• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Василий Мельниченко: У любого главы сельсовета должен висеть не портрет президента, а генплан производственного освоения земель

Василий Мельниченко: У любого главы сельсовета должен висеть не портрет президента, а генплан производственного освоения земель

Ольга Арсланова: Ну а пока с разрешения Дениса Чижова российские пенсионеры собираются за границу, поговорим о российской деревне, о том, как ее спасти, как помочь ей развиваться. По крайней мере некоторые идеи о том, как это сделать, возникли у лидеров аграрных партий и руководителей региональных сельхозпредприятий: они объединились в общественное движение "Федеральный сельсовет", заявленная цель этого движения – разработать общую программу развития села и аграрного сектора экономики наше страны.

Юрий Коваленко: Ну и работы предстоит немало, потому что сегодня реалии села – это просто переезд в город. Некомфортно быть фермером, и это несмотря на поддержку государства, ведь ее катастрофически не хватает. Стандартная деревня предпочитает газу топить обычную русскую печь дровами, ходить за водой к колодцу, а не оплачивать дорогой водопровод. Неужели именно так должна выглядеть идеальная деревня? Что именно нужно сделать для развития села, чтобы его спасти? Будем выяснять, подключайтесь.

Ольга Арсланова: Да, вопрос, кстати, мы и вам задаем, особенно если вы живете в деревне, живете в селе, таких людей в нашей стране примерно четверть – пожалуйста, позвоните в прямой эфир, расскажите, может быть, какой-то рецепт вам известен, как дать деревне шанс на развитие?

А в гостях у нас Василий Мельниченко, председатель общественного движения "Федеральный сельсовет". Василий, здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Василий Мельниченко: Здравствуйте, Оля, здравствуйте, Юра.

Ольга Арсланова: Четверть населения страны живет в деревне, живет в селе, но это число постоянно уменьшается. Люди уезжают, и осудить их за это нельзя, потому что это естественный процесс урбанизации с одной стороны, а с другой стороны отсутствие понимания перспектив в российской деревне.

Василий Мельниченко: Вот как раз вы слово хорошее сказали – "отсутствие понимания", то есть неопределенность, что завтра будет, и эта неопределенность чувствуется не только в селе, в деревне, это неопределенность чувствуется даже у наших высших чиновников, потому что на протяжении стольких лет мы видим, что действительно самое главное уменьшается экономика, а вслед за экономикой рушится комфортная жизнь, потому что не за что строиться, не за что делать новые дома, нечем отремонтировать дороги, и люди просто уезжают, уезжают в города. И уменьшается рождаемость: естественно, в некомфортных условиях люди не хотят размножаться.

Но так не должно быть на самом деле: преимущества жизни на селе, в пространстве значительно превышают городские преимущества. Это просто ложная идеологема, которая навязалась в нас со СМИ, но в основном это, конечно, неразумные действия властей. То есть мы невзирая на неудачные реформы 1990-2000-х гг. продолжающиеся, невзирая на то, что мы разрушили экономику, просто ее потеряли, не то что разрушили, а потеряли экономику, мы действительно по ВВП откатились сравнительно очень далеко. Россия остается самой богатой страной мира, наши ресурсы богаче – это наука так говорит – Штатов раза в 2, Японии в 20 раз, Германии в 6 раз и так далее. Но расскажите это тем жителям 17 тысяч сельских населенных пунктов и малых городов, в которых вообще нет работы; расскажите это тем самым 22 или 23 миллионам официально бедных людей; расскажите тем неофициально бедным людям, которые действительно не умеют хороших доходов.

Ольга Арсланова: Я хотела просто здесь спросить. Вы сказали, что обязательно нужно спасать русскую деревню…

Василий Мельниченко: Не спасать!

Ольга Арсланова: Вопрос: зачем? Многие экономисты говорят, что это естественный процесс умирания. Да, у нас есть земельные ресурсы, там будут работать крупные агрохолдинги, все это засеем, не знаю, пшеницей, и все нормально, то есть люди и будут все равно уезжать туда, где есть работа. Вы говорите, что деревня нужна. Зачем?

Василий Мельниченко: Туда, где есть работа, вы правильно сказали.

Ольга Арсланова: А зачем сохранять деревню? Что это даст стране в итоге?

Василий Мельниченко: В первую очередь это освоение нашего великолепного пространства, в первую очередь русское великолепное пространство. Мы не должны его терять, ужимать и обезлюживать, ни в коем случае, это раз. Второе: ну поверьте, что такое сельская жизнь? Это красивый дом со всеми современными удобствами, это отличная трава вокруг, это детки, вечером ты с работы приходишь, в пробках не был часа 2-3, как в городе, нервов нет никаких, все хорошо, закат солнышка, супруга выходит, вы вместе проводили закат, искупались в пруду хорошем, детки здесь, козлятки, ягнятки бегают и все остальное. Ну разве не такую идиллию надо иметь? Разве не такая жизнь должна быть в селе?

Юрий Коваленко: Извините, а вы давно были в такой деревне, какую вы описываете?

Василий Мельниченко: Конечно.

Юрий Коваленко: И сколько вы видели таких деревень?

Василий Мельниченко: Конечно, мы видели такие деревни, они есть: это и Солгон, если мы съездим, допустим, в Красноярский край, вот такое есть село…

Юрий Коваленко: Одно, да?

Василий Мельниченко: Одно не одно. В России стараются все равно сохранить, мы же где-то живем, 37-38 миллионов человек, и местами это есть. Но в целом неразумная аграрно-промышленная политика действует на сегодняшний день, это во-первых. Во-вторых, вот то самое ошибочное мнение, что агрохолдинги спасут, обеспечат нам продовольственную безопасность. Мы вообще неправильно ставим: не продовольственная безопасность, а безопасность продовольствия должна быть, именно так. И поэтому 2 марта 2018 года – имейте в виду – в Доме союзов здесь в Москве собирается съезд делегатов сел, деревень и малых городов России для утверждения, съезд "Федерального сельсовета"…

Ольга Арсланова: Это сами представители?

Василий Мельниченко: Да, для утверждения генерального плана социально-экономически развития России, пятилетка укоренения народа на земле. Именно укоренение народа, потому что будут кризисы, будут расцветы, будет бедность и будет богатство, а корни останутся неизменными. И именно для этого мы именно расписали пошагово, как делать, через 5 лет Россия войдет в пятерку стран с лучшей экономикой. Поверьте, это так будет, и "Федеральный сельсовет" именно это предложит 2 марта, а 1 марта президент обратиться к нам с федеральным посланием, как раз все сходится.

Ольга Арсланова: Да.

Идея от наших зрителей как раз для вашей встречи, что должно быть в деревне: работа, благоустроенное жилье, инфраструктура (больница, школа, детский сад), доступность транспорта, поликлиника, дороги и так далее.

Василий Мельниченко: Конечно, конечно. Но для этого надо, во-первых, чтобы мы использовали местные ресурсы, нас лишили этого. Ни одно наше местное самоуправление, его как бы нет у нас сейчас, оно нивелировано, оно есть на бумаге, а в действии нет. Те, что есть, не управляют ресурсами территории, а ведь это наши ресурсы, это как раз те самые богатства, которых у нас в 2 раза больше, чем в Соединенных Штатах Америки, это как раз оно, мы должны этим управлять, мы должны вернуть именно землю, именно весь этот оборот. Потому что земля – это основа нашего благополучия, и вернуть это управление местным органам власти, чтобы народ сам управлял своей землей и пользовался этими благами. Не забывайте, что 90% всей территории Российской Федерации – это наши сельские советы, это действительно богатства, которыми должны люди управлять.

Юрий Коваленко: Подождите, а вот частная ситуация. Деревня на 2 человека, как правило это пенсионеры в возрасте уже очень сильно за 70. Глава поселения живет в соседнем городе в комфортных условиях и 2 раза в год на день основания деревни, может быть, приезжает просто посмотреть. О каком местном самоуправлении может идти речь в таких условиях? А ведь таких деревень не одна, а сотня, тысячи.

Василий Мельниченко: Таких деревень есть много, но не забывайте, что у нас очень много сел, деревень и поселков – 100, 200, 300 тысяч – где 500 человек и точно такие же условия, как для двух бабушек, которые там живут, точно так же нет работы, абсолютная ликвидация всего производства. Это тоже исходит из чего? Ресурсы крестьянам недоступны на самом деле, невзирая на уйму действительно хороших, если мы возьмем минсельхозовские программы – они же нормальные, хорошие, казалось бы: и гранты дают начинающим и не начинающим фермерам, дают на производство, есть центр поддержки малого бизнеса, это тоже МСП, так что все есть, казалось бы. А дела нет, потому что неопределенность, потому что нет генерального плана, потому что у главы администрации сельского поселения района и города не портрет президента и портрет губернатора должен висеть на стене, а генеральный план, кадастровый генеральный план его земель и производственное освоение территорий, размещение производственных сил, чтобы мы стали самодостаточными, чтобы мы были сильными.

Для этого рецепт очень простенький: доступ к ресурсам территорий всем, в том числе тех самых банков с их инвестиционными ресурсами. Почему же туда его не донести? Донести надо туда, во-первых. Второе: обязательно развитое местное самоуправление с управлением территорией, с подчинением. Третье, что очень важно. Можно сказать: ну и что, сельский совет есть, ресурсов нет. Ресурсы и сельский совет, а дальше что должно быть? А дальше должен быть независимый суд России, потому что все у меня есть, а ко мне пришли бандиты и забрали, отжали. Независимый суд должен быть. Судебную реформу завершить. Миссия президента Российской Федерации – завершить земельную реформу для всех 50 миллионов землепользователей России, чтобы этого бардака с землей не было, чтобы действительно земля стала ценностью и стала той основой всей нашей жизни. Вот что будет съезд "Федерального сельсовета" утверждать и рисовать.

Мы даем, именно мы снизу даем заказ всем городам. Вы тоже не будете безработными, города, мы закажем сразу 150 тысяч тракторов, 64 тысячи комбайнов, тысячи и тысячи, сотни тысяч домов, миллионы квадратных метров производственных площадей – вот что значит восхождение экономики России, снизу, от нас, оттуда, с территорий должно быть. Вам-то чего? Вы переложили в Москве плитку слева направо, у вас вроде экономика закончилась, дальше-то что делать? Все хорошо ведь уже. А мы-то понимаем, что должно быть: должны быть тракторы, машины, 15 тысяч новых заводов должно появиться сейчас на территории, и это будет.

Ольга Арсланова: А вот что будут делать люди и откуда деньги, это мы обязательно обсудим…

Василий Мельниченко: Это никаких проблем.

Ольга Арсланова: Давайте сначала послушаем наших зрителей, они как раз звонят – Тюменская область, Галина на связи. Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Здравствуйте, Галина.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Вы житель деревни, правильно?

Зритель: Да-да. Мне бы хотелось, конечно… Вот сейчас как раз прямой эфир, я вышла специально, чтобы здесь хотя бы подняли какую-то экономику или что-то, развивалась наша деревня. Раньше свинофермы были у нас, коровы, в общем, все у нас было, и маслозавод был, как говорится, и люди жили и радовались. А сейчас молодежь? Она от безысходности не знает, что делать, запиваются. Правильно: работы нет, как им жить, молодым? Все живут в нищете. Вот и Тюменская область, как говорится, такая богатая наша отрасль, а работы нет. Ну помогите, подымайте…

Ольга Арсланова: Галина, а как вам кажется, в чем главная проблема? Почему не получается?

Зритель: Проблема… Я даже не могу объяснить. Знаете, раньше вроде бы доступность была, работа была, а потом в один миг, вы сами знаете, раз! – и все уничтожилось. А кто здесь прав, кто виноват, вот этого я не могу даже сказать.

Ольга Арсланова: Спасибо, Галина, за вашу историю.

Вот я хочу добавить истории из других регионов. Ярославская область: "Деревня Фарисеево, Тутаевский район. Электричество с перебоями, все столбы сгнили. Колодцев нет, я не говорю про газ, водопровод, а главу поселения мы 20 лет не видели". Кировская область: "До района 60 километров. Раньше все поля вдоль дорог были засеяны, сейчас все заросло бурьяном, а деревни лежат в разрухе".

Давайте с землями разберемся. Вы говорите, что нужно сделать их доступными для общества.

Василий Мельниченко: Конечно.

Ольга Арсланова: Вот раздали. Кто на них будет работать? И на какие деньги люди будут там работать?

Василий Мельниченко: Всего лишь необходимо определить в отчетах, кто управляет земельным ресурсом в стране, каким образом. Мы сегодня передали юристам управление, даже не землемерам, даже не агрономам, а просто юристы, кадастровая служба какая-то есть, в которую мы все ходим, отмечаем, путаем свои участки, ругаемся, межуемся и ходим по судам. Нет четкой определенности с этим, в этом и заключается суть земельной реформы, начатой Александром II более 150 лет назад и до сих пор не завершенной. Есть предложение президенту Российской Федерации завершить земельную реформу, вот это и будет действительно, хоть в рай после этого иди, все пустят, правильно? Решите главный вопрос, земельный вопрос для России – это важно.

Второе. Чего вы боитесь, кто будет работать?

Ольга Арсланова: Я не боюсь, я спрашиваю вас.

Василий Мельниченко: Мы будем работать, вы будете работать, дети мои будут работать, другие. И заработная плата будет высокая. Неужели мы не должны производить самый необходимый энергопродукт наш? – не нефть, не газ, а продукты питания. Да вы без нефти 100 лет будете жить, тысячу лет жили, без еды не будете жить – значит, мы должны обеспечить производство качественных продуктов питания, не агрохолдинги, которые не окупят это развитие крестьянства, сохранение территорий с населением, освоение той самой территории. И это не слова, это расчеты все. Хотите, приходите к нам на съезд, вы все услышите и увидите, как все эксперты будут говорить об этом.

Ольга Арсланова: Хорошо. Финансирование, деньги?

Василий Мельниченко: И еще одно к вам, в телеэфире. Денег у нас полно в России, это в Швейцарии может не быть денег, это в Люксембурге денег может не быть. Как в России, которая в 2 раза богаче Штатов, денег не может быть?

Ольга Арсланова: Нет, ну а кто…

Василий Мельниченко: Русские люди, как вы это можете понимать? Это не может такого быть. У нас деньги есть. У нас сейчас мертвым грузом в банках лежит более 80 триллионов рублей.

Ольга Арсланова: Это не мертвый груз, это чьи-то деньги.

Василий Мельниченко: Как это чьи-то?

Ольга Арсланова: Региональный бюджет должен вкладываться, федеральный бюджет должен вкладываться?

Василий Мельниченко: Имейте в виду, что при той налоговой системе, которая сейчас существует, будет очень сложно делать. Необходимо денежные средства донести до населения. 2% всего оставляют всего от НДФЛ сельским поселениям, сельсовету – это неверно, неверная трактовка. Разворачивать все надо к людям. Земля для людей и больше ничего. То есть в этом отношении мы будем настаивать именно на такую реформу обязательно: местное самоуправление, независимый суд, а вся экономика, финансы мы предлагаем, допустим, сейчас государству донести через "Почта Банк" до каждого населенного пункта финансовые услуги. Что же мы придумываем какие-то "Россельхозбанки", которые никогда не откроют у нас никаких отделений? Что мы выдумываем какие-то банки "Открытие", "Отверстие" и так далее, через которые выливаются все наши средства? Давайте сделаем для людей все это, давайте направим усилия государства как раз туда, до людей, в том числе и в города. Мы будем главные заказчики, мы дадим работу всему. Каждое рабочее место в сельской местности обеспечивает 7 рабочих мест в услугах, производстве, в городах. Да мы правда за 5 лет станем передовой экономикой, мы обеспечиваем…

Юрий Коваленко: Но вы говорите, если это трудоспособное население живет в деревне, оно может работать. А если большая часть населения деревни – это все равно пенсионеры, которые уже не работают?

Василий Мельниченко: Да не волнуйтесь вы за это.

Юрий Коваленко: И в каждой деревне завод не поставить.

Василий Мельниченко: Переедут, вернуться многие из городов, переедете вы в деревню, если там будет интереснее жить, если, в конце концов, в нас СМИ все начнут пропаганду созидания – не проедания, не главный у нас должно быть герой спортсмен. Все тысячи спортсмены не стоят одного крестьянина, произведшего тонну картошку или 100 килограммов мяса. Там же нет ничего после спорта, там нет ничего после всего, нет! Это нормально, бегайте себе, прыгайте, но не за счет же бюджета, в конце концов, это надо делать! Я не то что сильно "наезжаю", так сказать, на спорт, но я против того, чтобы за счет бюджета все устраивали себе красивую жизнь.

Ольга Арсланова: Хороший ответ на вопрос, где мы возьмем деньги, мне понравилось.

Василий Мельниченко: В том числе да, в том числе и это. Да у нас деньги есть на самом деле, их очень много. Деньги есть. Если мы будем их правильно использовать и зарабатывать… Мы просто сидим и не зарабатываем. У нас же сегодня миллионы безработных людей, которые ничего не производят совершенно – вот это как раз надо запустить в экономику, в работу. Каждый метр должен работать нашей территории на благо людей, и больше ничего не надо.

Ольга Арсланова: Продолжаем слушать наших зрителей. Самарская область на связи, Алексей, добрый вечер.

Зритель: Алло, здравствуйте. Это Самарская область, Алексей. Вот у нас тут такая проблема. Вот эти вот агрохолдинги поставили, они работают, зарплату не платят хорошую, а удобрения сыпят на полях, по весне белые поля делаются, земля сгорает от этого удобрения, а мы ведь питаемся этим хлебом. Неужели нельзя узнать это качество зерна, что они производят? И вот даже свиньи не едят это зерно, куры даже не едят, это когда у них берешь зерно, они не едят зерно.

И еще у нас вот проблема в Кошкинском районе. Село затапливает у нас постоянно весной, на лодках плавать. Выделяли деньги, написали в газете, якобы деньги выделили на очистку реки, русло. Все заглохло и ничего нет. Куда деньги разворовали? Не знаю, там 8 с чем-то миллионов или миллиардов выделяли, деньги пропали, никому это не надо. И вдоль дороги деревья у нас, растут березы, падают прямо на дорогу – сколько звонил я куда, никому до этого нет дела, убить может.

Ольга Арсланова: Спасибо. Сразу несколько проблем. Давайте вот как раз со второй начнем. Современная деревня – территория безынициативности, вот такое складывается ощущение у многих наших зрителей: пьянство, пассивность, отсутствие перспектив.

Василий Мельниченко: И то, и другое, и третье абсолютно решаемы вопросы. Все это будет зависеть от качества общества. Во-первых, мы должны действительно вести пропаганду величия труда, величия созидания с самого детства: вот я придумал, я сделал, я совершил – это должно быть в первую очередь.

Во-вторых, насчет того, что какие передовые деревни. Вы знаете, если сверху возьмут нам и построят… Я приведу два прекрасных примера в Ульяновской области. Один: создание при Министерстве сельского хозяйства Агентства развития сельских территорий, небольшой в 3 человека штат перевернул, революцию сделал именно в освоении территорий, то есть доступ к ресурсам появился, информация появилась в деревнях, люди начали активироваться, активизироваться. Они только грантов, область ежегодно по 100-120 миллионов рублей получает, для села это серьезные деньги, я вам скажу.

И второй пример: казалось бы, идеальный был Александр Шевченко, новую деревню там строили, идеально создали кооператив, дома построили, все. А вы посмотрите: вложили 360-400 миллионов рублей, все сделали как в книжке написано, а оно не сработало, потому что не было снизу инициативы, не было от людей этого. То есть это тоже касается агрохолдингов: какое мне дело до того, что агрохолдинг кругом вспахал наши земли и чего-то там засеял? Прибыли-то, доходов мы не получаем от этого никаких. Агрохолдингам дела до села нет, это чуждое нам вообще создание, в мире этого нет.

Ольга Арсланова: Сейчас они работу дают хотя бы.

Василий Мельниченко: Кому?

Ольга Арсланова: Людям, которые рядом живут.

Василий Мельниченко: Да перестаньте вы, какие… Ну сколько агрохолдинг даст вам на 20 сел рабочих мест, вы что? Комплекс на 200-300 тысяч свиней – это же бомба из навоза, бомба целая, вонь страшная. Не нужно это России совершенно.

Юрий Коваленко: А что нужно? Какие предприятия?

Василий Мельниченко: Нам нужно развитие крестьянства настоящего. В каждом селе, в каждой деревне должна быть хотя бы ферма, в каждом населенном пункте должно быть производство, должны быть рабочие места. Ну что же вы с нас сделали каких-то, как будто мы все инвалиды? Вы что же нас с детства приучаете, чтобы мы не работали? Ну что же за государство такое? Мы должны трудиться, работать, создавать, мы должны кайф получать от работы, я должен созидать, достигать чего-то, вот тогда только мы будем настоящими русскими людьми, это наш удел, это наша цель – стать лучшими, стать самыми красивыми, самыми крепкими.

Ну что мы жалуемся, что денег нет? Да перестаньте вы, надо земельную реформу сделать. Нет денег – ну займите, занимаете же черте знает на что: то какой-то Сирией занимаете, то Монголии занимаете, то атомную станцию в Турции строите – больно мне дела до турков нет, вы газ мне до деревни проведите, все, я буду платить за него, мы будем все нормально делать. Мы умеем работать, это неправда, что не умеем.

И второе: не верьте, что мы пьяницы в селе. Нет, это неправда! Мы на самом деле труженики. Мы умеем делать, мы это сделаем и докажем невзирая ни на что.

Ольга Арсланова: Спасибо. 

Юрий Коваленко: Осталось дело за малым.

Василий Мельниченко: 2 марта будет разворот к экономике от несовершенства, от неопределенности к созидательному, сознательному труду. Только такой будет должен быть в России.

Ольга Арсланова: Спасибо большое. Василий Мельниченко, председатель общественного движения "Федеральный сельсовет" был у нас в гостях. Говорили о том, как помочь деревне и возродиться, и развиваться. Спасибо большое.

Юрий Коваленко: Спасибо большое.

Василий Мельниченко: Спасибо вам.

Список серий