• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Игорь Моржаретто и Константин Крохин: Реально ли избежать транспортного коллапса в дни снегопада?

Игорь Моржаретто и Константин Крохин: Реально ли избежать транспортного коллапса в дни снегопада?

Оксана Галькевич: Наконец-то, уважаемые друзья, наконец-то в Москве зима вот как в детстве! Значит, нашим детям с тобой, Костя – твоим и моим детям – будет что вспомнить…

Константин Чуриков: Разным детям.

Оксана Галькевич: …спустя много лет, а именно снег на детской площадке, вот эти вот сугробы, которые даже не по колено, а выше детского роста. Ну здорово же!

Константин Чуриков: Вот это отсутствие коммунальной техники, заваленные дворы…

Оксана Галькевич: Это родителям уже будет что вспомнить, Костя.

Константин Чуриков: Это же такая экзотика. Лопаты в руки взяли москвичи и давай откапывать машины.

Оксана Галькевич: Соседа толкали, который во всем этом погряз и не мог никак прокатиться никуда. Но автомобилисты еще запомнят это как время без "крокодилов" в Москве по крайней мере…

Константин Чуриков: Без этих зеленых.

Оксана Галькевич: "Крокодилами" в Москве называют эвакуаторы, потому что они зеленого цвета – им ведь тоже ни пройти ни проехать к жертве, не подобраться.

Константин Чуриков: Ну да, "крокодилов", этих "хыщников" нет, но штрафы-то остались и за парковку, с которой, кстати, не выехать, и за поворот не из той полосы. Вот сейчас об этом будем говорить. Но прежде чем, давайте все-таки полюбуемся, посмотрим: 1.5 года назад, друзья, в Москве прошел парад коммунальной техники, ради торжественного мероприятия даже перекрыли Садовое кольцо, колонна растянулась на 2 километра. В ней были поливальные и уборочные машины, вакуумные пылесосы, эвакуаторы и многое другое, почти 700 единиц техники.

Оксана Галькевич: Но, похоже, даже такого автопарка не хватило, чтобы в нужный момент расчистить Москву от всего этого снега. Вот так выглядели московские улицы в эти выходные – вот, видите, наши улицы, наши дворы. Синоптики сейчас говорят о том, что вообще рекордный объем осадков выпал на днях в Центральной России за последние 2-3 дня и говорят, что дальше только больше, проще не будет.

Константин Чуриков: В большинстве регионов Центрального федерального округа из-за обильного снегопада дорожные службы, спасатели, энергетики третьи сутки работают в режиме повышенной готовности. В ряде городов школьникам – как, например, в Москве, мы уже об этом рассказывали – разрешили остаться дома. Всех новостей по этому поводу, конечно же, не перечислить, давайте приступать уже к обсуждению темы. У нас в студии Игорь Моржаретто, партнер аналитического агентства "АВТОСТАТ". Здравствуйте, Игорь.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Игорь Моржаретто: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, вы расскажите, у вас там, где вы живете, снег чистят? Вообще есть какие-то проблемы с тем, как проехать, припарковаться, или нет, может быть, у вас бесподобно работают коммунальные службы?

Игорь, вот вам не кажется, что нас так старательно пугают тем, что сторожили не припомнят, снегопад рекордный именно для того, чтобы снять с себя всякую ответственность и просто не чистить улицы?

Игорь Моржаретто: Вообще по моим наблюдениям, действительно такого снегопада не помнят здешние места. Действительно снега очень много, я могу судить, я вчера в Подмосковье был, позавчера и сегодня в городе, снега очень много, это правда, но элемент такой запугивания тоже есть, чтобы людей мягко подтолкнуть к тому, что не надо ездить в такую погоду. Ездить, конечно, в такую погоду очень тяжело, желаю всем автомобилистам (сам автомобилист со стажем) по возможности придумать какие-то обходные маневры: это касается автомобилистов и Москвы, и области, Центральной России. Если только крайняя необходимость заставит вас ехать, а так, конечно, никакого удовольствия, скорость движения в Москве минимальная. И я сужу по количеству аварий, в принципе в такую погоду сильно возрастает число аварий, такой "день жестянщика" наступает, но как правило, все эти аварии мелкие и касаются только железа: за весь прошлый день было всего-то десяток примерно в Москве серьезных аварий, где пострадали люди, потому что скорости минимальные. Я вчера ехал по Третьему кольцу 5-7 километров в час, 10 в лучшем случае.

Оксана Галькевич: Ну по такой дороге-то не погоняешь.

Игорь Моржаретто: Вы знаете, находятся желающие погонять, но их лучше всего было бы отправить к психиатру на осмотр, потому что действительно…

Оксана Галькевич: Игорь, скажите, может быть, мы просто избалованы? Помните, ведь в свое время наступала зима, и автомобилисты тут же делились на зимних и "подснежников": кто-то всю зиму стоял и ждал, пока снег сойдет, и только потом выезжал из гаражей или дворов, а те, кто…

Игорь Моржаретто: Вы еще вспомните, когда гаражи были, сейчас и гаражей-то нет.

Оксана Галькевич: Ну во дворе можно поставить, как-то все-таки парковочных мест пока нас еще не лишили, не сделали платными. Может быть, правда избалованы? Ну зима, ну климат у нас такой, что же с ней бороться прямо до асфальта?

Игорь Моржаретто: Ну, знаете, нужды до асфальта бороться, конечно, нет, а вот прочищать… Потому что опыт Финляндии говорит, вот они не чистят асфальт, у них только федеральные дороги чистят, а все остальные просто утрамбовывают, это тоже вариант. Ну а мы, конечно, да. Но знаете, мы еще неофиты все, вот наше с вами поколение людей первое, которое может себе позволить пойти и купить автомобиль, если есть деньги, конечно. Наши родители такого себе позволить не могли, стояли…

Оксана Галькевич: Были какие-то очереди, записывались.

Игорь Моржаретто: Стояли в очередях, записывались, я не знаю. А сейчас мы получили возможность купить автомобиль, и знаете, вот я понимаю, что мой автомобиль – это моя крепость, я вот сижу, мне так удобно, я там повесил какую-то игрушечку, музычку свою поставил, мне тепло, даже если 3 километра в час, но я же в своем автомобиле, мне хорошо.

Оксана Галькевич: Как же я в метро-то пересяду, да?

Игорь Моржаретто: И очень многие не могут отказаться именно потому, что это первый автомобиль в жизни, это так удобно, так приятно, это комфорт, ощущение свободы (куда хочу, туда и поеду). Конечно, никуда я не поеду…

Константин Чуриков: То есть я вас правильно понимаю: вопросов к московским властям в этой связи у нас нет?

Игорь Моржаретто: Вы знаете, есть, конечно, вопросы, но я при этом понимаю, насколько чудовищная нагрузка свалилась в эти дни на коммунальные службы – вплоть до того, что я сегодня читал сообщения, пришлось привлекать армию, работает техника уже и Министерства обороны на дорогах, и вижу, как заваливает подходы к подъезду, заваливает улицы снегом, а он все не прекращается. Так в Новый год ждали-ждали и дождались.

Константин Чуриков: Слушайте, ну когда нам в Москве, в крупнейшем регионе страны по объему экономики, рассказывают о том, что коммунальной техники не хватает, нам, наверное, как-то должно становиться от этого странно или нет? Потому что у нас есть, смотрите, всякие расходы на праздничное оформление города, фестивали варенья…

Оксана Галькевич: Ярмарки, праздники.

Константин Чуриков: Ярмарки, праздники, огни, салюты и прочее. А здесь в Москве не хватает коммунальной техники? Такое может быть?

Игорь Моржаретто: Вы знаете, я так понимаю, что все-таки коммунальная техника закупается из некоей среднестатистической зимы. В Москве, условно говоря, 15 тысяч единиц (я не знаю, но примерно такое), и обычно этого хватает. Тут я читал сегодняшнее сообщение, что чтобы даже разгрести то, что нападало, потребуется несколько дней, а говорят, что у нас достаточно много снегоплавильных центров, там стоят очереди из грузовиков, которые вынуждены ждать, пока примут, потому что не справляются, так много снега. Я вам могу сказать честно в поддержку московского правительства, работа которого мне тоже не всегда нравится, что я однажды попал в Нью-Йорк, когда там пошел снег гораздо слабее нашего, и там город умер, просто умер. Они там, оказалось, рассчитывают на среднестатистическую тепленькую зиму, у них техники в принципе нет, и все. Здесь все-таки техника… Вот я ехал сегодня по городу, техника работает, ее много, хотя, конечно, хотелось бы, чтобы лучше, я выхожу с утра из поезда и…

Константин Чуриков: А вот во дворе что, правильно? Потому что мы видим в Басманном районе, как этот маленький снегоуборщик проехал по саду имени Баумана, быстренько – один, всего один дорожки расчистил – во дворах по соседству горы сугробов и так далее.

Игорь Моржаретто: У меня возле подъезда тоже в центральном округе с утра работают дворники, чистят с лопатами, но снег все падает и падает, они работают и работают. Еще раз говорю, претензии к московским службам есть, хотя я понимаю при этом, что нагрузка свалилась действительно небывалая и ругаться мы будем долго.

Оксана Галькевич: Сейчас вернемся к теме автомобилистов, но прежде давайте Александра из Челябинской области выслушаем. Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Я хотел бы сказать, что в 1990-е гг. казалось, что проблема снега во дворах, на тротуарах и других таких местах будет решена путем внедрения маленьких машин. Допустим, наш завод… ввел в производство малую коммунальную строительную машину, "Уралвагонзавод" производил подобную на гусеничном ходу. Сейчас они кое-где есть, но гораздо меньше, чем ожидалось.

Я думаю, с чем это связано? Во-первых, то, что коммунальные предприятия раздробили, они стали мелкие, им невыгодно содержать эту технику; даже если есть средства на закупку, когда это одна машина, она сломалась, пока выделят средства на запчасти, пока эти запчасти придут, в итоге она простаивает несколько месяцев. Когда предприятие крупное, как раньше было, где этих машинок много, то можно запчасти, грубо говоря, из двух одну собрать и так далее, это гораздо выгоднее эксплуатировать. То есть я считаю, что если бы структуру опять бы пересмотрели, это пошло бы на пользу.

Во-вторых, опять же, возьмем с дворниками ситуацию. Не секрет, что в основном у нас сейчас идут гастарбайтеры, на них очень легко, грубо говоря, воровать деньги. По ведомости, как известно, они могут получать одну сумму, а на руки совершенно другую. Опять же, если бы ввели запрет на гастарбайтеров…

Оксана Галькевич: А может быть ввести, простите…

Константин Чуриков: …запрет на воровство, давайте закон.

Оксана Галькевич: Да, и сразу как-то мы ответственность не на тех людей-то перекладываем. Запрет на людей, которые по ведомости, простите, прикарманивают себе, а людям копейки, гроши выдают за тяжелую работу. Все время у нас гастарбайтеры виноваты, несчастные люди.

Игорь Моржаретто: Вы знаете, мы начали программу с парада техники в Москве. Я вспомнил, что до Владивостока, упомянутого вами, холода дошли чуть раньше, под Новый год у них случился коллапс, гололед…

Оксана Галькевич: Там вообще снежные зимы во Владивостоке.

Игорь Моржаретто: …и побилось довольно много машин в городе, начали разбираться, прокуратура активно что-то начала выяснять. И выяснили, что, допустим, в городе докладывают все чиновники, что на учете стоит 1200 единиц техники, из которых на ходу 500 машин, условно говоря, я не помню точных единиц, но я помню, что меньше половины техники, которая в отчетах фигурирует, вообще на ходе. Так что наш зритель из Челябинской области прав, особенно это касается небольших городов где, собственно, очень бедные муниципалитеты: купили там какую-то машину, ремонтируют ее, два дня ремонтируют, один день она ездит.

Оксана Галькевич: Ну там разные могут быть финансовые схемы, в конце концов, есть ведь сезонная работа. Вот у нас лето наступает, все едут на юг шашлыки жарить, продавать, где-то сервис какой-то, понимаете. Почему у нас зима, снег выпал – это тоже сезон работы.

Константин Чуриков: Чтобы отдохнуть на юге, Оксана, надо и жарить, и продавать.

Оксана Галькевич: Надо, может быть, там лопатой помахать зимой, тоже можно же установить какие-то небольшие тарифы на оплату, на привлечение людей; может быть, кто-то согласился бы за денежку небольшую в своем дворе помахать. Мы наблюдали это за границей, в Финляндии много раз видела: обычные автомобили, им выдаются отвалы или они свои собственные вешают и за денежку малую помогают родному муниципалитету. Вперед за капиталистическую власть!

Игорь Моржаретто: У меня мой сосед на даче вчера расчистил всю улицу, торжественно сам за "спасибо".

Оксана Галькевич: Ну это за "спасибо", а ведь можно использовать какие-то экономические механизмы.

Игорь Моржаретто: Рычаги могут быть, может быть, как-то собираться жителям, потому что действительно во дворе ждать, пока к тебе придет какой-нибудь мигрант расчистить тебе двор или ждать, пока тебе город пришлет вот этот маленький трактор, который что-то там сделает – может быть, действительно проще соседям собраться и вместе расчистить стоянку для автомобилей? Потому что ждать милости от природы – это не наш метод.

Константин Чуриков: Давайте сейчас посмотрим на экран на карту вот этого ненастья, какие области охвачены снегопадом. Внимание на экран.

Оксана Галькевич: Что накрыло циклоном.

Константин Чуриков: Это Ленинградская, Ярославская, Рязанская, Ивановская, Пензенская, Костромская области, Нижегородская, Саратовская, Республика Татарстан, Республика Коми. Оксана, помогай, где у нас нарушено электроснабжение?

Оксана Галькевич: Да, я расскажу сейчас о том, где люди без света, без электричества сидят – в Московской области, совсем рядом с нами, в Брянской, Калужской, Смоленской, Тульской, Владимирской областях. В 6 регионах Центральной России из-за снегопада, как я перечислила только что, нет сейчас никакого электроснабжения.

Константин Чуриков: Вот надолго ли вся эта радость, давайте сейчас спросим у специалиста: у нас на прямой связи Анатолий Цыганков, начальник отдела Гидрометцентра России. Анатолий Васильевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Анатолий Цыганков: Да, здравствуйте.

Константин Чуриков: Вопрос первый. Что дальше в Центральной России? Продолжится ли снег? Вообще какие перспективы?

Анатолий Цыганков: Вот этот циклон, который два дня у нас бушевал, ушел сейчас, центр его над Вологдой, соответственно, атмосферный фронт, на котором все это ненастье, идет от Вологды через Киров, Чебоксары, Казань, Самару и дальше на юг на Астрахань. Там, соответственно, снег и метели по северу и переходит в дождь в Пензе, южнее Пензы и Самары, там уже в дождь переходит. А у нас все в Москве, мы в тылу циклона, температура упала, сегодня ночью еще холоднее будет, минус 15-17, по области до минус 19 градусов и небольшой снежок, практически всю неделю небольшой снег, 1-2 миллиметра в день – это небольшой снег.

Оксана Галькевич: Анатолий Васильевич, скажите, пожалуйста, может быть, далеко слишком забегаю, но весна у нас будет в этом году не ранняя, ранняя, среднестатистическая? Когда нам ждать какого-то тепла и радости?

Анатолий Цыганков: Про весну говорить еще рано, но тем не менее, допустим, январь этого года несмотря на то, что был такой неоднозначный, по среднемесячной температуре третий самый теплый после 2016 и 2017-х гг. в северном полушарии. Поэтому, в общем-то, воздух очень теплый. Но Сибирь холодная, а мы как раз на стыке холода, поэтому все циклоны через московскую зону проходят, потому что на стыке холода и тепла мы попадаем.

Константин Чуриков: Анатолий Васильевич, мне было несколько удивительно слышать там какие-то заявления уже не помню кого от московской власти о том, что все так внезапно и неожиданно. Скажите, пожалуйста, Росгидромет когда распространил предупреждение о том, что на столицу надвигается такой сильный снегопад?

Анатолий Цыганков: Не только Гидрометцентр России, но и вся пресса еще со среды, если вы поднимите в Интернете, везде кричали, что Армагеддон, завалит…

Константин Чуриков: Апокалипсис близок.

Оксана Галькевич: Спасайся кто может.

Константин Чуриков: Понятно, это нам просто важно. Спасибо.

Оксана Галькевич: А вот еще один вопрос, Анатолий Васильевич. А действительно ли это рекордная норма осадков, которая выпала за эти деньги в Москве, и такого не было никогда за весь период наблюдений?

Анатолий Цыганков: То, что никогда, я бы так не сказал, но действительно рекорд: у нас за 2 дня, за субботу и воскресенье выпало 110% месячной нормы осадков. И высота снега: 4 января у нас еще снега вообще не было, а за буквально эти дни, еще 3-го числа 32 сантиметра снега было, а сегодня уже было 55 сантиметров снега, больше полуметра. Но были осадки сильные в 2015-м и в 2013-м гг.

Константин Чуриков: Анатолий Васильевич, я понял, почему Оксана вас про весну спросила – потому что в принципе, возможно, ничего не надо делать, просто подождать, само растает.

Оксана Галькевич: Не бороться.

Константин Чуриков: Анатолий Васильевич, спасибо. Анатолий Цыганков, начальник отдела Гидрометцентра России.

Игорь, возвращаемся к вам и к нашей организации парковок.

Оксана Галькевич: К автомобилистам.

Константин Чуриков: Да-да, давай.

Оксана Галькевич: Вот я как раз и хочу вернуться к этому. Вы сказали, что мы неофиты, мы так получаем удовольствие от того, что мы можем купить автомобиль, власти, видимо, тоже получают от этого удовольствие, знают, как поставить это на службу городскому бюджету. Смотрите, почему бы в таких сложных ситуациях метеорологических не пойти навстречу людям, которые оказались лишены личного транспорта в силу того, что, простите, коммунальная техника не почистила, автомобиль завален этим снегом, откопаться сам не каждый человек, простите, способен одной лопатой без помощи соседей. Почему бы не перестать выписывать штрафы за припаркованный автомобиль, а по сути дела просто заваленный в сугробе? Не выписывать штрафы за поворот не с той полосы, потому что камера-то висит, она же фиксирует, с какого места, с какой полосы вы поворачиваете, а полоса поворота завалена, опять же, снегом, коммунальная техника опять же не прошлась.

Игорь Моржаретто: Вы знаете, было бы очень красиво, конечно, если бы город на это пошел или власти на это пошли, но, к сожалению, такого нет.

Оксана Галькевич: Ну что они, много денег потеряют, что ли, за сутки-двое?

Игорь Моржаретто: Вы знаете, я так понимаю, что решение такое должно приниматься на самом верху, и все смотрят по сторонам, кто же первый скажет.

Оксана Галькевич: На каком верху? На уровне городских властей, наверное, это же речь идет о бюджете.

Игорь Моржаретто: Я думаю, что городские власти смотрят на федеральные власти. Было бы здорово и было бы красиво, если бы власти сказали: "Ребята, вот сейчас мы не можем расчистить даже платные парковки, давайте мы сегодня не будем брать, потому что непонятно, как туда заехать".

Оксана Галькевич: Игорь, так они нам могут ничего и не говорить, мы это, собственно, и сам видим, что они не могут ничего расчистить.

Константин Чуриков: Секунду, все уже сказано: сегодня на сайте ЛДПР появилась информация о том, что замглавы фракции Ярослав Нилов обратился с письмом к мэру Москвы Собянину, предложил не взимать с московских водителей плату за неочищенные от снега парковочные места во время сильных снегопадов…

Оксана Галькевич: Так, и что ему сказали?

Константин Чуриков: Ему ответили – кстати, не мэр Москвы, а из администрации парковочного пространства, цитата: "Учитывая огромное количество выпавшего снега, который нужно оперативно убрать, делать парковочные места бесплатными не имеет смысла", – то есть с точностью до наоборот.

Игорь Моржаретто: Ну вот.

Оксана Галькевич: Так, подождите. "Учитывая огромные объемы снега, бессмысленно…"

Константин Чуриков: Следим за руками, да.

Оксана Галькевич: Что-то как-то…

Игорь Моржаретто: В общем, я бы, конечно, ждал каких-то шагов от городских властей таких навстречу, но, к сожалению, не дождался.

Оксана Галькевич: К сожалению, пока мы не дождались, давайте посмотрим на то, какие убытки могут понести автомобилисты сейчас. Смотрите, штраф за поворот на перекрестке не с той полосы – 1.5 тысячи рублей, друзья, из вашего бюджета; парковка в неположенном месте (не смогли вы откопаться и выехать) – тоже до 1.5 тысяч рублей, в Москве и в Петербурге до 3 тысяч рублей. Вот такая вот ситуация.

Константин Чуриков: Слушайте, снегопад – это наоборот, точка роста для экономики города.

Оксана Галькевич: Еще какая, Костя, точка роста. Она сейчас подзаработают и в следующий снегопад на эти денежки все уберут.

Игорь Моржаретто: Так что зря вы сказали, что "зеленые крокодилы" не бегают – бегают, я видел сегодня.

Оксана Галькевич: А, ожили, температура поднялась.

Игорь Моржаретто: Да, они работают, исполняют, кстати, иногда важные функции, потому что они сейчас активно пытаются помочь коммунальщикам, если надо расчистить улицу: отодвигают машину, расчистили и сдвинули назад, есть и такая функция.

Оксана Галькевич: А, то есть они в благородном смысле.

Игорь Моржаретто: Но есть и такие, которые работают по прямой обязанности, то есть забирая неправильно припаркованные автомобили и оттаскивая на соседнюю платную парковку, штрафную.

Оксана Галькевич: Платную, очень платную, я бы сказала, очень дорогую парковку.

Константин Чуриков: Местами очень-очень-очень дорогую.

Мы продолжаем SMS-опрос: "У вас чистят снег?" – пожалуйста, отвечайте "да" или "нет", 3443, в начале буквы "ОТР". И так же своими словами люди нам активно описывают ситуацию. Из Москвы пишут: "К дворникам претензий нет, вычищают все до асфальта. Но где начинается муниципальная ответственность, начинается безобразие". Пишут о большой нагрузке на крыши домов, но об этом мы еще подробнее позже поговорим. "Москвичи – тунеядцы, возьмите лопаты, помогите", – пишет Кузбасс.

И звонок у нас есть, давай послушаем зрителя.

Оксана Галькевич: Да, у нас звонок.

Константин Чуриков: Евгений.

Оксана Галькевич: Из какого региона? Из Челябинской области. Евгений, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу поделиться опытом именно в помощь не только жителям Москвы, а и в любом месте России, чтобы победить любой снегопад.

Константин Чуриков: Давайте.

Зритель: Я больше 10 лет проработал – кто ориентируется в Москве, тот знает – Фрунзенская набережная, 10, Фрунзенская набережная, 12, где кинотеатр "Фитиль"…

Константин Чуриков: Ну знаем, конечно.

Зритель: Комсомольский проспект, дом 3 – это огромная территория.

Константин Чуриков: Престижный район.

Зритель: Я не позволял себе уходить домой, пока не доведу до идеальной чистоты во дворе. У меня была собака овчарка Ника, которая постоянно гуляла со мной: если я видел ее у двора, я ее запускал домой, чтобы она поела. Но что мне помогало? Потому что я жил Фрунзенская набережная дом 10. И когда я уже уходил домой, победив любой снегопад, грамотно планировал, что чистить. Во-первых, у меня люди выходили, и они помнят… Кто помнит Женьку? Они знают, что они у меня выходили на улицу в комнатных тапочках, представляете?

Константин Чуриков: Да вы что? Прямо такая Швейцария в Москве?

Зритель: Там можно было найти даже спички.

Оксана Галькевич: Евгений, нам вас не хватает, возвращайтесь, пожалуйста.

Константин Чуриков: Вместе с собой.

Зритель: А зимой, представляете, пока я чистил в одном углу двора, в другом уже были сугробы, я опять переходил и опять все чистил.

Константин Чуриков: Спасибо вам за звонок. Нам как раз зрители пишут: "Снег чистят только в богатых кварталах". Фрунзенская набережная небедный квартал, но, видите, видимо, такая ситуация была ранее, сейчас такой ситуации нет.

Игорь, как вы думаете, какие выводы надо сделать власти из всего произошедшего?

Игорь Моржаретто: Во-первых, надо, наверное, иметь какое-то резервное количество техники и сценарии на самые крайние случаи, может быть, фантастические, может быть, которые кажутся иногда нереальными, а потом реальность такая становится. Наверное, иметь планы, что называется, по защите города и горожан, какие-то рычаги влияния…

Оксана Галькевич: От бездействия коммунальных служб?

Игорь Моржаретто: Да нет, эти коммунальные службы тоже должны быть заинтересованы. Наверное, надо иметь возможность обратиться к жителям города. Кстати, мы с вами говорили, что если бы власть пошла навстречу жителям города, в свою очередь можно было сказать: "Ребята, мы вот для вас сейчас делаем вот это, а вы соберитесь, выйдите с лопатами и расчистите подъезды к своему дому. Мы же к вам лицом, и вы к нам лицом", – может быть диалог.

Константин Чуриков: Каналы связи есть, есть СМИ.

Игорь Моржаретто: Есть каналы связи, но они не всегда работают, потому что такое ощущение, что, в общем, простых жителей не очень часто замечают, где они там есть, во всяком случае обращения как бы в пустоту, а надо к конкретным людям обращаться. То есть, в общем, должны быть какие-то сценарии, причем зацепить людей очень хотелось бы именно за душу, сказать: "Ребята, сами, давайте вместе с вами подумаем, как расчистить ваш двор". Этого, к сожалению, нет, один депутат обратился и получил моментальный ответ и все, тишина.

Оксана Галькевич: Да, Игорь, спасибо. Но нас зацепил пока ответ из вот этого Центра организации, чего там, парковочного пространства, очень он нас зацепил.

Константин Чуриков: Красивый ответ.

Оксана Галькевич: В студии программы "Отражение" был сейчас Игорь Моржаретто, партнер аналитического агентства "АВТОСТАТ". Но мы продолжим, уважаемые друзья, обсуждение этой темы, коллапса зимнего, снежного…

Константин Чуриков: Коммунального беспредела, снежного ада.

Оксана Галькевич: Коммунального беспредела в Москве. Оставайтесь с нами, будет очень интересно.

НОВОСТИ

Константин Чуриков: Мы продолжаем говорить о "рекордном" снегопаде, который сторожили не припомнят. Почему у нас зима – это всегда стихийное бедствие? Как происходит по факту расчистка улиц, расчистка дорог и какой она должна быть? Это вопрос к вам, уважаемые зрители, и к нашему следующему гостю: у нас в студии Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций города Москвы. Константин Викторович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Константин.

Константин Крохин: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Мы уже начали эту тему разворачивать. Все-таки хочется вашу экспертную оценку получить. Сравниваются власти регионов, Москвы в частности, Подмосковья в частности с этой ситуацией?

Константин Крохин: Вы знаете, насколько я понимаю, в Подмосковье ситуация тяжелее. По последним данным, губернатор объявил о чрезвычайной ситуации, им сложно справиться. Но там протяженность дорог больше, сложная ситуация именно на дорожном хозяйстве. В Москве как раз-таки дорожная сеть убирается лучше, больше техники, концентрация усилий, ну и все компактно, в отличие от Московской области. Во дворах ситуация сложнее, тут, конечно же, проблема не в том, что кто-то плохо работает или кто-то плохо убирается, а проблема в том, что за последние 10 дней это уже третий снегопад, причем самый большой и самый мощный. Поэтому ресурсы физические у дворников на исходе, здесь нужно потерпеть, во дворах все будет небыстро.

Оксана Галькевич: Но подождите, ручной труд – понятно, там с лопатой не намахаешься. У нас сейчас был сюжет из какого-то региона, Виталий рассказывал, там девушка хрупкая рассказывала, что квадратура-то огромная, она со своей личной лопатой квадратуру обрабатывала.

Константин Крохин: Я понял, что она вокруг своей машины, да, если не дворник.

Оксана Галькевич: Вокруг своей машины, помогала там еще где-то квадратуру дополнительно обрабатывать. Но ручной труд – это дорого и неэффективно, разве нет, я не права? Никаких дворников не хватит.

Константин Крохин: Вы знаете, я с вами совершенно соглашусь, что механизированный труд лучше. Но если…

Оксана Галькевич: Маленькие какие-то тракторочки, машинки, которые мы видим на красивых европейских улицах, которые справляются со снегом. Мы не единственная заснеженная зимняя страна.

Константин Крохин: Видите ли, такой архитектуры и такой застройки, таких многоэтажных домов и такой плотности населения…

Оксана Галькевич: Вот опять у нас все не как у людей, все особое.

Константин Крохин: …на квадратный сантиметр площади, я думаю, что ни в одной северной стране, близкой нам, нет. Поэтому в данном случае проблема именно во дворах, и это проблема временная, но она есть, мы сегодня даже видим, пройдя, когда вы поедете домой или когда вы утром выходили, обратите внимание, что действительно сложнее. То есть как только снега становится больше, 40-50 сантиметров осадки, то все, его убирать очень сложно, его уже не берет ни реагент…

Оксана Галькевич: То есть это фактор мегаполиса, причем именно российского?

Константин Крохин: Да. Вот только что в другом регионе вам сказали про место для хранения снега. Вот у меня вопрос: а где место для хранения снега? Вот снег выпал…

Оксана Галькевич: А снеготопилки вот эти вот сделать снегоплавильные?

Константин Крохин: Чтобы доставить до снеготопилки…

Оксана Галькевич: Инфраструктуры, значит, не хватает.

Константин Крохин: …вам необходимо его где-то складировать во дворе, потом погрузить…

Оксана Галькевич: А построить?

Константин Крохин: …и отвезти туда. Вы сейчас подъедьте на московский снегоплавильный пункт, и вы увидите там очередь из грузовиков. Но при этом…

Оксана Галькевич: Значит, их не хватает, простите, я вот просто намекаю. Может быть, не хватает этих снегоплавильных пунктов?

Константин Крохин: Это за 139 лет наблюдений впервые, мы не можем рассчитывать на такие ситуации и делать тысячу снегоплавилок, их ровно столько, сколько есть. И вопрос в том, что, я полагаю, не хватает во дворах мест для временного хранения и складирования снега – вот это действительно актуально.

Константин Чуриков: И для хранения машин, и для хранения детей, чтобы они там играли.

Константин Крохин: Да, и для наземного и подземного хранения машин.

Оксана Галькевич: Подождите, Константин Викторович, то есть у нас условно тысяча снегоплавильных установок в Москве, не хватает денег, чтобы построить больше, но нам хватает на то, чтобы раз в год перекладывают всю Москву новым асфальтом, раз в год перекладывать в Москве, что там, плитку?

Константин Чуриков: Фестивали варенья и печенья.

Оксана Галькевич: Организовывать 115 каких-то там варений и печений фестивали раз за разом, ставить вот эти какие-то светильники-мобильники за какие-то бешеные деньги, а на это у нас денег нет.

Константин Крохин: А здесь я вас поддержу, я с вами согласен. Я просто хочу сказать, что, понимаете, это отдельный вопрос. Вопрос в том, насколько коммунальная система справляется, немножко другой – она справляется, и расширять или усиливать ее снегоплавильными пунктами нет смысла. Вот улучшить ситуацию с планировкой дворов, для того чтобы были места складирования снега, куда малая техника, о которой вы говорите, могла бы подвозить. Потому что дворники собирают, но куда это? Если это не тает… Ведь сейчас, сегодня усугубляется погода тем, что под этим снегом уже лед, понимаете? Его даже сбить невозможно, это надо ждать, пока немножко не повысится температура, сейчас мороз.

Константин Чуриков: Наши зрители из разных регионов страны вступают друг с другом в полемику. Тверская область: "Что, Москва – это вся Россия? Надоело обсуждать проблемы Москвы". Тамбовская область: "Ничего не чистят в Тамбове, просто ужас! Только дождь помог, на него вся надежда". И нам напоминают, что Ленин почему-то ходил на субботники – возможно, надо организовать срочно субботники.

Оксана Галькевич: В Ярославской области тоже сегодня мэрия пошла вместо совещания чистить снег.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем Геннадия из Москвы.

Оксана Галькевич: Геннадий, здравствуйте.

Зритель: Алло, добрый день. Вы знаете, все понятно, что снега много выпало. Но когда, извините, критический случай, вот один из примеров. Малый Строченовский переулок, музыкальная детская школа. Снег собран в кучи прямо перед выходом из школы с двух сторон. То есть ребенок, выходя из школы, тупо попадает на проезжую часть, водитель его не видит, детеныш не видит водителя. Я 1.5 часа пытался дозвониться в центральную справочную, которая везде опубликована на сайте Москвы, мэра Москвы, там все семерки последние, они футболят: "Звоните туда", те футболят: "Мы этим не занимаемся, звоните туда", туда-туда-туда. В итоге я пришел на сайт мэра Москвы, написал заявление, мне пришло в ответ: "Хорошо, ваше заявление будет рассмотрено в течение 10 дней". Но извините, дети в школу ходят каждый день, ситуация может там, ребенок может попасть под машину в любую секунду. Почему именно не 20 метров от школы складировать снег, не 30 метров, а именно перед школой сугробы высотой в 2 этажа?

Константин Чуриков: Спасибо, Геннадий, за ваш звонок. Вот здесь речь идет о безопасности, о детях.

Константин Крохин: Здесь очевидное нарушение, необходимо было обратиться в административно-техническую инспекцию, организацию, которая этот район обслуживает, ее оштрафуют. Вопрос в том, насколько будет удовлетворен человек, что через 10 дней эту компанию оштрафуют.

Константин Чуриков: У меня другой вопрос возникает: а почему эти милые девушки, кажется, сказал наш зритель, на этой горячей линии мэра, где все семерки в номере телефона – почему они начинают футболить? Ведь, казалось бы, горожанин обратился, он неравнодушный, как мы сейчас любим говорить, гражданин.

Константин Крохин: Если речь идет об этой единой справочной, где все семерки – это справочная сервис, то есть их задача в том, чтобы всего лишь объяснить, ответить на вопрос либо перенаправить в какую-то службу, которая должна решить его. На практике они дают консультации и комментируют. Через нее невозможно подать жалобу. То есть товарищ правильно дальше обратился уже с жалобой, на которую ему сказали, что ответят. Это справочный сервис, от него не надо ждать…

Константин Чуриков: Аутсорсинг, как сейчас модно говорить, понятно.

Оксана Галькевич: Звоночек давайте еще один примем – Анатолий, Тульская область. Анатолий, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Спасибо большое. Я вот о чем хочу сказать. Я не совсем согласен с вашим экспертом, который был. Так как я в 1960-е гг. жил в сторону Новомосковска, я помню, что чистил дорогу бульдозер на гусеничном ходу двухотвальным плугом. Так снега было столько, что, видимо, из остатков бронестекла или как там были сделаны оконца для тракториста, сидел работник, который метлой убирал снег, чтобы тракторист видел, куда ему двигаться. Это первое.

Второе. Шоферам-дорожникам платили по уваленку, какой высоты снег на дороге, и зимой они получали всегда лучше, больше, чем получали летом.

Оксана Галькевич: По валенку? Интересная система.

Зритель: В 1996 году я приобрел Mitsubishi Galant, и знаете, что удивило меня в инструкции? Там понемножку на все, но как одевать на колеса цепи против скольжения, почти 1.5 листа. Тут я вижу буксующие машины, а я все-таки учитель физики и понимаю, что шипы тут мало кому в чем помогают.

Константин Чуриков: Нам эти цепи надо будет скоро уже и на ноги всем надеть.

Зритель: Не надо, не надо, я сейчас скажу об этом. Дорожники в устойчивую морозную погоду дорогу Москва-Харьков не посыпали, под... верхний снежок уберут, этот снег не наносил вреда природе, и только после оттепели нажигой начинали посыпать. И еще: если вы ездите на машине, шипы на таком накатанном снегу ведут себя гораздо лучше, но если оттепель или как сейчас посыпают непонятным составом, который обледеневает, очень трудно.

И самое интересное и самое главное. Я наблюдаю за Братиславской в Москве. Вот выйти с лопатами – а куда его потом, этот снег, девать? Он занимает парковочные места, громадная куча снега к весне непонятного цвета. Но ведь есть же мини-техника. Я с 1978 года занимаюсь этим вопросом, у меня маленький самодельный бульдозерик, но ведь можно этот цикл завершить, маленькую емкость сзади, а потом ее элегантно пересыпать в большой самосвал. Нельзя оставлять его во дворах на горе бабулям и так далее. Вот о чем я хотел сказать.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам, Анатолий. Ваш маленький бульдозер сейчас бы нам всем не помешал, каждому.

Оксана Галькевич: Константин Викторович, вы хотели что-то прокомментировать, соглашались, кивали.

Константин Крохин: Да-да, я хотел сказать, это как раз мы… Мы должны какие-то сделать выводы из этого снегопада, то есть не ссылаться только на погоду, я в этом смысле согласен с зрителем. То, что нужно сделать – это действительно нужно предусмотреть в Москве на придомовых территориях или на межквартальных территориях места для временного складирования снега, тогда применение малой техники, которая не такая уж дешевая (средний вот этот Bobcat стоит 1.5 миллиона рублей), но тогда будет смысл использовать ее в дворовом пространстве, для того чтобы быстро ликвидировать вот эти вот заторы и завалы снега во дворах. Без этого, правильно сказал зритель и мы об этом с вами говорили в начале, если некуда его перевозить, то в принципе нет смысла его и собирать, потому что в дальнейшем перегрузить на большую машину, большая машина во двор не въедет, для того чтобы собрать снег.

Оксана Галькевич: Ну хорошо, Константин Викторович. Вопрос, который мы задавали предыдущему гостю по этой теме, хочу задать вам: а ресурс финансовый есть у жилищно-коммунальных организаций в Москве, например, в других городах, чтобы в пиковые моменты привлекать какую-то дополнительную рабочую силу за какую-то денежку по договору, договор на определенный фронт работ, почистить лопатой или с помощью какой-то техники в зависимости от ваших компетенций, отвал на свою машину повесить или еще что-то посильное за такую-то денежку. Такая возможность есть, финансово-экономический инструмент?

Константин Крохин: По моему мнению, я не могу за московское правительство отвечать, но Москва – это один из немногих регионов в России, где финансовые возможности для решения подобных вопросов есть.

Оксана Галькевич: Ну это вы вообще говорите, а я спрашиваю, конкретно такие инструменты есть?

Константин Крохин: На сегодняшний день таких инструментов нет, потому что как только вы пытаетесь привлечь граждан на работу в пиковое время, мы с чем сталкиваемся? В РАНХиГСе мы обсуждали эту проблему со студентами. Понимаете, работа дворника непрестижна. То есть даже повышая зарплату, вы не можете, то есть жители Москвы или Московской области привлечь на эту работу пиково за большую зарплату.

Константин Чуриков: Секундочку, давайте сначала повысим зарплату, давайте дадим людям шанс.

Оксана Галькевич: Она сегодня достаточно высокая.

Константин Чуриков: Из Петербурга нам, кстати, уже не помню кто писал, что как раз пробовал человек устроиться, но его не приняли, сказали, что у них там работают граждане других стран.

Константин Крохин: Где, в Москве?

Константин Чуриков: в Санкт-Петербурге, у них вот такой оклад, так надо, уходи, "Иди, мальчик, не мешай", как в том фильме.

Константин Крохин: Я вам приведу пример. В некоторых регионах России средняя зарплата 15 тысяч рублей, а зарплата дворника в Москве 38 тысяч.

Константин Чуриков: Так, тем более.

Константин Крохин: С налогами это где-то около 50 тысяч. Но вот этот вопрос именно престижности… Можно было бы бросить клич и сказать: "Давайте, студенты, кто хочет подработать, вот в этот период Москва, Подмосковье, помогайте".

Оксана Галькевич: Так.

Константин Крохин: Но, к сожалению, не отзываются

Оксана Галькевич: Так подождите, не бросали клич.

Константин Чуриков: Подождите, давайте спросим зрителей. Пожалуйста, 38 тысяч рублей в Москве дворником?

Константин Крохин: Да.

Константин Чуриков: Сейчас отзовутся.

Оксана Галькевич: Это в месяц. Константин Викторович, вы говорите, не отзываются.

Константин Крохин: Не отзываются.

Константин Чуриков: Отзовутся.

Оксана Галькевич: На пиковые какие-то нагрузки действительно в качестве подработки, не на месяц устроиться, не на 2 месяца, а вот именно снегопад в Москве, коллапс, приходи.

Константин Крохин: Я думаю, что если это сделать на пиковые дни и в короткие сроки, надо это попробовать, этого никто не пробовал.

Константин Чуриков: А то что мы вчера бесплатно лопатой махали?

Константин Крохин: То, что как бы пытается делать город и у города не получилось заменить мигрантов сфера комплексной уборки – это проблема, потому что только мигранты, а мигранты зимой уезжают домой, вы знаете почему.

Константин Чуриков: Нам зрители пишут, Нижегородская область: "Заскулили москвичи, снег зимой выпал. Мы что, в Африке живем?" В общем, нам пишут из других регионов: прекратите ныть, москвичи!

Давайте послушаем Таганрог, Ростовскую область. Марина у нас уже в эфире, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Кстати, некоторые южане просят им снежку туда, но это не к нам, друзья, мы тут климатическим оружием и прочими технологиями…

Константин Чуриков: Мы не будем в вас снегом кидаться. Марина, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я Марина Трофимовна, Таганрог, Ростовская область. У нас дороги не чистят 3 года – ни тротуары, ни дороги, нигде абсолютно не чистят. Когда это безобразие закончится? Ничего. Пока были раньше другие мэры, чистили, а сейчас Титаренко Инна, ей ничего не надо: летом нигде ничего не косится, зимой ничего не чистится.

Константин Чуриков: Марина Трофимовна, это такая вот принципиальная позиция у вашей градоначальницы?

Константин Крохин: Это проблема Ростовской области.

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Предвыборный лозунг: "Не буду чистить улицы".

Оксана Галькевич: Марина Трофимовна, а зима-то у вас снежная там, в Таганроге, да?

Зритель: Конечно, есть… вода. Если дождь прошел, везде вода. Сейчас машина не проедет. Тротуары… Я человек довоенный, старенькая очень, с палочкой, инвалидка, все – нельзя выйти за хлебом, я иду час. Что это такое?

Оксана Галькевич: Спасибо, Марина Трофимовна. Здоровья вам. Спасибо за звонок.

Константин Чуриков: Спасибо. Вот что делать человеку? Мэр не чистит дороги.

Константин Крохин: В данном случае это проблема Ростовской области. У меня оттуда недавно приехали знакомые, говорят, что федеральные трассы не чистятся, поэтому то, что происходит в Москве или Московской области и столько техники, мы можем говорить о том, быстро или небыстро убирается снег, а в регионах его не убирают вообще.

Константин Чуриков: То есть вы хотите сказать, что раз федеральные трассы не чистятся, то, в общем-то, что спрашивать с мэра конкретного города? Он человек маленький.

Константин Крохин: Нет, я хочу сказать, что у нас, скорее всего, не работает система. Дело в том, что у муниципалитетов меньше денег, чем у регионов, это другая проблема, бюджетная. Но проблема в том, что, к большому сожалению, у нас на самом деле вот этот маленький человек, женский в Таганроге и другом маленьком городке, не может повлиять на большого начальника. Вот Ростов – это правда, во Владивостоке зимой проблемы, это тоже правда, но такая система, она не работает, не могут люди повлиять.

Оксана Галькевич: Константин Викторович, я вот добавлю, сообщение тоже от жалующихся москвичей – говорят, что… Вы сами сказали, что это уже третий подряд, большой достаточно снегопад, не успевают коммунальные службы. Говорят "скулящие москвичи", по выражению нашего телезрителя, что не чистили и до этого, что вообще в этом году как-то очень странно.

Константин Крохин: Ну я не соглашусь. Дело в том, что…

Оксана Галькевич: Во дворах как было навалено.

Константин Чуриков: Никогда такого не было и вот опять то же самое.

Константин Крохин: Нет-нет, не соглашусь. У нас буквально неделю назад был ключевой вопрос, почему так много реагента используется и почему так много соли? То есть ходили дворники и посыпали…

Оксана Галькевич: Я говорю про дворы, именно по дворам.

Константин Крохин: А я тоже про дворы говорю. То есть посыпали соль, она оставалась, то есть они не чистили. Проблема в том, что даже те мигранты, которые в принципе активные такие в плане работы, они очень много работают, могут больше 8 часов работать, даже они уже обленились и просто посыпают соль и не всегда чистят. То есть физический труд по уборке снега непопулярен, и я полагаю, что проблема не в том, что конкретно эти люди, то есть поставь других, наверное, рано или поздно они будут заниматься тем же самым, а дело в том, что их физически не хватает. У нас на сегодня работников комплексной уборки стало меньше в том числе из-за ужесточения миграционного законодательства, а россияне не идут или организационных стимулов, организационных условий для них не создано, для того чтобы приезжали россияне.

Оксана Галькевич: Константин Викторович, вы сказали, что Bobcat, этот маленький тракторишко-муравьишко веселый, стоит 1.5 миллиона минимум.

Константин Крохин: Да, в зависимости от набора его возможностей.

Оксана Галькевич: Не буду там сейчас сравнивать с этими шампанско-бокаловидными светильниками в центре Москвы стоимость. А вот эти вот, знаете, такие снегоуборочные машинки, которые в частных домах люди покупают, хотя бы дворнику в дополнение к лопате можно приобретать и сколько это стоят?

Константин Крохин: Они стоят так же не очень дешево.

Оксана Галькевич: Но не 1.5 миллиона.

Константин Крохин: 0.5 миллиона, в среднем 400-500 тысяч любая техника более-менее сложная, если не совсем простая, которая может стоить 50 тысяч, китайская, которая сломается через…

Константин Чуриков: Стоп, Оксан, ты хочешь, чтобы мы еще дворнику сами что-то покупали?

Оксана Галькевич: Не мы покупали, это все-таки его лопатой тоже не мы обеспечиваем, Костя, да.

Константин Чуриков: Пока нет.

Константин Крохин: Средствами малой механизации дворники пользуются. Но здесь тоже… Эта техника при сильных снегопадах быстро ломается, дешевая техника китайская ломается быстро. Серьезная техника, которая работает долго, дорогая. И потом возникает вопрос квалификации работника, потому что очень часто они ее ломают тоже в ходе эксплуатации, то есть это может быть неумышленно, но тем не менее есть такая проблема.

Константин Чуриков: Мы ведь не только о плохом говорим, но и есть отдельные хорошие примеры. Нам пишут: "В Ачинске снег чистят регулярно", – это Красноярский край. "Приезжайте в Энгельс, спасибо дорожникам", – это Саратовская область. И Красноярский край нам пишет, что надо организовать федеральные курсы по борьбе со снегом ("по снегоборьбе" здесь написано), как раз в Норильске есть очень удачный опыт.

Оксана Галькевич: Это какой там удачный опыт? – снег до 2-го этажа?

Константин Чуриков: А вот ты почитай, там все написано.

Константин Крохин: Вы знаете, я как-то был в командировке в Ямало-Ненецком округе в Салехарде, в административном центре. Я вам хочу сказать, что там ни кислотой не пользуются, ничего, чистенько, убирают, там такой северный регион, морозы. То есть есть регионы, где… Но у них у всех есть одно отличие от Москвы: нет такого количества населения на единицу площади.

Оксана Галькевич: А вот я сейчас вам скажу, что в Петербурге тоже не солят, и город… Ну он меньше, конечно, чем Москва, но тоже много людей.

Константин Крохин: Я тоже поддерживаю, что можно справляться. Есть примеры Стокгольма, Хельсинки, где соль не применяют, я противник соли и любых реагентов, я с вами согласен. Но в данном случае это как бы немножко другое, здесь снегопад, тут не вопрос дорог, а вопрос большого количества снега.

Константин Чуриков: Давайте послушаем Ларису из Москвы – Лариса, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, вот мы говорим о регионах, где не убирают. А вот столица, центр. Вот, пожалуйста, Кунцево, Ярцевская улица, Молодогвардейская улица: прошли снегоуборочные машины, они хорошо очень почистили проезжую часть, там машины есть хорошо. Но весь снег боковой они выплеснули на тротуары, и там, где переход, не войдешь на проезжую часть, потому что огромные-огромные сугробы. Молодые еще как-то прыгают через эти сугробы, а тут даже и прыгнуть нельзя, понимаете? Пожилым людям как перейти, понимаете? Поставили бы хоть двух дворников, которые метлой, лопатой хотя бы разгребли немножко – так же нельзя, понимаете? Москва это, это не все равно. А вот маленьких таких снегоуборочных машин, про которые вы говорите – их нет вообще, 3 дня нигде ни одна машина не появляется, и около домов все у нас, конечно, по колено в снегу, это почти центр Москвы, Кунцево.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо, Лариса. Вот, видите, и такие отзывы у нас.

Давайте сразу еще Мансура из Москвы послушаем. Мансур, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер, добрый вечер, дорогие. Единственная ваша передача, на которой можно что-то спросить и что-то, я только вашу передачу смотрю, все остальные не смотрю. Спасибо вам большое за то, что вы есть.

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: У меня знаете какая… Я понимаю, что коллапс сейчас по всей Москве. Дело в том, что коммунальные службы, я не знаю, особенно в мэрии, где они берут бедных этих дворников, чтобы убирать. И самый главный мой вопрос: скажите, пожалуйста – это не только сегодня и вчера – кто, имя и фамилия человека, который придумал на коммунальных машинах отгружать снег, отваливать не в сторону обочины, а в центр дороги, создавая аварийную ситуацию, чтобы машины давили снег этот, а потом писать, как будто они убрали снег, а может быть, даже за это и получить оплату. То есть не вывозить снег, а вываливать его прямо под машины, чтобы они давили, может быть, даже и людям под ноги, чтобы они давили.

Константин Чуриков: Утрамбовали так, примяли.

Оксана Галькевич: Мы не знаем, мы сейчас спросим Константина Викторовича.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Константин Викторович, как такое может быть?

Константин Крохин: Это новая технология.

Оксана Галькевич: Очень, инновационная.

Константин Крохин: В этом году ее придумали, да. Вряд ли мы найдем автора. Но проблема в том, что снег действительно некуда складировать, это есть, и при минусовых температурах, как сейчас, 11-13 градусов, она будет стоять до сих пор.

Оксана Галькевич: Вечно она будет стоять.

Константин Крохин: Ну не вечно, а пока погода не изменится.

Оксана Галькевич: До весны будет стоять.

Константин Чуриков: Вы знаете, и напоследок. Многие задают такой вопрос, я процитирую Михаила Антипова, нашего зрителя – он спрашивает: "Пожалуйста, еще раз задайте вопрос: почему гость программы, когда ему говорят, что у нас не чистят дороги, переводит вопрос и как бы отвечает "Ну не чистят и не чистят". Так все-таки как у нас должно быть?

Константин Крохин: Нет, дороги чистят. Как раз-таки и телезрительница из Кунцево говорила о том, что… Кстати, Кунцево – это не центр, это ближняя дача Сталина, это немножко другое место. Но смысл в том, что хорошо чистят дороги, она сказала о том, что плохо чистят дворы и отвалы, которые с дороги на тротуары, никто не убирает. То есть очевидно, что не хватает дворников, которые могли бы помогать технике убирать, расчищать тротуары. Там, где домами управляют товарищества, самоуправление или частные управляющие компании, посмотрите – все дворы почищены, потому что люди как бы напрямую влияют на способ управления в своем доме. Там, где у нас работает "Жилищник", у них на сегодняшний день не хватает людей, поэтому "Жилищник" – это порядка 200-400 домов в зависимости от района, и они не могут организовать это. На мой взгляд, это говорит о том, что надо задать вопрос: а вот эта система, при которой в районе один монополист под названием "Жилищник" обслуживает дома и убирает территорию, вообще работает?

Константин Чуриков: Хотя, кстати, по этой системе, уже по всей реформе комплекса ЖКХ должно было быть по-другому, правильно?

Константин Крохин: Да, и должны быть не мигранты, и россияне, однако этого не произошло. Я думаю, что вот этот комплексный вопрос… Потому что все вопросы, которые сегодня возникают – почему во дворах не чищено, и это правда – но по нормативу на третьи сутки последствия снегопада должны быть ликвидированы, то есть время еще есть. Но то, что сейчас динамика не очень положительная, это факт.

Оксана Галькевич: Давайте подведем итоги нашего небольшого SMS-опроса. Мы спрашивали вас, уважаемые телезрители, чистят ли у вас снег. Посмотрите, какие результаты получились: 36% говорят, что да, коммунальщики справляются вполне себе, 64% телезрителей ОТР, программы "Отражение" сказали, что нет, не чистят у них снег.

Константин Чуриков: В студии у нас был Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Ну а мы к вам вернемся буквально через пару минут.

 

 

 

 

 

 

 

Список серий