Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Игорь Абакумов: Сейчас Министерству сельского хозяйства нужны интеллектуалы прежде всего

Константин Точилин: Это программа "Де-факто". И сегодня наш гость – Игорь Абакумов, генеральный директор медиа-группы "Крестьянские ведомости" и, что сегодня, наверное, даже немножечко важнее – член Общественного совета при Министерстве сельского хозяйства Российской Федерации, где сегодня сменился министр у нас. Вместо Николая Федорова, бывшего президента Чувашии, министром стал бывший губернатор Краснодарского края (уж несколько часов как бывший) Александр Ткачев.

Давайте все-таки несколько слов скажем о том, кто ушел, потому что в газетах спорят. Одни говорят, что отставка неожиданная, другие говорят, что ожиданная. Слухи ходили последний месяц о том, что его не будет. Одни говорят, что ушел по собственному, другие – потому что наверху были недовольны. Что вы слышали? Какую теорию вы разделяете?

Игорь Абакумов: В любом случае, это, как говорят сейчас, условно-досрочное освобождение. Я не могу сказать, что ничего этого события не предвещало. Я хочу сказать, что слухи об этом ходили с октября прошлого года. Когда уже консолидированная аграрная общественность, аграрные союзы, уже достаточно начала говорить, что они недовольны работой Министерства сельского хозяйства. В общем, ничего удивительного нет, поскольку с министром очень сложно было встретиться. Видели его достаточно редко в Министерстве сельского хозяйства. Он в основном был в регионах.

К.Т.: Может быть, это и правильно?

И.А.: Это правильно.

К.Т.: Посмотреть своими глазами, что делается.

И.А.: Это было бы правильно, скорее всего, если бы все было, что называется, на мази, чтоб все было смазано, механизм крутится, и нужно было только контролировать, стучит где-то, не стучит, чихает, не чихает. Но дело в том, что наладка, как известно, у нас происходит только в Москве. Только в Москве происходят переговоры с Министерством финансов. Только в Москве происходят переговоры с Министерством экономики. Только в Москве происходят переговоры с юридическими службами, которые обслуживают у нас весь агропромышленный и экономический комплексы. С экономическим блоком, к сожалению, не получилось у министра договориться каким-то образом. И качество команды, которую он с собой привел – это глубоко порядочные люди, ничего не могу сказать.

К.Т.: Но это не профессия.

И.А.: Но это не профессия. Хороший парень – это не профессия. И даже если этот хороший парень из той республики, где ты с ним когда-то работал. То есть, команда пришла в основном из Чувашии, на основные ключевые посты.

К.Т.: Но притом, что Чувашию можно назвать аграрной республикой. Там же процентов 40 у них бюджетная составляющая - сельское хозяйство.

И.А.: Это аграрная республика. Она локальная. Там притязания народа на качественную жизнь не самые высокие, прямо скажем. Как раньше говорили, "есть чарка и шкварка, и слава тебе, Господи", "лишь бы не было войны" – примерно так. Крупного агробизнеса там не было никогда.

К.Т.: То есть, там в большей степени какие-то мелкие фермерские хозяйства?

И.А.: Такие средние хозяйства, так могу сказать. Ну, качественные, ну, чистенькие, ну, хорошие.

К.Т.: Как в анекдоте про нового русского. Да, чистенько, но бедненько.

И.А.: Но бедненько. Как в Эрмитаже. Так что качество команды как профессионалов – оно, конечно, никак не удовлетворяло интересам агропромышленного комплекса.

К.Т.: То есть, каких-то прорывных технологий…

И.А.: Не то чтобы технологий. Прорывных мыслей не было. Сейчас Министерству сельского хозяйства нужны интеллектуалы прежде всего. Интеллектуалов там, к сожалению, осталось 1-2, максимум – 3. Один - академик Петриков, другой – академик Чекмарев, и есть голова не совсем Минсельхоза, но в Минсельхозе находящийся – это Данкверт. Вот, собственно говоря, три головы, которые способны что-либо решать, но они, к сожалению, были не на первых ролях. Кроме Данкверта, конечно, поскольку он начальник в Россельхознадзоре. Это отдельная служба.

Это люди, которые способны мыслить системно, но, к сожалению, от принятия ключевых решений они были отстранены. Вот, собственно, это и не удовлетворяло аграрное сообщество.

К.Т.: Вот это очень интересно. Вы сказали два слова - "аграрное сообщество". Что оно из себя представляет? Кто туда входит и что оно может?

И.А.: Аграрное сообщество – это аграрные союзы, которые были сформированы в начале 2000-х годов.

К.Т.: Условно говоря, Союз молочников, Союз птицеводов.

И.А.: Зерновой союз очень крупный. Союз зернопроизводителей. Производителей зерна и трейдеров зерна – это два разных союза. Они параллельные, но иногда они пересекаются. Но в основном они параллельные. Это порядка 60 союзов. Включая Союз мыловаров. Как крайнее. Что такое Союз мыловаров? Возьмите нашу армию. Это хороший крупный бизнес. Помимо того, что это фармацевтичекое какое-то мыло, парфюмерное мыло, это еще и армия. Это миллион человек под ружьем, которому надо кусок мыла в неделю. Миллион кусков мыла в неделю – это серьезно.

К.Т.: Это большой бизнес.

И.А.: Это большой серьезный бизнес. Все, что касается нашей страны – это большой серьезный бизнес. Все, что касается такого…

К.Т.: Эти организации. Потому что это очень интересно с точки зрения организации гражданского общества в нашей стране, потому что вообще, тьфу-тьфу-тьфу, здесь деревянная часть стола. Такое ощущение, что оно появляется. Не без усилий Народного фронта снимаются губернаторы. Вы говорите – аграрная общественность недовольна, недовольна, недовольна – и вот смена министра. Вот эти союзы, которых, вы говорите, 60 или больше, они как возникли вообще? Их создавали сверху, или это не просто саморегулируемые, но и самосозданные организации?

И.А.: Длинная история. Некоторые создавались сверху, большинство создавались самостоятельно. Потому они были аккредитованы при Минсельхозе. Почему? Потому что что дает участие в агропромышленном союзе? Дает возможность этому союзу вести контакт с Минсельхозом. Не с каждым хозяйством в отдельности, а с выразителем его интересов.

К.Т.: Грубо говоря, ходоков посылать.

И.А.: Это то, что на Западе называется "цивилизованное лобби". Цивилизованное лобби имеет свое законодательство на Западе. У нас, к сожалению, такого законодательства нет пока. Оно должно быть. Потому что лоббист – это человек, который объясняет точку зрения людей, которые стоят за ним. Это могут быть мелкие, средние производители. Это может быть очень крупный бизнес. Но он приходит к чиновнику и объясняет свою точку зрения. Это никак не связано с коррупцией.

К.Т.: Нет, я понимаю, да. Скажите, а вот вы говорите – 60 союзов, условную цифру 60 примем. А сколько в них народу, насколько охвачены крестьянские хозяйства, прежде всего, наверное, мелкие и средние?

И.А.: Вообще-то союзами охвачена практически вся деятельность агропромышленного комплекса. Агропромышленный комплекс – это гигантская структура. Больше, чем, допустим, наш оборонный комплекс. По финансовому обороту, конечно, меньше, поскольку бюджет у него меньше, но по значению это второй оборонный комплекс. Потому что смысл винтовки теряется, если нет рядом куска хлеба, колбасы, тушенки и риса какого-нибудь, или гречки той же самой с картошкой. Меняется. Винтовка может быть направлена в другую сторону. Когда кто-то говорил, очень умный человек, "если ты не кормишь свою армию, будешь кормить чужую".

Поэтому эти союзы в значительной степени сформированы сами по себе - в частности, зерновой союз, я был одним из его основателей. Это было в начале 1990-х годов. И тогда наша газета была совсем юная. И нас пригласили, что называется, для поддержки нового начинания. Мы, конечно, это дело поддержали. Но с тех пор более серьезные люди появились, с более крутыми и серьезными намерениями. Но, тем не менее, мы остаемся в членах-учредителях зернового союза. Существует Картофельный союз, существует Молочный союз, существуют машиностроительные союзы для сельского хозяйства. К сожалению, в последнее время далеко не все союзы могли попасть на прием к министру. Потому что они как-то не укладывались в его концепцию.

Он брал какие-то детали. Такое ощущение, что он занимался сельским хозяйством факультативно. Хотя у него был очень хороший бэкграунд при начале. Он был парень из сельской местности. Что называется, который сам себя сделал. Это парень, у которого отец был фермером, внук раскулаченного. Который сам выращивал картошку и зарабатывал себе на жизнь и на учебу в институте.

К.Т.: Что-то должен был понимать.

И.А.: Он понимал. У него был прекрасный… он с этим вошел. Говорит – ребята, я ваш. То, что я стал юристом – это второй вопрос. Это меня отец хотел сделать юристом. Я стал юристом, стал хорошим юристом, стал Министром юстиции, стал замечательным. Мы все помним закон о печати – это его рук дело. Он в этом смысле замечательный человек. Но у меня такое ощущение, что современным сельским хозяйством все-таки занимался факультативно. Он постоянно возвращался к воспоминаниям о своем босоногом детстве. И на третий год эти воспоминания агробизнес, честно говоря, стали уже заедать. Ну, надоели эти воспоминания. Давай поговорим о зерновом рынке, давай поговорим о зерновой бирже. Давай поговорим о сельскохозяйственной кооперации, давай поговорим… И тут у него возникает фраза: "великий Чаянов (теоретик кооперации) говорил, что продовольствие – это дело местное". Вот, он взял эту фразу в отрыве от теории Чаянова. Продовольствие – дело местное в том смысле, - говорил Чаянов, - что им нельзя управлять из Москвы. А когда у нас пошла тенденция в бюджете на экономию, а она пришла как раз с приходом Федорова, он говорил – ага, продовольствие – дело местное. Значит, сначала вкладывает деньги в развитие агропромышленного комплекса регион, а потом что-то докидывается из федерального бюджета.

К.Т.: Это те самые пресловутые программы софинансирования.

И.А.: Абсолютно. Так родились программы софинансирования.

К.Т.: Когда регион получает деньги из центра, потом отсылает их обратно, потому что своих копеек докинуть у него не нашлось.

И.А.: Вот эта замечательная фраза, которую знают все, и знают его значение, из его уст она как антитеза пошла какая-то. То есть, это вызвало недоумение. Второе недоумение – это радость министра, когда он проводил переговоры, когда началось так называемое импортозамещение. Он всем говорил: да вы не волнуйтесь, говядины будет завались. У нас есть Аргентина, у нас есть… Это кто говорит? Министр сельского хозяйства?

К.Т.: То есть, вместо импортозамещения уже появился термин импортозаменение.

И.А.: Это просто всех возмутило. Раньше аграрное лобби было построено в сторону Минсельхоза. А сейчас острие начало расходиться, и пошли они в сторону правительства, в сторону других министерств.

К.Т.: А какие ресурсы у Союза мыловаров и пчеловодов, чтобы пойти в правительство, пойти в Администрацию президента и получить результат?

И.А.: Когда человек обращается к тому же, например, Дворковичу, пишет ему письмо: "Уважаемый, просим нас принять, за моей спиной стоит бизнес с оборотом столько-то миллиардов рублей". Извините, какой вице-премьер откажет просителю с таким досье? А это действительно. Это не просто Я не могу сказать, что их принимали сходу. Сначала их начали приглашать на совещания, на всякого рода семинары, на всякого рода круглые столы. Потом видишь – люди действительно дело говорят. Таким образом интеллектуальная мысль обошла камень Минсельхоза и пошла дальше. А дальше – больше. Допустим, министр сельского хозяйства не провел за свою бытность ни одного совещания по сельскохозяйственному машиностроению. Ни одного.

К.Т.: А вот этот форум недавно был в Ростове как раз, посвященный сельскохозяйственной технике. Это само по себе произошло?

И.А.: Это другое министерство, во-первых. Это другое министерство. У нас по машиностроению есть отдельное министерство.

К.Т.: Или это вообще Россельмаш затеял?

И.А.: Она была на территории Россельмаша. Конечно, инициатором, наверное, был Россельмаш. Почему нет? Это единственный комбайновый завод, который остался у нас в стране. Причем, он не просто единственный комбайновый завод, поэтому все его должны превозносить. Это действительно завод, который производит очень хорошие комбайны с очень хорошим сочетанием цены/качества. Я не буду называть другие компании. И Россельмаш я не буду называть. Просто ростовский завод мы его назовем. Но когда были сопоставления комбайнов на делянках, проводили их специалисты, независимые абсолютно, они сказали, что по соотношению цены/качества это один из лучших комбайнов в мире.

К.Т.: Совещаний не было, ничего не было на эту тему?

И.А.: Дело в том, что совещаний не было. И министр сказал, что в перечне наших дел этого нет. Это первое.

Второе. В обязанностях Министерства сельского хозяйства нет графы, где мы должны поддерживать сельскохозяйственное машиностроение. Всегда в Министерстве сельского хозяйства был главный инженер и был департамент по технологической политике. А это и есть технологическая политика. Из-за того, что у нас разносортица в комбайнах, в начале 1990-х, в начале 2000-х годов понапокупали безумное количество разношерстных… Сейчас просто запчасти не сопоставляются.

К.Т.: Нельзя снять с одной и поставить на другую.

И.А.: Иначе гарантии теряются, еще что-то теряется. Совершенно другая история. Технологической политики практически нет. То же самое – политика в семеноводстве. Утеряны сорта, утеряны породы скота. И этим тоже надо заниматься. У нас ведь есть замечательные сорта, у нас есть единственный в мире сорт, который еще, извините, был создан при товарище Сталине. Это был сорт многолетней пшеницы. Это фантастическая вещь. Это то, до чего ни ГМО не додумалось, ничего не додумалось еще пока. Он уже есть. Это были опыты академика Цицина. И они уже есть в производстве.

Но дело в том, что это надо внести в какой-то реестр. Это правильно. Это нужно внести в реестр, разрешить или использовать. Когда эту информацию получает Министерство сельского хозяйства, он говорит – а это не наш вопрос, мы этим никогда не занимались.

К.Т.: А чей тогда?

И.А.: Правильный вопрос, Константин. Правильный вопрос. Я не могу ответить на этот вопрос, к сожалению, даже будучи членом Общественного совета при Министерстве сельского хозяйства.

К.Т.: Понятно. Тогда давайте о будущем поговорим. Насколько оно будет светло при господине Ткачеве?

И.А.: Всегда хочется, чтоб было светлее.

К.Т.: Какие для этого мы имеем предпосылки?

И.А.: Тоже парень из села. Начало блестящее. Парень из села. Мы с ним в первый раз познакомились, когда ему было лет 30-32. Он был начальником Комбината хлебопродуктов. То есть это человек, который в зерне, что называется, вырос. Он закончил Кубанский политех по этой части. Защитил кандидатскую, докторскую, был секретарем комсомольской организации района. Потом на базе этого Комбината хлебопродуктов сначала агрохолдинг создали, потом крупный агрохолдинг, потом очень крупный агрохолдинг.

К.Т.: Потом очень-очень крупный.

И.А.: Сейчас семья Александра Николаевича – это крупнейший землевладелец Краснодарского края.

К.Т.: Но Краснодарский край – это же не вся Россия. Там, грубо говоря, плюнул – пальма выросла.

И.А.: Ну, да.

К.Т.: Ну, не пальма…

И.А.: Как говорил Гоголь, "всунешь часть от телеги – получишь тарантас". Дышло какое-нибудь или шкворень. Так что в этом смысле…

К.Т.: Все-таки зона благоприятна для земледелия.

И.А.: Зона очень благоприятная. Я могу сказать, что и в смысле аграрной политики Краснодарский край не то, что впереди планеты всей, но один из лидеров в Российской Федерации. Вот это я могу сказать совершенно точно. Насколько в этом заслуга Александра Николаевича? Не могу сказать. Он же всем занимался, Олимпиадой в том числе. И многими другими делами. То есть, сельское хозяйство стало для него не самым главным, я могу сказать. Но, тем не менее, при нем были сделаны некоторые шаги, допустим, к упорядочиванию землепользования в Краснодарском крае. То есть, если у тебя земля зарастает бурьяном, неважно по каким причинам, бурьян растет там очень быстро. Взять ту же амброзию. Это же сорняк, жуткий аллерген.

К.Т.: Несмотря на красивое название.

И.А.: Если у тебя зарастает бурьяном, земля изымается… Там была сделана такая юридическая лестница, ниже чего опускаться нельзя. То есть, тебя начинают по ней поднимать - ты либо обязан что-то сделать, либо у тебя просто изымают землю. Это правильно. Конечно, это вызывало бубнеж у крестьян, которые… не почесался, не вспахал – у него сорняки выросли.

В части фермерского движения здесь двоякое к нему отношение, поскольку было ограничено решением законодательного собрания края количество земель в руках у фермеров и не ограничено в руках у агрохолдингов.

К.Т.: То есть они сделали ставку на…

И.А.: Ставку на агрохолдинги. Идеологически это понятно. Это единая технологическая политика, это крупные комплексы - приезжают тракторы, все делают. А у фермера может денег не хватить, может еще чего-нибудь. С ними всегда морока. В части кооперации фермеров есть отдельные предприятия, которые кооперированы. Но массового движения это не принесло. И нет таких, что называется, брендовых продуктов, которые бы произвела Кубань. "Кубанская буренка" – это сколок от LaVacheQuiRit французского. Смеющаяся буренка, смеющаяся корова. Есть такие попытки делать мягкие сыры наподобие французских, с плесенью. Но это не более, чем попытки. Это не промышленные партии, которые бы сейчас забили прилавки.

К.Т.: Означает ли это, что новый министр будет переносить модель, которая у него работала и которая ему была близка по Краснодару, на всю страну, с продвижением крупных агрохолдингов и с не особенным продвижением мелких и средних хозяйств?

И.А.: С одной стороны, я этого боюсь. 63% продовольствия, как ни крути, у нас производят мелкие и средние.

К.Т.: 63?

И.А.: 63%.

К.Т.: Ничего себе.

И.А.: Да. Это не только фермеры. Это, в том числе, средние хозяйства, бывшие совхозы, которые решили никуда не входить, ни в какие агрохолдинги, самостоятельно. Это средние хозяйства – до 4000 га. Впрочем, у нас и фермеры есть по 11 000 га, где-нибудь в Поволжье. Где они нарезали землю от забора и до горизонта в1990-е годы. Думаю, что сейчас по крайней мере есть повод открывать шампанское у зерновиков. Потому что, скорее всего, будут сняты все препоны для экспорта зерна. Запрета у нас нет, но у нас есть налоги, вывозные пошлины, у нас есть всякого рода административные крючки, которыми можно прекратить экспорт зерна - за что, собственно говоря, выступал и Федоров, за что зерновики его критиковали. А дело в том, что экспорт зерна для большинства хозяйств – это единственная возможность сейчас получить деньги, когда их нельзя получить в Россельхозбанке или в Сбербанке, или где угодно.

К.Т.: Потому что проценты…

И.А.: Проценты, как штык в мозг, что называется. Либо умирай, либо что-то… Потом, слишком бравурные высказывания и благоприятные, благодатные отчеты бывшего министра о том, что у нас все в порядке в сельском хозяйстве – они в конце концов людей просто раздражали. Потому что все видели, что это не так, а он докладывал президенту, что это так. Я не хочу сказать, что он врал. Но, понимаете, можно сказать, что у нас сельское хозяйство растет, если, допустим, мы произвели больше, условно говоря, колбасы. Но если мы колбасы произвели столько же, а цена на нее выросла, мы вписываем: в сопоставимых ценах мы произвели гораздо больше, чем в 2013 году.

К.Т.: Есть ложь, есть грубая ложь, есть чудовищная ложь, а есть статистика.

И.А.: Понимаете, есть нюансы, в которых людей уже не обманешь, они уже все понимают. Я не говорю, что это обман. Это просто желание выдать желаемое за действительное.

К.Т.: Смотрите, для меня просто было открытием абсолютным, во-первых, такое количество агросоюзов, во-вторых, их такая влиятельность. Новый министр, бывшей губернатор – насколько он свой для этих общественных агрообъединений?

И.А.: Он не чужой. Они его знают. Потому что на территории Краснодарского края проходило очень много семинаров, конференций, всякого рода круглых столов федерального значения. Это постоянные две точки: Сочи, Геленджик – это для зерновиков. Для молочников это, скорее всего, сам Краснодар и различные районы: Кореновский район, Выселковский район. Вот эти основные молочные районы. Это были места сбора федеральных сил, что называется. Сам Ткачев, как правило, не посещал эти мероприятия, но способствовал.

К.Т.: И он про них знал, и они про него знали.

И.А.: Там всегда присутствовало все краевое руководство, начиная с министра сельского хозяйства, он же замгубернатора, и кончая всем, что называется, аграрным бомондом.

К.Т.: Помните, в советское время было такое выражение - "бросить на сельское хозяйство", что означало не конец карьеры, то ее понижение. Будем надеяться, этого не произойдет. Вы господину Ткачеву что пожелали бы?

И.А.: Александру Николаевичу я пожелаю слушать людей, прислушиваться к ним, потому что то, что они будут говорить, скорее всего, больше полезно, чем вредно. И аккуратнее подойти к подбору команды. Потому что, если он всю команду перевезет из Краснодара, как это обычно бывает, то, наверное, большого понимания не будет. Мне так кажется.

К.Т.: Спасибо. Игорь Абакумов, генеральный директор медиа-группы "Крестьянские ведомости", был гостем студии программы "Де-факто". Я закончу замечательной мыслью француза Жан-Жака Руссо: "Единственное средство держать государство в состоянии независимости от кого-либо – это сельское хозяйство. Обладай вы хоть всеми богатствами мира, если вам нечем питаться, вы зависите от других. Торговля создает богатство, но сельское хозяйство обеспечивает свободу". Это "Де-факто". Увидимся. 

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Константин Косачев председатель комитета Совета Федерации по международным делам
  • Показать еще
    В Европе произошли сразу два случая нападения с ножом на прохожих Нападения произошли в финском Турку и немецком городе Вупперталь
    2 часа назад

    ГОСТИ

  • Светлана Касина генеральный директор "Национального НПФ"
  • Андрей Нечаев экономист, председатель партии "Гражданская инициатива"
  • Телеканал "Лайф" прекратит вещание Последний день вещания – 18 августа
    3 часа назад
    Лимузин Бориса Ельцина выставили на продажу за 19,7 млн рублей Машина выставлена на продажу в Петербурге
    3 часа назад

    Надо, чтобы не бизнес шел к государству за поддержкой, а государство само предлагало помощь бизнесу

    Юрий Савелов член президиума объединения предпринимателей "Опора России"
    Уже двое суток 100 тысяч жителей в Ростовской области остаются без питьевой воды Ее подачу в городах Новошахтинск и Красный Сулин перекрыли накануне
    3 часа назад

    ГОСТИ

  • Андрей Осипов автоэксперт, редактор сайта osipov.pro
  • ГОСТИ

  • Олег Рурин заместитель генерального директора госкорпорации "Фонд содействия реформированию ЖКХ"
  • Ни в одной стране мира нет государственных судебных приставов

    Алексей Кравцов член Общественного совета при ФССП, председатель Арбитражного третейского суда

    ГОСТИ

  • Барух Бен-Нерия эксперт по военно-политическим делам (Израиль)
  • Александр Михайленко профессор кафедры международной безопасности и внешнеполитической деятельности России Факультета национальной безопасности РАНХиГС
  • 6 часов назад
    Лимузин Бориса Ельцина выставили на продажу за 19,7 млн рублей Машина выставлена на продажу в Петербурге
    7 часов назад
    Военнослужащий Росгвардии покончил с собой в Крыму Его тело и предсмертная записка были найдены в лесу в Крыму
    7 часов назад
    Судьба флота Документальный фильм о "Ледовом походе" Балтийского флота в 1918 году
    8 часов назад
    Disney планирует снять отдельный фильм про Оби-Вана Кеноби На пост режиссера позвали британца Стивена Долдри
    8 часов назад
    9 часов назад
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments