный. Но если у человека нет доступа в Интернет, если у него нет возможности каким-то образом проверить?

Дмитрий Мариничев: С высокой долей вероятности он не пользуется теми сервисами, которые проверяют паспорт точно так же через Интернет. Но это на самом деле трудоемкая задача, даже с точки зрения погрешностей статистики от количества выданных паспортов россиянам смотреть, эти полтора миллиона – это, может быть, и не так много. Но попробуйте убрать дублирующиеся контакты в вашей записной книжке в телефоне. Это тоже задача не совсем простая, и не всегда она решается в автоматическом режиме, хотя есть программы, которые вам позволяют как-то это сделать в более щадящем варианте, но все равно это крайне сложно. А здесь идет речь о том, что сотрудники должны так же проверить, так же синхронизировать базы данных, так же совершить некий обмен с записями в различных источниках. Это просто трудоемкий процесс. Но он не такой сложный с технической точки зрения, поэтому в ближайшее время исправят.

Ольга Арсланова: Но сейчас же нам много говорят о том, что мы переходим на цифру, в экономике в том числе. В том, что касается услуг для граждан – вроде бы здесь все отлажено и работало. И мы понимаем, что человек, который попал в это несчастливое число, с недействительными паспортами, может, например, сейчас проводить какие-то сделки с недвижимостью. Это будет проверяться через базы данных онлайн, и серьезные проблемы могут быть.

Дмитрий Мариничев: Могут быть, согласен.

Ольга Арсланова: В каких сферах человек, который себя нашел в этом списке, с чем он может столкнуться?

Дмитрий Мариничев: Конечно, мы так говорим, это в целом статистика, но для человека, который нашел себя в этом списке – это в общем-то трагедия по сути своей. Столкнуться можно с различными проблемами, которые связаны именно с верификацией человека и с его идентификацией. И соответственно, действительно микрозаймы, насчет недвижимости я, конечно, воздержусь, что можно сделать манипуляцией, уж больно сложна процедура и того же нотариального заверения.

Юрий Коваленко: То есть человек ни продать, ни купить не сможет?

Дмитрий Мариничев: С недвижимостью – нет, этого бояться, наверное, особенно не стоит, что данная проблема будет проблемой для человека в рамках потери недвижимости. А вот более простые вещи – манипуляции с какими-то, повторюсь, микрофинансированием, займами, с регистрацией на какие-то услуги, не нужные человеку, может быть, даже с регистрацией каких-то юридически значимых действий по отношению юрлиц, к примеру, это может быть – такое вполне допустимо.

Ольга Арсланова: Понятно. Дмитрий, омбудсмен – человек, который защищает права нас всех в Интернете. Правильно я понимаю?

Дмитрий Мариничев: Не совсем.

Ольга Арсланова: В том числе.

Дмитрий Мариничев: Все-таки в первую очередь предприниматели, работающих в сфере Интернета и IT.

Ольга Арсланова: Они тоже могут попасть в число тех, кому сейчас не повезло?

Дмитрий Мариничев: Могут, но у них проблем даже бывает больше, чем у обычного гражданина.

Ольга Арсланова: Важно понимать, кто все-таки отвечает за этот сбой. Кто конечный ответчик, кому предъявлять претензии, и что делать, если человек пострадал? Он, наверное, может рассчитывать на какую-то компенсацию, или по крайней мере на скорое восстановление своего документа на всех ресурсах.

Дмитрий Мариничев: Я думаю, что конкретно от человека здесь не очень сильно зависит, что он пострадал. Проблема корнями уходит в наше счастливое детство, если можно так выразиться, в наш аналоговый мир. Вся взаимосвязь между различными государственными структурами у нас изначально проходит на основании документов. Та же справка является документом. Помните – чтобы получить что-то принесите справку оттуда, оттуда, оттуда?

Ольга Арсланова: А без бумажки ты букашка.

Дмитрий Мариничев: Да. И каждый этот орган, каждое учреждение вело свои записи, свои базы данных, вело свой реестр персональных данных по каждому гражданину. Естественно, все это не синхронизировано было, и происходил постоянный обмен посредством документов, который люди и получали. В цифровом веке, в нашу современность, происходит обратная реакция, когда мы эти базы начинаем синхронизировать. И, естественно, при этой синхронизации, передаче этих бумажек без участия человека, уже теперь одна организация должна передать все данные другой организации, не заставлять человека эту бумажку носить самому, ручками. Это первый шаг к той цифровизации, которую мы сейчас называем цифровизацией.

Ольга Арсланова: То есть эту историю можно назвать ценой?

Дмитрий Мариничев: Да. Следующий шаг – это будет идентификация человека как гражданина в точках контакта с государством непосредственно, и наличие одной-единственной базы данных, к которой будут ссылаться уже все остальные. Они не будут хранить каждый свою, а ссылаться на одну-единственную верифицированную. И к этому состоянию мы должны перейти. Но это действительно цена, и при этом переходе всегда будут потери, они неизбежны. Всегда будет такая нехорошая статистика. Предъявлять кому-либо претензию крайне сложно, на мой взгляд, здесь нет такой явно выраженной вины даже государственных органов относительно того, что они что-то сделали неправильно.

Юрий Коваленко: Но ведь сам человек не виноват, по-хорошему?

Дмитрий Мариничев: Не виноват.

Юрий Коваленко: Он получил паспорт по закону, получил паспорт от государства и не должен следить за тем, как его данные распространяются каким-то неправильным образом.

Дмитрий Мариничев: Не совсем тоже корректное утверждение, потому что за своими персональными данными следить должен человек, и в цифровом мире еще больше ответственности лежит непосредственно на человеке, как владельце этих персональных данных.

Юрий Коваленко: И вторая часть вопроса: в таком случае не появится ли лазейка у мошенников каким-то образом получить паспортные данные этих полутора миллионов человек при попытке их сделать свой паспорт действительным?

Дмитрий Мариничев: Я вам скажу больше, это не то что появится, это присутствует такая вероятность всегда. И мошенники постоянно атакуют те же базы данных, где хранятся записи о документах и государственные реестры, с целью получения информации о человеке, о гражданине, о его личных данных, для того чтобы их использовать в неких противоправных действиях. Это происходит даже и сегодня, прямо сейчас непосредственно.

Юрий Коваленко: Человек может защитить себя?

Дмитрий Мариничев: Человек защититься может. В первую очередь он должен принимать такую предусмотрительность – как он посылает, например, скан-копии своих документов. Ведь часто мы относимся к этому безалаберно, по-другому не скажешь: сфотографировали, куда-то кинули, кому кинули, зачем отправили – сами не знаем. И что это отправили кому-то или куда-то, уже и забыли. А там все это хранится. Например, скан-копия вашего паспорта, когда вы его отправили в какое-нибудь туристическое агентство, и сотрудник какой-то сохранил на компьютере и забыл про него. А доступ к этому компьютеру получает хакер, получает информацию соответственно о скан-копии паспорта. То есть примерно так могут разворачиваться события, даже не то что украли непосредственно с вашего персонального устройства.

Ольга Арсланова: Скажите, а есть какая-то разница? Вот мы отправляем туристическому агентству скан-копию паспорта, или мы приезжаем лично в это туристическое агентство по старинке, в аналоговом мире, делают фотографию на месте, снимают копию на месте, и точно так же хранят дальше. Всем понятно, что копии наших паспортов есть уже везде, они лежат в Интернете, их найти – без проблем.

Дмитрий Мариничев: Попробуйте найти в Интернете копию своего паспорта, это будет нетривиальной для вас задачей. Скорей всего, его нет.

Ольга Арсланова: Хорошо. На Савеловском рынке вроде, говорят, до сих пор нет проблем с этим.

Дмитрий Мариничев: Это уже только говорят. Потому что основные утечки – это, конечно, государственные базы данных, базы данных больших держателей персональных данных. В первую очередь это все, кто обязан регистрировать вас в рамках закона – банки, например, операторы связи. Вот вы получаете SIM-карту – у вас в обязательном порядке забираются ваши персональные данные, копия паспорта. Конечно же, раньше можно было легко получить эти базы данных и купить их на Савеловском рынке либо еще каком-либо другом. Сейчас очень строго относятся, и корпорации в первую очередь, к управлению и хранению персональных данных. И с базами данных, и с утечками идет такая жестокая борьба, вплоть иногда до уголовного преследования сотрудников, которые допустили эту утечку.

Ольга Арсланова: Вы сейчас сказали, что мы отправляем часто скан своего паспорта, мы не думаем о том, почему это может быть опасно.

Дмитрий Мариничев: Да, в первую очередь речь идет о самих людях.

Ольга Арсланова: Давайте эти ситуации тогда подробно обсудим. Почему этого не стоит делать, и если от вас этого требуют, имеете ли вы право отказаться, и что тогда будет? Каким образом можно заменить эти данные?

Дмитрий Мариничев: Во-первых, на сегодня достаточно много механизмов получения быстрого кредитования по упрощенной скоринговой системе. То есть когда проверка вас как платежеспособного гражданина может быть произведена по одному документу, даже по тому же паспорту. Имея скан-копию паспорта, вы можете пройти скоринг на получение какого-то микрозайма и получить его в удобной для вас форме, не в виде личного присутствия, а в виде перевода на какой-то ваш расчетный счет.

При этом тот, кто вам дает заем и заключает с вами эту сделку, может этот перевод осуществить – он же не проверяет, ваш, не ваш счет – перевести это мошеннику. Но должны останетесь вы по этому договору кредитования, и соответственно по оплате процентов. Узнаете об этом, например, через месяц, когда придет первый платеж. Точно так же можно осуществить подписку на какие-либо сервисы. Сервисы в свою очередь также могут быть зарегистрированы на какое-то третье лицо, назовем его так, нехорошее, но абсолютно на законных основаниях предоставляющее эту услугу.

В какой-то промежуток времени это было очень популярно, когда печатали в обыкновенных журналах и газетах вырезки – бесплатно какой-нибудь танчик для детей или какая-нибудь не лотерея, а, скажем, какой-то текст, какой-то сервис. И дети часто прямо через родителей, через их паспортные данные подписывали их на эти сервисы. И отказаться от них также достаточно сложно, потому что вы фактически заключили или приняли договор оферты.

Юрий Коваленко: А почему в таком случае, вы говорите, нехороший человек всегда оказывается в выигрыше, а хороший всегда в проигрыше? Почему он не защищен?

Ольга Арсланова: Потому что у него есть твой паспорт.

Юрий Коваленко: Почему не защищен обычный человек вообще никак, получается?

Дмитрий Мариничев: Здесь абсолютно нормальная теория больших чисел. Тот человек, который нехороший, готовится к этому, он привлекает достаточно много ресурсов, и юридических, и технических, для запуска этой мошеннической схемы. Никто не будет бороться за какую-то прибыль в рамках воровства одного паспорта. Когда у вас их миллион или полтора миллиона, то соответственно, это совсем другие масштабы. И с точки зрения и юридической, и технической мошенник всегда будет на голову выше, чем один обыкновенный гражданин.

Юрий Коваленко: В таком случае это был сбой или все-таки мошенничество?

Дмитрий Мариничев: В данном случае, с чего мы начали передачу – это я бы все-таки назвал техническим сбоем, я не вижу там пока такого мошенничества или какой-либо проблематики.

Ольга Арсланова: Хотим обратиться к нашим зрителям. Если у вас были проблемы с персональными данными, возможно, ваши паспортные данные утекали каким-то образом к мошенникам, и вы хотите об этом рассказать – позвоните в прямой эфир. Ну а наши корреспонденты спрашивали жителей различных городов, отправляют ли они копии паспортов. Честное слово, я постоянно отправляю – никогда не думала, что это может быть опасно. Спасибо, что рассказали. Разным людям, разным организациям отправляют ли россияне данные свои персональные? И вот что получилось, давайте посмотрим.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Дмитрий, вы уже породили паранойю в среде наших зрителей. Вот нам пишут, Ставропольский край: "Я пенсионер, брала кредит в разных банках, брала рассрочку – везде нужна копия паспорта, и даже на почте. А вот теперь не буду спать по ночам".

Дмитрий Мариничев: Нет, бояться не надо. Везде, где берут копию, они берут ее в твердом формате и оставляют у себя. При этом по закону сегодня они еще обязаны у вас подписать согласие на обработку персональных данных, и берут они их только для определенных целей, в рамках той услуги, которую вам оказывают. Ничего страшного в этом нет, это, наоборот, все нормально. Мы же с вами говорим о некоем бездумном пересылании ваших персональных данных по открытым каналам связи в непонятные, не проверенные вами источники – позвонили, поговорили.

Очень часто большой класс мошенничества, по крайней мере, в Москве был, когда обзванивают пенсионеров и предлагают некие бесплатные проверки здоровья: "Вы к нам придите, это сделайте". И не то что пенсионер что-то отсылает, он реально приходит в некую клинику и сам предоставляет копию своих персональных данных, и сам опосредованно заключает договор, возмездный договор, в рамках которого у них возникает огромная задолженность за медицинские услуги. Я достаточно часто сталкивался, это не один и не два было случая, когда бабушки – в основном почему-то бабушки – попадали в эту неловкую ситуацию. Де-юре их никак нельзя оттуда выцарапать, они физически должны. Одно-два бесплатных мероприятия – потом все платное. Это тоже вопрос предоставления персональных данных.

Юрий Коваленко: А если мы вернемся все-таки в наше настоящее, которое уже светит в будущем, в цифровую экономику, что мы уходим от бумажных документов и переходим к цифровому паспорту. То есть это всего лишь набор цифр, который гарантирует конфиденциальность всех данных, в котором зашиты все данные этого человека. Вот здесь этот случай спасет человека от мошенничества, или все равно есть лазейки?

Дмитрий Мариничев: Спасет. И на самом деле сами технологии сегодня уже существуют, они гораздо более сложные, чем просто набор циферок, который где-то хранится.

Юрий Коваленко: Как электронное ОСАГО, допустим, да?

Дмитрий Мариничев: Да, то есть большая часть всех сервисов, к которым мы сегодня привыкли – это и пенсионный фонд, и страховой рынок, соответственно, там и банковская верификация – он сведется к тому, что будут точки контакта государства с гражданином, где его реально можно верифицировать и сказать: это он, такой-то гражданин. Опять же, это даже будут делать не люди, это будут делать роботы, потому что качество распознавания и верификации на сегодня у технических средств выше, чем у человека, по предъявлению паспорта, когда вас сличили по фотографии и сказали, что да, это Иван Иванович Иванов.

Юрий Коваленко: И мошенник в эту схему никак не влезет?

Дмитрий Мариничев: Никак не влезет, потому что еще после этого все данные с вашими персональными данными фиксируются во времени и прописываются в общем распределенном реестре, вы уже не сможете это подменить или видоизменить. То есть это достаточно сложные технологии, но они уже сегодня существуют, и единственный камень преткновения, который существует – это некий страх в обществе, который где-то корнями еще в религии, относительно того, что все будут посчитаны, у всех будет некое число. Но, к сожалению, мы уже все посчитаны, и так или иначе мы обладаем всегда огромным количеством верификационных данных и этих номерков. Просто пока они все распределены по разным базам, и мы продолжаем их теперь уже не физически, в виде документов, носить из одного учреждения в другое, а пересылать их по электронной почте, например, или в мессенджере, точно так же как бы отдавая из одного учреждения в другое учреждение этот документ.

Юрий Коваленко: То есть будет единый документ, да?

Ольга Арсланова: Просто ID так называемый.

Юрий Коваленко: Да. И насколько я помню, в Израиле уже есть такая практика, когда у человека единственный номер.

Дмитрий Мариничев: Во многих странах есть, да. В Прибалтике есть.

Юрий Коваленко: Есть какие-то сложности вообще с этим у них или нет?

Дмитрий Мариничев: Нет, с этим сложностей нет.

Юрий Коваленко: Вообще нет?

Дмитрий Мариничев: На самом деле это очень удобно. Скажем для примера, многие сегодня пользуются социальными сетями – ВКонтакте или Facebook. И на любых иных сервисах вы можете зарегистрироваться, используя свою регистрацию, например, ВКонтакте или Facebook. И на время этой регистрации сервис предоставляет какие-то данные – имя, фамилию, фотографию, что сочтете нужным. То же самое будет делать государство. Оно будет являться хранителем всей вашей персональной информации, которая необходима вам для взаимодействия внутри социально-экономического общества внутри государства, и предоставлять юридическим сущностям, субъектам, или физическим, когда на то требуется ваша воля. И вы будете всегда прекрасно знать, что они обрабатывали, что они делали, и какую информацию получили.

Ольга Арсланова: Здесь очень важен уровень доверия все-таки к государству.

Дмитрий Мариничев: Не совсем.

Ольга Арсланова: Если оно станет главным носителем тайны о нас?

Дмитрий Мариничев: Не совсем так. Здесь как раз государство будет играть второстепенную роль, оно будет являться верификатором, фактически валидатором, как это называется. Но само хранение будет принадлежать всем людям. И опять же, не забывайте, что весь современный тренд – это хранение всей информации в зашифрованном виде, без какого-либо доступа для третьих лиц. Поэтому бояться здесь не нужно. И уровень доверия не так важен, так как вместо доверия возникает принцип технологической доверенной среды. Там каждый друг другу не доверяет, но в то же время сама среда является доверенной. Ну представьте, как в нашей жизни повседневной, где сыро и тепло, всегда зародится жизнь. Это биология. И здесь то же самое, только технологическая биология.

Ольга Арсланова: Несколько сообщений от наших зрителей. "В больнице при госпитализации требуют копию паспорта и полиса. Кто-то из сотрудников может оформить кредит?" Сейчас, видите, начнут уже…

Дмитрий Мариничев: Это уже совсем паранойя.

Ольга Арсланова: Или, например, спрашивают, зачем нужны паспортные данные при возврате товара в магазине. Отвечают, что для налоговой якобы.

Дмитрий Мариничев: Для налоговой, да. Потому что магазин может списать в убытки, уменьшить тем самым налогооблагаемую прибыль, и для того чтобы не произошло досчета налоговых платежей, пеней, штрафов, соответственно магазины прописывают конкретно человека, которого налоговая может проверить, что это именно был он, это не фиктивная сделка.

Юрий Коваленко: А есть ли какой-то закон, который обеспечивает фактически уголовную ответственность за сохранность личных данных гражданина? Потому что я, допустим, возвращая какую-то вещь в магазине, предоставляю паспорт. Я оформляю у сотового оператора какую-то SIM-карту себе – я показываю паспорт. Я где-то что-то делаю – показываю паспорт. И в любом случае я не могу знать, куда пойдет это – на Савеловский рынок в базу данных паспортов?

Ольга Арсланова: Пояснили, что не пойдет уже.

Юрий Коваленко: В сети все это можно было найти.

Дмитрий Мариничев: Закон "О персональных данных" у нас есть, работает, 152-й, достаточно жесткий, и серьезная ответственность возникает при нарушении законодательства о хранении, передаче, обработке персональных данных граждан Российской Федерации. Я думаю, что он еще претерпит изменения, так как в сторону более строгого отношения движется вся Европа, у них в мае вступило в силу новое законодательство, достаточно строгое по отношению к утечкам персональной информации или какой-либо передачи третьим лицам. Собственно говоря, все человечество будет двигаться в эту сторону, так как цифровой мир, и по-другому никак нельзя. Но сейчас есть нюансы при этом переходном периоде, когда мы еще живем и в аналоговом мире, и пытаемся шагнуть, как президент говорит, и в цифровое будущее семимильными шагами. Могут не все успевать, и ошибки могут быть.

Ольга Арсланова: Спасибо. Мы будем следить за развитием этой истории с паспортами, которые стали в один день недействительными. Обещают действительно в ближайшее время все это решить, посмотрим, как будут события развиваться. А у нас в гостях был Дмитрий Мариничев, Интернет-омбудсмен. Спасибо вам большое. 

Юрий Коваленко: Спасибо.

Дмитрий Мариничев: Спасибо.

Список серий