• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Елена Шерешовец: Государство сейчас ведет политику «подсказывания» людям того, что им делать в ЖКХ

Елена Шерешовец: Государство сейчас ведет политику «подсказывания» людям того, что им делать в ЖКХ

Доплата за безопасность. Защити себя сам... В квитанции ЖКХ хотят добавить новую строку - защита от терроризма. По идее Минстроя, собственники должны сами оплачивать установку и обслуживание систем видеонаблюдения и сигнализации. Инициативу обсуждаем с членом Экспертного совета по энергетике и ЖКХ Государственной Думы РФ Еленой Шерешовец.

Ольга Арсланова: Ну а мы продолжаем. Безопасность, оказывается, дорогого стоит. И не исключено, что скоро нам придется всем за нее доплатить. Дело в том, что в квитанциях за ЖКХ может появиться новая строчка, и она связана с тем, что Минстрой разработал новые правила об утверждении требований к антитеррористической защищенности многоквартирных домов. То есть дома сделают для нас более безопасными за наш с вами счет.

Юрий Коваленко: То есть ваш дом действительно должен стать вашей крепостью. Вот среди требований, которые должны будут оплачивать собственники квартир: установка систем видеонаблюдения, средств защиты, сигнализации, плановые и внеплановые проверки домов. Но дороже всего такая оборона обойдется жителям городов, здесь теракты или их попытки – частое явление. А вот сколько это будет стоить жителям малых городов, поселков и деревень? Да и вообще в целом нужна ли стране такая усиленная оборона? Давайте выяснять.

Ольга Арсланова: Главный вопрос нашим зрителям: а вы готовы за безопасность доплатить? Позвоните в прямой эфир и расскажите. А у нас в гостях – член Экспертного совета Комитета по энергетике Государственной Думы, директор Ассоциации управляющих компаний Елена Шерешовец. Здравствуйте, Елена.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Елена Шерешовец: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Что нового может появиться в ближайшее время в законодательстве? И с чем связана необходимость вот сейчас, летом, этим заниматься?

Елена Шерешовец: Ну, вообще это только проект. Начнем с того, что это еще не постановление.

Ольга Арсланова: Понятно.

Елена Шерешовец: Но если оно появится, то у нас с вами по всем городам создадут такие комиссии… Наверное, стоит начать с того, что в любом случае у нас все антитеррористические угрозы, предотвращение этих угроз – это все-таки не управляющие компании должны делать, а это все-таки правоохранительные органы. И это нормально. Но хотят еще больше вовлечь в это дело многоквартирные дела. Почему? Потому что это самое страшное, наверное, проявление любого терроризма. Не знаю, помните вы или нет в силу возраста, но я в детстве помню, как дома падали в Москве, взрывались, и как это было страшно. Ну и хотят все-таки, да, массово вовлечь людей, которые живут в таких потенциально опасных домах, в эту систему.

Ольга Арсланова: Как раз в те времена появились дежурства жителей. Оставались наши родители…

Елена Шерешовец: Я помню, мои родители ходили и смотрели подвалы.

Ольга Арсланова: И это действительно имело смысл практический. Вот что предлагается сейчас? Давайте разберемся.

Елена Шерешовец: Давайте.

Ольга Арсланова: Многоквартирные дома предлагают разделить на три категории, я даже прямо процитирую, «с учетом степени потенциальной опасности и угрозы совершения террористических актов». Что это?

Елена Шерешовец: На самом деле три категории будут довольно-таки обширные. Первая категория – это дома, которые находятся в муниципальных образованиях, где недавно были теракты или были предотвращены теракты. Например, берем три последних года и посмотрим: был один, два, три теракта. Ну, действительно были или была такая угроза, они предотвратились, но тем не менее это опасно.

Юрий Коваленко: Но ведь это Москва, Петербург и Юг России?

Елена Шерешовец: Конечно.

Юрий Коваленко: А если это Магадан?

Елена Шерешовец: Давайте сейчас… Первая категория. Туда же, в первую категорию, войдут дома, которые выше десяти этажей, и это целая застройка. То есть это многоквартирные высотки.

Ольга Арсланова: То есть по принципу – сколько потенциальных жертв.

Елена Шерешовец: Абсолютно верно, да, потенциальная угроза в количестве жертв, в количестве пострадавших. И экономическая угроза, то есть насколько дорого обойдется разрушенный тот или иной дом.

Вторая категория – она такая более мягкая – это дома от трех до десяти этажей, это когда был один предотвращенный теракт за последние несколько лет. Но тем не менее мы тоже понимаем, что это тоже довольно крупные города.

Ну и третья категория – это все остальные. Это Магадан, да. Это, ну не знаю, деревни, в которых есть многоквартирные дома. Это какие-то, условно, безопасные дома.

Ольга Арсланова: Значит, чем опаснее категория, чем опаснее дом…

Елена Шерешовец: Абсолютно верно, тем это дороже.

Ольга Арсланова: А о чем идет речь, о каких системах?

Елена Шерешовец: Значит, третью отметем сразу, да?

Ольга Арсланова: То есть для вас ничего не меняется.

Елена Шерешовец: Да, для вас что не меняется.

Юрий Коваленко: Второй замок врезать можно.

Елена Шерешовец: Если вы хотите, то за свой счет вы, конечно же, можете врезать замки, поставить сигнализацию, нанять охрану.

Ольга Арсланова: То есть желание самих жителей.

Елена Шерешовец: Это, в принципе, и сейчас можно, для этого постановления не надо. Вторая и первая категория – здесь все более серьезно. Для первой категории будут такие необходимые требования, как установление сигнализации, чтобы в случае чрезвычайной ситуации можно было сразу отреагировать. Это постоянные обходы дома. Это всевозможные ограничения доступа третьих лиц – начиная с КПП какого-нибудь и заканчивая, в принципе, тем же домофоном. Это все что угодно. И тоже в зависимости от того, что пропишут на этих домах делать.

Будет создана комиссия. Эта комиссия посмотрим каждый дом. И, в принципе, в течение, ну, полугода, назовем так, эта комиссия должна по каждому дому первой категории и второй категории дать список того, что необходимо делать. И в том числе это обходы. Наверное, самое такое главное – это обходы домов. Здесь я вижу большой плюс, если честно. То есть обход домов, если он сделан хорошо и качественно, конечно, в первую очередь теракты предотвратит, но во вторую очередь…

Ольга Арсланова: Но еще и всякое безобразие предотвратит.

Елена Шерешовец: Во-первых, безобразие.

Ольга Арсланова: Пьяные компании, бездомные.

Елена Шерешовец: Да. Хулиганы в доме, кучи мусора, не знаю, аварии Например, авария тепла в минус 50 – это, конечно, не теракт, но тоже довольно печальное событие.

Юрий Коваленко: А периодичность этих обходов?

Елена Шерешовец: Установит комиссия.

Ольга Арсланова: Понятно.

Елена Шерешовец: То есть в зависимости от того, насколько этот дом будет признан потенциально опасным в случае угрозы.

Юрий Коваленко: А вот в Москве есть дома, в которых максимальная система безопасности: есть и консьержи, есть и наблюдение, и сигнализация, и в каждой квартире…

Елена Шерешовец: Люди уже за это платят.

Юрий Коваленко: Так а будут ли они дополнительно что-то еще платить? Либо они уже платят?

Елена Шерешовец: Если уже все есть, что у нас установлено вот этим проектом постановления, то, конечно же, больше ничего не надо. Но если вдруг… Ну, я не знаю, все представляют, что такое сталинская высотка, да? Если вдруг в сталинской высотке обнаружено, что нет охраны, тревожной кнопки, ограничения доступа и так далее, то это будет сделано однозначно после этого постановления. И, как вы совершенно правильно сказали, за счет жителей, да, это все за счет жителей.

Юрий Коваленко: А вот сколько?

Ольга Арсланова: Насчет жителей и сколько это будет стоить – я предлагаю это обсудить чуть позже.

Елена Шерешовец: Хорошо.

Ольга Арсланова: Потому что вы сказали о системах видеонаблюдения, о том, что в Москве они вроде есть.

Елена Шерешовец: Распространены, да.

Ольга Арсланова: Так вот, в Москве почти 90% подъездов домов уже оснащены видеокамерами. Я думаю, что зрители наши, которые живут в Москве, эти камеры даже регулярно у себя наблюдают. С них информация поступает в правоохранительные органы, частные охранные предприятия или на монитор консьержа, если опять же этот консьерж есть. Круглосуточное наблюдение, считается, помогает бороться с преступниками и выдворят с лестниц непрошенных гостей. Некоторые горожане ставят в своих домах дополнительные камеры, чтобы каждый метр жилья был под присмотром. Все подробности – в репортаже нашего коллеги Максима Волкова. Давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Это Москва. А давайте послушаем другие города. У нас на связи Тюмень. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Татьяна, вы готовы доплатить за безопасность в вашем доме?

Зритель: Нет. У меня таких денег нет. У меня пенсия – я называю ее «нищенской», поэтому я платить не смогу. И потом, знаете, я как-то разочаровалась просто вообще. Ну почему все время вешают все это на плечи простых людей? Почему мы все время должны платить, платить, платить? Вот почему чиновники у нас хорошо живут, а люди простые живут плохо?

Ольга Арсланова: Татьяна, а как вы…

Зритель: Я вообще разочаровалась во всем.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, а в вашем доме вы чувствуете себя в безопасности? И как вы за эту безопасностью следите?

Зритель: Я? В общем, у меня решетки и дверь железная на щеколде, поэтому я как-то не боюсь.

Ольга Арсланова: Понятно. Спасибо большое.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: И Самару послушаем. Валерий, вы в эфире.

Зритель: Алло.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Звоню вам из города Самары. Хочу сказать свое мнение по поводу антитеррористической защиты дома. Ну, судя по вашему опросу, 96% высказали свое мнение в пользу того, что не надо. Про свой дом хочу рассказать. У нас стоит шлагбаум. И мы на свои деньги… Сам шлагбаум, соответственно, с разрешения администрации. И мы на свои деньги поставили там камеру. То есть со стороны въезда в дом у нас как бы все просматривается, все видно. Были попытки сломать его – люди были наказаны: один раз со стороны правоохранительных органов, а один раз со стороны… ну, с нашей стороны, скажем так.

Елена Шерешовец: Самосуд?

Зритель: И хочу напомнить вам по поводу того, что при советской власти… Бабушки – это самая лучшая охрана наших домов. Они до сих пор сидят, до сих пор спрашивают каждого подходящего к подъезду: «Куда вы идете? Зачем вы идете?» И я вас уверяю: они никого не пустят. И вот на людей вешать очередную плату непонятную – я считаю, что это против народа.

Ольга Арсланова: Спасибо большое.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Елена, смотрите, какой момент. Нам говорят: «Заплатите за то, чтобы ваш дом превратился буквально в крепость, визуально в том числе». Шлагбаумы, эти ужасные двери, везде камеры – не пройдешь, страшно! Но при этом мы же понимаем, что терроризм никуда не исчезает, и бороться с террористами, видимо, нужно еще и какой-то другой работой. Если ни захотят, то теракт устроят где угодно.

Елена Шерешовец: Еще раз. Это прямая работа правоохранительных органов. Но я все-таки, наверное, не совсем соглашусь… Ну, я вижу тоже результаты опроса на экране.

Ольга Арсланова: Да, люди не хотят платить в основном.

Елена Шерешовец: Смотрите. У нас большинство домов попадают все-таки в третью категорию, и ничего им платить лишний раз не придется. Но дело в том, что люди и так это делают, да? То есть им не надо и сегодня платить, этого постановления пока нет, но они ставят шлагбаумы, они ставят камеры, они ставят домофоны, они сажают консьержей и так далее.

Ольга Арсланова: По собственному желанию.

Елена Шерешовец: Обяжут это сделать на самом деле не такое большое количество людей. То есть люди, которые проживают в крупных домах, в новостройках, свыше десяти этажей, крупные мегаполисы – ну, согласитесь, это чаще всего не пенсионеры. И чаще всего это тоже уже все оборудованы, то есть это уже есть.

Юрий Коваленко: А если пенсионеры? Бабушка в многоэтажном доме с пенсией в 8 тысяч.

Елена Шерешовец: Теперь рассматриваем, если это пенсионеры. Ну, причем, 150 тысяч стоит поставить видеонаблюдение. Причем это видеонаблюдение хорошее, я могу сказать. То есть это с записью, это с мониторами, это очень много камер. Скорее всего, там есть какая-то подземная автостоянка.

Юрий Коваленко: Вы это попробуйте бабушки объяснить с пенсией в 8 тысяч.

Елена Шерешовец: Ну, у бабушки вряд ли есть подземная автостоянка. То есть, в принципе, эту цифру уже можно поделить на два, особенно если управляющая компания будет заниматься этим массово, оптом на многих домах. Делим на два… даже не на два, а чуть меньше. 100 тысяч. 100 тысяч на 100 квартир? Ну, я думаю, что за год даже тысячу рублей все равно осилит бабушка. Ну, может быть, это сейчас мое мнение, и меня тут закидают зрители гнилыми помидорами, но где-то у Достоевского, по-моему, было, что «жизнь одного ребенка стоит всех сокровищ мира». Мне кажется, здесь мы не предотвратим этим все теракты, это однозначно. И вообще пусть этим занимаются правоохранительные органы. Но если у нас вдруг хотя бы пару процентов к безопасности добавится за счет этих 100 тысяч рублей, то я считаю, что это того стоит.

Ольга Арсланова: А добавится ли? Помните, есть истории о том, как из наших налогов установили видеонаблюдение в Москве, а потом оказалось, что многие из этих камер – муляжи.

Елена Шерешовец: Ну, мы сейчас переходим к исполнению этого закона.

Ольга Арсланова: Давайте про исполнение поговорим.

Елена Шерешовец: Закон написан хорошо… не закон, а постановление написано хорошо. Вопрос теперь в том, как это будет исполняться на местах. Если за это сегодня соберут с каждого по миллиону рублей, а в результате будет одна кривенькая камера, условно, или один обходчик раз в месяц – ну, как бы не то чтобы это безопасности не добавит, а это смешно. То есть здесь очень важно, как сработают эти комиссии. Что за комиссии? Это у нас в любом случае представители правоохранительных органов, Росгвардии, то есть те, кто и так должен заниматься этой безопасностью. И помимо этого, это ГЖИ (государственный жилищный надзор) и как раз таки члены управляющих компаний, ТСЖ, жилищно-строительных кооперативов, строительных, жилищных кооперативов и так далее. То есть это уже, в принципе, или сами люди, или их представители в лице управляющей компании.

Если у вас вдруг в доме ТСЖ, я сейчас советую войти в эту комиссию, свои права как-то отстаивать, начиная с первого этапа. Не получить платежку, где написано «миллион рублей и один обход в год», а заранее как-то понять, что это будет и за какие деньги, и почему за такие деньги. То есть, в принципе, тут все будет решаться в комиссиях в городах. Еще раз: это исполнение уже на нижнем уровне. Очень надеюсь, что это исполнение действительно будет добавлять проценты к безопасности, а не отбирать последние деньги, потому что как бы никому этого не хотелось. И я думаю, разработчиками законопроекта – в том числе. И я очень надеюсь, что исполнители закона не подведут.

Ольга Арсланова: На это же и наши зрители, кстати, надеются. Тут они солидарны.

Елена Шерешовец: Ну, аналогично. Я тоже живу в многоквартирном доме, тут никуда не деться.

Ольга Арсланова: На связи у нас Валентина из Московской области. Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. Вы знаете, вот все время смотришь – и кажется уже смешно просто. Вы уже не знаете, с чего собирать деньги. Давайте мы поставим такие железные ставни, которые есть в Израиле. А вдруг будет обстрел? Правоохранительным органам есть чем заниматься. И домоуправления ваши… Вы техника-смотрителя своего давно видели? Я его после перестройки не видела ни разу, даже когда приходили газовые службы проверять счетчики и так далее. Никто этим заниматься не будет.

Ольга Арсланова: Так вот, смотрите, Валентина. Может быть, теперь увидите благодаря проекту?

Зритель: Ничего мы не увидим! Не надо рассказывать сказки. Опять наплодите кучу бездельников. Ведь в каждой работе нужен конкретный результат. Вы поверьте, те люди в тех дворах, которые живут и у которых есть необходимость, они поставили уже камеры, они поставили уже и во двор, и в подъезд, и собрали сами деньги, поставили сами шлагбаумы, и домофоны у всех есть. Какая необходимость плодить еще? Вот с пенсией 8 тысяч мы платим за капремонт в доме, когда все падает, все рушится, ни одной лампочки нет. Всю жизнь в подъезде вкручиваем за свой счет лампочки и все остальное делаем. Объясните мне, пожалуйста, в чем суть вот того, о чем вы говорите, этой глупости. Если нужно будет, самолеты пробьют эти дома и пролетят куда надо. И вас никто спрашивать не будет.

Ольга Арсланова: Спасибо, Валентина.

Зритель: Извините, пожалуйста. Можно это сделать или нельзя?

Ольга Арсланова: Это важный момент. Смотрите, действительно, в последнее время именно в сфере ЖКХ у нас было несколько потрясений. Вспомнили капремонт, постоянные подорожания тарифов.

Елена Шерешовец: Конечно, конечно.

Ольга Арсланова: Понимаете, вот люди реагируют на это как бык на красную тряпку.

Елена Шерешовец: Я тоже плачу за квартиру и однозначно понимаю.

Ольга Арсланова: Ну, действительно, а где гарантия, что завтра не придут и не скажут: «Да, у вас домофон стоит. И поставили вы здесь себе сами какой-то шлагбаум. Но оно все не по стандартам. Меняем»?

Елена Шерешовец: Опасность есть, я честно скажу.

Юрий Коваленко: Подождите. Опасность есть?

Елена Шерешовец: Смотрите. У нас есть СанПиН, который, в принципе, предполагает, какие должны быть системы охраны и так далее. Но, во-первых, наверное, еще раз повторяю, не так массово, далеко не все дома попадут в первую категорию, далеко не все города попадут в первую категорию. То есть если у вас в городе спокойно, тихо и нет терактов – ну, вы уже как бы не будете ничего дополнительно доплачивать. Если у вас мегаполис, если вы живете где-то в южных регионах, где обычно бывают эти теракты, то безопасность для вас должна быть не пустым звуком, то есть вы не должны бояться…

Юрий Коваленко: Вот нам сейчас звонят телезрители из Московской области. И это здесь недовольство уже такое. Потому что она расставила точки и акценты, она говорит, что те районы и микрорайоны, в которых есть опасность столкнуться с каким-то алкоголиком с бутылкой в руке, получить по голове трубой…

Елена Шерешовец: Ну, это не терроризм.

Юрий Коваленко: Ну, предположим. Они там уже все это сделали. И правоохранительные органы обязаны были следить и усиливать контроль в этих точках. То есть здесь просчет правоохранительных органов получается?

Елена Шерешовец: Вот тут было бы интересно запустить еще один опрос: а помогло вот это? Я на своем доме, например, знаю. Когда у меня поставили камеры, домофон с видеонаблюдением, охрану вокруг дома (ну, у нас вокруг района эта охрана ходит), у нас действительно стало лучше. То есть у нас на скамеечке сидели алкоголики, которые выпивали каждое утро, и их не стало. На детской площадке были сломанные качели – и это прекратилось. Ну и так далее.

Ольга Арсланова: Елена, важный вопрос. Если можно, коротко, у нас мало времени. Насколько необходимо государству в это вмешиваться? Почему люди не могут это сами решить? Зачем это регулировать на таком уровне?

Елена Шерешовец: Ну, на самом деле у нас же, в принципе, сейчас идет такая, наверное, политика подсказывания людям, что им надо делать в ЖКХ. Я попытаюсь объяснить – почему. Управляющие компании точно так же недовольны, как и люди недовольны в этот момент. Но дело в том, что у нас очень много сегодня переложено на плечи общих собраний. Кстати, общие собрания и будут в том числе принимать участие в том, какие цены будут на домах. Но там не бывает специалистов… точнее, редко бывают специалисты, которые действительно могут за весь дом сказать: «Я знаю, я изучал этот вопрос», – и так далее, и так далее. И все-таки необходимо, чтобы государство в виде каких-то постановлений их немножечко направляло в какое-то нужное русло.

Ольга Арсланова: Спасибо большое за то, что ответили на наши вопросы. Член Экспертного совета Комитета по энергетике Государственной Думы Российской Федерации, директор Ассоциации управляющих компаний Елена Шерешовец была у нас в студии. Спасибо.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Елена Шерешовец: Спасибо.

О доплате за безопасность в квитках за коммунальные услуги
Список серий