Николай Яременко и Алексей Кыласов с итогами ЧМ-2018

Итоги ЧМ-2018. Повторить будет непросто. По мнению экспертов, наша страна при подготовке к чемпионату мира по футболу задала столь высокую планку, что достичь ее в будущем будет трудно. Эмоциями от первенства делятся телезрители и эксперты.

Ольга Арсланова: Ну а мы только начинаем, и в ближайший час давайте поговорим о том, как прошел в нашей стране Чемпионат мира по футболу. Он официально завершился, и это было, как принято говорить в таких ситуациях, пожалуй, лучшее событие этого лета, а может быть, даже и этого года. Самое время подвести итоги, поговорить о том, как как прошло.

Юрий Коваленко: Для 56% россиян Чемпионат мира стал самым запомнившимся событием июня, показал опрос «Левада-центра». Чемпионату мира все-таки удалось заслонить и пенсионную реформу (ее назвал главным событием 31% опрошенных), и рост цен на бензин и ЖКХ (13%).

Ольга Арсланова: Этот чемпионат – и это ни для кого не секрет – стал самым дорогим в истории таких событий, соревнований: общие затраты составили 683 миллиарда рублей. Эта сумма рекордная, сейчас вы видите ее на экранах, но расходы все-таки были растянуты на несколько лет. Любопытно, по крайней мере относительно приближается к нам Бразилия (там где-то чуть более 11.5 миллиардов долларов было потрачено на организацию Чемпионата мира по футболу), а вот в Германии, во Франции, в европейских странах траты были существенно ниже.

Юрий Коваленко: Экономили страны Европы. Но все же в России окупить эти расходы реально – только за июнь и июль внутренний спрос в стране по оценке «Bank of America» вырос на 5 миллиардов долларов или 310 миллиардов рублей. В течение ближайших 5 лет инфраструктура, построенная к чемпионату, будет давать дополнительные 120, а то и 210 миллиардов рублей для ВВП, это посчитало уже правительство McKinsey.

Ольга Арсланова: Мы понимаем, что речь может идти не только о материальной выгоде, не только о том, вернем мы эти деньги или не вернем, но многие эксперты говорят о том, что сейчас отличное время для старта новых начинаний, для того чтобы развивался детский и юношеский спорт, для того чтобы изменить отношение Запада к нашей стране. Поэтому и о материальных, и о нематериальных выгодах, последствиях Чемпионата мира мы будем говорить сегодня с нашими гостями.

Приветствуем в нашей студии президента Всемирного общества этноспорта Алексея Кыласова, – добрый вечер.

Алексей Кыласов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: И спортивного обозревателя, главного редактора газеты «Советский спорт» Николая Яременко, – добрый вечер.

Николай Яременко: Добрый вечер, коллеги.

Ольга Арсланова: У нас есть большой сюжет, который мы всей нашей редакцией снимали, собирали по итогам Чемпионата мира. Давайте мы вместе его посмотрим, чтобы было потом что обсудить.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Ну уж не знаю насчет того, догонят или не догонят, наверное, столько хорошего о своей стране мы давно не слышали. Хотелось бы узнать, какие у вас эмоции сегодня, в первый день, когда у нас начинается новая, столь непривычная будничная жизнь спустя вот этот месяц…

Николай Яременко: Лично у меня самая главная эмоция – это сожаление, что все это закончилось, потому что…

Ольга Арсланова: Помимо этого.

Николай Яременко: …столько городов я за короткий срок в своей собственной стране посетить не мог, наверное, никогда, плюс замечательная вот эта транспортная логистика, бесплатные поезда между всеми городами проведения чемпионата, за 5 рублей аэрофлотовские билеты, кто успел вовремя подсуетиться заранее…

Ольга Арсланова: Россия стала компактнее и удобнее, да? Неожиданно.

Николай Яременко: Ну компактнее она не стала, я бы все-таки, конечно, в экзотических местах с точки зрения логистики, как Кенигсберг и Екатеринбург, все-таки побоялся бы проводить турниры. Посмотрим. Сейчас очень много чувств, которые сразу сочетаются. Да, с одной стороны, радость оттого, что теперь для нас футбольная история делится на то, что было до нашего домашнего чемпионата, и наш чемпионат и все, что будет дальше; вне зависимости от того, сколько каждому из нас лет, все будут знать, что 2018-й – это год домашнего российского чемпионата. Это то, что иногда за жизнь один раз, а то и ни разу в иных частях света никто не увидит.

И во-вторых, гордость, что вот эту атмосферу посмотрели иностранцы, атмосферу московских и не только московских улиц. У вас в сюжете правильно говорилось про атмосферу карнавала, которую привносят латиноамериканцы, но они не только свою атмосферу привносили, они видели наши архитектурные памятники, они видели наши новые красавцы-стадионы. Да, можно, конечно, сколько угодно шутить над потемкинскими деревнями, о том, что…

Ольга Арсланова: Мы обязательно это сделаем еще.

Николай Яременко: Да-да, что теперь неизвестно, всей страной будем думать, чем заполнять эти стадионы, так-то мы думали, чем только Сочи после 2014-го заполнять, эти объекты, а так у нас сразу 11 городов. Но в первую очередь, конечно, это эмоции. Да, рассуждать как эксперт можно сколько угодно долго, что, наверное, качество футбола на иных чемпионатах было получше, особенно в плей-офф. Да, наверное, рано вылетели фавориты, собственно, кто им мешал играть до финальных стадий? Но вот тот эмоциональный заряд… Я понимаю, какой когнитивный диссонанс был у милиции, которая никогда не «метила», и много-много-много других вещей…

Ольга Арсланова: У нас с «хватательным рефлексом» как-то приходилось бороться.

Николай Яременко: Да-да, посмотрим, как теперь они будут реализовываться.

Ольга Арсланова: Понятно.

Николай Яременко: И вот, конечно, я лично оставлю в памяти именно вот эти эмоции.

Ольга Арсланова: Алексей, у вас какие чувства?

Алексей Кыласов: Честно говоря, в первую очередь тревожные, потому что много произошло в бэкграунде за время чемпионата. И если сейчас была эйфория и мы могли просто пропускать мимо ушей все это, то после чемпионата мы столкнемся с теми реалиями, которые шли под занавесом.

Ольга Арсланова: Что вы имеете в виду?

Алексей Кыласов: Имеются в виду все непопулярные финансовые решения, которые были приняты. И я бы не так был оптимистичен в отношении, как сказал сейчас коллега, что остались стадионы; я в большей степени переживаю, что их содержание обойдется минимум в 1 миллиард каждого из объектов, и это ляжет мертвым грузом на налогоплательщиков, это еще один серьезный вызов, который предстоит преодолеть. Я не говорю, что его нельзя преодолеть, можно преодолеть, конечно, потому что в ряде стран есть решения, но у нас этих решений по-прежнему нет.

Николай Яременко: Но тут очень важный момент, я прошу прощения, что перебиваю. У вас в начале была инфографика, цифры, сколько это все привнесет дополнительных денег, дополнительных рабочих мест…

Ольга Арсланова: По прогнозам, да.

Николай Яременко: Конечно, мы можем прогнозировать. Но смотрите, если условная калининградская «Балтика», или саранская команда «Мордовия», или кто угодно за аренду своего плохенького стадиона (я с потолка сейчас беру цифру, но она примерно соответствует истине) платят за игру 150-200 тысяч рублей (за одну игру, это же стадион, где должны работать люди, где должно что-то отапливаться, течь вода и так далее), это примерно стоит столько. Вот чтобы вот эти стадионы взять в аренду, они будут стоить 4-5 миллионов рублей за одну игру. Сами понимаете…

Ольга Арсланова: Кто из возьмет?

Алексей Кыласов: И притом что у них нулевые показатели MatchDay…

Николай Яременко: Конечно.

Алексей Кыласов: Даже отрицательные, я бы сказал, не нулевые, к сожалению, они отрицательные.

Николай Яременко: Конечно.

Алексей Кыласов: И плюс к этому еще в инфографике когда сказал о том, что вложения России были максимальными, – нет, это в заявочной книге мы взяли на себя обязательство построить эти стадионы. Что же касается, например, Франции, Англии, там затраты были пропорциональны нашим, просто они заранее это сделали, у них была готова инфраструктура, и здесь есть некоторый элемент фиглярства в средствах массовой информации, когда они говорят, что Россия вложила больше, – да не больше, а, наверное, даже меньше, потому что там стадионы дороже и качественнее были, они уже отработанные, а нам еще только предстоит их начать эксплуатировать.

Ольга Арсланова: Ну и плюс нам приходилось по сути многое с нуля делать…

Алексей Кыласов: Конечно, да. И плюс эти же вложения в инфраструктуру…

Ольга Арсланова: Отсюда такие цифры.

Алексей Кыласов: Вы правильно, конечно, сказали, что это будет работать, инфраструктура будет работать на людей, – да, в этом смысле будет, но здесь следует все-таки разделять собственно регион и его инфраструктуру.

Юрий Коваленко: Говорили, что не окупится изначально, то есть говорили, что где-то хотя бы половину бы отбить и уже хорошо. Но здесь еще есть такой тонкий момент, другая сторона медали: туристы, те люди, которые приезжали, болельщики, им упростили визовый въезд в качестве туристов и так далее. Может быть, туризмом еще отобьем?

Николай Яременко: Вот это, кстати, очень важный момент, потому что для меня это один из самых важных итогов чемпионата, что вчера было по крайней мере неофициально объявлено, но я думаю, раз это говорит один простой болельщик, значит, уже все подготовительные работы проведены и согласования все получены, что до конца года обладатели вот этих так называемых FAN ID, паспортов болельщика продолжают въезжать на территории России безвизово, то есть закрепить, кому-то показать знакомым и так далее свое впечатление уже не от футбольной России, а просто от России. И я уверен, если никаких эксцессов не будет, то если это продлится потом и на 2019 год, и дальше, и мы не будем торговаться «вы нам по Шенгену тоже сделайте послабление, и мы сделаем послабление», если просто без условий каких-то дополнительных будет безвизовый въезд, вот тогда это будет очень важное как раз наследие чемпионата, а не стадионы.

Алексей Кыласов: Я немножко соппонирую…

Ольга Арсланова: Сейчас визу сложно, очень сложно получить.

Алексей Кыласов: Да, на самом деле виза России одна из самых дорогих.

Ольга Арсланова: Замороченных и дорогих.

Алексей Кыласов: Она очень тяжело получается, поверьте мне, я вот во время чемпионата проводил, в Сургуте, в Ханты-Мансийске мы проводили конгресс нашей международной организации, всего-то 20 человек из-за рубежа. Это колоссальные сложности с получением виз, и это очень дорогие визы. И еще…

Николай Яременко: Еще однократную при этом всем дадут.

Алексей Кыласов: Еще однократную дают, Россия вообще не дает мультивиз, это на всякий случай. Нам нужно очень много поменять в работе нашего МИДа, для того чтобы Россия стала действительно привлекательной для иностранных туристов. Это знает любой человек, кто занимался проведением каких-либо международных мероприятий в России.

Второе: по данным Всемирной туристической организации, никто в течение 1 года никогда практически не возвращается в эту страну. Поэтому это фейк, что мы ожидаем, что кто-то до конца года въедет, – никто не въедет, потому что меньше 1% совершаются камбэки так называемые.

Николай Яременко: Но смотрите, очень важные цифры. По FAN ID, можно посчитать, к примеру, приехало сейчас 20 тысяч аргентинцев. За всю историю взаимоотношений Аргентины, Советского Союза и России никогда суммарно столько аргентинцев не было в нашей стране, сколько приехало посмотреть футбол, там просто нет такого большого количества обеспеченных людей, не принято путешествовать сильно за океан, только в соседние Бразилию и Уругвай, Северная Америка уже редкость. То есть огромное количество стран, представляете? Дальше: 30 тысяч человек теперь будут жить в Перу, которые были в Саранске! 30 тысяч перуанцев были в Саранске.

Ольга Арсланова: Но скорее всего они больше никогда туда не приедут.

Алексей Кыласов: Я понимаю, но на самом деле если мы возьмем мировой атлас и посмотрим пропорцию населения Аргентины и Уругвая, где они там? Я их в упор не вижу, потому что есть большая десятка стран, где проживает 3/4 населения планеты. Что такое Аргентина, что такое Уругвай? Ну хорошо, открыли мы что-то для Уругвая, открыли мы для Уругвая Саранск…

Николай Яременко: Проблема, что не попали США и Китай на чемпионат.

Юрий Коваленко: Самые платежеспособные туристы.

Алексей Кыласов: Боже мой, что такое Саранск в отношении России и что такое Уругвай в отношении планеты?

Ольга Арсланова: Но китайцев приехало при этом больше всех.

Николай Яременко: Китайцы всегда приезжают больше всех, а представьте, сколько было бы китайцев, если бы Китай играл.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем наших зрителей. У нас на связи Василий из Кемерово. Добрый вечер, Василий.

Зритель: Здравствуйте. Я, к сожалению, с вами гостями не согласен.

Ольга Арсланова: Пожалуйста.

Зритель: Не знаю имени человека в белой рубашке…

Ольга Арсланова: Это Алексей.

Зритель: …но он прежде всего прав, что отрицательное сальдо по рентабельности прежде всего кратно превышает доходную часть. Уже подсчитали, что 120 миллиардов рублей потратили иностранцы ориентировочно, рассчитывали на 3 миллиарда долларов, это на порядок ниже. А я напомню, что в прошлом году на агропром России было истрачено 4 миллиарда долларов, что в 3 раза меньше, чем потрачено на вот это меченое мероприятие. Конечно, чемпионат позитивный, в мировом масштабе красочный, очень ошеломляющее мероприятие, но тем не менее не в эти скудные годы надо, так сказать, проводить пир во время чумы, я даже не беру эту фразу в кавычки. На самом деле прав ваш гость в белой рубашке…

Ольга Арсланова: Алексей.

Зритель: Он сказал, что не менее 10% будет затрачено на ежегодное содержание того или иного объекта. Кто, извините меня, будет заполнять данные стадионы, которые рассчитаны на десятки тысяч зрителей? Я не говорю о популярности футбола, в России он всегда был популярен, у меня во дворе на гравии, на почве, независимо от того, как это было в советские годы, все играют в футбол, и все зависит прежде всего от руководства страны. Я сам служил в ЦСКА, выступал за ЦСКА и попал туда по объявлению, извините, меня взяли из гаража, правда, не по футболу, по другому виду спорта. Я благодарен советскому времени, где это было естественным ходом вещей, что и должно быть сейчас в XXI веке.

Ольга Арсланова: Спасибо, Василий.

Николай Яременко: Я за гостя в белой рубашке, человек в синей рубашке, в голубой рубашке…

Ольга Арсланова: Давайте, вступает в игру.

Николай Яременко: Да, вступлюсь. Понимаете, если так рассуждать, что не время сейчас для праздника, тогда мы никогда вообще не проведем ни Олимпиаду, ни Чемпионат мира, вообще ничего никогда не проведем, потому что так рассуждать вообще будет не время. В таком случае надо только в Америке проводить, потому что, вон, Олимпиада в Лос-Анджелесе будет в 2028 году, то есть через 10 лет…

Ольга Арсланова: У Америки тоже много проблем, может быть, им тоже не время.

Николай Яременко: …а там уже готова олимпийская деревня и много-много-много объектов, на которых будет Олимпиада, давайте тогда вообще там всегда проводить. Это наоборот, как раз и надо проводить, мы стране дарим вот эту инфраструктуру. Да, 65 стран бойкотировало Олимпиаду-1980 в Москве, но мальчишки и девчонки 1980-1990-х гг. получили в наследие от Олимпиады вот эти спортивные объекты, где они могли заниматься спортом и тренироваться. Почему мы не можем то же самое делать сегодня?

Ольга Арсланова: А давайте узнаем, насколько популярна вот такая точка зрения, о которой сейчас Василий говорил, – запустим голосование для наших зрителей: а вы рады, что у нас в стране был Чемпионат мира по футболу? Пишите «да» или «нет» на короткий номер, ну и, конечно же, звоните в прямой эфир.

Давайте поговорим о внешнеполитическом эффекте, так сказать. Мы небольшую подборку подготовили, что написали некоторые зарубежные газеты (американская, японская и французская), но в принципе тональность такая практически во всей прессе сейчас. Вот смотрите, пишет «USA Today», цитирую: «Никто не ожидал, что этот чемпионат окажется настолько потрясающим. Казалось, что предоставить России право стать хозяйкой Чемпионата было ошибочным решением, но скептики ошиблись: чемпионат стартовал уверенно, становился все лучше с каждым днем и к моменту, когда началась его последняя неделя, он уже прочно закрепился в коллективном сознании как лучший Чемпионат мира по футболу в истории».

Юрий Коваленко: Ну вот японская «Manila Shimbun»: «Возможно, если анализировать только политику и дипломатию России, она может показаться неадекватной. Однако в самом российском обществе изменения точно есть. Если судить о России только по имиджу, сформированному западными странами, то можно упустить изменения, произошедшие в ней. Этот Чемпионат мира дает нам шанс увидеть нынешнюю Россию и попробовать ее на вкус».

Ольга Арсланова: И французская «Le Monde», журналист этой газеты пишет: «Отправившись туда, я боялся увидеть мрачную атмосферу в связи с авторитаризмом режима. Ничего подобного не было и в помине: нужно было видеть радостное удивление тех, кто все же отправился в поездку и убедился, что Москва необычайно далека от сложившихся о ней стереотипов».

Уважаемые гости, справедливости ради надо сказать, что очень многие не решились поехать в Россию…

Юрий Коваленко: …и пожалели.

Ольга Арсланова: Это как раз в основном представители Германии, Франции…

Николай Яременко: Британцы, всего 10 тысяч британцев приехало, конечно.

Юрий Коваленко: Но они переубедили всех кричалками своими по поводу того, что «приезжайте сюда, вы зря поверили своей родной прессе».

Алексей Кыласов: Какая доля процента 10 тысяч человек из десятка миллионов живущих в Великобритании?

Ольга Арсланова: Да, хорошо. Давайте поговорим о том, какое впечатление мы на мир произвели, буквально через 2 минуты, у нас сейчас время новостей, мы продолжим.

НОВОСТИ

Юрий Коваленко: Ну что же, а мы продолжаем. Тема наша сегодняшняя – итоги Чемпионата мира – 2018: что было, что осталось и что будет. Ну и представим наших гостей еще раз: у нас в студии Алексей Кыласов, президент Всемирного общества этноспорта, и Николай Яременко, спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт». Здравствуйте еще раз.

Ольга Арсланова: И мы остановились на новом имидже России.

Николай Яременко: Он блестящий, блестящий имидж. Это на самом деле гигантская удача, потому что… Я боюсь всегда пафосные слова вот эти произносить, но вот после первого же матча, когда мы выиграли у саудитов 5:0, пошел в центр Москвы, шел по Манежной площади, по Никольской улице, и вот реально слезы на глаза наворачивались, я думал: боже мой, какое счастье! – люди без политических лозунгов, без каких-то посредников, которые тебе объяснят, как к чему относиться, приехали и своими глазами все вот это увидели. Это было настолько крутое ощущение, у меня реально слезы на глаза наворачивались, стыдно в этом взрослому мужчине признаваться, но это действительно было так.

Ольга Арсланова: Алексей, как вы оцениваете новый имидж нашей страны?

Алексей Кыласов: Я бы немножко поскромнее все-таки оценил, потому что… Как-то вот у нас получается так, что я занижаю планку. На самом деле есть ведь и другая точка зрения, потому что прежде всего следует принять во внимание, что 2/3 населения планеты футбол безразличен…

Николай Яременко: Я думал, 90%.

Алексей Кыласов: Ну может быть и больше, но я просто по формальным даже признакам развития футбола, индекс развития футбола в разных странах, данные FIFA в данном случае беру. Это крупнейшие страны, первая пятерка стран – Китай, Индия, США, Индонезия, Пакистан, вот первая пятерка, это больше половины населения планеты. Вот там люди абсолютно индифферентны к футболу. Дальше по убывающей, но тем не менее тоже получается, что где-то всего 1/4 интересуется в странах, а от этих четверти еще меньше. Даже возьмем вот эту четверть стран: если мы там имеем определенный успех, то в общем и целом, наверное, это хорошо. Но это настолько мало, что в общем и целом… Я напомню еще один случай очень важный в геополитическом измерении случай в футболе – это хорваты, которые посвятили свою победу Украине, а потом не посвятили, а потом вроде снова посвятили…

Николай Яременко: …а потом извинились, а потом сказали, что так…

Алексей Кыласов: Извинились, а потом… На самом деле удивительная ситуация для меня лично в отношении FIFA. Как так? – они призывают хорватов не высказываться политически…

Ольга Арсланова: …и вроде даже штрафуют.

Алексей Кыласов: …и притом спортсмены, например, Крыма не участвуют категорически в футболе, не допускается их участие ни в каком виде в UEFA и FIFA, естественно.

Николай Яременко: Нет-нет-нет, тут вы очень упрощаете, коллега.

Алексей Кыласов: Упрощаю, но намеренно.

Николай Яременко: Потому что как раз если мы берем Крым, то на деньги UEFA существует сейчас Чемпионат Крыма…

Алексей Кыласов: Напрямую, с прямым финансированием без какого-либо национального влияния опять же.

Николай Яременко: Ну а как, Федерация футбола Украины не может иметь де-факто отношения сейчас к крымскому футбольному союзу…

Алексей Кыласов: Но то же самое и Россия. С другой стороны, одергивание…

Ольга Арсланова: А как, если это часть России?

Алексей Кыласов: …выкрика по поводу Украины тоже двояко достаточно смотрится.

Николай Яременко: Вы знаете, всегда это очень сложная история, потому что разные регламенты существуют у МОК, у Национальной федерации, у международных федераций, у FIFA. Скажем, когда вот этот жест был, изображающий албанского орла, изображен 9-ю из 11 игравшими за сборную Швейцарии, что-то как-то никто никого не предупредил, не дисквалифицировал, хотя это тоже политический жест.

Алексей Кыласов: Согласен.

Ольга Арсланова: А скажите, пожалуйста, у меня вот какой вопрос. Вот этот имидж, который мы презентовали всему миру, о котором сейчас пишут зарубежные газеты, – по вашему мнению, это настоящая Россия действительно? То есть люди не имели никаких точных представлений о стране, верили пропаганде и вот ожидали чего-то страшного, приехали и увидели что-то неожиданное и правдивое, или это действительно такая отретушированная реальность, мы показали отретушированную реальность?

Николай Яременко: Ну какая отретушированная? Нам с вами что, давали указания: «Так, вы на Никольскую…»

Ольга Арсланова: Я не знаю, я спрашиваю.

Николай Яременко: «Яременко на Манежную, Кыласов идет на Воробьевых горах шалит»? Нам же никому не было указаний, что делать, мы делали это абсолютно искренне не потому, что мы были одурманены какими-то призывами, я, извините, телевизор кроме вашей программы вообще не смотрю.

Ольга Арсланова: Мы тоже.

Николай Яременко: Да, у вас нет возможности одновременно и вне быть, и смотреть. И поэтому, естественно… Но понимаете, это искреннее чувство, это тот самый бахтинский карнавал, который размывает все, в том числе на грани приличия, эти разговоры про девушек с Никольской улицы, которые стали мемом теперь, и так далее, понимаете? Вот это на самом деле круто, это здорово, потому что это не по приказу сверху. Многих очень задела фраза, помните, один из чиновников крупных сказал, что это сродни празднованию 9 мая 1945 года на Красной площади, многие сказали: «Ну как так…» Невозможно же под каждое массовое торжество сразу войну вспоминать, посмотрите. Наверное, было 4-5, может быть, не больше за последнее столетие событий, когда реально люди не по приказу сверху выходили на улицу: май 1945, полет Гагарина, наверное, ведь не по приказу сверху люди выходили, фестиваль 1957 года молодежи и студентов, чисто пощупать, посмотреть, потрогать иностранцев, которых никогда не видели…

Ольга Арсланова: Ну и примерно то же самое в этот раз.

Николай Яременко: Понимаете, и вот Чемпионат мира. Олимпиада была локальным событием, она таковым не стала событием, в 1980-м это все чересчур заорганизовано, а 2014-й где-то там на краю страны в столице субтропиков российской. Чемпионат мира – это совсем другая история, твоя сопричастность празднику для всех сквозила. Хотя человек в белой рубашке наверняка опять будет…

Ольга Арсланова: Да, вероятно, он уже готов. Алексей?

Юрий Коваленко: Критичнее.

Алексей Кыласов: Придется в следующий раз все время в белой рубашке приходить.

Николай Яременко: Ну это Василию спасибо, зрителю.

Алексей Кыласов: Да-да, спасибо Василию. Я бы все-таки еще напомнил некоторые события из нашей истории, не только праздничные, не только 9 мая, то есть связанные с победой, есть еще, например, 1991 год, 1993 год, есть 1998 год, когда люди тоже выходили на митинги…

Ольга Арсланова: Бывают митинги регулярно в нашей стране и сейчас.

Алексей Кыласов: Да. И в общем и целом, конечно, это все вписывается в общую такую с точки зрения социологии механическую солидарность, так это называется. В рамках этой механической солидарности, если рассматривать футбол, это, конечно, один из сильнейших мотиваторов, а для кого-то и демотиваторов. И соответственно, плохо глупо отрицать, что он сплачивает людей, выступает каким-то мощным драйвером различных общественных процессов. Именно поэтому в тени этого события и в России были запущены непопулярные меры, которые, как нас уверяют, все-таки необходимо было провести. И в этом смысле, конечно, футбол является достаточно таким сильным явлением, за которым тянется шлейф как положительного, так и отрицательного, как и за любым мощным явлением.

Николай Яременко: Вспоминайте войны футбольные между Гондурасом и Сальвадором…

Алексей Кыласов: Ну конечно, я вспоминаю Манежную площадь…

Николай Яременко: Но смотрите, мы изменились…

Алексей Кыласов: Изменились.

Николай Яременко: Поражение от Японии в 2002 году вызвало и человеческие жертвы, и много пострадавших…

Алексей Кыласов: Да.

Николай Яременко: …сожженные десятки машин и был разгромлен…

Алексей Кыласов: Был только негатив в отношении футбола. А сейчас… Я даже себя вспоминаю, пользуясь тем, что я знаю иностранные языки, я многократно помогал в метро людям…

Николай Яременко: Мы проиграли и все равно радуемся.

Ольга Арсланова: Ни одна витрина не разбита, мы уже не говорим о пострадавших.

Николай Яременко: Ни одна витрина не разбита, конечно, антивандальные стекла везде.

Алексей Кыласов: Да-да. И очень многие мои коллеги, кто тоже знает язык, тоже помогали в городе иностранцам, просьб было достаточно много, кстати сказать, и действительно выявилось, что в России и сфера услуг, и милиция, очень сложно, что они не владеют даже навыками иностранных языков, хотя вроде бы в школе в обязательном порядке… У нас стоит отметка «иностранный язык», по факту оказалось, что не говорим мы на иностранном языке. Поэтому все те, кто хоть как-то может изъясняться…

Николай Яременко: Мы волонтерами прикрыли эту дыру.

Алексей Кыласов: Да-да.

Ольга Арсланова: Хорошо, хотя бы так.

Алексей Кыласов: Мне буквально каждый день приходилось, что называется, помогать людям ориентироваться в гигантском мегаполисе Москвы.

Николай Яременко: Но посмотрите, город изменился, надписи дублировались на английском везде…

Алексей Кыласов: И это хорошо.

Николай Яременко: В метро все объявляли в том числе по-английски…

Ольга Арсланова: Навигация была понятной по крайней мере, как добраться до фан-зоны…

Николай Яременко: Действительно, абсолютно. Правда, конечно, я положа руку на сердце как человек, побывавший сейчас в большинстве городов чемпионата, скажу, что, наверное, транспортная логистика и навигация хороша была все-таки преимущественно в Москве. Даже уже к северной столице у меня огромное количество вопросов, я уже не говорю про Самару, Саранск и другие города.

Ольга Арсланова: Продолжаем слушать наших зрителей, у нас Севастополь на связи, дозвонился Евгений. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Меня зовут Кузнецов Евгений Евгеньевич, я родом с Оренбургской области, а сейчас звоню вам из города Севастополя, живу здесь. И вот на ваш вопрос, рады вы, что Чемпионат по футболу был в России: рады – это мало сказать, я безумно рад, волнуюсь даже немножко. Я дожил до этого, я дожил до того, что наши ребята вышли в 1/4 финала. Хочу сказать большое спасибо и низкий поклон даже всем работягам, которые сделали все это, постарались для нас, для этого праздника, Путину – всем спасибо, огромное спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо и вам за то, что поделились своими чувствами в прямом эфире.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: И послушаем Пермь, у нас на связи Артур. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я бы хотел высказаться по поводу этого мероприятия. Конечно, большое спасибо тем людям, которые создавали и строили эти грандиозные спортивные объекты, это, конечно, будет великим стимулом для нового подрастающего поколения, которое будет суммироваться как физически, так и морально к спорту, к новым достижениям.

Ольга Арсланова: Спасибо большое.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо, кстати, за то, что вы нас подвели наконец-то к этой теме, к этому вектору. Буквально недавно стало известно, что одна из академий футболе в Самаре имени Коноплева, по-моему, если я ничего не путаю…

Николай Яременко: Она в Тольятти, Самарская область.

Ольга Арсланова: Да, где, по-моему, как бы оттуда Дзагоев и Зобнин вышли.

Николай Яременко: Да, оттуда много кто вышел.

Ольга Арсланова: Сейчас они устраивали даже сбор средств на обновление поля и покупку мячей, потому что школа, откуда выходят сильные футболисты, не имеет средств для существования, не имеет адекватного спонсора.

Николай Яременко: Это очень большой разговор, большая проблема.

Ольга Арсланова: Да. Вопрос о том, как нам сделать так, чтобы вот это чудо, когда мы вышли в 1/4, стало для нас обыденностью. Как сделать так, чтобы у нас не была одна из самых возрастных сборных, например? Где нам взять новых сильных футболистов? Давайте об этом поговорим.

Николай Яременко: Вопрос системы. Понимаете, когда мы говорим, что вот, смотрите, немцы… Хорошая шутка, Мутко 2 года назад когда подписывал с немецким футбольным союзом договор, сказал: «Очень скоро благодаря этим методикам мы будем играть лучше, чем немцы». Никто не воспринял эту впрямую, а уже через 2 года мы сыграли лучше, чем немцы.

Ольга Арсланова: Вот, да.

Николай Яременко: Но ведь понимаете, немцы сейчас провалились, первый раз за всю историю не вышли из групповой стадии. Но мы прекрасно понимаем, что они и через 4 года могут вполне себе сыграть чемпионский финал, и это как раз будет обыденностью. А вот для нас это будет чудом, если раз за разом мы будем в 1/4 или 1/2 пока что, к сожалению, в силу того, что система не работает. У нас есть куча придуманных лимитов на легионеров, есть куча коррупционной составляющей в детских и юношеских школах. Мы говорим: чудо, смотрите, сейчас дети пойдут в детские школы…

Ольга Арсланова: А куда они пойдут?

Николай Яременко: Вот, куда они пойдут? Где тренеры, обученные профессионалы, которые будут работать с мальчишками? Сейчас в ряде регионов тренеры получают 7-9-11 тысяч рублей в месяц зарплату. Простите, я как родитель, может быть, буду бояться отдать человеку, получающему 7 тысяч рублей зарплату, своего ребенка, – не потому, что я не доверяю, он делает большое дело, но я не понимаю, как можно за 7 тысяч рублей делать дело, которым ты живешь. Это, естественно, не в адрес тренеров претензия, а в адрес тех в первую очередь из государства. Государство почему-то сочло нужным остаться в сфере профессионального спорта, где государства близко не должно быть, и ушло из детского-юношеского спорта, где как раз его обязанность присутствовать. Вот у нас, к сожалению, здесь все с ног на голову поставлено.

Алексей Кыласов: Я даже добавлю. На самом деле все инвестиции, которые были сделаны несмотря на такие красивые привязки к тому, что это инвестиции в развитие футбола, на самом деле никаких инвестиций нет, это инвестиции были только в эти стадионы и все. Потому что инвестиции в развитие структуры детско-юношеского спорта не было сделано абсолютно никаких. Посмотрите бюджет Министерства спорта, и вам все станет ясно: не было вложено ни одной копейки в развитие футбола. Соответственно, как мы будем на той же самой базе, которая ухудшается, если ее не совершенствовать, воспитывать какое-то новое поколение и делать нашу сборную более молодой, более хорошей? Никак.

Ольга Арсланова: Я правильно понимаю, что сейчас стоит вопрос вообще о физическом наличии полей, школ, академий футбола в регионах?

Алексей Кыласов: Конечно. Мало того, сейчас еще обострение этой ситуации с то ли выходом государства из профессионального спорта, то ли его постепенным уходом. Возникает ситуация, когда… Вот из Перми звонил человек, «Амкар» вылетел, на 2 клуба меньше стало, один из которых чемпион России («Тосно»). И что происходит с их детско-юношескими школами, с фарм-клубами? Да ничего, они закрылись просто, и ничего, до сих пор я не слышу… Я специально мониторю ситуацию в Перми и в Ленинградской области, будут ли какие-то подвижки, что делают губернатор для этого, – да ничего они не делают, ровным счетом ничего.

Николай Яременко: Алексей, а проблема-то как раз в том, что надо в конце концов определиться, что такое спорт: спорт – это бизнес или спорт – это социальная кухня?

Алексей Кыласов: Профессиональный спорт – это бизнес.

Николай Яременко: Конечно.

Алексей Кыласов: А социальная составляющая, социальная страта – это как раз спорт детско-юношеской.

Николай Яременко: Потому что одной филейной частью нельзя сидеть, простите, на двух стульях сразу.

Алексей Кыласов: Нельзя, да.

Ольга Арсланова: Но смотрите, есть же несколько вариантов. Вы говорите про государство, можно под это привлечь частный капитал, инвестиции, пускай бизнес…

Юрий Коваленко: После чемпионата, теперь.

Николай Яременко: Вот смотрите, коллега упомянул про «Тосно» (только не чемпион страны, а обладатель Кубка страны).

Алексей Кыласов: Да, обладатель кубка, извините.

Николай Яременко: Ну посмотрите, это же команда, не имеющая ни своего стадиона, ни своего зрителя, ни своего болельщика, самое главное не имеет вот этой подпитки детско-юношеской футбольной академии и так далее.

Ольга Арсланова: Понятно.

Николай Яременко: Просто бизнесмен решил поиграться, напокупал футболистов, деньги кончились, бросил команду. И понимаете… Они куда-нибудь разойдутся по другим клубам. И увы, эта история, когда спорт является игрушкой в руках даже не олигархов, мини-олигархов, как в данном случае с «Тосно» было, и так далее… Мы не получим детского спорта…

Алексей Кыласов: А государство должно подхватывать эту инициативу. И кстати, в большинстве стран такие вещи реализованы, они называются (и у нас в стране) государственно-частное партнерство, то есть частная инициатива может и должна быть поддержана, если она социально-ориентирована. Вопрос, почему власти Ленинградской области никак не поддерживают эту инициативу. А в случае Перми вообще загадочная история. Ведь кто был тренером «Амкара»? Черчесов. Ну как, как это связано одно с другим? Вот оно, наследие, наследие не в каких-то мифических замках, которые остались народу и с которыми непонятно что делать, а вот оно, наследие, вот там работал Черчесов. Как реализовать его наследие в конкретном городе Перми, где есть его наработки, где были ученики, те, кто с ним работал? Да никак, закрылась эта школа.

Ольга Арсланова: Сейчас многие родители хотят записать детей в футбольные секции как раз на этой волне благодаря Чемпионату мира по футболу, который в России прошел. Наши корреспонденты собрали несколько историй о том, куда можно повести детей в их родных городах.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Ну вот есть спрос, может быть, и предложение появится?

Юрий Коваленко: Есть спрос. На нашей памяти, я так понимаю, следующего чемпионата мы, наверное, уже не увидим. Вот Катар, предположим, еще до поступления средств на строительство всех вот этих стадионов и всего остального первым делом вложил собственные деньги в развитие детского футбола, то есть они уже готовят смену, стадионов еще нет, они уже смену готовят. Неужели у нас это так дорого и так невозможно? Сколько это стоит вообще?

Алексей Кыласов: Вообще у нас считалось, что база есть, ее надо совершенствовать, развивать, а в отношении Катара, конечно, придется заново все строить, потому что, как мы говорили в самом начале…

Ольга Арсланова: У них совсем не в футболе…

Алексей Кыласов: …я упоминал индекс развития футбола FIFA, согласно этому индексу есть достаточно четкое представление, в каких странах футбол развивается, так же как у нас по стране есть индекс развития футбола РФС, где тоже мы знаем, в каких регионах развивается.

Ольга Арсланова: Но тут очень показателен как раз пример Исландии, которая никогда не была футбольной, тоже климат так себе, но вот результат.

Алексей Кыласов: Да. И есть разные пути, они уже оговорены, изучены, разные пути развития футбола: одно дело как в Исландии, другое дело как в Катаре, третье – как в Германии.

Николай Яременко: Но в Исландии вообще отдельная уникальная история: там ведь когда представители властей 20 лет назад посмотрели на негативные дела с уровнем юношеской преступности…

Ольга Арсланова: …наркоманией…

Николай Яременко: Да-да, там ведь что сделали? Они запустили вот эту программу, каждому банковскую карточку выдали начиная с 1 класса, но денег на ней нет и быть не может. За пятерки в школе, еще больше за спортивные достижения туда тебе капают баллы, и эти баллы ты можешь обменивать в любом спортивном магазине, спортивной атрибутики на все что угодно, связанное со спортом: кроссовки, экипировка, шахматная доска, мяч какой угодно, лыжи. Государство гарантирует, что эти деньги спортивному магазину вернутся. Оказалось, что тебе не нужны ни «Зарницы», ни рассказы про военно-историческое прошлое Исландии, если оно когда-нибудь там было, а достаточно 20 лет, чтобы все играли в это накапливание баллов. И закончилось тем, посмотрите, не только в футболе, в каком огромном количестве видов спорта Исландия рванула вперед. Почему не повторить, я не говорю, что это панацея, но в том числе не попробовать еще вот этот вариант?

Алексей Кыласов: Я могу подтвердить, потому что мне довелось встречаться даже с президентом Исландии, сидеть и общаться на эту тему. И когда я говорил об этноспорте, который я развиваю, с интересом выслушали, собственно говоря, тема тоже пошла, причем пошла очень быстро, в течение одного года. Я был поражен тому, как это действительно работает.

Николай Яременко: Страна маленькая, половина района Бутово московского вся Исландия.

Алексей Кыласов: В общем да, но все-таки это страна.

Ольга Арсланова: Да.

Еще успеем мы послушать Вадима из Московской области, здравствуйте. Очень мало времени, но давно человек ждет выхода в эфире. Здравствуйте. Вадим, не молчите, пожалуйста.

Юрий Коваленко: Вы в эфире.

Ольга Арсланова: Вадим, вы с нами? Тогда Ирину послушаем из Москвы.

Зритель: Алло.

Ольга Арсланова: Да, здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот я хотела бы тоже сказать, конечно, выразить свои положительные все эмоции по поводу проведения Чемпионата мира по футболу в России, насколько это было интересно, конечно. Сейчас, надеюсь, будет развиваться футбол, на детский футбол обратят внимание, это, конечно, тоже положительно. Но также я смотрю чемпионаты, даже кто не интересовался никогда футбол, он сейчас тоже заинтересуется. И сегодня мои друзья из Германии прислали мне как раз репортаж, который показывают по телевидению, я думаю, это и в других странах, насколько положительные эмоции получили все гости, которые приезжали в столицу. Многие здесь давно не были и не знали вообще даже о России, а вот действительно верили этим сказкам, что с медведями тут все гуляют.

Ольга Арсланова: Да-да.

Зритель: Это действительно так, потому что пропаганда по телевидению какая шла у них, мы знаем. Но сейчас люди убедились в этом, действительно они рассказали в своих странах, насколько это интересно, положительно…

Ольга Арсланова: Спасибо.

Зритель: И как приятно слышать было, они как раз интервьюировали болельщиков из разных стран, все настолько радостно высказывали все свои положительные эмоции.

Ольга Арсланова: Спасибо, Ирина.

Юрий Коваленко: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Ну что же, а мы проводили весь этот час опрос. Мы спрашивали наших зрителей, ради ли они, что у нас в России был Чемпионат мира по футболу, давайте посмотрим на результаты: рады оказались всего 18% наших зрителей, 82% этой радости не разделяют. В общем, есть о чем подумать.

Спасибо большое нашим гостям. У нас в студии были спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт» Николай Яременко…

Николай Яременко: Играйте в футбол, болейте за Россию!

Ольга Арсланова: Все-таки да. И президент Всемирного общества этноспорта Алексей Кыласов, или человек в белой футболке.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Алексей Кыласов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо вам большое.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Чем запомнится домашний чемпионат?
Список серий