Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Сергей Смирнов: В образовании вопросов гораздо больше, чем в здравоохранении, и решения лежат на поверхности

Марина Калинина: Здравствуйте, это программа "Де-факто". В этой студии мы обсуждаем актуальные, важные темы. И сегодня у меня в гостях доктор экономических наук Сергей Смирнов. Сергей Николаевич, здравствуйте.

Сергей Смирнов: Доброго дня.

М.К.: Оттолкнуться мы решили вот от какой новости. На прошлой неделе появились сообщения, что Минфин вновь хочет оптимизировать расходы в сфере образования, здравоохранения и культуры. И хочу я вас, Сергей Николаевич, спросить, что опять, зачем, почему и как все это будет происходить, если будет.

С.С.: Вы знаете, на самом деле, мы живем в достаточно сложное время, как вы сами понимаете, и постоянно нас радуют разного рода новостями, что по всем направлениям сокращаются расходы государственного бюджета. Вы знаете, что депутаты вроде как сократили себе заработную плату, первые лица государства тоже себе сократили заработную плату. И, собственно говоря, другие расходы тоже где-то секвестированы на 10%. И поэтому возникает вопрос: а где бы еще поискать денег? Потому что ситуация действительно достаточно сложная. И Министерство экономического развития, как вы знаете, только что обнародовало прогноз, что они ожидают все-таки экономический подъем только где-то во втором полугодии, скорее всего – ближе к концу года. До этого будет происходить плавное снижение.

Соответственно, бюджет будет не досчитываться каких-то доходов, и здесь нужно посмотреть, где взять эти доходы. И, на самом деле, мы видим, что такого рода попытки осуществляются сейчас. И в первую очередь, это связано с поиском пути - то, что Минфин называет оптимизацией. На мой взгляд, это не вполне оптимизация, нет четкого критерия оптимизации, который может быть посчитан, пощупан. И получается так, что речь на самом деле идет о попытках сокращения расходов на содержание бюджетной сферы.

Насколько обоснованы эти попытки и насколько вообще политика сейчас сокращения расходов оправдана? С точки зрения финансовой, я не откажусь от своих слов никоим образом, это действительно имеет смысл делать: поискать какие-то резервы. А вот с точки зрения социальной, как мне кажется, момент выбран не очень правильный. Почему не очень правильный момент выбран? Потому что, на мой взгляд, в условиях падения тех же самых доходов населения, сокращения валового внутреннего продукта, сокращения тех же самых заработных плат, и непонятно, что будет, опять же, с рынком.

М.К.: А что будет в нашей стране?

С.С.: На самом деле, вы знаете, Марина, я всегда говорю: не надо никому верить. И мне тоже не надо верить. Потому что, если кто-то скажет, что он знает, как надо, по нашему замечательному барду Галичу, - не верьте такому человеку. Он не знает, как надо. Могут быть только какие-то прогнозы в пределах той или иной степени достоверности. Были замечательные публикации, что самый точный прогноз Министерства экономического развития, которое оно делает на текущий год - это тот прогноз, который оно делает в ноябре месяце. То есть, когда ошибиться на порядок уже нельзя. Вспомните прогнозы фантастические декабря этого года, когда многие из одиозных экспертов говорили, что доллар будет стоить в марте 230 рублей. Такого рода вещи назывались. Сейчас мы видим, сколько стоит доллар. Но никто не скажет, сколько он будет стоить в конце года.

М.К.: Это, опять же, предположения, которые ни на чем не основываются.

С.С.: Предположения есть. Но я не думаю, что будут какие-то грандиозные обвалы или колебания в ту или другую сторону. А, поскольку доллар не оправдал ожиданий правительства, и рубль начал укрепляться, то, соответственно, встала проблема (возможный побочный сюжет) – чем мы будем наполнять бюджет? Потому что рублей будет несколько меньше. Одно дело, когда доллар стоит 70 рублей, а другое дело – когда 50. Соответственно, потери в доходах бюджета. И поэтому, опять же, возвращаясь к нашей основной теме, сейчас предпринимаются попытки сократить расходы на бюджетную сферу. Продумана ли эта политика? Мне кажется, что нужно смотреть… В конце концов, продукция и услуги социальной сферы ориентированы на нас с вами, на потребителей, правильно? Мы же должны лечиться - вот это основное. Мы, наверное, должны получать какое-то образование - во всяком случае, может быть, наши дети.

М.К.: Как-то окультуриваться.

С.С.: Да, с культурой немножечко сложнее. Мы тоже ходим в музеи, посещаем какие-то некоммерческие предприятия или увеселения всяческие, и так далее. Но в данном случае, как мне кажется, нужно смотреть и строить политику в зависимости от специфики конкретной отрасли. И если посмотреть ту же самую блогосферу - как население, как мы с вами, как потребители относятся к мероприятиям по оптимизации так называемой того же здравоохранения. Мне кажется, что здесь очень много вопросов.

М.К.: Смотрите, "Коммерсант" писал, что основная проблема Минфину видится в том, что в России слишком много бюджетников, которые мало трудятся. Это действительно так? Во всех сферах, которых должна коснуться эта оптимизация?

С.С.: Вы знаете, на самом деле, по-моему, есть структурные диспропорции в той же самой бюджетной сфере. Посмотрите, что происходит с теми же самыми медицинскими услугами. Мы знаем, что квот очень часто не хватает. И это очень страшно на самом деле, когда человеку, не дай Бог, поставили какой-то тяжелый диагноз, который требует оперативно провести какое-то хирургическое вмешательство или какую-то химиотерапию. Всем нашим телезрителям, кстати, желаю здоровья, крепкого и на долгие годы. Но тем не менее.

И вдруг выясняется в ноябре, что квота уже исчерпана. И что делать? На кону стоит человеческая жизнь, на самом деле. Но, с другой стороны, где-то не хватает врачей. Во многих случаев не хватает младшего медицинского персонала. Мы знаем, что эта сфера фактически у нас во многих случаях…

М.К.: А вот Минфин считает, что количество специалистов в образовании и здравоохранении превышает значительно необходимое количество.

С.С.: Опять же, нужно смотреть, где и как: высококвалифицированных врачей, на мой взгляд, действительно не хватает. С оборудованием более или менее, как мне кажется, проблему решили. Потому что были направлены серьезные средства туда. Но во многих случаях не хватает специалистов для работы на этом оборудовании. Опять же, то же самое районное звено, пресловутое районное звено, наши районные поликлиники далеко не всегда эффективны. И поэтому стремление где-то к централизации и ко всему прочему, наверное, имеет какой-то смысл.

Но, опять же, проект не был сбалансирован. Ну да, я согласен, что в крупных медицинских центрах, где требуется долгосрочное и многоэтапное лечение, наверное, имеет смысл как-то сконцентрировать. Но посмотрите в каких-нибудь…

М.К.: Вы сейчас говорите все-таки о крупных городах.

С.С.: А я говорю и о мелких тоже, на самом деле.

М.К.: А если заглянуть в глубинку, то там же вообще не хватает ни врачей, ни поликлиник, ни больниц.

С.С.: Не хватает. Вот я про это и говорю – что, если мы хотим укрупнять, централизовать, то возникают проблемы транспорта для тех пациентов, которые не могут добраться. И, на самом деле, об этом никто не позаботился. О каких-то социальных такси, если говорить о крупных городах, о какой-то социальной службе транспортировки. Они должны лежать на местном бюджете, потому что далеко не всегда есть возможность оплачивать услуги такси при каких-то там сеансах, которые вы должны проходить в процессе своего лечения.

И в этом случае, вы понимаете, проблема не решена комплексно. И когда говорят, что мы сократим вот столько врачей и так далее, и это автоматически не означает, что будет улучшен доступ населения к высококвалифицированным хорошим медицинским услугам. Скорее, происходит наоборот. Посмотрите на результаты проверки Счетной палаты. Да, в свое время госпожа Голикова работала в системе здравоохранения, была Скворцова – это Голикова сегодня (никого не обижаю), перефразируя известного деятеля. И поэтому, как мне кажется, в данном случае те материалы, которые она представила, все-таки лейтмотив, что качество-то не повысилось услуг.

М.К.: Хотя это было одной из целей.

С.С.: Это основная цель, понимаете? Мы можем сократить расходы. Но при этом должно быть повышено качество услуг.

М.К.: То есть, количественное в качественное не перешло.

С.С.: По-моему, не перешло. Можно, конечно, спорить по отдельным показателям. И в принципе в Министерстве здравоохранения абсолютно не глупые люди, профессионалы, и госпожа Скворцова – профессиональный медик. Они прекрасно понимают те же извивы статистики. И Счетная палата тоже может ошибаться, когда говорит о показателях смертности. Потому что одно дело - смотреть и считать показатели смертности без учета паллиативной медицины (хосписы, где люди достойно уходят из жизни), и другое дело – считать с учетом этих хосписов. Сразу мы получаем некую дельту. Но это нельзя относить за счет реформы здравоохранения оптимизацию этих самых расходов.

Но, по большому счету, вот это самое укрупнение, когда реально люди жалуются, что исчез такой-то профессиональный врач, мы не можем получить вот такую-то услугу и так далее. Значит, что-то не очень ладно и что-то не очень продумано. К сожалению, я не к тому, что я противник либерализма - скорее наоборот - но какие-то вещи все-таки должны решаться, на мой взгляд, комплексно. И не только какая-то монетаристская позиция, а все-таки учет наших с вами интересов.

А если говорить об образовании…

М.К.: Давайте со здравоохранением сейчас еще буквально несколько минут. А почему нельзя сделать такую систему, может, в качестве, я предположу, что в каком-то месте, например, чересчур много специалистов, младшего персонала, среднего и профессоров, докторов, а где-то их вообще нет? Может, их перераспределять, не лишать людей работы, а именно…

С.С.: Вы знаете, да. Такое возможно. Но, опять же, у нас переезд в другой город… у нас немобильное высококвалифицированное население. Согласитесь. У нас переезжают те люди, которые…

М.К.: Понимаете, если есть возможность работать, получать за это деньги, то, наверное, можно переехать, чем остаться без работы.

С.С.: Вы знаете, нужно конкретно… Я всегда в свое время… в законе о занятости населения в Российской Федерации был такой замечательный термин, не знаю, сейчас он остался там или нет, там был термин "профилирование безработных", то есть, те люди, которые теряют работу. Но одному там 22 года, он только что кончил университет, один медик, если говорить о здравоохранении, а другой – высококвалифицированный хирург, которому до пенсии осталось 2 года. И вот этому 22-летнему, наверное, можно предложить переезд при определенном финансировании или софинансировании со стороны государства, квартира и так далее, в какой-нибудь небольшой город, где надо явно укреплять медицинское звено.

А 58-летнему профессору, я извиняюсь…

М.К.: Понятно, что все индивидуально. Но как вариант…

С.С.: Как вариант – возможен, но это желательно… вы понимаете, в Советском Союзе была система принудительного перераспределения. Вы помните хороший фильм по произведению Аксенова "Коллеги". Помните, молодой Василий Ливанов, Лановой и Олег Анофриев. И такой вариант вполне возможен, когда какой-то энтузиазм… Насчет энтузиазма я сейчас не уверен - скорее, конечно же, какие-то материальные блага. Ну и плюс, конечно, возможность самореализоваться в профессии, набраться опыта, стать в чем-то уникальным человеком и таким образом продвинуться в дальнейшем - возможно, какие-то другие профессиональные широты откроются.

М.К.: Эта оптимизация в Москве, которая была проведена в московских поликлиниках и больницах, она - в общем-то, мое мнение, что она успехом-то не увенчалась.

С.С.: Во всяком случае, если сопоставить - а я пытался провести, кто поддерживает и кто не поддерживает, - даже проплаченных блогеров там не было видно. Более того, значительная часть депутатов муниципального уровня как раз выводит народ на митинги как раз против реформы здравоохранения (не будем называть фамилии), против конкретных людей в московском правительстве, которые отвечают за эту реформу.

А это значит, что что-то не продумано. Потому что, если все хорошо, то тогда такого шквала негативных откликов быть просто не может.

И я всегда думаю: да, есть политические спекулянты на эту тему, и так далее. В данном случае это очень не похоже на то, что кто-то хочет на этом сыграть и приобрести какой-то авторитет, к моему большому сожалению.

М.К.: Сергей Михайлович, давайте перейдем к образованию. Что там происходит сейчас? Нужна ли оптимизация в этой области?

С.С.: Я думаю, что да. Однозначно. Потому что то, что произошло в нашем образовании - я не большой дока в этой сфере, я занимаюсь все-таки научным консалтингом скорее. Но то, что произошло в образовании, то, что мне пришлось общаться со своими коллегами, собственно говоря, в 1990-е годы наплодилось достаточно много вузов - не только негосударственных, есть неплохие негосударственные вузы - но появилось множество вузов, которые, в общем-то, фактически только взимают деньги за эту образовательную услугу, не предоставляя ее по факту. Оттуда выходят никакие специалисты. Возможно, кто-то там уходит от армии, мужская часть населения. Возможно, кому-то нужна просто эта бумажка, а дальше он никогда не будет работать по этой специальности. И поэтому здесь, конечно, на мой взгляд, в отличие от здравоохранения, - может, я не против, может быть, я субъективен в своих оценках - но мне кажется, что здесь как раз вопросов гораздо больше, и решения в принципе лежат на поверхности. Действительно, нужно укрупнять - не в свой огород кидаю камешек, я все-таки по базовому образованию географ, а не экономист, экономико-географ. Но все-таки сколько появилось экономистов, юристов и так далее. Скажу банальные вещи. А сейчас потребность в них будет снижаться, потому что в принципе мы же сейчас находимся на этапе некой научно-технической революции, прогресс идет семимильными темпами. И вот эти дистантные технологии работы, ну не требуется такого большого количества специалистов. Возьмите тот же самый Сбербанк или любой другой коммерческий банк. Когда мы оплачиваем в безналичной форме наши коммунальные услуги - ну зачем нам столько операторов любого банковского учреждения? Приношу извинения сотрудникам того банка, который я случайно назвал. Ничего личного.

М.К.: Они закрывают много отделений.

С.С.: Они, действительно… Под влиянием и их руководителя, вполне рыночника, вполне либерального экономиста. Он прекрасно понимает, что он должен экономить деньги, он должен повышать квалификацию персонала, который, действительно, ответит на все запросы потребителей. Но конкретный операционист, который сидит и проводит наши платежи - потребность в них гораздо меньшая. Да, останутся они не то что как реликты, но не как магистраль, потому что один мой коллега - кстати, доктор экономических наук, не буду называть его фамилию - он говорит… Я говорю: Иван Иванович, а почему вы не пользуетесь этой услугой через банкоматы или через Интернет? Он говорит: а пообщаться? И это останется, конечно. Потому что, действительно, посмотреть глаза в глаза, как я смотрю в ваши глаза, и, в общем, наверное, это тоже, в общем-то, что-то есть в этом.

М.К.: А вы считаете, что таких вузов, которые… мы сейчас говорим о государственных учебных заведениях. Их достаточно много, для того чтобы…

С.С.: Вы знаете, таких оценок нет. На самом деле, четкая…

М.К.: Те, которые неэффективны, в общем, никакого хорошего образования не дают.

С.С.: Вы знаете, тут была некая траектория развития. В общем-то, укрупнение происходило всегда. И поглощение. И появились какие-то, я бы сказал, тоже московский мой альма-матер, Московский государственный университет. На мой взгляд, он будет всегда. Да, были какие-то там необдуманные решения, какие-то странные довольно факультеты создавались. Но, тем не менее, я думаю, как структура, как ядро он будет всегда.

Та же самая финансовая академия, Российская академия народного хозяйства и государственной службы, которая поглотила вот эту самую государственную службу, которая, не буду, опять же, критиковать, но, по-моему, все-таки дополнительный импульс развития этому новому институту. Наша Высшая школа экономики. Опять же, не хочу, но мы же родились, в общем-то, из двух комнат в помещении, которое занимал в свое время Институт экономики переходного периода Егора Тимуровича Гайдара покойного.

То есть, есть вполне прогрессивные вузы, которые, в общем-то, соответствуют и западным стандартам, и ведут преподавание на языках, и обеспечивают связи с мировым научным сообществом…

М.К.: А слабые вузы будут объединять сильные, или слабые вузы будут вообще закрывать?

С.С.: Вы знаете, я думаю, возможны два варианта. Вариант факультетов неэффективных и программа подготовки тех же экономистов в инженерных вузах - я думаю, что это уйдет в прошлое. В свое время же были отраслевые какие-то вузы, и сейчас они сохранились, Университет автомобильного транспорта, тот самый МАТИ, Автодорожный институт, и так далее. И при них, и при других тоже появились факультеты, которые не очень-то профильные. Те же самые экономисты, и так далее.

М.К.: А куда денутся все эти преподаватели?

С.С.: А вот это вопрос. Те, кто предпенсионного возраста – я думаю, они пойдут. Потом, есть же звено тех же самых экономистов. Если мы говорим всерьез о повышении (то, о чем говорят наши руководители)…

М.К.: Нам же качество надо повышать. А вроде как обратная история происходит.

С.С.: Нет. Здесь есть структурный маневр. Мы же говорим о том, что надо повышать престиж рабочих профессий. И, соответственно, если это будет так и люди поймут, что высшее образование – отнюдь не гарантия высоких доходов, а гарантия высоких доходов во многих случаях – ваш профессионализм в избранной вами области того же материального производства, и так далее. Мне кажется, нефтяники особо могут и не жаловаться, во всяком случае пока, на отсутствие высшего образования, те, у кого оно отсутствует. И поэтому здесь, мне кажется, если говорить о повышении рабочих профессий и воссоздании фактически звена среднего профессионального образования, его укрепления в значительной степени, то часть вузовских преподавателей, я думаю, будут оторваны с руками, скажем так.

Я думаю, что это вариант трудоустройства для многих из них может быть. И я не уверен, что они потеряют в статусе, потому что если эти  СПУ будут нормально финансироваться теми же работодателями... Все-таки я надеюсь, что рано или поздно мы придем если не к победе коммунистического труда в бюджетной сфере, то к подъему отечественной экономики, как мне кажется. Поэтому тут варианты абсолютно различные.

Но нужно сказать, что жесткая экономия бюджетных ресурсов все-таки предполагает сокращение.

М.К.: Смотрите, по поводу школ я еще с вами хотела поговорить. Ведь в Москве уже некоторое время назад, по-моему, больше года или даже почти два, объединяют школы, детские сады, причем, объединяют по несколько зданий. Слабые школы с более сильными.

С.С.: Детские сады со школами.

М.К.: Детские сады со школами. На ваш взгляд, это привело к какому-то положительному результату?

С.С.: Вы знаете, очень трудно судить. Я бы сказал, один из предполагавшихся на самом деле сюжетов – это возникновение конфликтных ситуаций. Потому что, как правило, если вы из четырех структур создаете одну, то директор у этой структуры должен быть выбран один из четырех. И мне известны случаи с моей родной, кстати, школой имени Александра Николаевича Островского, языковая специальная школа, там директором стал бывший директор детского сада. Ничего плохого в этом нет. Но я задаю себе вопрос: а все-таки этот человек хорошо понимает в школьных проблемах, хорошо разбирается, или нет? Вот эти вопросы возникают на самом деле. А говорить об эффективности мы сможем не сейчас.

М.К.: Ведь еще же уровень подготовки детей тоже разный. Когда объединяют классы, общий уровень тоже становится ниже?

С.С.: Да. Но он может стать и выше. Смотря, как вы сформируете этот класс. На самом деле, проблема дифференцированного обучения, которая, кстати, в Советском Союзе крайне не одобрялась… Потому что у нас как бы были все равны, и вот эти все фильмы из той же серии школьной, и те же самые эксперименты, когда детей делили по их способностям, - они, на самом деле, не находили поддержки. И вот эти самые проблемы со Второй физмат-школой, в свое время разогнанной, с некоторыми другими специализированными школами - они, в общем-то, известны эти примеры, к сожалению. Потому что тогда нужно было быть на среднем уровне, и особо не выделяться и не выпендриваться, особенно когда действовали какие-то, скажем так, национальные факторы, между прочим, назовем вещи своими именами. Что касается эффективности тех реформ, которые проводятся в образовании…

М.К.: Кстати, и с экономической точки зрения тоже.

С.С.: Вы знаете, с экономической не очень понятно, потому что количество учителей теоретически не должно сокращаться, хотя вроде бы планируется перераспределить нагрузку, и так далее. Но эффективность этого процесса для нас с вами как потребителей будет ясна не сейчас и даже не через пять лет, а лет через 10-11, когда вот эти детсадовские закончат школу. И посмотрим, какими знаниями они будут обладать. Это, к сожалению, очень длительный процесс.

М.К.: То есть, с экономической точки зрения вы не можете сказать четко, какие здесь преимущества?

С.С.: Я думаю, что здесь не очень понятно. Другое дело: там же есть лазеечка, в этих мероприятиях по реструктуризации. Ведь возникает проблема имущества, которое не будет востребовано в этих комплексах, которое высвобождается. Будет ли оно востребовано в условиях кризиса – все зависит от того, где стоит это, скажем, бывшее школьное здание или еще. Если это пригодно для жилой застройки, то, я думаю, рано или поздно это имущество будет продано, равно как и земельный участок. По ним, особенно в крупных городах, в Москве, мы сами понимаем, где фактически не осталось свободной площади для жилой застройки. Массовой, не массовой, элитной, не элитной. Поэтому мне кажется, что здесь можно говорить, особенно когда я говорю об образовании, в первую очередь об имущественном комплексе и анализировать, что там высвобождается. Но если школы объединяются, возможно, там есть что-то в загашнике, и что-то имеется в виду.

М.К.: Давайте, у нас осталось совсем немного времени. О культуре. Что в этой сфере происходит?

С.С.: Вы знаете, я очень субъективен, Марина, вы понимаете, мне кажется, что культура, во-первых, ее нужно разделить на две части: бюджетную и небюджетную. Та же массовая культура и те же самые самоокупаемые проекты, безусловно, существуют. И они поддерживают во многих случаях бюджетные учреждения. И те же самые постановки в известных московских театрах, которые явно ориентированы на извлечение выгоды, на какой-то широкий коммерческий успех, они, конечно же, поддерживают бюджетную составляющую этих театров.

М.К.: В общем, с культурой у нас все будет хорошо.

С.С.: Я надеюсь. Но культура у нас, вы понимаете, где-то не вполне хорошо. Я считаю, что все-таки в чем отличие культуры от образования и здравоохранения? Все-таки культурные учреждения – это хранители неких знаний. И общество, на мой взгляд, независимо от бюджетной эффективности, должно все-таки поддерживать сохранение этих знаний. Выгодно это для бюджета, принесет ли это экономию, но реализовывать здание или какой-то предметный фонд музея в каких-то возможных… Что-то подпадет под сокращение – это, на мой взгляд, преступление перед будущими поколениями.

М.К.: Надеюсь, что этого не произойдет.

С.С.: Я тоже верю.

М.К.: Спасибо. У нас в гостях был Сергей Смирнов, доктор экономических наук. Это была программа "Де-факто". Увидимся. 

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Константин Косачев председатель комитета Совета Федерации по международным делам
  • Показать еще
    Суд отказался арестовывать турбины Siemens Решение было вынесено 18 августа
    5 часов назад
    20 августа по всей стране проходят митинги обманутых дольщиков Всего заявки на участие подали 12 городов
    6 часов назад
    В Хабаровске в результате драки погиб чемпион мира по пауэрлифтингу Причиной смерти стала черепно-мозговая травма
    8 часов назад
    Россиянин задержан на территории Украины за незаконное пересечение границы Россиянин будет привлечен к административной ответственности
    9 часов назад
    9 часов назад
    Скончался советник министра здравоохранения России Игорь Ланской Он занимал должность советника последние четыре года
    вчера
    Минобрнауки предложило сделать экзамен по русскому языку в устной форме Ольга Васильева исключила вариант отмены единого госэкзамена
    вчера
    Сергей Собянин раскритиковал идею переноса столицы из Москвы за Урал Он пошутил, что чиновников можно сослать на Урал намного дешевле
    вчера
    В Свердловской области растет число пострадавших от борщевика Ежедневно в больницы обращаются десятки жителей
    вчера
    В Рязанской области открылся международный фестиваль кузнечного дела Теперь поселок Истье похож на средневековую деревню
    вчера
    Крымская "Массандра" заявила о повреждении 80 га виноградников в результате схода селя Более точные цифры будут известны после детального обследования
    вчера
    Столицу России предложили перенести за Урал Это поможет справиться с "гиперцентрализованностью" страны
    вчера
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments