Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Игорь Абакумов: Частный огород – это высшая форма недоверия граждан своему государству

Константин Точилин: Это программа "Де-факто". Сегодня гость нашей студии – Игорь Абакумов, генеральный директор медиа-группы "Крестьянские ведомости". Здравствуйте.

Игорь Абакумов: Здравствуйте.

К.Т.: Игорь, глядя на улицу, совершенно очевидно, что пришла весна. Это означает, что начинается активация в сельском хозяйстве, прежде всего посевная.

И.А.: Она уже началась.

К.Т.: Если год назад это представляло интерес только для участников процесса и для профессионального сообщества, то сейчас, наверное, за этим будут следить все, потому что все уже успели ощутить на себе и на своих кошельках рост цен на продовольствие, в том числе и на продовольствие отечественного производства. Давайте с этим разбираться. Начнем, собственно, с посевной. Чем она характерна в кризис?

И.А.: Посевная всегда характерна чем-нибудь. В этом году посевная характерна тем, что надо будет больше сеять, потому что была достаточно сложная зима, и озимые не очень хорошо ее перенесли. Как говорят сейчас – на юге уже сажают. Так вот, на юге уже сеют.

К.Т.: Сажают сейчас на Сахалине.

И.А.: Начали сажать с Сахалина, а сеют уже на юге. Погода есть погода, природа есть природа. Ничего в этом страшного нет, никаких тут мировых закулис не наблюдается. Порядка трети озимых мы будем пересевать. Ничего в этом страшного нет, все нормально, посевной материал есть, техника есть. Проблемы с ценами, проблемы обычные: солярка дорожает, семена дорожают – все дорожает. Цена вопроса самой посевной, естественно, тоже будет большая.

К.Т.: Я понимаю, почему дорожают семена – возможно, они импортные.

И.А.: Не только потому, что они импортные. В основном потому, что они импортные, но и потому, что обслуживание этих семян…

К.Т.: А что значит "обслуживание семян"?

И.А.: Электроэнергия на их сортировку, обработку. Электроэнергия же тоже подорожала. Не каждый горожанин знает, что промышленные предприятия платят одну цену за киловатт электроэнергии, а сельскохозяйственные предприятия платят цену почему-то большую. Никто ведь об этом не спрашивает, правда же? Никто не спрашивает о том, почему в период посевной, уборочной, в период активных полевых работ у нас всегда повышаются цены на топливо – на солярку и на бензин.

К.Т.: Я думаю, что это абсолютно общий вопрос, потому что у нас цены на горючее повышаются всегда, вне зависимости от цен на нефть.

И.А.: Мне приходилось наблюдать, когда полиция в ФРГ вдруг останавливает транспортный поток, даже когда он идет на сельскохозяйственную выставку, – и начинает проверять цвет горючего в баках.

К.Т.: Каким образом? Зачем?

И.А.: Очень просто. Она опускает туда щуп и смотрит: если топливо синее, бензин или солярка синего цвета – пожалуйста, будьте любезны на штрафную стоянку. Почему? Потому что солярка или бензин синего цвета отпускаются только сельскохозяйственным машинам. И фермеры (а фермеры есть везде) приторговывают этим топливом, потому что оно дешевле.

К.Т.: Есть специальные дотации для фермеров именно на горючее.

И.А.: Абсолютно точно. Есть специальные заправки, где фермерское топливо стоит дешевле. Как вы понимаете, в нефтедобывающей стране, которой является России, это сделать "крайне сложно", это просто "невозможно" сделать. Именно поэтому у нас цена посевной каждый год немножечко все выше, выше и выше. Вот основная причина.

К.Т.: Рост цен на продовольствие – прежде всего, российского производства, – с которым столкнулись все уже, с чем связан?

И.А.: Во-первых, никто не спросил фермеров, крестьян, аграрных олигархов, никто их не собрал и не сказал: "Ребята, у нас политическая ситуация такая, нужно будет развить импортозамещение. Что вам нужно для того, чтобы вы это сделали?" Вот такого совещания не было.

К.Т.: Не может быть. Все же говорят о том, что нужно оказать всемерную помощь отечественным производителям, отечественному бизнесу, отечественному сельскому хозяйству – а совещания не было.

И.А.: Совещание было с целью постановки задач: нам нужно произвести столько-то, нам нужно произвести импортозаменение. Осознанный термин – не "замещение", а "заменение".

К.Т.: А в чем разница?

И.А.: С Америки – на Аргентину. С ФРГ – на Китай. С Польши – на Турцию.

К.Т.: То есть вы хотите сказать, что мы вместо того, чтобы воспользоваться не очень хорошей, но тем не менее случившейся ситуацией, и развивать наше сельское хозяйство, будем развивать сельское хозяйство Южной Америки и Китая?

И.А.: Как мы развивали сельское хозяйство Соединенных Штатов и Европы. 

Мы развили плодоводство и производство яблок в Польше до таких размеров, что они сейчас не знают, куда это продать. 

Ведь нет такого рынка, куда можно сразу это выбросить. Был рынок в России, сейчас он выключен – для Польши это трагедия. Мне очень жаль их фермеров, искренне жаль, честное слово. Но политика есть политика, и ничего с этим не сделаешь. То же самое, как и у нас. Мы в августе прошлого года узнали, что у нас санкции, антисанкции, что у нас есть действительно блестящая возможность занять собственный рынок. Верно? Верно. Но ведь нет такого крана, из которого даже за деньги сразу можно увеличить производство молока. Чтобы вырастить корову, нужно три года.

К.Т.: А чтобы вырастить яблоню, нужно значительно больше времени.

И.А.: Шесть-десять лет. Виноградник – восемь-десять лет. Стало быть, если мы думали о том, что такая ситуация гипотетически могла бы быть, то подготовку к этим антисанкциям нужно было начинать восемь-десять лет назад.

К.Т.: Их не начали. Но сейчас-то их можно начать?

И.А.: Минуточку! Мы их начали. Собственный сегмент Интернета РФ у нас есть? Есть. Зачем мы его делали? Видимо, что-то предвидели. ГЛОНАСС у нас появился? Ведь был же GPS, великолепная вещь, – но ведь ГЛОНАСС сделали. Сделали некие замены, которые влияли непосредственно на обороноспособность страны, но про сельское хозяйство как-то не подумали. Поэтому для того, чтобы сейчас что-то предпринять, нужно, во-первых, дать четкие гарантии, что в ближайшие пять лет у нас импорт будет сокращаться, а это место будет занимать отечественный товаропроизводитель.

К.Т.: У вас есть ощущение, что какие-то меры принимаются?

И.А.: Да, они принимаются.

К.Т.: Какие?

И.А.: Я не могу сказать, что они не принимаются. Во-первых, на прилавках у нас не пусто.

К.Т.: Ну, уже хорошо.

И.А.: Это импортозаменение произошло. Заменение, но не замещение пока. 

Качество отечественного продовольствия, которое сейчас хлынуло на прилавки, чуть ниже среднего уровня, особенно по сырам. Сыры – это полная беда. 

У нас производство молока не увеличивается (а если увеличивается, то на доли процента), поголовье скота у нас снижается в связи с экономическими причинами, – но производство сыров у нас вдруг увеличилось на несколько десятков процентов!

К.Т.: Каким образом?

И.А.: Правильный вопрос. К бабке не ходи, это сухое молоко – а это уже не сыр.

К.Т.: Не совсем сыр, скажем так.

И.А.: Если честно, то совсем не сыр. Это, как в народе говорят, "помазуха" – то, что мажется. Помните шутку такую расхожую: "Мажется, но есть нельзя". И это, скорее всего, пальмовое масло – заменитель животного жира. Это растительный жир, который не совсем корректно растворяется в организме. Температура растворения этого жира сродни температуре больного человека – свыше 37 °C.

К.Т.: То есть надо обязательно горячим чаем запивать.

И.А.: Да, надо чем-то запивать тепленьким. Этот рост производства сыров, конечно, приятен. Он греет душу руководителей, чиновников: "Мы так быстро все сделали! В августе объявили – а у нас уже производство сыров!" Но надо смотреть правда в глаза. Производство продуктов – естественное желание каждого человека на трудностях немножечко заработать. Это нормально. Но этот вопрос надо контролировать каким-то образом.

К.Т.: А каким?

И.А.: Существует такая вещь – торговая наценка, например.

К.Т.: Мы же декларируем рыночную экономику. И когда мы декларируем рыночную экономику, как говорят одни, то мы не можем влезать в размер торговой надбавки.

И.А.: Очень скользкая тема. Почему?

К.Т.: С другой стороны, мы знаем, что нормальная рентабельность европейского бизнеса – 3%. А у нас если три конца не пришьешь, то не человек ты после этого.

И.А.: Просто если ты, начиная с 90-х годов, не имеешь два-три конца, то ты – никто, ты – лох.

К.Т.: С пейджером.

И.А.: Абсолютно точно. Есть такая вещь – оптовые торговые центры в Европе. Ты едешь в оптовый центр и по оптовым ценам покупаешь мелкую оптовую партию для своего ресторана или магазина – все, что нужно. Но ты имеешь право сделать торговую наценку не более 10%.

К.Т.: То есть там каким-то образом законодательно ограничена наценка?

И.А.: Конечно. Поэтому все эти рассуждения о том, что рынок все отрегулирует – то, что Адам Смит прописал – уже это не работает. Везде все регулируется, потому что социальные потрясения в Европе тоже были из-за продовольствия.

К.Т.: Слушайте, на вашем месте сидели представители Федеральной антимонопольной службы…

И.А.: И что они говорят?

К.Т.: Они говорят, что они не имеют права регулировать.

И.А.: Почему Европа имеет право, а мы не имеем права?

К.Т.: Это вопрос, наверное, и не к вам, и не ко мне.

И.А.: Если ты превысишь в Европе максимальную торговую наценку, то к тебе придет налоговый инспектор и обложит тебя такими "приятностями", что тебе надо будет скорее вешать амбарный замок.

К.Т.: Недавняя история, когда несколько торговых сетей сказали, что они морозят цены на продукты – и тут же взвыли производители: взвыли молочники, взвыли пекари. Они сказали: "Вы, конечно, морозьте, но морозьте лучше свою надбавку, а не нашу стоимость".

И.А.: Это правильно. Очень правильные пекари. У нас пекари с булки хлеба, с батона имеют очень маленькую-маленькую маржу. Дело в том, что хлеб до сих пор у нас считается политическим продуктом. Как говорил Владимир Ильич Ленин: "У кого в руках хлеб – у того в руках власть". 

Но дело в том, что народ у нас давным-давно – где-то с послевоенных времен – хлебом уже не питается. Доля хлеба в общей корзине потребления очень маленькая. Но, тем не менее, почему-то со стороны власти очень популярная мера – следить за ценой на хлеб.

К.Т.: А за чем нужно следить тогда?

И.А.: Следить нужно за покупательной способностью населения. В свое время – это было уже несколько десятилетий назад, началось это в Соединенных Штатах, потом пришло в Европу – появились продовольственные карточки. Это магнитные карты, это не талоны, как принято у нас. Помните, были в 90-е годы талоны на сигареты, на водку? Тебе давали право купить это.

Продовольственная карточка – это магнитная карточка, как банковская карта, с которой ты приходишь в магазин. И если ты социально незащищенный человек, если ты пенсионер, инвалид, мало ли кто, – тебе правительство туда кладет определенную сумму денег. Но на эту определенную сумму денег ты можешь купить только продовольствие, произведенное в своей стране. Это форма поддержки, форма развития сбыта фермерских хозяйств собственной страны. Ты не имеешь возможности купить телевизор, пейджер, электролампочку, но ты можешь купить мясо, масло, капусту – основные продукты. И поэтому люди, которые имеют карточку, могут прийти в любой магазин.

Помните, у нас была дискуссия: "А давайте сделаем магазины для бедных". Это бред полный. Это ущемление прав человека. Человек, даже если он бедный, не хочет показать, что он бедный. Поэтому он с этой карточкой может прийти в любой магазин любой торговой сети и с этой надбавкой купить себе продукты по своему карману. Это нормально.

К.Т.: Если говорить о росте цен (потому что рост цен – наверное, это то, что сейчас волнует всех), здесь главное что? То, что действительно выросли цены на какие-то импортные составляющие, семена, что-то еще? Или тут дело в элементарной жадности?

И.А.: В жадности тоже. Это естественное желание, мы уже говорили на эту тему.

К.Т.: Мы даже не говорим, что это плохо. Мы пытаемся выяснить причину.

И.А.: Это не плохо, но этот вопрос надо каким-то образом регулировать. Вопрос регулирования в нефтедобывающей стране – это вопрос политической воли. Будет политическая воля – будет регулирование цены на топливо для сельского хозяйства, будет регулирование цены на подключение газа.

К.Т.: А это безумие.

И.А.: Это не просто безумие. Вот я в деревне живу – газ обошелся почти в миллион. Причем это 15 километров от Москвы. Деревенский дом, к нему подвести газ – чуть меньше миллиона и семь лет жизни. У меня дети уже выросли и пошли в школу. Газ подключили только в прошлом году.

К.Т.: А если нет газа, то тарифы на электроэнергию такие, что с ума сойдешь.

И.А.: Естественно. Причем тарифы на электроэнергию ведь регулируются местными энергетическими компаниями, они не регулируются правительством. Когда Владимир Владимирович Путин был премьер-министром, он сделал одну замечательную вещь. Вообще любой житель, который проживает в сельской местности, пусть это даже дачник, имеет право подвести себе 15 киловатт электроэнергии всего за 550 рублей. Едешь в энергетическую компанию, платишь 550 рублей, указываешь номер постановления – и тебе тянут линию, устанавливают столбы, ставят трансформатор за счет энергетической компании. Великолепная вещь!

Почему такое нельзя было сделать по газу? Почему такое нельзя было сделать для фермеров, только для сельских жителей? Чуть-чуть недоделанный вопрос. От этого, собственно говоря, и растут цены, растут издержки.

К.Т.: Как пишет пресса, на одном из совещаний в Минсельхозе всерьез обсуждался вопрос, что дачники обленились и не выращивают у себя на приусадебных участках полезные корнеплоды. Едем дальше. В наших новостях мы рассказывали, что в Калининграде планируют создать общественные огороды. Знаете, что меня беспокоит? Мы же привыкли, что с нами власть общается не прямыми словами, а посылает сигналы. Не сигнал ли это – "спасайся, кто может и как может"?

И.А.: Я считаю, что частный огород – это высшая форма недоверия граждан своему государству. Если крестьянин, горожанин или кто-либо начинает выращивать что-то на своем огороде – значит, он не доверяет тому, что это продовольствие когда-либо не исчезнет из магазинов. Есть всегда такое сомнение. Поэтому весной этого года рост продаж семян овощных культур впервые за многие-многие годы, за несколько десятилетий, превысил рост продаж семян цветов.

К.Т.: Мы клумбы перепахиваем на картофельные грядки?

И.А.: Практически да. Люди смотрят телевизор – ах, цены растут! Люди ходят в магазины – ах, цены растут! Люди понимают, что меняется структура питания. Зарплата не растет или снижается, цены растут – стало быть, нужно менять структуру питания, чтобы просто не остаться голодным. Если мы ели говядину, то переходим на свинину, курицу – на более дешевые сегменты. Если мы ели рыбу, то мы переходим на какие-то субпродукты из этой рыбы. В общем, это экономически все обосновано.

Был такой экономист Энгель (с Энгельсом не путать, хотя он тоже был немец), он изучал бюджет трудовой немецкой семьи. И он вывел аксиому: человек меняет структуру питания в зависимости от своих доходов. И эта аксиома принята всеми экономистами мира. Мы сейчас имеем снижение покупательной способности конкретного человека, конкретной семьи – и мы имеем изменение структуры питания по объему. Вот гречка есть, перловка есть, еще что-то есть, а мяса становится все меньше. И сейчас единственным доступным белком животного происхождения являются яйца. Слава богу, на яйца цены сохраняются.

К.Т.: Еще один вопрос, тоже навеянный нашими выпусками новостей. Конкретная ситуация в Псковской области, обсуждали буквально вчера-позавчера. Там ввели чудовищные условия для подсобного свиноводства под маркой борьбы с африканской чумой. Как замечательно сказал наш корреспондент: "Люди вынуждены своих свиней и поросят переводить на нелегальное положение, – просто как Ленин в Разливе". Что у нас происходит с подсобными хозяйствами и кооперацией на этом уровне?

И.А.: Существуют такие страны, как Дания, Норвегия, Финляндия, Швеция, Голландия, Бельгия. На территории Дании их фермеры создали крупнейшее в мире предприятие по производству продуктов из свинины. Каждый советский человек когда-либо открывал банку с замечательной датской ветчиной. Каждый советский человек помнит это дело. Так вот, это производится до сих пор. Это предприятие кооперативное, оно принадлежит 300 тысячам фермеров – транснациональный фермерский кооператив с центром в Дании. Что это такое? Это значит, что никакого олигарха там нет. 300 тысяч фермеров наняли себе менеджмент, и он перед ними отчитывается. Это предприятие непосредственно контактирует с потребителями, с вами. Вы сидите в ресторане или на кухне…

К.Т.: Игорь, вы понимаете, что Скандинавия – это в принципе другая планета. У нас это возможно?

И.А.: Это возможно, как только мы дадим себе ответ на вопрос: какую модель экономики мы в конце концов за 25 лет построили? Мы построили монополистически-олигархическую (я имею в виду крупные агрохолдинги и т.д.) или все-таки кооперативную?

К.Т.: Это разруха в мозгах, на самом деле.

И.А.: Как раз, чтобы разрухи в мозгах не было, нужно четко ответить себе на вопрос: а что мы строим, товарищи дорогие? Мы строим для людей? Или для кого?

К.Т.: Я ехал по норвежской провинции и видел, как местные фермеры продают картошку. Они ставят мешок картошки на дороге, рядом – весы и баночка для денег. И ни одного человека вокруг нет! Тебе нужна картошка – ты отсыпал себе килограмм, взвесил, положил столько-то крон и уехал. У нас это же невозможно! Украдут: a) картошку; b) деньги; c) весы.

И.А.: Я вам могу сказать, что есть такие примеры на локальном уровне. В Краснодарском крае я это видел – магазин почти самообслуживания. То есть, ты можешь себе взвесить, положить деньги и уйти. Но это единичные примеры, и это только для людей, которые друг друга знают. В принципе, в Европе такие вещи встречаются. Но прямо на дороге, как вы говорите…

К.Т.: Меня это поразило просто до глубины души.

И.А.: Всегда есть желание постоять в уголке и посмотреть, кто же все-таки украдет первый.

К.Т.: Видимо, не крадут, раз стоит. Потому что это не единственный мешок с весами и баночкой стоял. Стояли десятки.

И.А.: Так вот, что касается свиней. В Дании есть технологии, которые позволяют содержать даже одну свинью, что называется, в человеческих условиях: чтобы у нее было навозоудаление, чтобы там была вода, чтобы она никуда не ходила и не общалась с дикими кабанами, которые являются переносчиками АЧС (африканской чумы свиней). Вместо того, чтобы людям запрещать, им нужно предложить вот эти технологии.

К.Т.: Так им предлагают их у себя ввести, но это стоит огромных денег. Предлагают технологии XXI века для людей, которые живут в XIX веке.

И.А.: Дело в том, что это как раз и есть основа для формулирования инвестиционной политики государства в агропромышленном комплексе. Вот во что надо инвестировать – и тогда вы получите быстрый прирост продовольствия.

К.Т.: Будем надеяться, что ваши слова будут услышаны.

И.А.: Богу бы в уши…

К.Т.: Да не Богу, а хотя бы тем чиновникам, которые за это отвечают.

А я в завершение этой программы не могу вам не процитировать старую английскую народную мудрость: "Есть три легких способа разориться. Самый быстрый способ – это скачки. Самый приятный – это женщины. А вот самый надежный – вложиться в сельское хозяйство". Это "Де-факто". Увидимся. 

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Константин Косачев председатель комитета Совета Федерации по международным делам
  • Показать еще

    ГОСТИ

  • Ирина Кальченко пострадавшая при пожаре в Ростове-на-Дону
  • Михаил Кюрджев партнер адвокатского бюро "А2"
  • Валентина Лившиц очевидец (Ростовская обл.)
  • Мы возвращаемся к советской традиции выборов - подтверждению доверия к конкретному лицу

    Константин Калачев руководитель "Политической экспертной группы"
    вчера
    Александр Бастрыкин поручил проверить участившиеся случаи врачебных ошибок Также он поручил проверить законность процессуальных решений по таким делам
    вчера

    ГОСТИ

  • Сергей Щербаков кинолог
  • Сергей Щербаков: Работать с собакой надо с возраста 45 суток Такой щенок – пластилин, и можно вылепить любую модель поведения
    вчера

    ГОСТИ

  • Андрей Кочетков идеолог фестиваля "Том Сойер Фест"
  • Никита Михалков ушел из попечительского совета Фонда кино Он обвинил пресс-секретаря Медведева в "латентной русофобии"
    вчера
    В Росавиации опровергли информацию об аннулировании свидетельств пилотов Подготовка пилотов по старой программе легитимна, заявили в Росавиации
    вчера
    Россиянам предложили получать американские визы в посольствах США в других странах Такая практика не противоречит американскому законодательству
    вчера
    Тайны Коминтерна Фильм о военно-конспиративной и разведывательной деятельности Коммунистического интернационала
    вчера
    В столичном регионе ожидаются дожди и грозы В Москве и Подмосковье похолодает
    вчера
    "Коммерсантъ": Около 5 тысяч действующих пилотов могут лишиться свидетельств Росавиация аннулирует свидетельства пилотов 2006-2016 годов
    вчера
    Житель Кирова отдал судебным приставам долг в 42 тысячи рублей мелочью Пересчитывали мелочь сразу несколько специалистов
    вчера
    Пострадавшим при пожаре в Ростове-на-Дону выделят более 600 млн рублей Всего в результате пожара пострадали более 600 жителей
    вчера
    Москва готовит ответные санкции Вашингтону США приняли санкции из-за контактов России с Северной Кореей
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments