• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Ирина Волынец: Если ребенок приходит на учебу в чем хочет, школа превращается в ярмарку тщеславия

Ирина Волынец: Если ребенок приходит на учебу в чем хочет, школа превращается в ярмарку тщеславия

Оксана Галькевич: Ну а мы что, переворачиваем календарь, друзья. Снова третье сентября, уже третье. Новый учебный год начался и вместе с ним наш новый телевизионный сезон. Сегодня в эфир возвращается наша рубрика, я думаю, многие её помнят.

Константин Чуриков: Проект.

Оксана Галькевич: Реальные цифры, да проект, где мы считаем что, почём нам с вами обходится.

Константин Чуриков: Ну и вполне логично для начала телевизионного школьного сезона было бы подсчитать, какая часть семейного бюджета ушла у вас, уважаемые зрители, у нас у всех, на подготовку ребёнка к школе. Форма, сменка, ранец, канцтовары, рабочие тетради, ну и конечно же букет учителю, а может и не просто букет.

Оксана Галькевич: Нет, букет учителю – обязательно! В реальных цифрах мы всегда сравниваем данные официальных подсчетов и то, что сообщаете нам вы, люди, которые живут в разных регионах. Знаете, иногда разница такая существенная, смотреть на это весьма и весьма интересно. Ну вот, например, последние данные от ВЦИОМ – в среднем, сборы ребёнка обошлись в этом году более чем в двадцать тысяч рублей россиянам. Ну нескромная такая сумма, правда?

Константин Чуриков: Для кого-то целая зарплата.

Оксана Галькевич: Зарплата, ещё какая. А для кого-то – больше. И кстати, ну это понятно, в принципе, мальчики обходятся несколько дешевле девочек, правда, не на много.

Константин Чуриков: Ну, вот расскажите нам, сколько вы потратили в этом году на сборы в школу, пишите, пожалуйста, сумму, обязательно указывайте регион, где вы живете. Сообщения можно присылать на наш смс-портал, 5445, это совершенно бесплатно. Уже в эту пятницу подведем итоги в прямом эфире, а прямо сейчас можно уже и писать и звонить по широкому кругу школьных вопросов.

Оксана Галькевич: Ну а прямо сейчас мы представим нашего гостя. В студии, это Ирина Волынец, председатель всероссийского общественного движения «Национальный родительский комитет». Ирина, здравствуйте!

Константин Чуриков: Здравствуйте, Ирина!

Ирина Волынец: Здравствуйте!

Оксана Галькевич: Для начала я должна Вас поздравить с началом учебного года.

Ирина Волынец: Да, у меня в этом году в школу идут четверо школьников, то есть, я не только председатель такой организации, но ещё и многодетная мама.

Константин Чуриков: Очень многодетная мама!

Ирина Волынец: Мама четырех школьников.

Оксана Галькевич: На четыре года раньше пойдёте на пенсию, по предложению!

Константин Чуриков: Оксана, заметь, не я это сказал!

Ирина Волынец: Да, да, да, если эти изменения поддержит наш парламент.

Константин Чуриков: Ну смотрите, давайте обратимся к сухой статистике. Новее школы в 2018-м году. К первому сентября открыто 67 новых школ, на всю страну. До 2019-го года – ещё 119, новых мест порядка ста тысяч создано. Если посмотреть на эту статистику, кажется, что всё у нас очень хорошо. Смотрим дальше. У нас же в стране до сих пор не мало школ, где дети учатся в несколько смен. Смотрите, вторая смена охватывает 14% учащихся, но есть ещё такое явление, как третья смена.

Ирина Волынец: А Вы знаете, что есть ещё третья смена?

Константин Чуриков: Да, Бурятия, Дагестан, Чечня в этом списке.

Ирина Волынец: Три региона.

Константин Чуриков: Хочется понять, когда министр просвещения выходит к людям, участвует в родительском собрании, рассказывает о том, как много у нас новых школ открывается, скажите, а вот параллельно у нас школы всё ещё закрываются? Ещё у нас такое явление присутствует?

Ирина Волынец: Да, это, то же самое, как с роддомами. Роддома закрываются, но открываются перинатальные центры, которые находятся гораздо дальше от женщины, которая рожает, чем те центры, которые были раньше.

Надо ещё сказать о том, что у нас в России есть ещё несколько тысяч школ с удобствами на улице. Это равносильно, трудно сравнивать, третья смена – это такой же ужас, как удобства на улице. Вы можете себе представить, что даже зимой маленькие дети, первоклассники…

Оксана Галькевич: У нас есть ещё школы, где дровяное отопление, на сколько мы знаем.  У нас даже были какие то истории из регионов.

Ирина Волынец: Ну это наверное те же самые, в которых удобства на улице. И поэтому конечно, вот сегодня у меня был один из эфиров, и ведущий меня спросил, так, немножко поддел, - «А что же делать, если в школе всего десять детей? Строить новое здание, оборудовать его?» Я говорю – « Ну пожалуйста, десять детей вполне могут разместиться в доме главы Администрации этого района.

Оксана Галькевич: Кстати, для главы Администрации есть целое здание, помещение!

Ирина Волынец: Да, а он пусть пользуется удобствами на улице! Вот когда у нас всё лучшее будет детям не в декларативном виде, а действительно, тогда мы можем говорить о том, что мы столько для них делаем. А пока ещё так всё.

Константин Чуриков: Ирина, давайте сейчас с помощью наших зрителей, которым я напоминаю, у нас есть прямой телефон в студии, 8-800-222-0014, есть смс-портал, сформулируем главные проблемы современной российской школы.

Ирина Волынец: Ну, конечно, в первую очередь, думаю, что меня поддержат большинство родителей, бабушек и дедушек, это, всё-таки, качество образования. Даже можно смириться с третьей сменой. Даже можно смириться с какими-то бытовыми неудобствами. Но качество нашего образования, к сожалению, это не только моё субъективное мнение и мнение родителей, это – официальная статистика ВЦИОМ, то есть, у нас ежегодно баллы по ЕГЭ растут, но обратно пропорционально снижается качество образования.

Оксана Галькевич: А что такое – качество образования? Что мы подразумеваем под этим словосочетанием?  

Ирина Волынец: Ту систему знаний, глубину этих знаний. Их качество то есть. То, насколько наши дети гармонично развиты, не то насколько с точки зрения того, насколько они смогут поддержать разговор, но и насколько они знают школьные предметы. Насколько они будут способны дальше обучаться, если будут получать высшее образование.  

Оксана Галькевич: А наша школа вообще успевает за теми переменами, которые в мире происходят? За той скоростью, с которой насыщается информационное поле, за теми новыми навыками, которыми должен современный человек обладать, выходя в самостоятельную жизнь. В том числе и искать какую-то информацию, пользоваться ею, отсеивать информацию, нужную, не нужную, у нас этому сейчас учат?

Ирина Волынец: Да, у нас пытаются этому учить. Есть очень много инициатив, в том числе от чиновников, это такая всеобщая гаджетизация, как я её называю, учебного процесса, электронизация, цифровизация и, к сожалению, всё больше нагрузки ложится на плечи родителей.

И многие родители с ужасом ждали начала учебного года, потому, что каникулы для них – это единственное время, когда они по-настоящему могут отдохнуть. Не отпуск законный, а каникулы.

Оксана Галькевич: А ещё это единственное время, на самом деле, когда, я вот сейчас попрошу графику показать, когда родители могут денег накопить, простите, на подготовку к школе.

Вот в этом году трудностей не испытывали при подготовке к школе только 28% российских семей. В принципе посильно было собрать ребёнка больше, чем для половины россиян, но вот ещё достаточно значительная часть – 21% затруднялась, приходилось копить заранее.

Ирина Волынец: Получается, почти половина затруднялась. И кстати, более семидесяти процентов родителей в любом случае воспринимают подготовку к школе с финансовой точки зрения, как бремя для семьи. И те, кто накопил заранее, конечно, имеют более выигрышную позицию, по сравнению с теми, кто не накопил, или кто не имел возможности копить.

Константин Чуриков: Кто-то накопил, а кто-то, думаю, даже взял кредит, судя просто по тем цифрам, которые нам сейчас называют зрители.

Великий Новгород пишет – «Первый класс. 30 тысяч». Красноярский край, посёлок Хатанга – «Собирали ребёнка в школу, вышло 27800». Слушайте, ну совсем вот такие не ВЦИОМ-овские усреднённые.

Оксана Галькевич: 40 тысяч, простите, Чуйский район, без зимней одежды.

Ирина Волынец: Да, без зимней одежды. Да, действительно цены отличаются, но также отличается уровень притязания родителей. И особенно для меня выглядит чем-то страшным, не побоюсь этого слова, когда берут кредиты в микро кредитных организациях, проценты по которым достигают 720% годовых. У нас до сих пор нет закона, который выставлял бы верхнюю планку по кредитам. Представляете, в семь раз переплата за школьную форму, это уже слишком.

Оксана Галькевич: Ирина, с другой стороны, в семь раз переплата за школьную форму – это слишком, но слишком и то, как наши цены ползут вверх. Вот опять же, динамика цен на товары школьного набора, по оценкам Финэкспертизы, за последний год этот набор здорово прибавил. Там подешевели только альбомы для рисования. Режиссёры, покажите, пожалуйста, эту информацию.

Подорожали у нас рюкзаки, учебные пособия, мы же не забываем, что мы рабочие тетради детям покупаем за свой счёт.

Ирина Волынец: Что, кстати, абсолютно незаконно! Все абсолютно предметы, необходимые для обучения, по нашему закону, обязана предоставлять школа.

Оксана Галькевич: Вот видите, Вы говорите, у нас закон про по микро кредитам, по ограничению ставки не работает, так у нас и другие законы не работают. Это товары социальной категории, детские товары.

Ирина Волынец: Да, именно поэтому наша организация выступила с инициативой о предоставлении бесплатной школьной формы. Сертификатов на приобретение школьной формы у отечественных производителей для малоимущих семей. То есть, в заявительном порядке, если доход семьи, на члена семьи составляет полтора и менее раза от мимимума ежемесячнего на члена семьи.

Оксана Галькевич: Хотя бы для многодетных.

Константин Чуриков: Вы просто выступили с этой инициативой или вы добились её реализации?

Ирина Волынец: Мы выступили с этой инициативой. В настоящий момент мы готовим соответствующее письмо на имя министра просвещения Российской Федерации Ольги Васильевой и я считаю, что таким образом мы убиваем трёх зайцев. Во-первых, мы оказываем не декларативную, а действенную поддержку семьям с детьми. Во-вторых, мы гарантируем качество школьной формы, потому, что сегодня многие родители, желая сэкономить, покупают ту форму, которая не соответствует никаким гостам. То есть, либо с высоким содержанием синтетики, либо не те лекала.

Ну понятно, что, когда мы покупаем что-то дешёвое, то как правило это то, что заставляет ребёнка страдать и физически, и, может быть, морально, потому, что ходить потным весь день либо мёрзнуть – это не очень! И третий заяц – мы реинвестируем в отечественную экономику. Поддерживаем нашего отечественного производителя.

Оксана Галькевич: Я вчера проинвестировала в одно такое предприятие, отечественной экономики, на двоих детей двенадцать с лишним тысяч! Это еще пиджак и две рубашки младшему достались от старшего!

Константин Чуриков: Оксана, жди возврата!

Ирина Волынец: Кстати, в семье, в которой больше одного ребёнка, одного пола существенная экономия как раз за счёт того, что дети могут носить друг за другом. Конечно, может быть это не очень, но если они аккуратны и примерно комплекцией совпадают, мы тоже так же носили.

Оксана Галькевич: Это уже не важно, совпадают или нет. Хочешь, не хочешь, мама подошьёт.

Константин Чуриков: Вы говорите о моральных страданиях детей, но мне кажется им ещё важно, как они выглядят в сравнении с остальными учениками. То есть, они постоянно сравнивают, а я в том одет или не в том? У меня такой классный портфель, как у него или нет? Как быть с этим неравенством, которое возникает в школе?

Ирина Волынец: Есть ли у меня смартфон и насколько он крутой. И кстати, есть инициатива, она известна, о внедрении единой школьной формы по всей стране. Причём, у этой инициативы сколько сторонников, столько и противников. Я считаю, что истина где то посередине, большинство школ России, без какой то строгости всё-таки рекомендуют детям приходить либо в тёмно-синем, либо в чёрном, либо если это блузка, то не обязательно белая, а голубая, розовая, ну то есть одежда, которую можно использовать за стенами школы. Вот я считаю, что если мы дадим возможность родителям нашим, учитывая вкус ребёнка, его пожелания одевать его в каком-то среднем формате, тто, наверное, это правильно. Я против того, чтобы каждый приходил в школу в чём хочет, потому, что тогда школа превращается в ярмарку тщеславия с одной стороны, и с другой стороны школьная форма ставит ребёнка в позицию школьника. Она даёт ему эту роль, и я считаю, что для восприятия информации, для самосознания именно в этом статусе это имеет значение.

Оксана Галькевич: А пока мы наблюдаем такую ярмарку тщеславия со стороны многих школ, которые при своих учебных учреждениях организуют специальные швейные предприятия.

Ирина Волынец: Это коррупция в чистом виде.

Оксана Галькевич: Да?

Ирина Волынец: Конечно! Если вас обязывают сшить школьную форму вот на этой фабрике, или у этого конкретного портного, в этом ателье, можно смело писать заявление в прокуратуру.

Оксана Галькевич: Серьёзно?

Ирина Волынец: Конечно, конечно! Это коррупция, причём налицо сговор между администрацией школы, либо между конкретным учителем и владельцем этого ателье. Вы имеете право покупать школьную форму в любом месте, где вы этого захотели.

Константин Чуриков: Ну как нас обязывают? Это же всё происходит добровольно – принудительно. Объясняют, ну мы же с вами хотим, чтоб наши дети отличались. Начинается долгая преамбула, после которой все на родительском собрании там, родительский комитет решили и всё. Остальное не обсуждается.

Оксана Галькевич: Получается, добровольно согласились все. Красота.

Ирина Волынец: Опять таки если вы, товарищи родители, добровольно соглашаетесь, тогда, значит, нечего потом, потерявши голову, плакать по волосам!

Оксана Галькевич: Единогласных решений по таким вопросам практически никогда не бывает, как вы понимаете. Всегда есть довольные и есть недовольные. А есть те, которые присоединился.

Ирина Волынец: Согласитесь, что если школьная форма, которую шьёт данное конкретное ателье действительно качественная, красивая и по сене соответствует средней по рынку, то может быть стоит согласиться и пойти на эти условия, опять-таки не ощущая себя участником какой-то коррупционной схемы. А есть ещё такое понятие здравого смысла. И не нужно скандалить каждый раз.

Константин Чуриков: Видите, как размыты эти понятия! Здравый смысл и коррупция.

Ирина Волынец: Да, но это на самом деле всегда вопиющие факторы, бывает такое, когда жёсткое обязательство, вот того же самого, но шить вот здесь чтоб была нашита эмблема. Например, у меня один из детей учится в специализированной английской школе и есть у каждого школьника своя эмблемка, которая нашивается на пиджак, либо на рубашку. Пожалуйста, её можно заказать, можно самим нарисовать, как угодно, но чтоб он чувствовал себя принадлежащим к этому сообществу. Никто не обязывал.

Константин Чуриков: Хотел спросить, зачем? Это эмблема школы?

Ирина Волынец: Это эмблема школы, у них такие традиции. Они гордятся тем, что учатся в этой школе.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем звонок, откуда, из какого региона?

Константин Чуриков: Астрахань, Наталья, здравствуйте!

Зрительница: Здавствуйте, здравствуйте! У такой вопрос. У меня внучки ходят в школу. Директор школы обязал платить за охрану. У нас оранник, за охрану. Имеет он право деньги с нас брать или нет?

Константин Чуриков: Секунду, Наталья, а сколько приходится платить? Сколько с Вас собрали?

Зрительница: 150 рублей с человека. За каждый месяц, да.

Константин Чуриков: Слушайте, это за год получается такая минимальная зарплата.

Зрительница: Ему наверное идёт зарплата откуда то!

Ирина Волынец: А Ваше мнение учитывалось, когда принималось это решение? Вы голосовали?

Зрительница: Она сказала просто. Я – бабушка. А родители боятся за учеников. Ну как говорится – чтобы ученика не обидели.

Ирина Волынец: А они боятся за ученика, чтобы его не обидели учителя? Или что его обидит кто-то и для этого ему нужна охрана? Это огромная разница.

Зрительница: Нет, не в том смысле обидят, что боятся за своих детей. А что у них будет учёба понижена.

Константин Чуриков: Наталья, скажите пожалуйста, а вот в школе кто-то боится прокуратуры, в вашей школе?

Зрительница: Да, наверное. Наверное боятся.

Оксана Галькевич: А Вы как бабушка напишите заявление в прокуратуру.

Зрительница: Ладно. Но не имеет право? Я хотела сказать, что  она не имеет права брать деньги. С детей.

Ирина Волынец: Не имеет права, вы можете написать в нашу организацию, но конечно если родители на совете решили, что они будут скидываться, то ради бога! А вообще у нас государство обязано обеспечивать безопасность детей в школах.

Оксана Галькевич: Подождите, Ирина. Единогласно решили это тогда надо протокол голосования вести, за подписью каждого родителя.

Ирина Волынец: Либо протокол голосования, либо нас есть чаты.  WhatsApp, если все родители написали, что они согласны. Но тут, уважаемые родители, выбирайте. Или вы боитесь стать неудобными или вы уже идете до конца.

Оксана Галькевич: Единогласно или большинством? Потому, что это большая разница.

Ирина Волынец: Единогласно. Каждый, кто не считает нужным платить или не может, может не платить.

Константин Чуриков: У кого-то WhatsApp, у кого-то чат, а у нас телефон в студии надрывается. Людмила из Краснодарского края вызывается в эфир.

Зрительница: Здравствуйте. Хотелось бы задать вопрос. Вот вы знаете, я даже не знаю, как это объяснить. В прошло году говорили – будет голубая форма. Все родители из кожи тянулись – была голубая форма. В этом году раз, переменили. Будет чёрная, голубую нельзя. Причем брать только в школе. А цены! Две с половиной тысячи, три тысячи. А у нас семья есть, у неё шестеро детей. Пятеро школьников. Как могут эти пятеро собрать, это только форма школьная на пятерых сколько стоить будет! А потом – тетрадки, книжки! Многодетным никакой скидки нет абсолютно. Питание, в школе они не питаются, потому что нет у мамы за пятерых платить по 1350 рублей. Попробуйте пятерых детей! Где же такие зарплаты?! Ведь у нас нет таких зарплат.

Ирина Волынец: Вот Вы затронули сейчас очень важную тему. Именно поэтому наша организация сейчас лоббирует закон федеральный о статусе многодетной семьи, который бы ввел единые стандарты. Мы считаем, что, дети из многодетных и малообеспеченных семей должны иметь возможность бесплатного питания. То же самое касается формы. И конечно же недопустимо со стороны руководства вашей школы обязывать родителей покупать у какого то форму определенного производителя, тем более в каком-то определенном виде. Здесь нужно писать жалобу сразу в Обрнадзор либо прокуратуру, обращаться  в нашу организацию. Мы поможем Вам решить эту проблему.

Константин Чуриков: Людмила, если Вы еще на линии, расскажите, а почему у вас в школе администрация такая капризная, почему они цвета школьной формы меняют каждый год?

Зрительница: Все школы. У нас четыре школы и во всех школах одно и то же.

Константин Чуриков: А почему цвета меняют каждый год, почему им чёрная не нравится, зачем голубая?

Зрительница: Вот и я удивляюсь. Если прошлогодняя форма могла детям и в этом году послужить. Ничего подобного! Только чёрну. Я не знаю, почему должны родители платить, то голубая, то чёрная!

Константин Чуриков: Это рубрика «Снимите это немедленно!»

Оксана Галькевич: Давайте я скажу вам почему.

Ирина Волынец: Понятно, что здесь могут передать друг другу школьники, родители, соседи или даже в одной семье могут носить друг за другом.

Константин Чуриков: Надо инвестировать в экономику.

Ирина Волынец: Пройдет какое то время, и будет серо-буро-малиновое со следующего года.

Оксана Галькевич: А следующая – в клеточку. Младшему брату, сестре в семье не передашь.

Ирина Волынец: Это недопустимо, нужно понимать, что это грубое нарушение закона.

Оксана Галькевич: Ирина, скажите, а есть ли у вашей организации такая инициатива, чтобы какие то вещи для родителей не только многодетных семей сделать бесплатными? Кормить ребёнка государство может? Школьную форму сделать доступной по цене, какой-то понятной, чтобы не было не было этих скачков, государство может?

Ирина Волынец: Конечно, может.

Оксана Галькевич: Простите, я не многодетная, но я вам честно скажу, я вот вчера за вот это, за вот это, за вот это и…мне тяжеловато.

Ирина Волынец: Я Вас прекрасно понимаю, далеко не каждая семья.

Оксана Галькевич: Вот понимаете фактор семьи, не многодетной, а фактор просто семьи?

Ирина Волынец: Далеко не каждая семья готова с протянутой рукой пойти, во-первых, очень многие опасаются стать в разряд малоимущих, потому, что ими начинают активно интересоваться, например, органы опеки, готовы далеко не все. Наша организация выступила с инициативой, ещё в марте прошлого года, она такая громкая инициатива, её поддержал, кстати, Президент России сейчас, об учреждении материнских зарплат. Не зависимо от количества детей, от материального положения семьи каждая мама до достижения детьми восемнадцати лет должна ежемесячно получать зарплату. Ну либо папа, если это одиночка.

Константин Чуриков: Очень бы хотелось, чтобы это было реализовано!

Ирина Волынец: Конечно не в полной мере, не в полном размере, но с первого января текущего года, Влвдимир Путин, кстати, включил этот пункт в свою предвыборную программу, он учредил материнские зарполаты матерям первенцев до полутора лет, в размере 10000 рублей.

Константин Чуриков: Да, это да. Это мы знаем.

Ирина Волынец: Это очень серьёзная сподвижка, если сначала крутили у виска о нашей инициативе, то теперь да, надо же! Все реализуется. Постепенно.

Константин Чуриков: Мы тут всё о проблемах, да о проблемах. А всё-таки интересно, с каким настроением родители повели сегодня детей в школу, да и сами дети с каким настроением пошли? Кто-то сегодня, а кто-то уже в субботу первого сентября. Давайте посмотрим.

  «СЮЖЕТ»

Константин Чуриков: Только первый день, он уже устал! Нам в стихах пишут из Татарстана, как раз про сборы детей в школу: Ни колбаски ни сырочка, мы собрали в школу дочку.

Оксана Галькевич: Стоит машинка без бензина, мы собрали в школу сына.

Давайте послушаем, что у Светланы из Сочи, как собирали в школу ребенка. Светлана, здравствуйте!

Зрительница: Здравствуйте!

Оксана Галькевич: Слушаем Вас!

Зрительница: Дело в том, что я не просто к вам напрямую сейчас обращаюсь. Я обращалась с заявлением в министерство образования по Краснодарскому краю. И мне было сказано, что попечительский совет по 500 рублей с каждого ученика собирается наша личная инициатива по благотворительности. Но я знаю такие семьи, которые не в состоянии сдавать эти деньги. Потому, что есть в школах дети у нас, у кого трое, у кого двое детей, не мужа, и она осталась с двумя детьми, с тремя детьми. И мало того, что их одеть в школу надо, так еще сдать в этот попечительский совет.

Ирина Волынец: Ну а что за благотворительность?

Константин Чуриков: Какой вид благотворительности?

Зрительница: Это попечительский совет, утверждённый у нас в школе.

Оксана Галькевич: Это на нужды школы собирается?

Зрительница: Если возмущаться, то это будет незримое давление на ребенка. Вплоть до того, что дети в классах начинают потом «гнобить» того ребёнка. Если я сама по себе человек сильный, не даю в обиду, но и я сама юрист, общественный защитник, то другие мамы не в состоянии так защитить своих детей вот на этой почве. Это первое. Ни разу, ни на одну копеечку от попечительского совета никто никогда не отчитался, куда ушли такие большие деньги. У нас в школе численность детей околу двух тысяч. Пусть даже тысяча. Представляете, какие деньги?

Константин Чуриков: По пятьсот рубликов с каждого.

Зрительница: Мало того, наша столовая. У меня ребенок на прямой линии у Путина сделала обращение, после этого привели столовую в порядок. Но наши поварихи уходят так переваливаются с бока на бок ,что проверить их сумки нельзя. Бардак в этой школе до такой степени превзошел все ситуации, что директор школы по собственному желанию за два месяца до окончания нового года ушла с занимаемой должности, но ушла в депутатский совет работать.

Оксана Галькевич: А я посчитала, сколько с вас собирают. По 500 рублей с двух тысяч учеников семей – это миллион рублей.

Зрительница: У меня дети вот прошлый год, я оплачивала их питание. В школу одежду я им покупаю. В этом году я им купила потому, что бесплатной формы не будет. То у нас в клетку серая форма, то у нас в клетку красная.

Константин Чуриков: То, что у нас здесь уже рассказывали.

Ирина Волынец: Слишком частая замена школьной формы приводит к обогащению инициаторов этого процесса.

Зрительница: Пошито на девочках юбки, которые я бы тоже не одела.

Оксана Галькевич: Светлана, скажите пожалуйста, Вы обращались в департамент по образованию Краснодарского края, почему Вы не писали ещё в прокуратуру?

Зрительница: Я хочу что сказать, до тех пор, пока у нас в Сочи не наведут порядок по обращению, когда обращаются родители и не будут реагировать на это адекватно руководящий состав при министерстве образования города Сочи, или Краснодарского края..

Ирина Волынец: Да это по всей стране нужно порядок наводить. Везде оди и те же проблемы.

Константин Чуриков: Светлана, спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: А обращаться надо в прокуратуру и Обрнадзон.

Константин Чуриков: А всё-таки, то, о чем говорит зритель. Мы понимаем, что можно лезть на баррикады, завалить всю прокуратуру письмами, но к ребёнку будет уже другое отношение. Система не изменится, система останется прежней.

Оксана Галькевич: Получается, что школа воюет с ребенком в такой ситуации. Не с родителями.

Ирина Волынец: На самом деле, всё начинается  с самосознания каждого родителя. До тех пор, пока родители будут жаловаться друг другу, в вышестоящие инстанции, но продолжать отстёгивать, эта ситуация будет продолжаться.

Константин Чуриков: Так Вы же сами говорите, такое по всей стране, Вы сейчас сказали.

Ирина Волынец: Этика педагога. Понятно, что дети не будут «гнобить» кого-то за то, что не заплатили родители просто так. Они даже об этом не узнают. Это всё идёт от учителей.

Оксана Галькевич: Если педагог не скажет, например, «Вот родители вот этого ученика не захотели сдать 500 рублей на принтер, поэтому я не могу вам распечатать!».

Ирина Волынец: Вот пока педагоги все будут у на идти по остаточному принципу, а сегодня происходит именно так, и в этом году мы впервые столкнулись в пост советское время с проблемой дефицита педагогов. У нас сегодня не хватает учителей. Идут в педагогические ВУЗы по остаточному принципу те, кому нужна корочка о высшем образовании, но не могут поступить в другие ВУЗы, это связанные процессы. Когда не педагог учит детей, а, прости меня, непонятно кто. Отсюда все проблемы. Сложности были есть и будут. Но не педагогическое отношение, не душевное отношение к ребёнку рождает все эти проблемы. Пока мы не будем нормально платить учителям, не дождаться нам нормального отношения к детям.

Оксана Галькевич: Ирина, слушайте, у нас дети с Вами учатся в школах московских, и тем не менее эта проблема там – в полный рост. С зарплатами здесь проблем нет.

Ирина Волынец: Вы не представляете, что творится в регионах!

Оксана Галькевич: А вот в регионах я да, даже не представляю, если даже здесь такое творится!

Константин Чуриков: По поводу нехватки учителей, вот вполне официальная статистика. ОНФ заявил, что на июль 18-го года 1-2 учителей не хватает в 37% школ, это больше трети. 3-х и более – в 11% школ. Полностью укомплектованы, внимание, 52%. То есть, чуть больше половины.

Ирина Волынец: Давайте смотреть с учётом того, что учителя иногда совмещают несколько ставок, несколько предметов, и реальная статистика хуже. Я Вас уверяю!

Оксана Галькевич: Ирина, давайте выслушаем Татьяну из Брянской области. Татьяна, здравствуйте, говорите, пожалуйста, Вы в прямом эфире.

Константин Чуриков: Анна из Петербурга, Анна

Оксана Галькевич: Анна из Петербурга, Брянск «слетел».

Ирина Волынец: У нас получается всероссийский сбор.

Оксана Галькевич: Вся Россия звонит. Да, здравствуйте, Анна!

Зрительница: Да, здравствуйте! Вот у меня в этом году пошло трое детей в школу. Старший пошёл не в школу, в техникум. Его было собирать прощ всего, меньше всего было затрат пошло на сборы в техникум, потому, что покупались в основном тетрадки, ручки, линейки и всё такое. А двоиз детей, которые пошли в школу собрать намного тяжелее. В среднем где-то ушло на ребёнка около 15 тысяч, и при этом мы покупали дешёвую форму, не то, что рекомендует школа. Потому, что у нас от школы предложили приобрести форму в определенном магазине. 

Ирина Волынец: Вот то же самое – коррупция налицо.

Зрительница: Достаточно дорогая для нас, мы не осилим. У нас четверо детей в семье, и не по бюджету это. И мы покупали дешёмую форму, ходили искали и всё - равно по 15 тысяч на ребёнка ушло.

Ирина Волынец: Анна, это без стоимости тетрадей рабочих, да?

Зрительница: это форма, тетрадки. Мы ещё не покупали спортивную форму.

Ирина Волынец: Спортивную не покупали и учебники вам будут выдавать.

Зрительница: Учебники выдаёт школа, здесь я ничего не могу сказать. Единственное, на собрании в первый класс когда мы пришли у нас был один учитель, а перед тем, как непосредственно уже прийти в школу, нам сообщили, что у нас сменился учитель и немножечко поменяли, соответственно правила. Если мы закупали тетрадки сами, то тут нас попросили на первую четверть родительский комитет чтоб приобрел тетрадки.  

Константин Чуриков: Анна, ну здесь мы с вами говорим об экономике всего этого процесса, организации, а в целом, если забыть о тратах, которые есть у каждого родителя, Вы школой своей довольны, где учатся Ваши дети?

Зрительница: Ну в принципе, у нас неплохая школа, у нас есть бассейн, дети ходят с удовольствием в бассейн, много кружков бесплатных, которые дети могут посещать.

Ирина Волынец: Ну Вам очень повезло, Вас можно поздравить. То есть, кружки прямо в школе, бесплатные кружки?

Зрительница: Кружки да, в школе. У них идут внеурочные часы и дети посещают кружки.

Ирина Волынец: А у Вас для всех бесплатные кружки или только вам, потому, что вы – многодетная семья?

Зрительница: Нет ,по всей школе бесплатные кружки. Есть какие то конечно и платные, но в основном – бесплатные.

Ирина Волынец: Это очень важно!

Константин Чуриков: Вам крупно повезло, Анна, спасибо за Ваш звонок.

Ирина Волынец: Могут, если захотят!

Константин Чуриков: Могут, если захотят. Вот недавние исследования ВЦИОМ, более трети респондентов, 37%, сказали, что школьное образование не соответствует современным требованиям. В целом неэффективным школьное образование назвали 40% респондентов. Не довольны 61% качеством учебников.

Я пытаюсь просто понять, почему у нас столько недовольных. Есть разные ситуации, разные школы. В принципе, по закону об образованию, родители же имеют право подать документы в другую школу.

Ирина Волынец: Имеют право, но у нас, к сожалению, нет единого образовательного пространства пока, в нашей стране. И в разных школах, даже в одном регионе, учатся по разным программам. Отсюда такое множество учебников, многие из которых не выдерживают никакой критики. И, кстати, по этой причине не выдаются учебники бесплатно, что из просто не успевают друг другу передавать. И когда заканчивается учебный год, откуда-то появляются учебники, эти признаются некачественными, котя они изначально, ещё с зарождения были такими, поэтому и страдает качество образования, поэтому у нас в принципе то, чему учат в одной школе, совершенно не соответствует тому, чему учат в другой. Это, кстати, угроза для единства страны. Потому, что когда у нас ровесники о разном говорят и о разном думают, рождает вот такую гражданскую рассогласованность.

Константин Чуриков: Разве это плохо?

Оксана Галькевич: И в советское время учились по-разному.

Константин Чуриков: Так, а разве это плохо, если о разном говорят, о разном думают?

Оксана Галькевич: По-разному думают!

Константин Чуриков: Ах, по-разному?

Ирина Волынец: Если дети по-разному думают, это одно. А если предметы осмысления совершенно не пересекаются, то это может быть не очень хорошо. На самом деле, не нужно такое количество учебников. Если учебник, если программа выверены экспертами, психологами, педагогами, учёными для чего второй, третий, пятый вариант? Я понимаю, методика преподавания иностранного языка. Да, действительно разные школы лингвистические, разный подход, это допускается. Но математика? Боже мой, математика – есть математика. Самая лучшая система, допустим, преподавания математики, в мире, была советской системой. Даже Джон Кеннеди, который был в это время Президентом Соединённых Штатов сказал, что пожалуй советская система лучшая в мире и мы должны сделать всё, чтобы её перенять. Они её переняли, учат сейчас своих детей по ней, а мы переняли, вообще я сейчас не буду называть фамилий авторов этих программ, но это такой ужас, когда можно голову сломать! Я сама закончила математический класс, я смотрю учебники моих детей, можно голову сломать! Ничего не понятно. Вот правда!

Константин Чуриков: Слишком много напихано. Много, много всего, сконцентрировано.

Оксана Галькевич: Это ведь и от учителя зависит, педагога.

Ирина Волынец: Учителя – заложники той программы, которая есть сегодня. Как бы учитель ни хотел, он к сожалению стеснён в своих условиях, он просто в тисках. С одной стороны давит программа, администрация школы, с другой стороны – родители, которые надо – не надо, обращаются сразу в прокуратуру. Я не беру вопрос школьных поборов. Очень часто родители злоупотребляют своим правом  пожаловаться на учителя. Поэтому, даже те профессионалы, которые оказались в школе по призванию. Решают для себя безопасным решение просто бежать, без оглядки.  

Оксана Галькевич: Вы знаете, администрация школы всегда так или иначе в курсе, что происходит в коллективе. Какие сборы производятся тем или иным комитетом, на что тратятся деньги. Где поменяли жалюзи, где что-то там. А некоторые, простите, администрации спускают это через родительские комитеты, через классных руководителей. Хлопать глазами и широко их раскрывать не будем.

Ирина Волынец: Бывает, бывает и такое. Опять-таки родители , родители, играют очень важную роль в этом процессе. Очень важную роль.

Константин Чуриков: Ещё один звонок, думаю от родителей, Галина, Свердловская область у нас на линии, здравствуйте. Галина!

Оксана Галькевич: Здравствуйте!

Зрительница: Здравствуйте, я хотела похвалить нашу школу.

Ирина Волынец: Очень приятно!

Константин Чуриков: Хвалите!

Зрительница: Обухово, есть тут у нас Обухово, мы тут третий год учимся и никаких поборов, ни каких, там, смен, форм, или еще что-то. За каждого ребенка так переживают, как будто это их собственные дети. Они их так любят. У нас очень директор хорошая, Вера Владимировна. Она такая отзывчивая, к ней всегда можно с любым вопросом подойти. И к ученикам она относится очень тепло.

Константин Чуриков: Я хотел у Галины спросить, от чего зависит, что в вашей школе такое отношение к детям, а в других школах совсем другое. От чего это завист?

Зрительница: От отношения человеческого.

Константин Чуриков: От отношения человеческого.

Ирина Волынец: В данном случае, очевидно, что директор, и его фамилия имя отчество, видимо были названы не просто так. Часто бывает так, что то, что наверху, то и внизу. Как руководитель относится к своим обязанностям, он так и подбирает педагогический коллектив. Спускает такую энергетику вниз, и в конечном итоге это сказывается на отношении учителей к детям.

Оксана Галькевич: Ирина, у нас есть ещё одна идея для вашей организации, всероссийского общественного движения «Национальный родительский комитет», надо нам что-то с продлёнками делать в начальной школе, потому, что тоже знаете школа, то бесплатно, то платно это делает. Займитесь этой инициативой!

Константин Чуриков: Но поскольку сегодня у нас особенный день, мы только начали наш разговор о школе, вечером продолжим, в 20-00 обсудим претензии к качеству образования, к уровню образования. Кстати, недавно министр просвещения Васильева заявила, что в ближайшие шесть лет мы добьемся того, что российская школа попадёт в десятку лучших школ мира.  

Оксана Галькевич: И хорошо бы, чтобы списки этих российских школ, которые попали в десятку лучших, были не только городские, но и сельские. Мы, кстати, говоря, о разнице образования в регионах, удалённых каких-то уголках будем говорить. И напоминаем, что мы запустили опрос для нашего проекта «Реальные цифры», друзья мы спрашиваем вас на этой неделе сколько вы потратили, на этой весёлой недельке школьной, сколько вы потратили на сборы ребёнка. Ранец, школьная форма, сменка, и букет учителю, включите туда, пожалуйста, тоже. В пятницу подведём итоги в прямом эфире, обо всём расскажем

Константин Чуриков: Ну а в студии у нас была Ирина Волынец, председатель всероссийского общественного движения «Национальный родительский комитет», Ирина, спасибо!

Оксана Галькевич: Спасибо!

Ирина Волынец: Спасибо!

Константин Чуриков: Мы через пару минут вернёмся!

Список серий