• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Николай Николаев: Сельхозземли – невосполнимый стратегический ресурс страны – их коммерческая застройка недопустима

Николай Николаев: Сельхозземли – невосполнимый стратегический ресурс страны – их коммерческая застройка недопустима

Рубрика «Территория: дача». Фермерам разрешат строить жилье на землях сельхозназначения. Соответствующий законопроект принят в первом чтении. Что именно можно будет построить хозяину сельхозугодий и какие ограничения будут распространяться на такое строительство. Эксперт по теме - Николай Николаев - председатель комитета Госдумы по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям.

Тамара Шорникова: Ну а сейчас приступаем к нашей новой теме, к нашей рубрике «Территория: дача». В ней сегодня мы поговорим про изменения, которые коснутся фермеров. На сельхозугодиях фермерам теперь можно будет строить свой дом…

Александр Денисов: Свои дома, да.

Тамара Шорникова: Свои дома. Правда, конечно, возникнут ограничения. В Госдуме одобрили в первом чтении закон, позволяющий фермерам строить жилье для себя на землях сельхозназначения. Ранее это было запрещено. Кроме того, легализуются те постройки, которые уже были возведены в обход закона. А вот коммерческое строительство на сельхозземлях по-прежнему под запретом. Подключайтесь все, кого эта тема сейчас волнует. Вы можете звонить и писать к нам в прямой эфир. Ну а мы эту тему сейчас обсудим с тем, кто непосредственно участвовал в организации…

Александр Денисов: В разработке.

Тамара Шорникова: …в разработках, да, этих поправок. У нас в гостях – Николай Петрович Николаев, председатель Комитета Госдумы по природным ресурсам, собственности и земельных отношениям. Здравствуйте.

Николай Николаев: Здравствуйте.

Александр Денисов: Сразу вопрос возник: а почему раньше нельзя было строить?

Николай Николаев: Ну, на самом деле раньше можно было строить, до 2003 года. А вот с 2003 года произошли изменения в законодательстве, которые такую возможность исключили.

Александр Денисов: Какая логика была в этом?

Николай Николаев: Я думаю, что, скорее всего, речь была двоякая. Во-первых, Мы знаем очень много историй, когда сельхозземли (а это такой очень важный, стратегический ресурс для страны), они застраивались под видом и фермерских хозяйств, и каких-то необходимых и нужных построек. Просто это была коммерческая застройка.

Во-вторых, я думаю, что в то время (хотя я тогда не принимал участия в обсуждении этих всех изменений), в общем-то, была и ситуация другая, и задачи стояли другие. Но, действительно, это было упущение. И надо сказать, что вообще на эту проблему обращали внимание уже много лет. И на мероприятиях Общероссийского народного фронта обращались коллеги к президенту, и президент давал соответствующие поручения. Потому что действительно это парадокс: человек, фермер, который работает на земле…

Тамара Шорникова: …от зари до зари на земле, он должен куда-то ехать жить в другое место.

Николай Николаев: Он, конечно, должен жить здесь.

Александр Денисов: Где-то отдохнуть.

Николай Николаев: Да не то что отдохнуть. Он должен жить, конечно, на этой земле. И долгие годы, к сожалению, это было невозможно. И вот сейчас Правительство внесло соответствующий закон (его рассмотрели, приняли в первом чтении), который позволяет, в конце концов, строить фермерам жилье для себя на тех землях, на которых они работают.

Тамара Шорникова: Про условия давайте поговорим, которые предоставляют эти поправки. Что конкретно может возвести на своем земельном участке фермер? Какие ограничения есть у постройки?

Николай Николаев: Конечно, ограничения здесь нужны. Надо же понимать, что вообще у нас в стране порядка 20% территории страны – это сельхозземли. Из них половина – это особо ценные угодия, те, которые дают урожай, те, которые непосредственно участвуют в обороте. И конечно, мы много потеряли, когда законодательство позволяло использовать вот так вот сельхозземли, в том числе для застройки. Конечно, это очень привлекательно, особенно рядом с большими городами. Мы прекрасно понимаем, что это быстрые деньги. Если сельхозземли – это действительно очень большой труд аграриев, который год от года дает какие-то возможности, то здесь построил, продал, получил прибыль и, собственно говоря, все.

Поэтому, конечно, нужно сейчас очень внимательно смотреть на то, чтобы не допустить опять вот этой лазейки. Для этого предусмотрен целый ряд мер. Во-первых, этот дом может быть один. И на всей территории, которая принадлежит крестьянскому (фермерскому) хозяйству, можно будет построить только один дом, не больше трех этажей и не более 500 квадратных метров.

Александр Денисов: А хозпостройки?

Николай Николаев: Хозпостройки? Они и сейчас могут строиться, и без этого.

Александр Денисов: И без закона.

Николай Николаев: Собственно, здесь никаких ограничений нет. Есть плановая работа. Какие-то земли, часть этой земли для выращивания урожая, часть можно использовать для хозпостроек. Но нам важно то, что, во-первых, это будет один дом. И чтобы не допускать каких-то мошеннических действий, в законопроекте предусмотрено, что создавать под этим домом отдельно взятый участок для того, чтобы его продавать, невозможно будет. То есть если фермер захочет продать этот дом, он должен будет продать все фермерское хозяйство, всю территорию, на которой стоит этот дом.

Тамара Шорникова: Чтобы далеко не уходить от этой темы… Просто приходят уже SMS, и спрашивают: а что, если на одном фермерском участке в хозяйстве работают люди, которые, скажем, не являются членами одной семьи? Или, например, несколько семей. Как выбирать, кому строить дом? Как тут не подраться?

Николай Николаев: Ну, во-первых, речь идет о крестьянском (фермерском) хозяйстве, поэтому все-таки… Крестьянское (фермерское) хозяйство, основа его – это одна семья, понятно, с чадами и домочадцами. Это необязательно папа, мама и дети. И здесь предусмотрено как раз, что этот дом должен быть прежде всего для хозяев вот этого…

Тамара Шорникова: Ну а, например, два брата?

Николай Николаев: Два брата? Я думаю, что они 500 метров смогут поделить. Действительно, вы знаете, здесь, конечно, когда мы обсуждаем частные вопросы, их нужно обсуждать. Существует большое количество частных случаев. Вы знаете, когда мы рассматриваем такие возможности, нам очень часто указывают: «А что случится, если вдруг человек захочет продать этот дом или не захочет работать на этой земле?» Да, должны быть определенные ограничения.

И не надо забывать, что это все-таки сельхозземли. Если речь идет об индивидуальном жилищном строительстве, то – да, пожалуйста, там можно и продавать дома, и это никак не связано с общим хозяйством. Но здесь нельзя забывать о том, что мы даем возможность строить на сельхозугодиях, то есть это та земля, которая является наиболее ценной для страны как стратегический запас. И вообще считали, кто может вообще быть заинтересован в этом.

Конечно, вот сейчас у нас порядка 175 тысяч крестьянских (фермерских) хозяйств. До 2003 года, когда было возможно такое строительство, уже было построено порядка 15–20 тысяч таких домов. Поэтому вот сейчас у нас в потенциале порядка 150–160 тысяч фермеров, которые могли бы воспользоваться (я надеюсь, мы примем этот закон) вот такой возможностью построить дом и работать на той земле… и жить на той земле, на которой они работают.

Тамара Шорникова: Давайте примем телефонные звонки. Зрители, видимо, хотят узнать какие-то подробности. Валентина из Москвы первая дозвонилась. Валентина, слушаем вас.

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Зритель: Я хотела бы узнать. Мне мама в Калужской области подарила 10 соток. У нее было 30 соток. И там стоит на ней дом. Но она мне подарила 10 соток. И я хотела на этих 10 сотках построить себе дом, но архитектор не разрешает, потому что, говорит, нет красной линии.

Николай Николаев: Ну, здесь другая, конечно, проблема.

Зритель: У меня немножко другая, да.

Тамара Шорникова: Ну, пользуясь случаем, что называется. Спасибо за звонок.

Николай Николаев: Да, здесь немножко другая проблема. Конечно, здесь нужно смотреть внимательно всегда за тем, чтобы все земельные участки были четко разграничены и зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости. И конечно, то, что сейчас достаточно серьезно урезаны возможности собственников, если участок не поставлен на кадастр, на регистрацию – это правильно, потому что нам, в конце концов, нужно добиться, чтобы все земельные участки, которые есть в нашей стране, они все-таки были учтены, и учтены правильно. И это бы исключило большое количество споров.

Александр Денисов: Приходят сообщения. Вот зрители опасаются, что так будет изымать из оборота сельхозземли. Вот пишут из Краснодарского края зритель: «На совхозных землях растут многоэтажки». Вот как избежать коммерческой застройки? Как вы это проконтролируете? Как будете отсекать такое?

Николай Николаев: Во-первых, в законе очень четко… в законопроекте сейчас пока очень четко написано: один дом для всего крестьянского (фермерского) хозяйства, то есть на всей территории, не больше трех этажей, не больше 500 метров. Поэтому многоэтажки здесь исключены. Это будет сразу прямое нарушение закона.

Александр Денисов: Вы же знаете, в Подмосковье много таких мест – так называемых огородных многоквартирных домов, когда действительно они не выше трех, бывают и по два этажа, но это вытянутый дом барачного типа.

Николай Николаев: Ну, на самом деле мы прекрасно знаем, что это нарушение. И то, что прокуратура борется с этим, и власти региональные – это действительно так. Здесь речь идет не о землях крестьянских (фермерских) хозяйств, не о сельхозугодиях. Здесь речь идет в этом примере о дачных поселках. Действительно, очень много есть таких случаев, когда пользуются незнанием законов. Люди предлагают дешевые хорошие квартиры.

Александр Денисов: В два-три раза дешевле.

Николай Николаев: Конечно. И после этого оказывается, что это незаконно. Я всех призываю очень внимательно относиться к тому, на какой земле стоит дом, в котором предлагают купить ту или иную квартиру, потому что, действительно, мы знаем такие мошеннические трюки, они бывают.

Александр Денисов: Но этот законопроект исключает?

Николай Николаев: Он исключает. Дело в том, что он касается именно сельхозугодий и именно фермеров – то есть те, кто оформлен как фермер, как крестьянское (фермерское) хозяйство. И здесь решается именно узкая проблема именно этих людей. Хотя надо сказать, что вообще в Государственной Думе и в Правительстве сейчас ведется большая работа по реформированию земельного законодательства, потому что оно очень сложное, оно очень запутанное. Каждый раз любые действия с землей для любого человека – это, можно сказать, геройский поступок.

Кстати, этот законопроект, помимо проблем фермеров, он в том числе сделает единым порядок определения видов разрешенного использования земельных участков. Это то, чего тоже не хватало, потому что было очень много ограничений, с точки зрения и категорий земли. Люди не понимали, что они могут делать на таком участке или не могут. Вот сейчас мы делаем… Вот этот законопроект должен как раз облегчить эту ситуацию. Здесь должен быть единый подход к определению видов разрешенного использования земли.

Александр Денисов: Еще сообщение пришло – то ли в шутку, то ли всерьез, действительно. Ну, из Татарстана зритель спрашивает: «А если четыре жены, и у каждой должен быть дом?» Возможно, у него четыре жены.

Николай Николаев: Ну, если у него четыре жены… Я вообще не знаю, насколько это официально в рамках законодательства Российской Федерации.

Александр Денисов: В Татарстане это возможно?

Тамара Шорникова: Нужно Семейный комитет спросить, мне кажется.

Николай Николаев: Я думаю, что да. Я думаю, что то не совсем законно. Хотя на самом деле нужно понимать, что в традициях тех или иных религий есть разные подходы к семейному вопросу. Но здесь речь идет о законодательстве, которое действует в Российской Федерации и относится к земельному праву, а не к семейному.

Александр Денисов: То есть со своими женами в один дом пусть заселяется, так скажем?

Николай Николаев: Я думаю, что лучше в семейную тему даже не вмешиваться. Эта тема очень личная для каждого.

Тамара Шорникова: Давайте лучше послушаем наших телезрителей. Татьяна, Москва. Слушаем.

Зритель: Да, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Зритель: Вот только что господин председатель акцентировал внимание на том, что принятый в первом чтении законопроект касается только фермеров. Вот в этом и вся проблема, господин председатель. Если человек-москвич, у него в собственности 100 га земли, и человек хочет заниматься сельским хозяйством, получить на это разрешение администрации местной на строительство строений и на строительство фермеры.

Но ведь фишка в том, что по действующему законодательству этот человек не может. Почему? Потому что этот человек должен быть зарегистрирован по месту, что он в доме этом, именно в этой области, по месту проживания. И что получается? Люди, которые хотят заниматься сельским хозяйством, они сейчас ничего не могут сделать, потому что человек… Вот я юрист сама. Человек-москвич не имеет 100 га земли в Москве, но при этом, извините, он не может зарегистрировать свое КФХ. А в другой области, где он имеет 100 га земли сельскохозяйственного назначения, он приобрел в собственность, он не может зарегистрировать свое КФХ. И естественно, никакой дом построить и зарегистрировать на земле он не сможет.

И что же получается? То есть фермеры – понятно, у них статус правовой, нет проблем. А что же делать тем людям, которые… Наш президент говорит, что если люди хотят заниматься сельским хозяйством, то предоставьте им соответствующие условия. Но где тогда взять эти условия, если законодатели не идут навстречу?

Тамара Шорникова: Татьяна, спасибо, понятен вопрос.

Николай Николаев: Абсолютно правильный вопрос, потому что вот эти нормы, эти предложения направлены и должны быть направлены не только для решения текущих проблем фермеров (хотя это очень важно), но и для того, чтобы стимулировать людей для того, чтобы они занимались сельским хозяйством. У нас на сегодняшний день более 500 миллионов гектар сельхозземель – невостребованные. И конечно, они ждут своего хозяина.

Мы на самом деле, помимо той проблемы, о которой сейчас мы услышали, мы видим еще целый ряд проблем, которые нам нужно будет решить ко второму чтению. Например, это проблема, связанная с регистрацией. Ведь для регистрации в этом доме нужен адрес. А адрес на сегодняшний день подразумевает улицу, населенный пункт и так далее. Вот эту проблему мы тоже должны решить ко второму чтению. Мы видим проблему, связанную с соответствием норм социального обеспечения, потому что у нас есть нормы, которые говорят о том, что соответствующие населенные пункты должны быть обеспечены и образованием, и здравоохранением, и так далее. Доступность, есть нормы по доступности этих услуг.

И пока в законопроекте, который предложен Правительством, таких решений нет. Мы сейчас ведем работу по подготовке этого законопроекта ко второму чтению и активно общаемся с теми людьми, которые заинтересованы непосредственно в решении всех этих вопросов. Я думаю, что многие из этих вопросов, которые задают нам и граждане, и мы ставим перед Правительством, они должны быть решены именно ко второму чтению. Мы работаем над этим.

Александр Денисов: Допустим, фермер уже построил. Вы закон еще не приняли, а фермер уже построил на своих сельхозугодиях дом, и он стоит. Вот что в этом случае? Его снести, дождаться закона и еще раз построиться?

Николай Николаев: Лучше, конечно, не строить до того, как будет закон.

Александр Денисов: Ну, наверняка кто-то уже…

Николай Николаев: Огромная проблема, честно вам скажу. Потому что мы сталкиваемся в земельном законодательстве очень много с такими вопросами так называемой амнистии, когда люди построили дома.

Вот у нас был большой законопроект, закон теперь, который решал проблемы наложения данных Лесного реестра и Единого государственного реестра недвижимости, когда у нас десятки тысяч человек в прошлом году оказались в ситуации, что их дома, построенные много лет назад, они вдруг оказались на землях Лесного фонда – значит, их нужно сносить. Мы решили эту проблему, проведя такую, можно сказать, амнистию, устранив эти противоречия. Я думаю, что отдельный вопрос по тем домам, которые сейчас построены, нам нужно, конечно, поднимать.

Александр Денисов: Опять амнистия?

Николай Николаев: Не уверен, что это должна быть амнистия. Нет, это более индивидуальный подход. Но то, что такие случаи есть – это действительно так. Есть люди, которые живут, и давно живут в таких домах. Есть люди, которые построили эти дома, как я уже говорил, в тот период, когда это было возможно. И конечно, они не должны пострадать ни в своих правах, ни в своих возможностях от нового закона.

Тамара Шорникова: А каков вообще алгоритм, если закон будет принят? Хочет построить фермер дом. Как и куда обращаться? Какие документы собирать? Куда подавать?

Николай Николаев: Мы планируем, что… Сейчас не все эти позиции есть, правда, в законопроекте, но мы планируем, что если фермер захочет построить дом, он должен будет обратиться в муниципалитет по результатам землеустройства. Ему будет согласовано то место, где он может строить дом. И после этого он получает разрешение на строительство и его строит.

Александр Денисов: То есть несложная процедура?

Николай Николаев: Я надеюсь, что нет. Нам ни в коем случае нельзя ее усложнять. Ведь вообще (это то, о чем я уже говорил) у нас и так уже в земельном законодательстве очень много сложностей. У нас, к сожалению, люди часто не могут без помощи специалистов, которые, мы прекрасно понимаем, просят за это деньги, разобраться с собственным небольшим участком. Мы сейчас целенаправленно взяли курс на то, чтобы упрощать это законодательство, чтобы люди понимали, как они могут обращаться со своими земельными участками.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем еще один звонок, Надежда из Чувашии к нам дозвонилась. Надежда, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста… Вот мы работаем у фермера.

Тамара Шорникова: Так?

Зритель: У нас жилья нет. Фермер разрешает, но закон не дает нам этого разрешения. Разные семьи, работаем у одного хозяина.

Александр Денисов: И вы бы хотели жить на этом же участке, где и работаете?

Зритель: Да. Потому что очень далеко ездить, из другой деревни.

Александр Денисов: Ну а сейчас вы там живете, на этом участке?

Зритель: На этом участке мы существуем.

Александр Денисов: А живете в доме фермера? Он вас впустил, или сами построили?

Зритель: Нет, у фермера.

Александр Денисов: У фермера?

Зритель: Типа как общежитие.

Тамара Шорникова: Понятно, спасибо.

Александр Денисов: Понятно. Кстати, вот эта проблема…

Николай Николаев: Я думаю, что, скорее всего… Я приблизительно представляю, о чем речь. Скорее всего, речь идет о каких-то временных постройках сейчас, понятно. Вы знаете, вот такие случаи – это как раз очень опасный путь к застройке сельхозугодий.

Александр Денисов: Но это ведь важно.

Николай Николаев: То, о чем вы говорите…

Александр Денисов: Руки нанимать дополнительные при уборке урожая.

Николай Николаев: Ну, вы только что говорили о том, что есть риск того, что сельхозугодия будут застроены. Это как раз именно о вот таких ситуациях. Потому что мы с вами прекрасно понимаем, что если дать возможность строить два, три, пять домов, то это отдельная собственность. Потом будет запрос следующий: «Я перестал работать у этого фермера, я хочу продать этот дом и уехать куда-нибудь в другое место». А продать кому? Продать необязательно фермеру, да? И так далее. И мы в этом случае с вами опять уходим в ситуацию, когда у нас будут застраиваться сельхозугодия. Здесь мы прекрасно понимаем, что должны быть определенные ограничения.

Александр Денисов: Ну, общежитие можно будет поставить для рабочих или нет?

Николай Николаев: Я думаю, что если фермер пустит в свой дом такого работника – пожалуйста. Или, может быть, в соседнем населенном пункте построит или снимет своим работникам жилье. Но надо понимать, что здесь должны быть ограничения. Речь идет не просто о землях или заброшенных землях. Речь идет об уникальных невосполнимых ресурсах, потому что сельхозугодия – это действительно уникальный невосполнимый ресурс, который нужен всем нам, потому что каждый день мы два-три раза в день как минимум едим. И представьте, умножьте количество еды на количество людей в нашей стране. И все это должна родить наша земля.

Александр Денисов: Коротко. Когда будет принят законопроект? Тома, прости, пожалуйста.

Николай Николаев: Я думаю, что до конца года мы уже выйдем на второе чтение.

Тамара Шорникова: Хотела сказать, что не надо сейчас про еду, нам все-таки еще долго сидеть в эфире.

Николай Николаев: Извините.

Тамара Шорникова: Спасибо за то, что пришли на него. Мы обсуждали поправки к земельному закону вместе с Николаем Николаевым, председателем Комитета Госдумы по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям. У нас еще не все, не переключайтесь.

Территория: дача
Список серий