Фарит Шагиахметов и Кирилл Болматов — о производстве пива в России

Марина Калинина: Здравствуйте! Я – Марина Калинина. Это рубрика «Промышленная политика», в которой мы рассказываем об успешных российских предприятиях, которые на территории нашей страны производят конкурентоспособную и достойную продукцию.

Сегодня будем говорить о производстве пива. Мой коллега в Татарстане Равиль Мукменов снял сюжет о заводе «Белый Кремль», находится он в Чистополе. Посмотрим сюжет буквально через пару минут.

А я представлю моих сегодняшних гостей. Это Фарит Ильдусович Шагиахметов, заместитель генерального директора по техническим вопросам компании «Татспиртпром». Здравствуйте. И Кирилл Александрович Болматов, представитель Союза пивоваров России. Добрый вечер. Давайте смотреть сюжет, а потом будем обсуждать и производство пива, и проблемы и достижения отрасли в целом.

СЮЖЕТ

Марина Калинина: Вот такой получился сюжет. Фарит Ильдусович, расскажите, пожалуйста, почему «Татспиртпром» вдруг начал производить пиво? Завод новый, построен он в этом году только. И вот, насколько я знаю, в июле вы начали первый розлив, первые партии. Как вообще все это происходило? Почему решились? Ведь такой процесс непростой достаточно. И завод новый, и оборудование, как я вижу, новое все.

Фарит Шагиахметов: На самом деле мы занимаемся крепким алкоголем, «Татспиртпром» находится в первой тройке крупнейших производителей крепкого алкоголя в стране. И новый проект… Буквально после Нового года, в 2017 году наш генеральный директор Ирек Заудатович Миннахметова дал команду, чтобы мы разработали проект по строительству пивоваренного завода, то есть осваивать новые производства, новые рынки.

И вот то, что мы смотрели с вами в сюжете, работающее производство. На самом деле в июне, 24 июня на этом месте было чистое поле, трава по пояс была. А через год, 25 июня, мы сделали первую варку, 25 июля разлили первую бутылку пива и с 8 августа начали коммерческий розлив продукта.

На сегодняшний день нами разработаны и освоены все 14 сортов пива и освоены все 5 видов тары, то есть это стальная кегля, ПЕТ-кегля, ПЕТ-бутылка, стеклянная бутылка и алюминиевая банка. На сегодняшний день мы все форматы, все свои сорта разлили и пустили уже в продажу, идет торговля.

Марина Калинина: А сорта как разрабатывались? Это наши какие-то разработки или все-таки это заимствованные какие-то рецептуры?

Фарит Шагиахметов: На самом деле у нас разработали 5 собственных брендов, 10 сортов из них, то есть там светлое, темное, в том числе пшеничное, белое, безалкогольное пиво хорошее тоже сварили. И у нас есть еще два бренда. Это лицензионный договор с принцем Баварским Луитпольдом, заключен на 10 лет. Там два бренда Kaltenberg, Lager Kaltenberg, нефильтрованное. И König Ludwig Dunkel и König Ludwig, Weissbier, пшеничное пиво. То есть, заключив такой договор, мы получили историю в 750 лет его варения. К нам приезжает постоянно технический директор Херольд Шуман из Германии…

Марина Калинина: И пробует.

Фарит Шагиахметов: Не пробует. Он варит пиво, свои сорта.

Марина Калинина: А, сам варит?

Фарит Шагиахметов: Сравнивает с тем, что варится в Германии. Каждый розлив наш мы отправляем по 15 бутылок к ним в Германию для того, чтобы они на своей лаборатории проверяли. И они постоянно следят за тем, что были именно спецификации, было такое же качество. И когда мы сварили Weissbier… А это один из самых сложных сортов пива на самом деле, оно варится в специальных танках трехбарных верховым брожением дрожжей. Он приехал и привез свое пиво Weissbier, сравнил с нашим и сказал: «Ваше лучше, потому что оно свежее». Поэтому мы его и разливаем в России для того, чтобы убрать логистику доставки до нашей страны.

Марина Калинина: Понятно. Кирилл Александрович, вы как представитель Союза российских пивоваров по поводу варения пива в России и за рубежом… То есть мы конкурентоспособные в этой области? Потому что вот пишут, что наше пиво хуже по качеству, чем то же немецкое, чешское и так далее. Вот развенчайте миф.

Кирилл Болматов: Вы знаете, мы проводили, причем с участием журналистов, специальные такие слепые тесты, когда пробовали, что больше нравится. Ну, получалось, что всем людям нравится совершенно разное, и каких-то принципиальных отличий между нашим пивом и немецким или чешским, в общем, нет. Ну, все, в общем, хорошее. Какое-то бывает пиво так себе, средненькое или не на вкус конкретного потребителя. Ну, в общем, наше пиво отличное.

Марина Калинина: Сырье, из которого варится пиво. Насколько важен вот этот солод, насколько важно качество воды в пивоварении? Вот с этим есть проблемы в нашей стране? Или всего хватает?

Кирилл Болматов: Это очень важно. И качество солода важно, и качество воды важно. Ну, с этим у нас проблем нет. У нас отличный солод делается в стране, то есть растет ячмень. И в Татарстане растет ячмень, и в Центральном Черноземье растет ячмень, делается солод. Вод добывается, подготавливается, очищается.

Фарит Шагиахметов: Хотел тоже добавить по сырью, которое используется. На самом деле есть такая поговорка: «В чем заключается секрет качественного пива? Это солод, вода, хмель и совесть пивовара».

Марина Калинина: Вот это самое важное.

Фарит Шагиахметов: Что касается солода, то действительно у нас в стране есть, скажем так, три крупнейших поставщика солода, мы со всеми работаем. Это и «Суфле», и «Авангард», и «Курск-Солод». Хмель – есть два мировых поставщика, это «Хопштайнер» и «Барт», мы тоже с ними работаем, поставляем от них хмель. А вода, допустим, в частности, по нашему пивоваренному заводу – мы в Чистополе построили в том числе, потому что там прекрасная вода, которая просто не требует хлорирования. Просто по нитратам, чтобы понимание было. Вода высшей категории – допускается 5 миллиграмм на литр, а мы получаем 0,3. Мы только убираем жесткость.

Марина Калинина: То есть у вас какая-то кристально чистая вода?

Фарит Шагиахметов: Кристально чистая вода. Ее пьют люди из-под крана в городе Чистополь. Единственное, что мы делаем для технологической воды – убираем жесткость до 0,8 с 5,6. И все, больше никак не подготавливаем ее. А совесть пивовара измеряется очень просто – соблюдением технологии. То есть пиво зреет на самом деле 21 день. Если ты ЦКТ заставляешь работать 21 день, то ты получаешь качественное пиво. Как пошел сезон… Ну, есть такие случаи, когда люди начинают ЦКТ заставлять работать не 21 день, а 10 дней. То есть либо ты вкладываешь в приобретение новых технологий, то есть ЦКТ… Вот мы сейчас уже закупили буквально на этой неделе, пойдет у нас уже вторая очередь, 12 ЦКТ дополнительных. Эти инвестиции – порядка 4 миллионов евро. Понятно, что не каждый готов их вкладывать.

Марина Калинина: Ну, немало.

Фарит Шагиахметов: Поэтому уходят на то, чтобы споловинить, скажем так, время работы ЦКТ. Соответственно, это влияет на качество. Поэтому совесть пивовара как раз в этом и заключается – в соблюдении технологии.

Марина Калинина: У нас есть звонки от наших телезрителей. Нам дозвонился Виктор из Алтайского края. Виктор, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. А у меня вот такой вопрос. У вас, как я понял, немецкое оборудование.

Фарит Шагиахметов: Да, завод поставил полностью…

Зритель: И еще один вопрос. Германия – это страна, которая пиво варит, и пиво хорошее, потому что я сам знаю хорошо. А у меня вот такой вопрос. А оборотную тару, бутылку у вас завод заново принимает или нет? В Германии, между прочим, пиво идет в ящике пластиковом, и тара принимается назад спиртзаводом. А у вас как это?

Фарит Шагиахметов: Это очень серьезный вопрос. Я вас понял.

Зритель: Пластик или банка?

Марина Калинина: Кстати, тара.

Зритель: Ответьте на вопросик.

Марина Калинина: Спасибо большое за ваш звонок. Спасибо, мы поняли.

Фарит Шагиахметов: Это очень серьезный вопрос по оборотной таре. На самом деле мы тоже рассматривали вопрос установки бутыломоечной машины, но, к сожалению, те точки, которые способны собрать оборотную тару, на сегодняшний день, ну, нам в год для нашего завода могут собрать только 1 миллион бутылок. Это на три дня работы. То есть делать огромные инвестиции для того, чтобы три дня в году поработать, конечно, экономически неэффективно.

В той же самой Германии каждая бутылка имеет залоговую стоимость – 25 евроцентов. Поэтому она идет в оборот, сдается, имеет свою цену. Пока на государственном уровне, на уровне Российской Федерации не будут приняты какие-то законодательные и нормативные меры, скажем так, экономически собирать бутылку сегодня нецелесообразно.

Марина Калинина: Кирилл Александрович, вы так киваете головой. На других предприятиях такая же ситуация?

Кирилл Болматов: В России практически не осталось, наверное, системы сбора и вторичного использования бутылки. Почти все пивовары… Ну, я не знаю, может, кто-то и работает.

Фарит Шагиахметов: «Вятич» еще работает на оборотной бутылке.

Кирилл Болматов: Ну, достаточно мало кто. В основном все, конечно, одноразовую бутылку используют. Будет развиваться система сбора, будет как-то это поощряться, стимулироваться, организовываться государством – тогда, конечно, мы тоже будем этим пользоваться. Наверное, это для нас будет выгоднее. Это выгоднее, естественно, для природы, чтобы меньше было и мусора, и выбросов углекислого газа при производстве новых стеклянных бутылок. Но пока…

Фарит Шагиахметов: Производственники – «за». Нужно только государственное регулирование этого вопроса, потому что чисто по экономике на сегодняшний день это сделать невозможно.

Марина Калинина: То есть самим производствам, я так понимаю, это невыгодно на данный момент, сейчас, да?

Фарит Шагиахметов: Пока нет, пока нет.

Марина Калинина: А если говорить о конкуренции внутри страны между самими пивоварами, вот между маленькими заводами и большими заводами? Ведь есть заводы, которые чисто российские, а есть заводы, которые привлекают иностранные марки для того, чтобы производить под их брендами пиво здесь, в стране. Как между ними происходит вот эта конкуренция? Как они между собой как-то договариваются, выживают? Какая ситуация здесь? Маленькие пивоварни появляются. Вот крафтовое пиво сейчас.

Кирилл Болматов: Появляется очень много. Сейчас, по-моему… Точную цифру назвать, наверное, сложно, потому что каждый день какая-то появляется новая. Ну, что-то в районе близко к 1 500 сейчас в целом предприятий по всей России и компаний. Правда, из них первые трое занимают около… почти 70% рынка. Дальше – средние. Ну и потом идут малые, малые, вплоть до тех, которые при баре, совсем маленькие пивоварни, продукция которых только в этом баре продается. То есть очень большой разброс. Естественно, все конкурируют. Договариваться, вообще-то, у нас запрещено по закону.

Марина Калинина: Ну, понятно.

Кирилл Болматов: По антимонопольному законодательству.

Фарит Шагиахметов: Что касается крафтовых пивоварен – я считаю, это очень хорошо и полезно. Мы, наоборот, думаем с ними не конкурировать, потому что это разные абсолютно объемы, а наоборот – кооперироваться, потому что крафтовые пивоварни готовы сделать интересные сорта, но у них нет возможностей сделать большие объемы. В данном случае как раз такая кооперация будет полезна двум сторонам. То есть это абсолютно нормальное явление.

Марина Калинина: Еще есть у нас звонок из Краснодарского края, Юрий нам дозвонился. Юрий, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, слушаем.

Зритель: Я хотел бы задать вопрос. Вот люди сидят, вроде как порядочные люди, хорошие люди, понимают все о пивоварне, рассказывают умные вещи. Но один момент гложет. Знаете, я сам пиво вообще не употребляю уже семь лет, реально бросил пить. Мужики, поймите правильно. Пиво – это яд. Но вот момент в том, что, понимаете, столько пива вокруг. В каждом магазине куча пива! Вот вы за свое пиво отвечаете. Дай бог вам здоровья, ребята. Я уверен, что у вас хорошее и качественное пиво. Вы реально выступили на телевидении и говорите красиво. Дай бог вам здоровья. А другое пиво выпил – и это будет печаль. А вот столько пива, ребята. И что с ним делать? Вы понимаете? Каждое второе… «Балтика Семерка», «Балтика Восьмерка», «Девятка», десятка, двадцатка… Почему это все пиво некачественное продается в наших магазинах? Вот если вы делаете пиво качественное, то продавайте его в России.

Марина Калинина: Хорошо, спасибо за ваш звонок. Вот о некачественном пиве. Как вообще бороться с контрафактом и с тем, что появляется действительно на прилавках магазинов? Пивные напитки, которые сейчас есть. Вот с этим как быть?

Фарит Шагиахметов: На самом деле, в плане конкуренции если разговаривать, то «серый» рынок – это самый такой главный конкурент. Это даже не те пивоварни, которые работают в конкурентной среде между собой, а именно «серые», те, которые не платят акцизы, налоги и поставляют по такой минимальной цене – ну, нереально просто попасть в нее, и бороться с ними очень сложно. И, к сожалению, потребитель, покупатель голосует именно ценой.

Марина Калинина: За цену.

Фарит Шагиахметов: Да, за цену. То есть мы считаем, что, допустим, меньше, чем 40 рублей, бутылка не может стоить на полке. Просто, если от обратного считать, она не может стоить дешевле. И когда есть на полке бутылка за 29 рублей, возникает вопрос. Мы точно никогда не сможем за такую цену продать. Потому что если делать качественное пиво на качественном сырье, платить все налоги и акцизы, то тогда в эту цену не попадешь.

То же самое будет и разливное пиво – оно меньше 75 рублей тоже не может стоить на кране. Поэтому когда оно продается по 30, по 40 рублей, то это тоже нереальная цена абсолютно.

Марина Калинина: Раз уж мы подошли к цене, вот сегодня появилась информация издания «Ведомости» о том, что «Опора России» рассчитала минимальную розничную цену на литр пива – как раз 75 рублей, о которых вы сказали. И предложила уже Минфину повысить стоимость пива в рознице. Вот ваше мнение в этом вопросе? Это правильно или неправильно?

Кирилл Болматов: Ну, если непосредственно говорить о Союзе пивоваров, то мнения полностью разделились. Вот нет сейчас единой позиции в Союзе пивоваров. Более крупные компании, ну, скажем так, особенно международные, которые сталкивались с таким опытом в других странах, выступают, в общем, больше против, чем за. Компании поменьше чаще выступают за минимальную розничную цену.

Почему «за» – понятно. Уже только что была аргументация приведена. Почему «против»? Ну, любое регулирование государственное чаще всего как-то выходит нам боком. Вот сколько у нас было за последнее время введено различных ограничений – и каждый раз это приводило к дальнейшему сокращению рынка, к дальнейшему падению продаж. Сейчас нам введут одну цену, потом нам ее повысят, сильно повысят. Потом нам специально сделают так, чтобы пиво было слишком дорогим по сравнению с водкой. Соответственно, все наши потребители уйдут в водку, а «серый» рынок будет развиваться еще сильнее.

Поэтому, наверное, логичнее было бы с этими производителями контрафактной продукции бороться точечно, непосредственно с ними самими – с помощь полицейских мер, с помощью налоговых проверок, приходить на предприятия, проверять, из чего делают, как платят налоги. Все это, в общем, не очень сложно, нужно только прикладывать какие-то усилия.

Фарит Шагиахметов: Не сложно, но, к сожалению, пока не очень действенно. «Серый» рынок – он есть, он процветает. У нас в республике создана уже и пивная ассоциация, то есть общественное мнение, общественные организации к этому привлекаются, помимо правоохранительных органов, но, к сожалению, рынок показывает, что это присутствует и есть.

Второй вопрос, который был задан зрителем – по поводу качества пивных напитков. Ну, я бы на две части разделил этот вопрос, потому что есть пивной напиток, который допускается ГОСТом – там до 20% несоложеного материала, то есть это ячмень может быть, рис, кукуруза, все что угодно, это в ГОСТе будет. И все, что свыше – это будет пивной напиток. То есть на контрэтикетке об этом написано, что это пивной напиток, но не все читают ее и воспринимают как пиво.

Марина Калинина: Ну, там таким мелким шрифтом написано, что рассматривать…

Фарит Шагиахметов: Да. Но в цене он будет меньше, конечно. И в данном случае, конечно, пивной напиток по качеству намного хуже, чем пиво как продукт. Но есть у нас новые направления, которые уже 100 лет делаются в Германии той же самой, радлер, когда пиво смешивают с лимонадом – и получается такой пивной напиток. Это уже немного другая вкусовая история. Это не крафтовое пиво, это пивной напиток. И сейчас тоже много таких напитков делается у нас в стране на пивной основе, смешиваются именно с ароматизаторами, с лимонадами. И это уже, скажем, просто совсем другой напиток, уже это не пиво, а другой напиток. Он имеет право на жизнь. И кому нравится, тот его употребляет.

Кирилл Болматов: Ну, взять, например, бельгийские сорта. Сплошь и рядом в Бельгии это именно, с нашей точки зрения, пивные напитки. Хотя, конечно, бельгийцы на это обижаются. Это пиво с добавлением вишни или с кориандром.

Марина Калинина: Ну, Бельгия тоже славится своим пивом, конечно.

Кирилл Болматов: Именно. И туда добавляют очень часто какие-то фрукты, специи…

Марина Калинина: Ягоды.

Кирилл Болматов: …пряности, цедру лимонную, что-то вот такое.

Фарит Шагиахметов: И очень популярны такие напитки у них в стране.

Марина Калинина: Давайте еще один звонок возьмем, из Липецка нам дозвонился Виктор. Здравствуйте. У вас вопрос какой-то, насколько я понимаю?

Зритель: Здравствуйте. У меня вопрос какой? Вся Россия завалена пивом. Основа пива – это вода, ячмень, хмель. В России выращивается хмель? Это объемы какие должны быть хмеля?

Марина Калинина: Спасибо.

Фарит Шагиахметов: Ну, хмель на самом деле, я уже говорил, мы приобретаем у мировых поставщиков – это «Барт» и «Хопштайнер». Скажем так, в России… Ну, наши соседи из Татарстана и Чувашии, они выращивали в советское время хмель. Сейчас они пытаются реанимировать данное производство. Но другое дело, что восстановить производство хмеля – там нужны десятилетия. То есть сразу быстро они это не сделают. И конечно, если появится в России нормальный качественный хмель, мы будем его брать. Но пока, к сожалению, мы привозим его из-за рубежа.

Кирилл Болматов: В общем-то, почти весь мир работает в первую очередь на немецком и чешском хмеле. Ну, еще американский.

Марина Калинина: То есть это не чисто российская проблема?

Кирилл Болматов: Это не наша проблема.

Фарит Шагиахметов: Это мировая проблема.

Кирилл Болматов: В каждой стране хмель не вырастишь. Есть те, кто уже десятилетиями, веками этим занимается, у кого эти хмелевые плантации, которые занимались селекцией новых сортов хмеля, добиваясь максимального аромата и вкуса.

Фарит Шагиахметов: И даже у них циклично существует – 10 лет. Вот 10 лет – и появляется новый сорт хмеля либо качество его меняется. То есть даже у них, у людей, которые занимаются этим постоянно, все равно такой срок, цикличность – 10 лет.

Марина Калинина: Совсем недавно, буквально несколько дней назад, в Татарстан приезжал новый глава Росалкогольрегулирования Игорь Алешин. Вообще, если говорить о государственном регулировании алкогольного рынка, в частности пива, то чего сейчас не хватает пивоварам? Что можно было бы добавить со стороны государства? И что, может быть, лишнее, что можно было бы убрать? Что мешает работать? И чего не хватает?

Фарит Шагиахметов: Ну, что касается этого, то мы работаем по крепкому алкоголю в рамках 171-го федерального закона, как и все производители алкогольной продукции в нашей стране. И главный наш регулятор – Федеральная служба регулирования алкогольного рынка – четко соблюдает тоже этот закон и требования. Поэтому для нас пиво намного слабее, с точки зрения контроля, по сравнению с крепким алкоголем. То есть здесь нет федеральных специальных марок, нет такой системы ЕГАИС прямо строгой. Сейчас уже переходят на помарочный и поштучный учет.

В пиве все достаточно просто. То есть мы установили систему учета объема и счета бутылок, систему ЕГАИС, ввели в Федеральный реестр алкогольной продукции свои сорта – и все. В общем-то, никаких проблем нет. Но, насколько мы знаем, сейчас разрабатывается новая система, ну, уже опробуется на некоторых предприятиях. Готовят такую систему, скажем так, то есть, может быть, не такую, как на крепком алкоголе, но именно маркировка продукции планируется.

Марина Калинина: То есть это ужесточит, я так понимаю, требования к регулированию пива?

Фарит Шагиахметов: Ну да.

Кирилл Болматов: Ужесточит. Сейчас у нас в стране жесткость регулирования уже приближается… то есть не приближается, а превосходит страны Северной Европы, которые больше всего борются с употреблением. У нас очень жесткое регулирование, каждый год вводилось новое. Мы не говорим: «Отмените то, что уже принято». Ладно. Уж принято – ладно. Но очень хотелось бы, чтобы ничего больше нового не вводилось. Чем больше будет вводиться, тем опять нам будет хуже. За последние десять лет, наверное, у нас каждый год падение рынка на 5, 7, 10%. Сократилось в общей сложности на 30%, уже близко 40%.

Марина Калинина: Ну и растет, наверное, тот же самый пресловутый «серый» рынок?

Кирилл Болматов: Ну, «серый» рынок на самом деле рос как раз в тот момент, когда больше всего было внедрено новых ограничений, то есть это 2012-й, 2013-й и 2014-й годы, он прямо рос. С тех пор больше пока особых ограничений не вводилось, и темпы роста акцизов уменьшились – и «серый» рынок немножко пошел на спад.

Марина Калинина: Давайте буквально кратко послушаем Андрея из Челябинска, он ждет, на связи телефонной у нас. Андрей, здравствуйте. У вас буквально полминутки. Говорите.

Зритель: Ребята, здравствуйте, добрый вечер. Челябинск за вас! Молодцы, что открылись. Я просто сам варю пиво в обыкновенных кастрюлях. И желание такое, чтобы вы не скатились до всяких общих больших пивных компаний, а чтобы варили… чтобы было вкусное пиво, а не общевойсковое, чтобы за три копейки и много. Вот по-быстрому просто.

Марина Калинина: Спасибо вам большое за такой звонок. Ну что? Успехов вам, удачи! Спасибо, что пришли. Варите качественное пиво. И, как сказал наш зритель, не скатывайтесь туда, куда не надо.

Фарит Шагиахметов: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо большое. Фарит Шагиахметов, заместитель генерального директора по техническим вопросам компании «Татспиртпром», и Кирилл Болматов, представитель Союза пивоваров России, были у нас в эфире.

Рубрика «Промышленная политика»
Список серий