• Главная
  • Кино
  • ОТРажение
  • Гульназ Галиева: Когда каждый регион приезжает в Москву и просит денег – такого больше не будет. Об этом сказали и глава Минфина, и президент

Гульназ Галиева: Когда каждый регион приезжает в Москву и просит денег – такого больше не будет. Об этом сказали и глава Минфина, и президент

Оксана Галькевич: Они годами скрывали финансовые проблемы – и вот снова просят о помощи. На днях глава Министерства финансов Антон Силуанов заявил, что ряд российских регионов действительно в течение нескольких последних лет тщательно утаивали от федерального центра информацию о своих бюджетных сложностях, ну, мягко говоря.

Константин Чуриков: Очень мягко.

Оксана Галькевич: Возмущение Силуанова понятно, это ведь нарушение законодательства федерального. По его словам, проблемы обнаружились и их масштабы стали ясны только со сменой губернаторов этих субъектов федерации.

Константин Чуриков: Министр финансов назвал только четыре региона, сейчас вы их увидите. Это Республика Марий Эл, Новгородская, Пензенская и Магаданская области. Кто еще входит в этот список, пока неизвестно. Но среди не самых благополучных ранее назывались Мордовия и Хакасия. В любом случае понятно, что перечень Силуанова далеко не полный. Ну а ранее президент заявлял, что с будущего года начнет действовать программа реструктуризации бюджетных кредитов регионам, все субъекты по этой программе получат отсрочку по бюджетным кредитам на 7 лет. Это собственно те, кто показывает рост налоговых доходов выше уровня инфляции на 12 лет. На самом деле сложные такие детали и подробности, но довольно важные.

Оксана Галькевич: Ну, как мы видим, Москва, федеральный центр действительно активно взялся за решение той проблемы. Уже много раз звучало мнение, например, что в следующем году в регионах, где уровень долга будет зашкаливать, Министерство финансов Российской Федерации намерено вообще ввести казначейское сопровождение. То есть по сути это что означает? Это означает, что финансовое управление этих регионов перейдет – куда? – в федеральный центр, в Москву.

Константин Чуриков: То есть прямое управление из Москвы, по сути.

Оксана Галькевич: Да, прямое управление из Москвы. И вот еще одна новость, кстати, вот сегодня, буквально несколько часов назад она обнаружилась на лентах: премьер-министр Медведев подписал распоряжение о выделении дополнительных 55 миллиардов рублей на предоставление бюджетных кредитов субъектам Российской Федерации.

Константин Чуриков: Что называется, для начала, для разбега. Уважаемые зрители, у вас в регионе, где вы живете, что с деньгами? Как вы это чувствуете на себе, ну, получая (или, кстати, не получая зарплату), выходя на улицу, глядя на поликлинику, на школу, на всю инфраструктуру, на дороги? Как вы думаете, у вас в регионе деньги есть? 8-800-222-00-14 – наш телефон в студии. SMS-портал, кстати, работает, спасибо ему: 3443, в начале буквы "ОТР".

А в студии у нас прямо сейчас – Гульназ Галиева, директор по региональным рейтингам "Эксперт РА". Гульназ, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Гульназ Галиева: Добрый день.

Константин Чуриков: Скажите, пожалуйста, вот масштаб этой проблемы серьезнее, чем об этом говорят власти, или нет? Потому что мы здесь видим такие обтекаемые формулировки. Кому-то может показаться: ну, текущая такая верстка бюджета, ничего страшного.

Гульназ Галиева: С первого взгляда, конечно, достаточно сложно оценить масштабы проблемы, потому что проблему-то не обнаружила даже Счетная палата, по большому счету, хотя она проводит проверку бюджетов, контрольно-ревизионные проверки осуществляются. И тем не менее как бы вот эти дыры в бюджете были скрыты. Все бюджеты… все регионы должны работать и соблюдать принцип прозрачности. То есть вы можете зайти на сайт Минфина любого региона нашего – и там вы увидите отчет об исполнении бюджета. И тем не менее даже такая публичная отчетность в виде отчета об исполнении бюджета, государственные долговые книги, которые также публичны, они не дают полную картину, потому что, как Силуанов уже сказал, обнаружились большие кредиторские задолженности.

То есть выделялись денежные средства на расходы, на цели, которые не имели финансового обеспечения. И просто так, с первого взгляда, конечно, эти дыры обнаружить сложно. А новые губернаторы, которые пришли на место старых, они собственно и провели ревизию бюджета и обнаружили вот эти дыры. В некоторых регионах это доходит до нескольких миллиардов, то есть достаточно большие суммы озвучены были.

Оксана Галькевич: Ну, вы говорите, что деньги направлялись на цели, которые не имеют финансового обеспечения. То есть, соответственно, это было нецелевое расходование. И тем не менее Счетная палата не обнаружила при своих постоянных проверках в регионах. Как так?

Гульназ Галиева: Да. Получается, что да. Здесь, наверное, вопрос к Счетной палате, к качеству проведения проверок, к чистоте проведения проверок, потому что все-таки каждое ассигнование, все лимиты должны быть прописаны и утверждены в бюджете, и проверки должны их выявлять.

Оксана Галькевич: Уж с теми разговорами о том, как строго у нас следят за расходованием бюджета, что вот ни сантиметра, ни миллиметра в сторону! В декабре лихорадка у нас начинается во всех бюджетных организациях, которые получают бюджетное финансирование. И вдруг вот такая ситуация, доведенная до крайности практически.

Гульназ Галиева: Здесь я бы отметила еще…

Оксана Галькевич: Годами причем она складывалась! Какая-то фантастика.

Гульназ Галиева: Да. Здесь я бы еще отметила, наверное, низкое качество именно финансового управления в регионах, во многих регионах, которое собственно и привело к таким серьезным последствиям. То есть это связано с тем, что регионы завышают свои прогнозы по налоговым доходам, не совсем корректно рассчитывают расходы, которые им предстоит осуществить в течение года. И поэтому по итогам года мы, например, видим достаточно большой разрыв, факт-план исполнения и поступления налогов и неналоговых доходов в регионах. То есть это основной источник их поддержания жизнедеятельности, помимо трансфертов, которые федеральный центр выделяет. И вот здесь вопрос именно к качеству финансового управления. Вот с этого нужно начинать, чтобы…

Константин Чуриков: Вопрос профессионализма.

Гульназ Галиева: Да, в том числе профессионализма, ответственности.

Константин Чуриков: Но помнится мне, губернаторам, которые лишились своих должностей, раздали какие-то почетные должности, всякие почетные грамоты, благодарности. Трудно себе представить, что как-то прямо в них персонально заключалась проблема. Во всяком случае, их как-то публично, по-моему, похвалили. Это то, что нам не так давно показывали.

Скажите, пожалуйста, а вот каким образом депрессивный регион, где под ногами не бьет ключом нефть и золото не валяется, каким образом его сделать из депрессивного позитивным?

Гульназ Галиева: Ну, здесь ответственность же не только на губернаторе лежит. Здесь же еще есть министерство финансов, управление казначейства в регионах. И по тому, как они управляют эффективно доходами своими, тоже можно видеть по итогам исполнения бюджета.

Как повысить? Ну, здесь, конечно, сейчас первостепенная задача стоит – это исполнение социальных обязательств. Особенно это актуально стало после того, как были введены Майские указы, о которых всем известно. Это накладывает определенные обязательства и для некоторых регионов даже трудности в исполнении бюджета. И это способствует тому, что они вынуждены привлекать долговое финансирование. И вот этим самым долговым финансированием им нужно уметь грамотно и качественно управлять, чтобы и структура долга была комфортная, и платежи были комфортными, чтобы не возникали проблемы в виде скрытия каких-то задолженностей.

Константин Чуриков: Я просто говорю к тому, что, наверное, всегда просто поругать своего предшественника и сказать, что это он виноват, приехать и о чем-то, о какой-то услуге… попросить денег в бюджет. Но ведь проблема не решается. Все равно условные Марий Эл или Хакасия остаются Марий Эл и Хакасией, это не Ямало-Ненецкий автономный округ. Как вы думаете, на чем должны сейчас сосредоточиться господа губернаторы, региональные власти и федеральные власти для того, чтобы все-таки были точки роста не только в этих трех-четырех регионах страны?

Гульназ Галиева: Ну, одно из достаточно больших направлений, с точки зрения федерального центра, которое оказывается сейчас, – это введение реструктуризации бюджетных кредитов. Эта форма помощи будет достаточно сильной для регионов, у которых большой объем именно бюджетных кредитов. В том числе это поможет им высвободить дополнительные средства, чтобы они могли пустить их на инвестиционную политику, на поддержание, на осуществление социальных расходов, на строительство дорог, на покрытие более дорогих кредитов, которые были получены от коммерческих банков, или облигационных займов, которые были размещены гораздо ранее по более высокой процентной ставке.

Оксана Галькевич: А вы как представитель компании "Эксперт РА" можете сказать, есть ли у вас какой-то рейтинг регионов именно по финансовой культуре, по качеству этого самого финансового управления?

Гульназ Галиева: Такого рейтинга, к сожалению, у нас отдельно нет.

Оксана Галькевич: Ну, я думаю, что, наверное, в Москве все более или менее прилично, да?

Гульназ Галиева: Конечно.

Оксана Галькевич: В том числе за счет близости и совпадения с федеральным центром. А какие еще регионы демонстрируют высокий уровень знаний в этой области и грамотно ведут свои дела?

Гульназ Галиева: Здесь стоит отметить, конечно, что достаточно сильными регионами являются, да, федеральный центр и около федерального центра регионы – Санкт-Петербург тот же, Московская область.

Оксана Галькевич: Я думала, вы скажете – Тула, Тверь, Калуга, Рязань.

Гульназ Галиева: Тульская область также, да. Высокое качество – Республика Татарстан, Республика Башкортостан. Краснодарский край очень подтянулся и поднялся за счет подготовки к Олимпиаде и стройности ведения расчетов, потому что достаточно большие объемы расходов были осуществлены, в том числе и из бюджета региона, и поддержка из федерального центра. Конечно, стоит отметить, что у этих регионов достаточно большая самостоятельность, то есть они формируют большой объем собственных доходов, которые обеспечиваются в регионах, в которых развита промышленность, нефтедобывающие отрасли.

Константин Чуриков: В которых есть нефть! В Татарстане подготовка к Универсиаде – это здорово, но все-таки там есть нефть.

Гульназ Галиева: Конечно.

Оксана Галькевич: А Краснодарский край – там какая нефть?

Гульназ Галиева: Сельское хозяйство.

Константин Чуриков: Житница, кузница и здравница. И Сочи там.

Оксана Галькевич: И "сочница".

Константин Чуриков: И кстати, Олимпиаду проводили в Краснодарском крае.

Оксана Галькевич: Звоночек.

Константин Чуриков: Смотрите, прежде чем звоночек, что пишут люди. Бурятия: "Как такая большая республика с населением меньше миллиона вся в долгах?" Владимирская область: "Поликлиника, музыкальная школа, дом творчества – сплошная разруха". Забайкалье нам пишет: "Задолженность – 22 миллиарда. Все бегут – кто куда".

И давайте, да, послушаем, что нам сейчас хочет такого интересного Юлия рассказать (Оренбургская область). Юлия, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. У меня такой вот вопрос. У нас в нашей Оренбургской области (я проживаю в Саракташе, в Саракташском районе) отменили льготы матерям-одиночкам на том основании, что не хватает средств в бюджете. И как вот мне быть?

Константин Чуриков: Юлия, скажите, пожалуйста, а как вам это объяснили? И какие конкретно льготы вы имеете в виду? И что вам сказали в условном департаменте социальной защиты? Как вам объяснили?

Зритель: Ну как? У меня статус матери-одиночки. Я платила за детский сад… У нас детский сад – 1200. Я платила 600 рублей, так как 50% у меня льготы, так как я мать-одиночка. Теперь на этом основании, так как нет льгот в бюджете, мне эти льготу убрали – и платить теперь полностью 1200. А у меня двое детей.

Константин Чуриков: Трое?

Зритель: Двое, двое.

Константин Чуриков: Двое. Ну, все равно существенная нагрузка. Юлия, спасибо за ваш звонок. Собственно, может быть, нашему Министерству финансов и Правительству смотреть на такие показатели – самоидентификация и самоощущение людей?

Оксана Галькевич: Объем социальной нагрузки. Вот смотрите – объем социальной нагрузки в том или ином регионе является показателем благосостояния, надежности, финансовой стабильности региона? Мы же знаем, что в тяжелые минуты, в тяжелые моменты начинают потихонечку сбрасывать с себя (вот ровно то, о чем говорила наша телезрительница) эту нагрузку социальную.

Гульназ Галиева: К сожалению, да, есть такие случаи, в том числе и представленный случай, когда зафиксировано, что регион сам не справляется с социальной нагрузкой. Часть социальной нагрузки, конечно же, финансируется из федерального бюджета, особенно если регион не самостоятелен, финансовая достаточность у него слабая. И в форме дотаций и бюджетных субсидий, субвенций осуществляется финансирование и софинансирование этих расходов. Поэтому часть таких расходов социально значимых… они как бы распределяются между федеральным центром и регионом.

Но, к сожалению, да, есть регионы, которые вынуждены отказываться от какого-то вида помощи, потому что в бюджет они это не закладывают, потому что не могут подтянуть дополнительные расходы. Расходы они не могут подтянуть, потому что не могут собрать доступное количество доходов. Все взаимосвязано.

Константин Чуриков: Что символично – нам пишут как раз из Северного Кавказа. Республик Северная Осетия, цитата: "А зачем напрягаться, если федеральный центр все равно даст деньги?"

Гульназ Галиева: Кстати, да, есть такой момент, что некоторая халатность, скажем так, регионов. Не все, к счастью, но некоторые считают: "Ну, федеральный же центр нам все равно поможет. Зачем же мы будем слишком сильно стараться?" Действительно, федеральный центр помогает, потому что есть регионы, которые не справляются самостоятельно со своими расходами, долгами. Но тем не менее со следующего года… уже и министр финансов, и президент заявляли о том, что отношение к софинансированию расходов и обслуживанию долговой нагрузки регионов будет проходить более тщательный контроль, будут следить, на какие именно цели будут просить деньги. Просто так приезжать в Москву каждый регион и просить деньги – такого больше не будет, как они сообщили.

Оксана Галькевич: А я по-другому спрошу. А зачем напрягаться вот опять же, зачем быть успешным, если федеральный центр, глядя на успехи того или иного региона, все равно существенную часть денег тоже забирает для того, чтобы опять же распределить тем, кто работает хуже? Тоже такой демотивирующий момент. "Я понимаю, конечно, надо помогать, да. Но мы вот тут стараемся, живем, а вот кто-то там не очень, не дотягивает по уровню и будет за наш счет", – думают, например, в этих нефтяных регионах или еще в каких-то.

Гульназ Галиева: Здесь, конечно, стоит отметить, что страна у нас очень большая…

Оксана Галькевич: И очень разная.

Гульназ Галиева: И очень разная. Природные ресурсы распределены неравномерно. Промышленность развивается неравномерно. У нас федеративная система устройства, то есть федеральный центр сначала собирает налоги те, которые поступают в федеральный бюджет, а потом уже их распределяет, чтобы все регионы были в равных условиях. То есть если тому же Ямало-Ненецкому автономному округу вдруг будет не хватать денег, он тоже получит их из федерального центра, хотя сидит на нефти.

Оксана Галькевич: На "нефтяной игле".

Константин Чуриков: А вот интересно сравнить бюджет города Москвы с бюджетом какого-то региона, чтобы, как говорится, измерить в попугаях, вот понять. Вот сколько сейчас бюджет Москвы, навскидку?

Гульназ Галиева: Сейчас не скажу вам.

Оксана Галькевич: 30 с лишним. 36 миллиардов?

Константин Чуриков: Больше, больше. Больше, больше, больше! Намного больше!

Оксана Галькевич: Тебе всегда мало, Константин!

Константин Чуриков: Это любопытно, потому что, да, мы понимаем, что в Москве у нас… Сейчас я открываю данные Росстата. У нас в Москве официально 12 миллионов. Московская область – еще примерно 7 миллионов. Но, например, есть Краснодарский край – вроде далеко не самый депрессивный регион, более того, один из преуспевающих. Вот интересно просто понять логику вот этого перераспределения доходов. Почему (о чем мы часто и говорим) условный токарь, который работает во Владимирской области, получает меньше, чем токарь, который работает в Москве? При том, что во Владимирской области и в Москве цены-то не сильно между собой отличаются.

Гульназ Галиева: Ну, это не только Краснодарский край и Москва, а тут, по большому счету, можно с Москвой сравнивать любой регион – и разница будет достаточно большая. Все-таки Москва в себе концентрирует основной поток бизнеса, который здесь, оптово-розничной торговли. Здесь, в Москве, зарегистрировано очень большое количество тех же нефтедобывающих и газодобывающих компаний, которые платят налог, часть налога в московский бюджет.

Оксана Галькевич: А зачем они здесь регистрируются?

Константин Чуриков: То есть, может быть, их там где-то зарегистрировать? В Забайкалье.

Оксана Галькевич: Там добываете – там и платите, пожалуйста.

Гульназ Галиева: Там они тоже платят часть налогов, то есть налог на имущество, НДФЛ.

Оксана Галькевич: Только часть.

Гульназ Галиева: Здесь уже вопрос к бизнесу, к руководству бизнеса: почему была перерегистрация?

Константин Чуриков: Подождите. В Москве-то нефти нет, но офисы всех компаний находятся здесь. Может быть, нам действительно офис главной компании страны открыть в городе Чите, например, да? И сколько туда потечет сразу средств! И люди будут довольны. Давайте послушаем сейчас звонок.

Оксана Галькевич: Татьяна из Нижнего Тагила. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот я слушаю вашу передачу постоянно. Вот два дня назад была передача. Все говорят: "Распустить надо Государственную Думу и Правительство, которые не выполняют указы президента". Он говорит красиво. Почему в Москве должны получать по 150 тысяч эти же ведущие, как вы, а у нас дворник должен 5 тысяч, санитарочка – 5 тысяч? И как прожить и прокормить трех детей? Как можно получить 430 тысяч и жить дальше? Надо платить молодым, чтобы они рожали, чтобы молодой парень получал 100 тысяч – тогда рождаемость повысится. И не надо будет эти подачки давать – 430 тысяч. Колесо от бублика только можно купить. Так?

Константин Чуриков: Татьяна, минуточку! Вы же нам звоните из города Нижнего Тагила, правильно?

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Нижний Тагил – это у нас Ханты-Мансийский округ, верно?

Зритель: Нетушки! Это Свердловская область, а не Ханты-Мансийский.

Константин Чуриков: А, Нижний Тагил, да-да-да. Я спутал. Свердловская область.

Оксана Галькевич: Промышленный регион.

Константин Чуриков: В общем, тоже, извините, "Уральская горно-металлургическая компания" – я думаю, вам это название о многом говорит. Предприятия, олигархи…

Зритель: И что? У нас все заводы в 90-е разрушены. Это на грани фантастики! Было 40 цехов, из них 10 работает. Это нормально? Люди безработные, работы нет.

Константин Чуриков: Как бы вы оценили положение вашего региона, предположим, по пятибалльной шкале?

Зритель: Где пятибалльная-то? Если у нас 10 тысяч зарплата, то как на нее прожить? Даже детские учреждения – надо 5 тысяч побора заплатить. В школу 5 тысяч заплатить, чтобы учить. В секцию отдать – надо тысячу заплатить. Чтобы в футбол парень играл, надо форму купить за 17 тысяч. А она 5 получает. Как так?

Константин Чуриков: Татьяна, а вот вы сами как думаете, причина – неумелое управление региональных властей или это федеральный центр создал такие условия?

Зритель: Конечно, неумелое управление в Думе. Они за что деньги получают?

Оксана Галькевич: Татьяна, "Уралвагонзавод" – это же ваш, Нижний Тагил, правильно?

Зритель: И что?

Оксана Галькевич: Тоже стоит?

Константин Чуриков: Нет, завод-то не стоит, с заводом все в порядке.

Оксана Галькевич: Работает. Зарплаты маленькие.

Зритель: Там не все цеха-то работают нормально.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Татьяна. Мы прекрасно понимаем, что действительно крик души. Вы знаете, таких сообщений, таких звонков много. Нам пишут, что не хватает пособий для инвалидов. Пишут, что зарплату задерживают четыре года (это Махачкала), суды приватизированы.

Оксана Галькевич: А вот скажите, пожалуйста… Силуанов говорит о том, что годами утаивалась информация о финансовом состоянии дел во многих, в многочисленных регионах. Хорошо, сейчас это обнаружилось. И кто теперь должен с этим разбираться? Ну, ответственность какая-то – кто понесет? Дело перейдет в прокуратуру, пойдет какое-то расследование или как? Вот за нарушение этого федерального законодательства…

Константин Чуриков: А с кого спрашивать? Уже губернаторов этих нет.

Оксана Галькевич: Ну как?

Константин Чуриков: Теперь другие.

Гульназ Галиева: Да, здесь, конечно, часто получается, что действует такая практика, что эти ошибки, эти дыры в бюджете были при старом губернаторе, а вот сейчас пришел новый – и все будет по-новому. Собственно федеральный центр помогает регионам, и они эти дыры с помощью этих средств залатают.

Оксана Галькевич: Подождите. Получается, занимая какую-то ответственную должность, главное, будучи финансово ответственным лицом, – ставить подписи ровно до момента окончания своих полномочий? А потом что – трава не расти? Получается так? Ответственности нет никакой? Все, ты уже дальше не губернатор, и все, что ты там натворил… Как-то странно. Разве нет?

Гульназ Галиева: Ответственность, конечно, должна быть, потому что это прямое нарушение бюджетного законодательства и Бюджетного кодекса, в котором прописаны все нормы, которым должен соответствовать бюджет региона: исполнение бюджета, его финансовое состояние и стабильность. Конечно, там не прописана конкретная ответственность. Естественно, если под это заведется уголовное дело, то там уже будут какие-то статьи. Но, мне кажется, этот вопрос уже в компетенции Министерства финансов и Счетной палаты, чтобы проверить, выявить и уже решить, кто и в какой мере будет нести за это ответственность.

Константин Чуриков: Гульназ, мы в нашем эфире часто критикуем (изучая, конечно, подробно) Росстат, и наши зрители прежде всего, не мы, а наши зрители, потому что не верят в те приписки, которые есть в их отчетности. Мне интересно, как составляются вот эти рейтинги, как находятся эти цифры. Вот вы занимаетесь региональными рейтингами, этими исследованиями. По каким критериям вы сами получаете данные? Вы заглядываете в статистику Росстата или, не знаю, выезжаете на места, знакомитесь с какой-то более закрытой информацией?

Гульназ Галиева: Во-первых, у нас разработана методология, в соответствии с которой мы присваиваем наши рейтинги. Эта методология проходит достаточно долгую и тщательную процедуру согласования и одобрения со стороны нашего регулятора – Центрального банка. Процедура присвоения рейтингов достаточно прозрачная, потому что все оцениваемые показатели и параметры раскрыты в нашей методологии, которая опубликована на нашем сайте. Конечно же, в процессе анализа мы используем в том числе данные Росстата.

Здесь, конечно, стоит отметить, что мы со своей стороны как аналитики сталкиваемся не то чтобы с недостоверной отчетностью, а с тем, что она выходит с достаточно большим запозданием. То есть пока там сделают весь свод цифр и опубликуют, проходит полгода, а информация нужна раньше.

Оксана Галькевич: Но это ведь тоже нарушение закона, дисциплины какой-то бюджетной.

Гульназ Галиева: Это достаточно долго, да.

Оксана Галькевич: Нет, подождите. Достаточно долго или все-таки есть сроки? Вот у нас эфир начинается в 17:00. И если я буду достаточно долго к нему готовиться, я достаточно быстро перестану здесь работать. Раз не успела, два не успела… Поэтому я хочу понять. Есть время, когда должна эта отчетность появиться, и это сроки до полугода? Либо просто вот так вот, сроков нет, поэтому "как умеем, так и пишем"?

Гульназ Галиева: Я, к сожалению, не знаю сроков регуляторных, установленных для Росстата, поэтому, к сожалению, не могу прокомментировать именно этот момент. Но сроки, по которым должны отчитываться регионы, публиковать свою ежемесячную отчетность об исполнении бюджета, государственную долговую книгу, они все соблюдают и все публикуют.

Помимо этого, мы выезжаем на места, в регионы, общаемся с администрацией, с министерством финансов, с управлением казначейства и запрашиваем у них актуальную информацию, потому что она у них собрана, она у них есть. Это Росстат недоконсолидировал, а у региона все эти цифры есть. А если их еще нет, например, как по объему валового регионального продукта, то у них есть оценка предварительная, которая, конечно, может поменяться, но это будет несущественная динамика. И вот на основе этих данных мы проводим свой анализ, конечно.

Константин Чуриков: На месте губернаторов я бы сейчас смотрел ОТР и сильно бы волновался: "Вдруг из вверенного мне региона кто-то позвонит в программу "ОТРажение". У нас сейчас Михаил из Кургана. Михаил, здравствуйте. Как у вас там?

Зритель: Я больше чем уверен, что в связи с тяжелой экономической ситуацией… Кстати, бюджет Москвы ежегодно – это более 1,5 триллиона рублей, к сведению хочу сказать. Поэтому я хочу сказать, что многие власти сейчас, в том числе Государственная Дума и Правительство, к сожалению, закрывают глаза на многие финансовые нарушения, которые обозначила Голикова как неэффективный способ использования финансовых средств по линии федеральных и региональных программ.

Я напомню, что, по статистическим данным, в нынешнем году около триллиона рублей прокручивалось в аффилированных финансовых структурах, получаемых из бюджета, непосредственно в регионах, в том числе под контролем властей, которые занижают финансовую прибыль и ликвидность своих регионов. Как уже обозначил предыдущий ваш диктор в одном из комментариев, им выгодно оставаться дотационными регионами.

Я уж не говорю о сфере ЖКХ, где на конец прошлого десятилетия Северо-Кавказский регион в сфере ЖКХ задолжал более 100 миллиардов рублей. И Правительство закрывает глаза. И еще один характерный пример: на дороги в этом году выделено по всей России 20 миллиардов рублей, на поддержание промышленности – 40 миллиардов рублей. В 2013 году было выделено 106 миллиардов рублей на поддержание инфраструктуры Дальневосточного края…

Константин Чуриков: Михаил, спасибо вам. Сколько у вас цифр в голове! Вот видите – нам звонят люди, тоже годятся вполне в эксперты.

Оксана Галькевич: Несколько сообщений буквально уже в финале с нашего портала. "Виноват Силуанов. Он ответственное лицо, поэтому он должен был контролировать", – считает Оренбургская область. "Это нецелевое расходование, – пишет нам Сахалин. – Все дотационные субъекты должны быть проверены прокуратурой". Вологодчина пишет, что влачат они там нищенское совершенно существование. Красноярский край пишет, что Москва забирает все деньги из регионов. "Норильск добывает, а денег себе оставляет очень мало". Кстати, Омск говорит: "Надо вернуть налоги в регионы. Хватит кормить Москву!" Прости, Костя.

Константин Чуриков: Это частый слоган в SMS-сообщениях, которые мы получаем. И многие наши зрители поддерживают Татьяну из Нижнего Тагила, которая несколько минут назад выступала в эфире.

Спасибо вам, Гульназ, за ваше мнение, за ваш комментарий. У нас в студии была Гульназ Галиева, директор по региональным рейтингам "Эксперт РА". Всего через несколько минут программа "ОТРажение" продолжится.

Список серий