• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Сергей Лесков: Реформы медицины и образования дали плоды. И эти плоды оказались отравленными

Сергей Лесков: Реформы медицины и образования дали плоды. И эти плоды оказались отравленными

Юрий Коваленко: Ну а прямо сейчас обозреватель ОТР Сергей Лесков со своим взглядом на события дня и недели.

Сергей Лесков: Добрый день.

Марина Калинина: Здравствуйте. Как всегда все самое животрепещущее и интересное?

Сергей Лесков: Ну это субъективный подход.

Марина Калинина: Нет, это объективный подход.

Юрий Коваленко: За это и ценим.

Марина Калинина: За это и ценят.

Сергей Лесков: Кто-то трепещет от одного, кто-то трепещет от другого.

Марина Калинина: Ну давайте, не будем терять время.

Сергей Лесков: Кому-то нравится поп, кому-то попадья, а кому-то свиной хрящик.

Но как Марина сказала, на самом деле на этой неделе едва ли не каждый день приносил какие-то трагические новости с криминальным оттенком из разных регионов, из разных школ. Даже если сделать поправку на свойство подростковой психики на повторяемость действий, все равно понятно, что что-то не в порядке в школьном королевстве. И версий здесь можно высказать, конечно, очень много, но очевидно, что эпидемия поножовщины – а только так это можно назвать – является в значительной мере следствием реформы образования, да и реформы здравоохранения. Реформы эти дали результаты, но эти результаты оказались совсем не такими, как мы ожидали.

Министерство экономического развития опубликовало результаты, наши итоги экономического развития (извините за такой каламбур) за 2017 год, а также опубликовало прогнозы на начавшийся 2018 год. Довольно оптимистичны и итоги, а прогнозы еще лучше. Ну кто бы сомневался: Минэкономики у нас в совершенстве овладело искусством психотерапии, некоторые мастера могли бы даже этому позавидовать. А на Гайдаровском форуме, который называют "русским Давосом", тем временем министры говорят о том, что весь наш экономический блок необходимо развернуть в сторону человека и сформировать – появился новый термин – экономику с человеческим лицом. Впрочем, есть подозрения, что, как и многие другие экономические прожекты, эти разговоры, эти благие пожелания так и окажутся пожеланиями, а мы будем все с большей тревогой ощупывать свой пустеющий карман.

И, наконец, самой, наверное, большой с комическим оттенком сенсацией этой недели стал танец курсантов в Ульяновском летном училище. Надо сказать, что от эстетического совершенства этот танец, конечно, бесконечно далек, но тем не менее возникли горячие споры по поводу того, что же делать с этими курсантами: то ли примерно наказать, то ли понять и простить. В обсуждение ввязался губернатор области, поднялась прокуратура. Давайте посмотрим на эту историю спокойно и попытаемся понять, так ли это уж плохо, чем это вообще грозит безопасности наших авиаперевозок и вообще что делать с этими мастерами эротического танца.

Марина Калинина: Сергей, Поклонская никак не прокомментировала танец молодых людей?

Сергей Лесков: Могла бы и прокомментировать. На самом деле я думаю, что… Если уж вы говорите про эту замечательную женщину, в известной мере, конечно, этот танец можно назвать "ульяновской Матильдой".

Марина Калинина: Возникают такие ассоциации.

Юрий Коваленко: И не одной – их много уже, танцев этих.

Сергей Лесков: Да, в общем, аналогии эти, конечно, есть.

Но все-таки давайте мы вначале поговорим об этой трагической совершенно эпидемии, которая охватила наши школы. Мне вообще вот что кажется. Каждое старшее поколение склонно с ностальгией вспомнить свои школьные годы и повторять как мантру "Когда мы были молодыми, было не так". Конечно, подростковая преступность была всегда. Всегда, в общем-то, были какие-то благополучные школы, классы, где собирались лучшие ученики, даже в подростковой среде была какая-то романтизация вот этого блатного мира. Это было всегда.

Марина Калинина: Но дело в том, что эти лучшие ученики, извините, потом выходили на улицы и во дворы и ходили стенка на стенку друг на друга, такое же тоже было.

Сергей Лесков: Бывало такое всегда. Но, в общем-то, то, что сейчас произошло в школе – что здесь новое? Преступность пришла в само здание школы, вот этого не было, Марина правильно говорит, хотя вы, конечно, не похожи на человека, участвовавшего в этих мероприятиях стенка на стенку…

Марина Калинина: Но я знаю.

Сергей Лесков: Но тем не менее это было на улице, а здесь-то преступность в школе, ножи и топоры проявились в школе, которая, в общем-то, была неким таким бастионом, куда эта публика с криминальными наклонностями не проникала и где – это чрезвычайно важно – был непоколебим авторитет учителя. На самом деле у учителя был авторитет. А что получается сейчас?

Надо признать, что, в общем-то, мы сами своими руками разрушили эту крепость. В общем-то, сейчас учитель во многом благодаря последней четверти века воспринимается как неудачник. В педагогические ВУЗы идут выпускники послабее, а из тех, кто закончил педагогический ВУЗ, те, кто послабее, идут в школы, а остальные пытаются устроиться еще где-то, вплоть до того, что идут в милицию. Вы знаете, что педагогический ВУЗ – это один из таких "питомников" для милиции? И так получается, что сама по себе вот эта наша социальная иерархия выталкивает в школу тех людей, которые – только не обижайтесь, пожалуйста, учителя – не могут служить примером для подростков. Но подросткам нужен пример, они ищут…

Юрий Коваленко: …и находят в Интернете видео, как преподавателю на голову надевают мусорное ведро.

Сергей Лесков: Ну вот, например, находят это. Уж, значит, будем прямо говорить: есть такая организация под названием АУЕ, как она…

Юрий Коваленко: "Арестантский уклад един".

Сергей Лесков: "Арестантский уклад един", по-моему, подростковый. Это некие как масоны, что ли, можно с масонами их сравнить.

Юрий Коваленко: Это поклонники культуры мест не столь отдаленных, оттуда она и вышла, собственно.

Сергей Лесков: Да, но это подростковые банды, которые берут под контроль школьные заведения. Кстати, последнее происшествие в Улан-Удэ: по некоторым сведениям, этот несчастный подросток, который рубил топором, попал под влияние этого АУЕ. Рассказывают какие-то ужасающие вещи, что это АУЕ обложило оброком все учебные заведения во многих регионах. Ну ладно бы это так, но ведь правоохранительные органы несмотря на многие запросы, на массу свидетельств о том, что это так, там и сексуальное насилие, и бандитизм, разбои, не говоря о том, что в школах просто собирают дань, не могут расправиться с этим. Вы знаете, если бы это было во времена Дзержинского, который боролся с беспризорщиной в гораздо более неблагоприятных исторических условиях, будем прямо говорить, он-то справился с этой проблемой. Что сейчас за специалисты у нас работают в этой области и прежде всего в правоохранительной сфере, которые не могут с этим справиться и не могут даже найти, выйти на след этой молодежной преступной группировки?

Юрий Коваленко: Стране нужен новый Макаренко, который, наверное, все-таки поднимет…

Сергей Лесков: При этом, прямо скажем, у нас больше всего в мире – кроме Белоруссии – сотрудников правоохранительных органов. При этом у нас больше всего на душу населения заключенных, мы больше всего… Вы знаете, кстати, когда мы… Надо же статистику привести, потому что эмоции эмоциями, но есть сухие цифры, которые выявляют безрадостную картину. Россия на 1-м месте в мире находится по числу убийств в году, у нас больше 16 тысяч убийств.

Юрий Коваленко: Да не может такого быть.

Сергей Лесков: На втором месте находятся США, на третьем Китай, Турция, Франция и Германия. Первые 5 стран – у них больше 10 тысяч убийств в год. Еще раз: Россия, США, Китай, Турция и Франция. На самом деле было бы интересно еще посчитать на 10 тысяч, здесь Россия не лидер, здесь лидерами являются Колумбия, Бразилия, Венесуэла и Гватемала, Россия на 5-м месте находится по числу убийств на душу населения. И на 5-м месте уже давно, несколько лет подряд, здесь корреляция есть, мы находимся по числу убийств детей. Поэтому говорить о том, что то, что случилось в этих школах, является чем-то поразительным – нет, у нас стабильное 5-е место по числу убийств детей на 10 тысяч человек, впереди нас вот эти вот южноамериканские и латиноамериканские страны, где своя культура, горячие люди…

Юрий Коваленко: Неужели в Африке гуманнее люди?

Марина Калинина: Дело в том, что убийства детей – это понятно, но когда дети убивают детей…

Сергей Лесков: Марина, сейчас еще одна статистика. Правильно, я сейчас еще скажу: каждый день в нашей стране убивают 8 детей, всего в год в России гибнут 2.5 тысячи детей. Эта цифра не меняется на протяжении многих лет. Около 1 тысячи детей, о чем Марина спрашивает, гибнут в своих собственных семьях от рук своих родимых родителей. Поэтому говорить о том, что у нас вот эти наблюдаемые события говорят о всплеске насилия, нельзя. У нас вообще наша жизнь полна насилия на протяжении последних лет. Какие-то выводы, без сомнения, надо делать. Я думаю, что в значительной степени это связано с экономической обстановкой в стране. Та безнадега и ситуация отчаяния, в которой пребывают многие семьи, на самом деле транслируются и на настроения подростков. В семье они не могут брать пример с отца, который не работает и пьет, да и бьет мать, в школе он не может брать пример с учителя, потому что учитель является синонимом неудачника. С кого он берет пример?

Юрий Коваленко: Подождите. У одного из мальчиков, который напал на школьников в Улан-Удэ, папа майор ВДВ, то есть, в общем-то, он гордится своим сыном, он выставляет фотографии, где он в тельняшке, в беретке. По-моему…

Сергей Лесков: Юра, тут я согласен с этим замечанием. Дело вот в чем. Ошибкой, когда мы рассуждаем о какой-то глобальной проблеме, является абсолютизация какого-то отдельного опыта. Какой-то отдельный случай может иметь свои особенности, это на самом деле так. Может быть, кто-то там и приведет себя в пример. Например, из того же Забайкалья выходят многие люди, которые даже работают у нас в правительстве, не будем далеко ходить за примером, но в общем, мы говорим об общей ситуации. Она на самом деле достаточно безрадостная. Это не означает, что человек не может вырваться из этого самого болота. У кого-то получается, а кто-то, кто на самом деле вроде бы мог чувствовать себя более спокойно, оказывается более податлив для вот этого уголовного сероводорода.

Ситуация очень серьезная, и она на самом деле, мне кажется, смоделирована всем тем социальным укладом жизни, который у нас не просто появился в последнюю четверть века, он даже все более и более укрепляется, потому что бедные у нас становятся нищими, а богатые становятся супербогатыми, и вот эта вот дистанция все более и более увеличивается. При этом, кстати, ведь в школах вводят уроки патриотизма и православия – есть какой-то результат? У меня такое ощущение, что эти уроки превращаются в какие-то казенные мероприятия типа политинформации и оформления ленинского уголка в советское время, что давало прямо противоположный эффект.

Марина Калинина: Еще хотели ввести уроки нравственности и семейных ценностей, мы как-то это тоже в эфире обсуждали.

Сергей Лесков: Да. Лучше бы укрепить семью, это было бы лучшим уроком, а на самом деле вся экономика ведет к тому, что семья разрушается, как ни печально.

Понимаете, тут мыслей можно высказать много, ситуация трагическая, безрадостная, хочется, чтобы все пострадавшие все-таки встали на ноги и поправились. Кстати говоря, в обоих случаях учителя проявили себя с самой лучшей стороны, и хотя я сказал какие-то слова насчет учителей, но и у меня в семье были учителя, и вот, например, бабушка, которую я бесконечно любил, была директором самой большой школы в одном областном центре. Но она получала зарплату-то весьма достойную, и учителя получали достойную зарплату, а сейчас такие деньги… Мы слышим даже во время прямой линии с президентом… Кстати, из Забайкалья же учительница звонила с какой-то совершенно символической зарплатой, да?

Марина Калинина: Да.

Сергей Лесков: Которая стоит дешевле, чем бутылка новогоднего вина, которую себе заказывают депутаты Думы. У них, помните, был тендер, они там заказывали какие-то бутылки? Одна бутылка дороже, чем зарплата учительницы из Забайкалья. Ну что, это связано с поножовщиной? Да, связано, связано. Чему может такая учительница, которой впору стоять на паперти с протянутой рукой, что она может сказать такого, чтобы ученик прислушался к ней? Вопрос повис в воздухе. Мы сами спровоцировали эту ситуацию, и, конечно, как результат мы теряем следующее поколение. Казалось бы, что учителя, да и врачи тоже, не являются системообразующими профессиями, но результат-то какой? И между прочим, ведь многие… Про врачей я не сказал – почему они являются невольными участниками этой истории? Психологов в школе нет?

Юрий Коваленко: Не везде есть.

Сергей Лесков: Вывели за штат. У нас теперь психолог один на целую школьную агломерацию, на несколько школ один. В итоге он не может это дело проследить. Кроме того, о психических отклонениях учеников ведь учителя не знают, у нас психиатрическая помощь в стране если не уничтожена, то тоже находится в загнанном состоянии. У многих из этих ребят, которые приходили в школу с холодным оружием, были психические отклонения, но в школе-то об этом не знали и, видимо, сами эти диспансеры и службы недорабатывали. Это тоже результат реформы здравоохранения. Все вместе. Реформы дали плоды. Но плоды оказались отравленными.

Юрий Коваленко: Так а что же делать тогда? Все сразу-то не изменишь.

Сергей Лесков: Ну вот на Гайдаровском форуме говорят, что мы будем… Давайте мы плавно перейдем ко второй теме.

Марина Калинина: Давайте, потому что мы эту тему как раз вот этих преступлений будем обсуждать чуть позже.

Сергей Лесков: На этой неделе происходили довольно знаковые экономические события. Во-первых, Министерство экономики опубликовало итоги минувшего года и прогнозы на следующий год. Итоги таковы: ВВП все-таки вырос примерно на 1.5%, хотя ожидалось 2.1%, но зато инфляция, если кого-то это радует, составила рекордно низкие 2.5%. А в 2018 году экономика вырастет примерно на 2%, а инфляция станет еще меньше, опять же, если это кого-то радует. Кстати, надо сказать, с Китаем сравнивать не будем, но у нашего главного супостата под названием Америка ВВП растет больше чем на 4% в год вообще при несопоставимости уровня экономики, это достаточно показательно, не говоря о росте – это при полубезумном Трампе…

Марина Калинина: Доказали же, что он полностью здоров психически.

Сергей Лесков: Но сам факт того, что пришлось идти к психиатру, говорит о некоторых сомнениях на этот счет. Видите, президент США может только бегемота от белочки отличить, а экономика-то растет и растет вообще по всем показателям, а рост фондового рынка вообще зашкаливает. У нас вырастут наконец-то в 2018 году те самые реальные доходы, которые падают уже 4 года. Сейчас, может быть, уже время позднее, некоторые могут это воспринять как сказку на ночь, но тем не менее Минэкономики обещает, так что, друзья, готовьтесь, мы станем богаче в 2018 году. ВВП на 2% вырастет, а не на 1.5%, как в минувшем году. Знаете, даже в школьном курсе физики есть такое понятие "предел погрешности", статистическая погрешность. Когда речь идет о таких маленьких, микроскопических цифрах, у меня такое впечатление, что это в пределах погрешности измерений.

Юрий Коваленко: 1% ВВП, извините.

Сергей Лесков: Ну вот такими цифрами оперирует Министерство экономики, которое вообще просто источает оптимизм, как реактор "Фукусимы" источает какие-то утекшие радиоактивные элементы. Но тем не менее на том же самом Гайдаровском форуме Медведев, по-моему, сказал, что хватит жонглировать цифрами, есть какие-то качественные показатели, которые являются гораздо более важными – это удовлетворенность людей своей жизнью. И он привел там несколько параметров: это и ощущения от своих доходов, перспективы. Можно измерить ощущение перспектив? Это же важный фактор экономики, да?

Юрий Коваленко: То есть верят ли они вот этим прогнозам, да?

Сергей Лесков: Ну да, верят ли они в эти бесконечные сеансы. Это удовлетворенность состоянием окружающей среды – тоже измерить трудно. А если ты задыхаешься и как в Москве все время нюхаешь запах кислой капусты, которая непонятно откуда взялась…

Марина Калинина: О да…

Сергей Лесков: Может, она в бороде патриотически настроенных людей застряла? Но не так же много у нас таких бород. Все эти факторы на самом деле важны.

Вы знаете, мы часто говорим и вспоминаем Адама Смита, которого читают все образованные русские люди со времен Евгения Онегина, как мы знаем, и у него вводилось такое понятие, которому мы слепо верили или почти слепо верили в начале перестройки и всех экономических реформ. Как оно называлось-то… "Невидимая рука рынка", был такой термин: вот наступит рыночная экономика, будут процессы саморегуляции, которые приведут к всеобщему счастью. Ничего делать не надо, государство должно самоустраниться, и эта самая невидимая рука рынка так впотьмах все расставит на нужные места.

Но на самом деле, если уж читать Адама Смита, надо его читать всего, потому что у него одновременно с этими экономическими работами есть работа, например, с таким любопытным названием: "Теория нравственных чувств". Несмотря на такое название, это сугубо экономическая работа. И он там рассказывал о том, что те люди, которые управляют экономикой, должны прежде всего думать не о прибыли, а о том, чтобы (иначе это все может превратиться в анархию, как у нас и получилось) думать об общественных интересах и о каких-то вот этих самых нравственных чувствах. То есть даже Адам Смит, который ввел понятие невидимой руки рынка, говорил, что экономика должна быть нравственной, он все это написал 250 лет назад. Что мы сейчас-то вспомнили об этом?

Юрий Коваленко: "Капитал" же вспоминали тоже.

Сергей Лесков: В общем, все написано, все сказано. В общем-то, та какая-то аморальность, я не боюсь этого слова, это не преувеличение, российской олигархической элиты просто поражает.

Вы знаете, недавно был юбилей Курчатова, который создал из ничего атомную отрасль, наверное, самую преуспевающую, находящуюся на мировом уровне отрасль нашей экономики, он получил целое соцветие ленинских и государственных премий, очень много. Но судьба не наградила его детьми, и он, никому не говоря, все эти премии направлял в школы и детские дома. В Москве есть школы, которые построены, я даже знаю людей, которые там учились, которые построены на деньги Курчатова, это в советское время, 1950-1960-е гг. Он никому об этом не говорил, это все обнаружилось после его смерти, а умер он в 57 лет. Потому что когда запускали первый промышленный реактор на Урале, надо было догонять американцев, и несмотря на предупреждение врачей, он постоянно входил в зону предельного радиоактивного загрязнения, постоянно. Он умер в 57 лет, все деньги отдал детям и никому про это не говорил. Есть такие примеры сейчас в нашей элите? Я не знаю таких примеров. Они там строят какие-то яхты, которым могут завидовать даже арабские шейхи…

Юрий Коваленко: Церкви строят иногда.

Сергей Лесков: Но совершенно другая система приоритетов. Мне иногда попадаются, как это называется, глянцевые журналы, и я вижу, что какой-то футболист, который получает немыслимые зарплаты и мог бы, на мой взгляд, содержать всех учителей в Забайкалье, строит себе дом какой-то. И вот половина журналов показывает, какой дом этот человек себе построил.

Марина Калинина: Ну ему же надо где-то жить, Сергей, ну что вы.

Сергей Лесков: Ну где-то надо, да. Не будет же он жить в сарайчике на футбольном поле.

Марина Калинина: В Забайкалье, опять же.

Сергей Лесков: Поэтому, в общем-то, эти две темы, о которых мы говорим – трагические происшествия в школе и состояние нашей экономики – конечно, переплетаются. Если у нас будет создана экономика с человеческим лицом, а для этого надо поменять вообще все приоритеты. Есть такое слово "парадигма" – поменять парадигму нашей экономики, то и поножовщины в школах станет меньше. К сожалению, на Гайдаровском форуме о трагических происшествиях в нашей школе не говорилось, потому что там занимаются макроэкономикой, у нас министры занимаются макроэкономикой, а такое состояние макроэкономики, которое сложилось в нашей стране, приводит к микротрагедиям. Вот такой результат.

И вообще меня удивляет, конечно, несменяемость нашего правительства. Очень часто, когда мы говорим о том, что Россия нащупывает новый путь, сравнивают эти поиски с блужданием Моисея со своим народом по пустыне. Помните, он 40 лет водил этих самых евреев по пустыне и наконец привел их в нужное место? Надо сделать поправку в этой библейской истории: да, он водил их 40 лет, мог водить и больше, 35 лет они не могли выйти в назначенную точку, и вот через 35 лет родственник Моисея по имени Иофор сказал ему: "Слушай, у нас начальники не те, надо назначить хороших начальников". Моисей его послушал и назначил начальников. Там была очень любопытная система, в Библии описано – там были какие-то тысячаначальники, стоначальники, десятиначальники, то есть он еще какую-то иерархию построил. Итак, была создана первая в мире система управления израильским народом, и после этого он вышел в назначенную точку. А так бы он еще ходил. У нас, мне кажется, может быть, не хватает Иофора? Может быть, создать какую-то все-таки систему управления?

Марина Калинина: Зато у нас есть нефть, а там, куда привел Моисей, нефти нет.

Сергей Лесков: Это хорошее место, да. Может быть, это и есть хорошо. Евреи поселились, как известно, в единственном месте на Ближнем Востоке, где нет нефти. Но при этом почему-то именно они живут богаче, чем соседи, у которых нефти завались.

Ну и, наконец, давайте поговорим, все-таки пятница, сейчас все отправятся веселиться в ночные клубы. Вот это вот происшествие, которое случилось в Ульяновском летном училище, разделило общество на две части.

Марина Калинина: Сергей, давайте мы покажем это все, потому что я думаю, что не все видели.

Сергей Лесков: Не все видели, да. Несколько миллионов просмотров. А можно вообще?

Марина Калинина: Всем нам уже больше 18.

Юрий Коваленко: Можно.

Марина Калинина: Можно. Давайте начнем с британцев, с них все началось 2 года назад. Потом повторили этот подвиг ульяновцы, а затем поддержка от сельских жителей и поддержка от МЧС.

Сергей Лесков: Это известная песня "Satisfaction".

Марина Калинина: Это вот британцы, которые задали, собственно, тон. А вот это ульяновские курсанты. А это вот сельские жители, которые выступили в поддержку курсантов из Ульяновска.

Сергей Лесков: По-моему, Академия МЧС выступила еще.

Марина Калинина: Сейчас будет еще Академия МЧС. Вот и МЧС. Конечно, с пластикой…

Сергей Лесков: Вы знаете, что меня…

Юрий Коваленко: Я думаю, нам надо было все-таки попросить убрать детей от телевизора.

Сергей Лесков: Я должен сказать, что меня в этой подборке радует одно обстоятельство: ребята из МЧС будут покрепче, чем все остальные, и это, конечно, внушает некоторые надежды и спокойствие.

Марина Калинина: Ну все в хорошей форме, надо сказать.

Сергей Лесков: Ну что? Ректор этого учебного заведения сказал, что это позор, он всех подвергнет исключению, а губернатор Ульяновской области – по-моему, он сам какой-то полицейский бывший – сказал, что да ладно, они просто дурачатся. И прокуратура там что-то проверила и не нашла нарушений закона. Вообще достойно ли это происшествие такого горячего обсуждения? В той же Ульяновской области, я думаю, побольше есть проблем, а если говорить про гражданскую авиацию, то она, в общем-то, у нас далеко не процветает. Но все ведь смотрели "Полицейскую академию"? Один из самых известных американских сериалов, бесконечный. Мы уважаем американских полицейских? Вне всякого сомнения.

Марина Калинина: Скорее всего, да.

Сергей Лесков: Ну я не знаю, американская полиция, наверное, одна из самых уважаемых и могучих в мире структур, американскому полицейскому нельзя вообще перечить и всякое такое. Про что этот бесконечный блокбастер? Он сплошь проникнут подобного рода сюжетами и кадрами.

Марина Калинина: Там и похуже есть, и шуточки такие, мягко говоря, на грани.

Сергей Лесков: Есть и похуже, что тут говорить. В общем, да, вся "Полицейская академия" на грани дозволенного. И, в общем-то, надо сказать, что если бы ректор Ульяновской академии работал в полицейской этой самой академии, он бы всех исключил. Мне даже кажется иногда, что такая вот звериная серьезность нашего старшего поколения препятствует тому, чтобы наладить какой-то контакт с молодым поколением. Этот разрыв не идет на пользу ни старшему поколению, ни младшему поколению, а в итоге и всей стране. Они дурачатся, на самом деле это глупо. Но извините, смех человека, которому 50 лет, и смех человека, которому 20 лет, имеют какое-то разное происхождение. Даже мужчины и женщины, как известно, смеются над разными вещами, уж не говоря о том, что и поколения разные находят источник веселья в разных… А уж про студентов-то что говорить? В каждом ВУЗе есть какие-то свои традиции, которые кому-то со стороны покажутся идиотизмом.

Марина Калинина: В таком возрасте самое время валять дурака, на самом деле.

Сергей Лесков: Конечно. А когда еще валять дурака? Молодость перебесится. Ну я не знаю, на журфаке МГУ что-то все время, каждый год делают с памятником Ломоносову. Студенты-медики каждый год бинтуют памятники, кто там сидит, Сеченов и Пирогов, забинтовывают их, как будто они инвалиды. Даже в Военной академии стоит какой-то памятник мира, они памятник мира обряжают в какую-то форму. И я, когда закончил ВУЗ, мы бегали… Здесь по соседству с Останкино есть стела покорителям космоса: мы забегали на эту стелу и пытались на этот 100-метровый обелиск вскарабкаться. Глупо, совершенно глупо, но это какая-то студенческая, такая молодежная субкультура, за которую наказывают нельзя. А что вы предлагаете, чтобы эти ульяновские курсанты сели в красном уголке и пели хором "Все выше, выше и выше Стремим мы полет наших птиц"? Вот это бы говорило о том, что у них что-то не в порядке с головой, и вряд ли можно было бы доверить им безопасность воздушных полетов.  

Юрий Коваленко: Но их поддерживают и политики, и звезды, и все остальные.

Сергей Лесков: Ну как? Не наказывать. Это на самом деле какая-то звериная жесткость исключать из-за этого.

Юрий Коваленко: Есть такая традиция и устав, который говорит о том, что офицер не должен порочить честь и достоинство, а будущий офицер тем более должен стремиться к высокому званию офицера.

Сергей Лесков: Но они не офицеры, это гражданское училище. Да нет, ну… Какой устав? Прокуратура не нашла здесь нарушения закона.

Юрий Коваленко: Не запрещено, значит, разрешено, как все в нашей стране.

Сергей Лесков: Поэтому мне кажется, что все-таки… Иногда легкомыслие помогает справиться с возложенными на тебя задачами, а звериная серьезность препятствует этому. Ведь многие гости нашей страны – а их летом станет еще больше – отмечают то, что у русских слишком серьезные лица. Вот на самом деле видите, эти несчастные курсанты попытались улыбнуться, а им по рукам, по рукам, больше не улыбайтесь, ходите строем, пойти революционные песни. В пятницу хочется пожелать веселья и легкомыслия.

Марина Калинина: Ну вот сообщение из Пензенской области: "Ну что вы, ну подурачились, все были студентами".

Сергей Лесков: Ну конечно.

Марина Калинина: Мне кажется, вот такое должно быть отношение к этому.

Сергей Лесков: Конечно.

Марина Калинина: Много других проблем.

Сергей Лесков: Поэтому у меня просьба все-таки к руководству этого ульяновского учебного заведения понять и простить.

Марина Калинина: Спасибо, спасибо большое. Как всегда актуально. Сергей Лесков был в нашей студии. Спасибо, Сергей.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Сергей Лесков: До свидания. 

Темы недели от обозревателя
Список серий