Сирийские нелегалы. Почему в России ни один сириец до сих пор не получил статус беженца?

Тысячи пользователей социальных сетей каждый день обсуждают сообщения о казнях, пытках и арестах невинных жителей в Сирии. По данным ООН, за время сирийского конфликта погибло больше ста тысяч человек, из-за войны покинули родные места полтора миллиона. Об этом вряд ли мог не знать российский путешественник и фотограф из Томска Константин Журавлев. В начале сентября он отправился по опасному маршруту: через Сирию в Египет - там, в восточной части пустыни Сахара он собирался совершить 7-ми дневную медитацию с завязанными глазами.

Фотоотчеты о путешествии Константин Журавлев регулярно выкладывал в интернете. Но на этой неделе он перестал выходить на связь. А на странице одного из сирийских изданий  в социальных сетях появилась фотография загранпаспорта Константина, с нанесенным поверх логотипом радикальной исламистской группировки "Лива-ат-Таухид". А ниже в тексте сообщалось следующее: в Алеппо задержан шпион из России, работавший на российскую и сирийскую разведку и, что скоро будут выложены видео допроса с признанием в шпионаже. Российский МИД сейчас пытается вызволить из плена Константина Журавлева, и постоянно напоминает о крайней опасности поездок в Сирию.

А между тем, в обратном направлении - из Дамаска в Москву и Петербург - едет все больше людей: вернее, бежит. Они спасаются от войны - и здесь не по своей воле становятся так называемыми нелегальными мигрантами. Сколько сейчас в стране беженцев из Сирии, неизвестно. Точной статистики нет, но, судя по видео отчетам МЧС, которые нам регулярно показывают по телевизору, в России их уже несколько тысяч.

Однако, статуса беженца пока  ни один сириец так и не получил. Хотя большинство из них вполне на это могут претендовать: кто-то покинул родину из-за преследований за политические убеждения, кто-то - из-за прямой угрозы для жизни. Все попытки легализоваться тонут в чиновничьей бюрократии.

Бесконечные очереди в ФМС, потом не самый радушный прием официальных лиц, еще несколько месяцев ожидания направления в центры временного размещения - и все это с маленькими детьми, без знания языка и без денег.

Сколько тысяч вынужденных переселенцев из Сирии оказались в России? Почему их попытки получить статус беженцев тонут в чиновничьей бюрократии? И освободят ли из сирийского плена российского фотографа Константина Журавлева?
Список серий