• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Павел Салин: Новый Кабмин – это правительство не рывка, а консолидации ресурсов перед лицом давления Запада

Павел Салин: Новый Кабмин – это правительство не рывка, а консолидации ресурсов перед лицом давления Запада

Константин Чуриков: Итак, главная новость дня, по сути главная новость последнего времени, потому что долго все гадали – эксперты, люди, обыватели, кто следит вообще за политикой в нашей стране – каким же будет состав нового правительства. Так вот Владимир Путин сегодня подписал указы об этом самом составе правительства, которое возглавляет премьер Дмитрий Медведев. В кабинете министров 10 вице-премьеров и 22 министерства.


Оксана Галькевич: Первым вице-премьером стал Антон Силуанов, он сохранил и должность министра финансов, которую занимает с сентября 2011 года. Вице-премьерами остались Дмитрий Козак и Виталий Мутко, но вместо Крыма и спорта они теперь будут курировать вопросы промышленности и строительства соответственно. Далее переназначение на должность зампреда правительства также получили Ольга Голодец и Юрий Трутнев:, вместо социальной сферы Голодец займется вопросами спорта и культуры, Трутнев остался полномочным представителем президента в Дальневосточном федеральном округе.


Константин Чуриков: Ну а теперь о новичках. На почту вице-премьера бывший руководитель Счетной палаты Татьяна Голикова будет курировать здравоохранение и пенсионную реформу. Алексей Гордеев вместо должности полпреда президента в Центральном федеральном округе получил пост вице-премьера по вопросам сельского хозяйства, этой отраслью он занимался в качестве министра в нулевых годах. Юрий Борисов будет отвечать за оборонно-промышленный комплекс, до этого он следил за этой сферой в качестве заместителя министра обороны. Максим Акимов, который работал в аппарате правительства, стал вице-премьером по вопросам цифровизации экономики и связи. А Константин Чуйченко будет руководить аппаратом правительства, до этого назначения он возглавлял контрольное управление Кремля.

Оксана Галькевич: 11 министров свои кабинеты сохранили, в их числе: Сергей Лавров продолжит руководить Министерством иностранных дел, на этом месте он уже 14 лет, и также Сергей Шойгу, который по-прежнему отвечает за оборону. Оба – самые популярные министры, судя по данным социологических опросов. МВД по-прежнему подчиняется Владимиру Колокольцеву, Министерство юстиций – Александру Коновалову. Не меняет своего кабинета также Владимир Мединский, он остается главой Минкульта. И Вероника Скворцова продолжит курировать здравоохранение. За экономическое развитие страны отвечает также Максим Орешкин, за промышленность и торговлю Денис Мантуров. Минтруд по-прежнему возглавляет Максим Топилин. Энергетика остается у Александра Новака, а Павел Колобков будет также возглавлять Министерство спорта.


Константин Чуриков: А вот сейчас самое интересное – имена новых федеральных министров, их 10. За транспорт будет отвечать в качестве главы Минтранса Евгений Дитрих, ранее он был первым замом главы ведомства. Сельским хозяйством теперь займется Дмитрий Патрушев, сын секретаря Совета Безопасности Николая Патрушева. Минприроды будет курировать бывший губернатор Ямало-Ненецкого округа Дмитрий Кобылкин. Новое Министерство цифрового развития возглавил Константин Носков; министром строительства и ЖКХ стал уже бывший губернатор Тюменской области Владимир Якушев.


Оксана Галькевич: Вместо одного министра образования у нас теперь появилось два: Ольга Васильева отвечает за просвещение, а Михаил Котюков – за науку. Губернатор Амурской области Александр Козлов занял пост министра по развитию Дальнего Востока. Северный Кавказ будет курировать Сергей Чеботарев. МЧС перешло к Евгению Зиничеву, заместителю директора ФСБ.


Владимир Путин: Мы с вами в предварительном порядке обсуждали практически все представленные вами кандидатуры, сегодня с утра еще по некоторым дискутировали. Все люди известные, с хорошим опытом работы, хорошо зарекомендовавшие себя на прежних участках работы. Я согласен. Нужно будет оперативно решить вопросы, я вас прошу к этому тоже подключиться, по замене тех наших коллег, которые покидают свои прежние места работы. 


Дмитрий Медведев: Хорошо, обязательно все сделаем и в ближайшее время представим всех новых министров коллективам их министерств.


Константин Чуриков: Ну и вот только что мы вам представили список той самой новой команды, которая будет реализовывать довольно такие амбициозные планы, достигать эту высокую планку по разным сферам, которую задал президент. Справятся? Как справятся? И вообще как комментируют политологи вот эти перестановки и вот эти как раз новые назначения? Сейчас узнаем у нашего эксперта в студии – это Павел Салин, директор Центра политологических исследований Финансового университета. Павел Борисович, здравствуйте.


Оксана Галькевич: Здравствуйте, Павел Борисович.


Павел Салин: Здравствуйте.


Константин Чуриков: Уважаемые зрители, присоединяйтесь, тоже ждем ваших комментариев. 
Ну что скажете? Вот этот состав, это обновление кажется ли вам существенным? Вообще какие персональные комментарии по новоназначенным вы можете дать?


Павел Салин: Нет, это не обновление, это техническая корректировка. Там изначально существовали ожидания, что курс правительства останется прежним, потому что курс правительства определяется финансово-экономическим блоком. Президент был доволен работой финансово-экономического блока, анонсирование и сегодня подтвержденное назначение вице-премьеров эту точку зрения подтвердили. Но все-таки ожидались большие изменения на персональном уровне. Мы видим, что даже на персональном уровне – на министерском уровне персональном – по ключевым направлениям изменений практически никаких не произошло, а те изменения, которые произошли, обусловлены даже не корректировкой курса почти всегда, за парой-тройкой исключений, а какими-то аппаратными моментами: кто-то с кем-то не сработался или у кого-то из новых назначенцев покровитель оказался круче, чем у прежнего.


Оксана Галькевич: Павел Борисович, но тем не менее говорил, что в принципе не будет никаких неожиданностей, а здесь они все-таки есть в этом списке. 


Павел Салин: Вы спрашиваете или утверждаете?


Константин Чуриков: Мы спрашиваем.


Павел Салин: Для меня неожиданность – это то, что господин Мединский сохранил свой пост, потому что это все-таки такой… Пальму первенства у такого аллергена, как господин Зурабов в свое время был, то социальный блок у нас был аллергеном, нынешние министры социальные не стали аллергеном, просто незаметные технократы, а господин Мединский в скандалах засветился, но сумел мобилизовать поддержку, продемонстрировал лояльность силовым корпорациям и поэтому сохранил свой пост. Мы видим, что власть на публичные скандалы, видимо, стала обращать меньше внимания. 
Ну а все, что остальное было, в принципе логически встраивается… Вот у нас, допустим, была в системе сельского хозяйства сдержка: господин Ткачев, уже бывший министр, представлял интересы южных агрохолдингов, лоббировал их интересы, необходима была система сдержек, чтобы его сдерживали, не слишком много денег, грубо говоря. Господин Патрушев на посту…


Константин Чуриков: Дмитрий Патрушев.


Павел Салин: Да, Дмитрий Патрушев, младший, на посту главы "Россельхозбанка" сдерживал это, у них постоянно были конфликты. А сейчас вице-премьер господин Гордеев, который, скажем, имеет связи с агрохолдингами Центральной России, а господин Патрушев тот же, только не с "Россельхозбанка", а министр, то есть такая система сдержек. Это техническая аппаратная корректировка, не смена курса.


Оксана Галькевич: А Зиничев, простите?


Павел Салин: А вот что касается господина Зиничева, здесь было любопытно, потому что он, что называется, долго себя искал в новой должности, это когорта выходцев из окружения президента силового, выходец из службы безопасности. На посту губернатора Калининградской области, наверное, не совсем ему сильно понравилось, он недолго там провел, публичность, разруливание конфликтов – это немножко другое. Когда пришел в силовую структуру, в ФСБ, ожидали, что он пойдет потом на повышение, сменит господина Бортникова – не получилось в силу каких-то причин. Получил в распоряжение, пошел на повышение в самостоятельное ведомство, полусиловое, но большой вопрос: это же должность отчасти публичная, и даже господин Пучков был вынужден быть публичным, господин Шойгу в своей стихии был, господин Пучков не совсем, он был вынужден быть публичным. Насколько господин Зиничев справится с публичной составляющей этой должности… У нас, к сожалению, мы видим, что эти чрезвычайные ситуации постоянно.


Константин Чуриков: Вернемся на шаг назад к предыдущей фамилии, которую обсуждали. Краснодарский край прислал SMS, зритель спрашивает, доктор экономических наук, напрямую с сельским хозяйством, насколько я понимаю, связан не был?


Павел Салин: Нет, ну "Россельхозбанк" в общем-то занимался сельским хозяйством, он занимался финансовой поддержкой и финансировал вот эту экспансию агрохолдингов. То есть господин Патрушев знаком с финансовой стороной функционирования сельского хозяйства. Что касается отраслевой стороны, производственной стороны, думаю, что здесь логично будет, чтобы его укрепили каким-то сельскохозяйственным замом. То есть у нас такая система: у нас финансисты сейчас в приоритете, они будут контролировать расходы, начиная от господина Силуанова, вице-премьер, заканчивая госпожой Голиковой, которая финансист в социальной сфере и все прочее, а Патрушев финансист в сфере сельского хозяйства, но чтобы знали производственную сферу, здесь нужен какой-то профильный первый зам. 
Константин Чуриков: Потому что у нас масса проблем на самом деле наряду с успехами в сельском хозяйстве…


Павел Салин: Да, есть масса проблем в сельском хозяйстве. Нужен производственник в качестве зама.


Константин Чуриков: Семена те же самые, которых отечественных нет, молочное производство и так далее, целый ворох проблем. 
Еще вопрос уже из Омской области: почему убрали, как вы думаете, Пучкова из МЧС и Никифорова (глава Минкомсвязи)?


Павел Салин: Что касается господина Пучкова, здесь, наверное, сказалось то, что, во-первых, против него постоянно атаки шли плюс нужен все-таки было господину Зиничеву дать возможность самореализоваться. А что касается Никифорова, насколько я знаю, к нему претензий не было, но новый вице-премьер господин Акимов, когда он пришел, он как вице-премьер с аппаратной точки зрения, у него там 10-15 человек в аппарате, а у него идея провести реально цифровизацию экономики. С таким аппаратом, когда ты отвечаешь еще за другие отрасли, с этим справиться в принципе невозможно, чисто техническое ограничение. Нужно министерство, которое этим будет заниматься, в котором десятки, сотни людей будут на эту задачу работать, а если они на эту задачу будут работать, это должен быть твой человек. И господин Акимов, видимо, сработался с господином Носковым, когда еще в аппарате правительства, он был зам аппарата правительства, Носков возглавлял аналитический центр. И вот поставил условие, чтобы министр был его. Поскольку у нас теперь министерство не столько связи, как оно было, а Министерство цифровой экономики, цифровизации.


Оксана Галькевич: Цифрового развития.


Павел Салин: Цифрового развития, правильно, тогда еще не было лучшего названия.


Оксана Галькевич: А новая структура, даже это не структура, а новая организация вопросов образования: просвещение – то, что школой занимается, наука – это высшая школа и, соответственно, Российская академия наук. Понятно, госпожа Васильева нам уже знакома, а вот Министерство науки?


Павел Салин: Министерство науки. Разделение здесь, на мой взгляд, оправдано и по причине с точки зрения управления, с точки зрения аппаратной. С точки зрения управления все-таки две большие отрасли – то, что называется просвещением, средним образованием, и высшее образование и наука. Господин Ливанов тогда тяготел, прежний министр, к высшему образованию, госпожа Васильева все-таки тяготела ближе к школам, разделили. Плюс еще необходимо было, будут думать, что они в школе воспитывают патриотов, потом из этих школ патриоты будут приходить в ВУЗы… 


Константин Чуриков: …становятся либералами. 


Павел Салин: Приходят в ВУЗы и становятся либералами.


Константин Чуриков: Всегда было наоборот: сначала ты либерал, пока молодой, потом ты становишься уже консерватором. 


Павел Салин: Ну не всегда, не всегда. Это я так шучу, конечно, утрирую, но то есть фактически разделили, с аппаратной точки зрения соблюли баланс интересов, и с точки зрения того, что действительно две разных отрасли, которые связаны друг с другом, но это две разных отрасли. Ну а что касается нового министра, то его хорошо знает академическая общественность, он же ФАНО возглавлял, а теперь будет заниматься и наукой академической, которую влили, а наукой вузовской, и высшим образованием. Он достаточно жесткий финансист, администратор, ученые академические его сильно не любили, я сколько с ними ни общался, только негативные характеристики.


Оксана Галькевич: Вот, в связи с этим человек все-таки поставлен именно на Министерство науки…


Павел Салин: Вопрос, какого мандата, потому что прежний мандат какой был? – мы развиваем науку вузовскую, а наука академическая, рановская должна свои аппетиты поумерить, сейчас не Советский Союз: либо встраивайтесь в рыночную экономика, либо… А сейчас он будет отвечать и за… У него задача как у главы ФАНО была чисто баланс подвести, бабки, что называется…, а сейчас он будет и за вузовскую науку отвечать, и за академическую, а еще за высшее образование. И здесь, я думаю, мандат у него должен быть какой-то не совсем новый, но трансформировавшийся, потому что когда он только за РАН отвечал фактически, задача была установить контроль над имуществом, тот контроль, который академики имели в период Советского Союза и через 20 лет после Советского Союза. Сейчас задача немножко другая будет.
Константин Чуриков: Как и ожидалось, нам по поводу этой темы активно звонят зрители. Наталья из Ростовской области выходит в эфир. Добрый вечер, Наталья, что хотите сказать по поводу нового состава?


Оксана Галькевич: Добрый вечер.


Зритель: Здравствуйте. Я вообще-то в шоке от всего этого состава, потому что одних и тех же мы людей знаем, одних и тех же сейчас видим. Ведь они привели, правительство и министры, нас к такой нищете! И сейчас глядя на этот состав, понимаю, что ничего лучшего ждать уже нечего. Те же самые люди, те же самые идеи, те же самые программы. То есть у нас завтрашнего дня вообще нет, или будем жить еще хуже, потому что опять все подорожает за этот год, та же коммуналка, тот же бензин, та же электроэнергия. То есть будет сплошная нищета. Мне к пенсии добавили 2%, а все подорожает на 15%. А уж если прибавить промтовары, дорогу, все остальное, здесь вообще. Я считаю, что это надо не в ладоши хлопать, что развалили образование, медицину и все, и тех же министров оставили.


Константин Чуриков: Наталья, но вам хоть кто-то в обновленном правительстве, хоть кто-то вам мил, или все не милы? Хоть кто-то вам нравится как министр?


Зритель: Вы знаете, а кто там милее, кто там лучший? Дело в том, что ничего не работает. У нас даже программа капитального ремонта не работает. Наш город Волгодонск кинули на лифты, наши лифты через 25 лет собираются менять, хотя их надо было 5 лет назад поменять. Пишем в правительство – одни отписки, понимаете?


Константин Чуриков: Но у нас теперь, смотрите, два куратора отрасли: первый – это министр строительства и ЖКХ, бывший губернатор Тюменской области Владимир Якушев, а второй – это вице-премьер по строительству Виталий Леонтьевич Мутко. Спасибо за ваш звонок, Наталья.


Оксана Галькевич: Спасибо.


Константин Чуриков: Принимаем звонки и далее.
Павел Борисович, давайте все-таки прокомментируем этот звонок.


Павел Салин: Да, звонок очень симптоматичный, он отражает те настроения, которые среди населения существуют. То есть запрос на обновление, есть масштабный запрос на обновление, и обновление в социально-экономической сфере, на то, чтобы люди жили лучше. Вот зритель сказала, что люди в правительстве те же самые, мы лучше жить не будем, а может быть, будем жить хуже. 
Большой вопрос, как новое правительство и Владимир Путин, который дал мандат этому правительству, будут оправдывать эти общественные ожидания, ожидания относительно того, что жизнь наша будет улучшаться. С одной стороны, понятно, если почитать вот этот пресловутый майский указ, который у меня вызывает отчасти некоторые вопросы, там есть критерии, в том числе и социальные. То есть госпожа Голикова на посту вице-премьера должна как раз эти ожидания оправдывать, то есть у нее задача такая сложная, двуединая: с одной стороны, реализовывать социальные программы (вроде там предусмотрено повышение социальных расходов), с другой стороны, жестко администрировать, наверное, не резать эти социальные расходы, как сейчас некоторые комментаторы утверждают, а смотреть, чтобы деньги не утекали сквозь пальцы, как у нас было на нацпроект – если есть нацпроект, денежку дадим, все, эффективность расходования не особо контролируем, потому что это нацпроект, это святое. Это и стройки века, и прочее. Я думаю, что задача у госпожи Голиковой – это контролировать жестко расходы, чтобы под предлогом того, что это святое, денежки на сторону не уходили.


Оксана Галькевич: Ну тем более с ее опытом работы в Счетной палате…


Павел Салин: В Счетной палате и в социальной сфере до этого, да. У нее опыт работы есть, и я думаю, что мандат у нее не совсем такой, который был в прошлом правительстве, раньше.


Константин Чуриков: Больший.


Павел Салин: Несколько измененный: расходы социальные будут расти, но те, кто хочет на этих расходах (я имею в виду из тех, кто привык "осваивать" бюджетные средства), должны понять, что сейчас будут спрашивать жестко.


Оксана Галькевич: Дело в том, что по поводу социальных ожиданий и оценок работы правительства ВЦИОМ проводил несколько социологических опросов, мы сейчас можем показать. Вот когда речь шла о том, как вы оцениваете работу предыдущего правительства, положительные, хорошие оценки поставили 54% россиян, в общем, не большинство, но большая часть.


Константин Чуриков: Довольных много.


Оксана Галькевич: Да, довольно много, отрицательно 38%, остальные затруднились ответить. Вот еще был опрос по поводу прогнозов, как вы считаете, насколько эффективно будет новое правительство.


Константин Чуриков: Это ВЦИОМ, напомним.


Оксана Галькевич: Да, и тут уже, надо сказать, оптимизма у россиян поубавилось: 37% сказали, что скорее лучше, 3% совсем были пессимистичны, говорили, что скорее хуже. Вот такие вот тоже довольно наглядные результаты.


Константин Чуриков: А варианта "зависит от нефти" не было?


Оксана Галькевич: Не было, Костя.


Павел Салин: А люди не понимают. Это чиновники, власть сейчас понимают, уровень оптимизма во власти вырос в последние 2 месяца как раз из-за цен на нефть, гораздо более оптимистично смотрят сейчас в будущее в свете американских санкций, нынешних и даже будущих. Но зрительница очень правильно сказала, что как раз образ будущего не смогли сформировать даже в ходе президентской кампании, правительство не смогло сейчас этого подтвердить. Будущее у людей непонятно.


Константин Чуриков: Кстати, очень важно. Помните, тоже были заявления о том, что вот мы сейчас формируем какую-то концепцию нашей дальнейшей жизни, "Россия, устремленная в будущее", какое оно, вот мы сейчас подумываем, выработаем это видение, а потом на это видение будем уже наслаивать какие-то там программы, нацпроекты. 


Павел Салин: Да.


Константин Чуриков: А почему не удалось его выработать? Это все так сложно?


Павел Салин: У меня такое ощущение, что все-таки есть определенная исчерпанность со стороны власти психологическая. Когда ты занимаешься одним и тем же 15-18 лет, как многие наши политики, просто есть определенная замыленность, психологически это, понимаете, трудно людям. Любой наш зритель старше 40 лет, который на одном месте работы просидел лет 20, и люди, которым 60, за 60, прекрасно понимают психологию. Ну невозможно поменяться достаточно резко, это чисто психологически. 
А если, уж извините, фактически во время выборов подтвердили граждане, что им нравится – извините, на выборах какой-то результат, граждане подтвердили, что их в принципе все устраивает, они, может быть, не двумя руками "за", но их все устраивает, они пришли и проголосовали. И смысл что-то серьезно, кардинально менять, как, извините, в свое время меняли в 1980-е гг. коммунисты, когда они хотели лучше, а все развалилось. И люди, которые нами правят, нынешняя элита это сами, своими глазами видели, они были в активном возрасте, им было 30-40 лет, они видели, как хотели сделать лучше, стали что-то пытаться изменить, а в итоге все развалилось. Зачем тогда менять? В итоге такие технические какие-то изменения, какие-то документы, которые что-то декларируют, но чего-то можно достичь, а что-то есть чистой воды декларация.


Оксана Галькевич: То есть исключительно "не ломается – не чинится"?


Павел Салин: Нет, ломать ничего не будут. Рывок, о котором говорят, на самом деле не планируется, это правительство консолидации ресурсов перед лицом давления Запада. Нам нужны ресурсы, для того чтобы выстоять перед лицом внешнего давления. Нужно реально бороться с коррупцией, для того чтобы денег было больше в бюджете, чтобы иметь эти ресурсы для противостояния и прочее, но это не правительство рывка, рывка не будет. Рывок – это, условно говоря, как Советский Союз в 1941-1945-х гг. выстоял, он вроде не двигался вперед, но доходы населения росли, все прочее, но вот сконсолидировался и выстоял. Вот такое, мне кажется, понимание рывка есть у власти.


Оксана Галькевич: Постойте, но посыл, который общество получило, сигнал буквально незадолго до назначения нового правительства, как раз выступал президент, говорил, что у нас нет больше времени, мы не можем ждать…


Павел Салин: Да, правильно.


Оксана Галькевич: …мы перед вызовами...


Павел Салин: …иначе нас сомнут.


Оксана Галькевич: …иначе нас сомнут. Как же так?


Павел Салин: Совершенно верно.


Оксана Галькевич: А вы говорите, что правительство не под эти задачи.


Павел Салин: А вот здесь есть определенный раскардаш. У населения в ходе президентской кампании были… Мы об этом говорили в этой студии, по-моему, я как минимум дважды говорил в ходе президентской кампании и сразу после президентской кампании. Власть сейчас оказалась в ловушке ожиданий, вот в этих ножницах: сформированы серьезные ожидания относительно движения вперед, а своими действиями власть показывает, что она удовлетворена в целом сохранением статус-кво. Если где-то что-то будут делать, улучшать, то точечно: цифровая экономика, социальные программы, денежек дадут чуть больше, и прочее. Кардинальных изменений чего-то не планируется. И вот эти ножницы сейчас нарисовались, и посмотрим, что в ближайшие год-два будет с общественным мнением, как оно их будет воспринимать. Пока люди в недоумении; они не то чтобы недовольны, они вот думают, что это и как это будет. И пока скорее такой умеренный пессимизм преобладает.


Константин Чуриков: Но кстати, ведь еще не факт, что правительство на все следующие 6 лет.


Павел Салин: А я говорю не про 6 лет, я говорю про ближайшие 2 года, потому что 2-3 года у этого правительства есть, если ничего не произойдет.


Оксана Галькевич: А почему 2-3 года? Почему такую перспективу?


Павел Салин: А в 2021 году у нас Думские выборы, там, извините… А правительство будет проводить, уже известно, пенсионную реформу, может быть, не только пенсионную реформу, это непопулярно. Поэтому у правительства есть карт-бланш на 2-3 года, а дальше будут смотреть. И это не то чтобы прямо сейчас точно в 2021 году в отставку правительство, но вот если у предыдущего правительства реально карт-бланш был лет на 6, если ничего не произойдет серьезного, и оно досидело, хотя там были атаки и все прочее, то это… Сейчас планы, я так понимаю, на 2-3 года реализовать реформы, а дальше будем смотреть, будет рейтинг у правительства более-менее, еще давайте.


Константин Чуриков: Такой срочный трудовой договор.


Павел Салин: А не будет – извините, их виноватыми назначаем и в отставку.  


Константин Чуриков: Давайте послушаем Людмилу из Москвы. Людмила, здравствуйте, хотим ваше мнение узнать.


Оксана Галькевич: Здравствуйте.


Зритель: Добрый вечер. 


Константин Чуриков: Да, говорите, пожалуйста.


Зритель: Да, спасибо. Я хотела уточнить. Вот был министр сельского хозяйства у нас до этого, а сейчас поставили Патрушева. Какое отношение имеет этот господин к сельскому хозяйству? Только то, что он был руководителем "Россельхозбанка", который был на дотации у государства? Это первое. И второе: здравоохранение – у нас поликлиники в Москве работают не на высоте, много огрехов. Почему бы тоже не пересмотреть вопрос? На каком основании оставляют министров у власти? Спасибо.


Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Людмила. Что касается первого пункта про Дмитрия Патрушева, уже Павел Борисович ответил, но вкратце еще раз.


Павел Салин: Да, он сидел на распределении финансовых потоков. Сейчас основная задача новых министров, вице-премьеров жестко контролировать расходование средств. Патрушев сидел на распределении финансовых потоков, он и будет сидеть уже в качестве министра.


Константин Чуриков: Кто у финансов, тот в новом правительств, грубо говоря, победил, тот и сильнее.


Павел Салин: Тот и победил, да. Что касается здравоохранения, недовольны, да, такая традиционная сфера. Новые министры в отличие от некоторых прежних министров, от Зурабова, как уже говорилось, не стали аллергенами. То есть если смотреть их рейтинги, антирейтинги, они не так зашкаливают, как у Зурабова. И если они такие технократы, если есть ожидания, что они встроятся в новую повестку дня, которую будет вице-премьер Голикова реализовывать, ну зачем их убирать?


Оксана Галькевич: Павел Борисов, если коротко, по персоналиям, которые не вошли, которые ушли из правительства, с постов вице-премьеров.


Константин Чуриков: Давай хором эту фамилию произнесем.


Оксана Галькевич: Рогозин, Никифоров, Дворкович…


Константин Чуриков: Рогозин, да.


Оксана Галькевич: Мы привыкли, что люди не пропадают, но так или иначе какие перспективы?


Павел Салин: Что касается господина Никифорова, это технократ, к которому не было претензий, просто изменилась конфигурация, нужно было поставить своего человека. Он не пропадет, им довольны. Что касается господина Рогозина, я думаю, что его ждет штрафбат, к нему претензии накопились на посту вице-премьера. Если, условно говоря, назначат на "Роскосмос", пусть, как говорится, искупает вину кровью: те ошибки, которые он допустил как вице-премьер…


Оксана Галькевич: И чтобы не падали.


Павел Салин: Да, чтобы не падали.


Константин Чуриков: Главное, пусть больше собаку не купает в воде.


Павел Салин: Ну там у каждого свое, там претензии в отрасли к нему большие. Пусть искупает как управленец. Говорили, что не давали им вице-премьера, не получалось – вот, пожалуйста, конкретная госкорпорация, возглавляй. И что касается господина Дворковича, там сложнее, там из-под, скажем… Есть желание связку определенных групп, связку между премьер-министром и бизнесом разорвать, которую господин Дворкович олицетворял, поэтому посмотрим. У него точно будет новый вариант трудоустройства, будет это "Сколково", как кто-то говорит, или что-то другое, от этого будет зависеть, насколько ресурснообеспеченным будет себя чувствовать новый премьер.


Оксана Галькевич: Ну, может быть, еще Шувалов.


Павел Салин: Ну господин Шувалов… У меня складывается такое впечатление, что он сам особо не рвался оставаться в правительстве, потому что когда ты очень богатый человек и уже достиг, период расцвета прошел, может быть, иметь смысл пожить в свое удовольствие. Самое главное чтобы отпустили без претензий, наверное, его отпустили без претензий.


Константин Чуриков: Чтобы дали спокойно дальше отдыхать.


Павел Салин: Да, чтобы у правоохранителей вопросов не возникло, откуда денежки. Вот если не возникнут, я думаю, что для господина Шувалова это идеальный вариант, он даже за пост первого вице-премьера особо не держался. 


Оксана Галькевич: Ну что же, спасибо. В студии программы "Отражение" был сегодня Павел Салин, директор Центра политологических исследований Финансового университета.


Константин Чуриков: Через пару минут программа "Отражение" продолжится.


Оксана Галькевич: Спасибо.
 

Список серий