Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Александр Корелов: Чтобы эффективнее бороться с сектами, надо в законодательстве прописать понятие деструктивности

Гости

Александр Кореловадвокат, председатель Юридического комитета защиты прав и достоинства личности при Российской ассоциации центров изучения религий и сект

Константин: Ну и далее поговорим о деструктивных сообществах. Что это такое…

Ольга Арсланова: И как с ними будут бороться.

Константин: И нужно ли.

Ольга Арсланова: Дело в том, что рабочая группа при Совете Федерации займется разработкой пакета законопроектов, для того чтобы бороться с сектами и деструктивными сообществами. По данным экспертов, сейчас в стране примерно 500 деструктивных сект, которые себя чувствуют абсолютно спокойно и свободно, закрывать их и никто запрещать не собирается. Более того, сенаторы предлагают более строго наказывать секты. Поговорим о сектах, о том, как их распознать, и о том, нужно ли менять законодательство, с нашим сегодняшним гостем. К нам пришел адвокат, представитель Российской ассоциации центров изучения религии и сект. Все правильно, да? Александр Корелов. Александр, здравствуйте. Прошу прошения, у нас тут все подвисло и сломалось.

Александр Корелов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Вопрос в следующем: зачем нужно менять закон? Неужели сейчас нельзя наказать секту, если на нее пожалуется сам участник? Например, в том, что у него отняли квартиру, вымогали деньги, психически на него как-то, психологически воздействовали. Проблем, вроде бы, нет с этим.

Александр Корелов: Вы знаете, проблемы как раз в этом и заключаются. Дело в том, что отличить добровольную передачу имущества от обмана и тем более от воздействия на психику человека очень сложно. Поэтому, конечно же, в практике мы с этим как раз и сталкиваемся: то, что правоохранительные органы, суды нередко нам говорят о том, что человек же добровольно передал квартиру, человек же добровольно находится в той или иной организации, человек добровольно ушел из семьи и так далее, и так далее. На самом деле, как показывают исследования ученых, психологов, религиоведов, социологов, многие организации злоупотребляют теми знаниям, которые имеются на сегодняшний день. Это, прежде всего, знания по психологии, и пытаются манипулировать другими людьми, для того чтобы получать соответствующие выгоды.

Антон Алфимов: Ну, вы знаете, тогда бы у каждого психолога была своя квартира и не одна.

Александр Корелов: Ну, в этом порядочность психолога и заключается в том, что нормальный психолог оказывает помощь людям, психолог, который просто-напросто использует свои знания для получения выгод, он получает эти выгоды, манипулируя другими людьми. Таким образом создает сектантские организации и сходные с ними.

Ольга Арсланова: Ну, вот давайте посмотрим. Я так понимаю, что основной момент в этих поправках заключается в том, чтобы, во-первых, расширить вообще само определение секты и деструктивных культов, раз. И два, каким-то образом их наказывать. Давайте вот с наказанием разберемся для начала. Сейчас, я так понимаю, это статья "Мошенничество"?

Александр Корелов: Не только "Мошенничество", но и здесь еще статья 239 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающая наказание за создание объединения общественно-религиозного, которое посягает на права граждан и причиняет вред охраняемым законом правам и интересам граждан. Но дело в том, что эти статьи на сегодняшний день практически неработающие по тем причинам, о которых я уже говорил. И имеют место еще и сугубо правовые причины, я сейчас не буду подробно распространяться, но статьи сформулированы таким образом, что привлечь к уголовной ответственности просто за создание такого объединения очень сложно. Для этого нужно пройти длительный путь, чтобы руководство этой организации уже привлекалось к уголовной ответственности по другим преступлениям. Вот тогда можно подойти к 239. К сожалению, это на сегодняшний день именно так, поэтому нужно еще понимать следующее: что секты меняют формы и методы работы. Если раньше это был сугубо религиозный феномен, на сегодняшний день мы сектами можем называть и психологического различного рода курсы, курсы личностного роста. Мы можем сектами называть различного рода некоммерческие организации, где применяются те же самые методы. Мы в исследовательских кругах говорим о мимикрии сектантского феномена, об изменении форм и методов работы. Поэтому, конечно же, нужно искать подходы, искать законодательные варианты решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности лидеров этих сект. И, конечно же, о том, что делать с самими организациями как таковыми. Ведь они могут быть зарегистрированы, а могут быть и не зарегистрированы, это может быть религиозная организация, а может быть некоммерческая организация, это может быть и профсоюз, это может быть и ООО, или акционерное общество, или все что угодно. То есть секты могут принимать самые различные формы, для того чтобы

Антон Алфимов: Для того чтобы бороться с ними, наверное, как-то надо прописать их в законодательстве.

Александр Корелов: Да.

Антон Алфимов: Деструктивная секта – это странно, даже то, что вы сказали – посягательства на права граждан – ну, это тоже довольно странная формулировка.

Александр Корелов: Ну, она слишком расплывчатая, и в силу ее расплывчатости ее очень сложно применять на практике.

Ольга Арсланова: Ну, если мы говорим, например, о популярных психологических тренингах: многие их участники считают, что их права не то что не нарушаются, наоборот, им помогают в чем-то. Ну, за это вроде как и заплатить не грех.

Александр Корелов: Вы знаете большинство лиц, попавших в секту, не считают себя потерпевшими, наоборот, они говорят: "Вы знаете, мне на самом деле здесь хорошо". И только родственники видят те изменения, которые происходят с человеком: то, что человек уходит из семьи, то, что человек распродает свое имущество, передает лидерам секты, человек подвергается эксплуатации и так далее, и так далее. Сам человек пребывает в счастливом неведении относительно того, что реально с ним происходит. К сожалению, это так.

Антон Алфимов: Так вот что в законодательстве должно быть написано, чтобы правоохранители без труда могли вычислить секту? Без различных вопросов.

Александр Корелов: Вы знаете, конечно, на сегодняшний день мы только в самом начале пути. Я не знаю, каким образом пойдет дискуссия в Совете Федерации, в других наших законодательных органах. Но мое мнение следующее, что в законодательстве необходимо прописать понятие деструктивности, то есть разрушительности того или иного явления.

Антон Алфимов: Так как вы это докажете?

Александр Корелов: Ну, вы знаете, вопрос доказательств, процедуры – это уже вопрос следующий. Изначально нужно…

Антон Алфимов: Многие сейчас считают, что сидеть в социальных сетях – это вредно, деструктивно, разрушительно.

Александр Корелов: Вы знаете, в какой-то степени это правильно.

Антон Алфимов: То есть это секта?

Александр Корелов: Нет. Потому что в социальных сетях те же самые секты и манипуляторы действуют очень активно, поэтому к социальным сетям тоже нужно относиться с достаточным уровнем осторожности. А все остальное – вопрос доказательств – это как везде, в любом виде преступной деятельности, в течение преступной деятельности.

Антон Алфимов: Это все понятно. Мне кажется, что под это как раз понятие, которое мы с вами обозначили как расплывчатое, можно подвести что угодно.

Ольга Арсланова: Нет, если это деструктивно.

Александр Корелов: Нет, деструктивно – это причинение вреда здоровью, семейным отношениям, нравственности, общественным отношениям сложившимся.

Антон Алфимов: Ну, то есть все-все на свете.

Александр Корелов: Нет, вы знаете, не все на свете, а как раз признаки разрушения очень легко, во-первых, определить, во-вторых, установить. Если под влиянием той или иной организации разрушается семья, то это вполне очевидный факт, мы эти факты видим сейчас в судах и видим со всей очевидностью. Просто у нас нет законодательных каких-то механизмов, чтобы эти факты пресечь. А на самом деле, если мы вводим это понятие в законодательный оборот, то как раз таки получается то, что нам легче будет это классифицировать и доказывать.

Ольга Арсланова: Ну, правда, вот, Антон, я не очень разделяю сейчас твой сарказм, потому что в ситуации…

Антон Алфимов: Мы поговорим об этом после.

Ольга Арсланова: Да. В некоторых ситуациях человек уже не в состоянии сам себя защитить. И, вероятно, абстрагируясь от этого, государство лишает его любой поддержки, которая ему нужна. И вы говорили о том, что формы меняются, и многие специалисты, которые занимаются сектами, говорят, что любой человек, если к нему найти подход, может попасть в секту, что, в принципе, от этого не застрахован никто. Вы разделяете эту точку зрения?

Александр Корелов: Вы знаете, с известной долей условности. Почему? Потому что, конечно же, люди есть более внушаемые и менее внушаемые, есть с крепким мировоззрением, которых очень сложно подвинуть с их мировоззренческой позиции.

Ольга Арсланова: Но у них тоже бывают сложные ситуации в жизни.

Александр Корелов: Да, бывает, конечно же. В секты, в основном, и попадают в той ситуации, когда находятся в нестабильном положении с точки зрения своего отношения к жизни или в стрессовой ситуации, или физически каким-то образом переживают какие-то тяжелые времена. Да, действительно, большинство исследователей говорят, что на каждого человека можно найти свой гуру, но я считаю, что все-таки иметь достаточно серьезную, большую силу воли, достаточно четкие ценностные ориентиры, и это в определенной степени служит гарантией непопадания в секту.

Ольга Арсланова: Ну, сенатор Мизулина, которая разрабатывает в том числе и этот документ, говорит о деструктивных сектах, которые как раз действуют в социальных сетях и направлены, в первую очередь, на молодежь. Вы разделяете здесь опасения сенатора в том, что вот эти самые "группы смерти"…

Александр Корелов: Не только разделяю…

Ольга Арсланова: …действительно настолько опасны, что можно повлиять на подростка так сильно, что…

Александр Корелов: Да, безусловно. Такие случаи есть, имеются и уголовные дела, имеются еще так называемые латентные случаи, которые не нашли своего подтверждения в ходе уголовного расследования. Таких случаев достаточно много, и методы воздействия на сознание, тем более подростков, достаточно хорошо известны любому психологу. Поэтому в принципе социальные сети таят в себе такого рода опасности, и я считаю, что утверждение о том, что секты на сегодняшний день в основном переместились в виртуальное пространство, – это утверждение имеет место.

Ольга Арсланова: А что это за организации?

Александр Корелов: Вы знаете, самые разные: от классических сект, которые раньше приставали к людям на улицах и ходили по домам, на сегодняшний день осуществляют свою вербовочную деятельность в сети интернета, до такого рода сообществ, которые стали появляться в недавнее время. Это самые разные организации, которые… Просто появляется тот или иной лидер, группа лидеров, которые пытаются манипулировать другими людьми – неважно, подростки это, пожилые люди и так далее, и так далее. Но, в основном, конечно же, в социальных сетях, в сети интернет пребывают подростки и молодые люди, поэтому это целевая аудитория тех, кто хочет ими воспользоваться.

Ольга Арсланова: А какая цель?

Александр Корелов: Цель самая разная. Если речь идет о молодых людях, то, конечно же, это от удовлетворения собственного эгоизма до какой-то сексуальной эксплуатации молодых людей. Если это пожилые люди, то основной целью является завладение имуществом пожилого человека, потому что наследование в порядке завещания, или дарения, или договора купли-продажи заключаются нередко в таких организациях под влиянием такого рода психических манипуляций. Ну, если это зрелые люди, то, конечно, здесь речь идет о том, чтобы эти люди приносили доход определенный и передавали имущество.

Антон Алфимов: Есть у нас звонок. Татарстан на линии, Ляйсан, здравствуйте. Слушаем вас.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Ляйсан: Здравствуйте. Вы знаете, у меня такой вопрос. Насколько мне известно, секта "Дианетика", она запрещена законом, насколько мне известно. Но у нас в городе Нижнекамске листовки раздают на улице, они ничего не боятся, кидают в почтовые ящики. Получается, они нам навязывают свою секту, не боясь закона. У меня вопрос. Правильно ли я понимаю, что она запрещена, и как с этим бороться?

Александр Корелов: Дианетика – это подраздел сайентологической идеологии. Сайентология не то чтобы запрещена в нашей стране. На сегодняшний день ликвидирована Московская церковь сайентологии, целый ряд сайентологических организаций.

Антон Алфимов: То есть они не сетью уничтожаются?

Ольга Арсланова: Ну, вот это вот церковь сайентологии в Москве – она же много лет функционировала нормально, у нее было шикарное здание в центре Москвы, и прекрасно они себя чувствовали.

Александр Корелов: Да, вот что сейчас происходит. Это то, о чем мы сегодня уже говорили – о мимикрии, то есть об изменении форм и методов работы. Если ликвидирована церковь в Москве, то может в любой момент открыться центр дианетики, допустим, в том же Нижнекамске, Казани, где угодно. И они могут изменить форму работы, но продолжать свою деятельность. Вот это то, о чем и говорит наша зрительница, поэтому здесь необходимо просто-напросто, чтобы люди проявляли гражданскую активность, обращались в Федеральную службу безопасности, в Центр противодействия экстремизму, если они видят такого рода активную вербовочную деятельность секты. Просто нужно не проходить мимо и вовремя реагировать, это на сегодняшний день единственный такой сильнодействующий рецепт против распространения…

Антон Алфимов: А почему сразу в ФСБ? Разве полиция не занимается этими вещами?

Александр Корелов: Знаете, у нас два органа правоохранительных, которые активно занимаются антисектантской деятельностью: это Федеральная служба безопасности, потому что многие секты связаны с откровенным экстремизмом и терроризмом, причиняют вред государственным интересам, и Центры по противодействию экстремизму при Министерстве внутренних дел по тем же причинам занимаются они именно этой работой. Поэтому, я считаю, что уважаемым зрителям необходимо, выявляя такие факты, срочно сообщать об этом в правоохранительные органы, и там уже наработаны определенные методики, для того чтобы противодействовать.

Ольга Арсланова: Но кто-то же разрешил им открыться, кто-то позволил им арендовать или покупать недвижимость?

Александр Корелов: К сожалению, об этом-то и идет речь сейчас в Совете Федерации, чтобы поставить определенные препоны. Ведь в 90-е годы никто не запрещал, действовала такая установка: запретить запрещать. И вот, в принципе, такого рода установки, в том числе и в законодательстве, и привели к тому, что наша страна наводнилась самыми страшными организациями, с которыми сейчас приходится бороться. И на сегодняшний день как раз и разрабатываются приемы, методы законодательной борьбы с этими организациями, чтобы они просто-напросто были ограничены в своих возможностях вербовать в свои сети граждан.

Антон Алфимов: Еще одно сообщение по теме: "Петрозаводск. Дочь посещает секту кришнаитов, собираются на квартире, в секте юристы, врачи, учителя. Переживаю за дочь. Я пошла и познакомилась, как они себя называют, с преданными. Я устала переубеждать, они ездят в Питер на лекции… Полные залы, все разрешено, все доступно, распространяют сектантскую литературу среди студентов. Что делать? Жду совета".

Ольга Арсланова: Кстати, по поводу кришнаитов: многие из них сами говорят, что у нас не секта, потому что от нас никто не требует денег, мы ничего не приносим, просто служим…

Александр Корелов: Ни один сектант себя сектантом не считает. Это я вам сразу могу сказать.

Ольга Арсланова: Если нет очевидной финансовой схемы, очевидной для участника, это не значит, что ее нет, вы считаете?

Александр Корелов: Да, это уже следующие вопрос, что, действительно, рядовые участники не знают, что происходит реально на верхах. Что касается кришнаитов, то на сегодняшний день по уровню обращения именно ко мне, как к адвокату, я вижу, что проблемы, связанные с разрушением семьи на сегодняшний день у кришнаитов весьма-весьма актуальны. И таких обращений у меня много. Собственно говоря, в цепи тех обращений, что у меня есть, еще один тревожный сигнал, о котором нужно сейчас говорить. Что делать в этой ситуации? В этой ситуации надо, в первую очередь, наладить контакт опять-таки с правоохранительными органами, направить туда заявление, чтобы эта группа, которая действует на сегодняшний день в Петрозаводске, попала в определенные оперативные разработки. Ну, а следующим этапом уже специалисты должны заниматься, вопросом того, как пресечь деятельность этой группы.

Ольга Арсланова: Но это действительно секта или это какой-то клуб по интересам?

Александр Корелов: Это секта, тоталитарная секта. Это однозначно тоталитарная секта, очень опасная, опасная и для психического здоровья, опасная и для нравственного здоровья детей, поскольку у кришнаитов есть такая установка, что дети являются побочными продуктами тела. Кришнаиты очень не любят воспитывать собственных детей, отдают их в гурукулы, и там нередко совершаются преступления против половой неприкосновенности детей. Поэтому это такой фирменный знак кришнаитской организации. К сожалению, этот факт на сегодняшний день имеет место. Уголовные дела в отношении лидеров кришнаитов возбуждаются достаточно часто по фактам растления несовершеннолетних.

Ольга Арсланова: А кто бенефициар в такой секте, где очевидно люди не вкладываются финансово?

Александр Корелов: Вы знаете, вкладываются очень даже активно. Если вы идете по улицам и вам предлагают получить в дар некую книжку, потом требуют за нее деньги, так вот эти деньги как раз и идут, в том числе и в секту кришнаитов. Есть, конечно, и пожертвования, однозначно, что они жертвуют. Они распространяют различного рода ритуальную продукцию, прасад, у них есть целый ряд коммерческих организаций, которые действуют на территории нашей страны, в том числе и вегетарианские кафе, фирмы по торговле недвижимостью и так далее, и так далее. Они получают и спонсорскую помощь и из-за границы, и сами перечисляют в заграничные центры тоже денежные средства в качестве своих собственных подношений. Поэтому эти секты очень активно действуют в финансовом поле, они, естественно, связаны с другими сектантскими организациями, как показал пример Украины. Если они даже разрозненно действуют, видимо разрозненно, то их лидеры очень тесно связаны, и в нужный момент они выходят на площадь, для того чтобы совершать антигосударственные действия.

Антон Алфимов: Давайте возьмем еще один звонок. Владимир, город Череповец.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Антон Алфимов: Здравствуйте.

Владимир: Здравствуйте. У меня в общем… Вот сейчас смотрю передачу, очень на злобу дня все, и я согласен с Александром, что он говорит все правильно. Я более 20 лет как вышел из секты, там христиане-харизматы, они мне более 20 лет жизнь отравляют, и семью разрушили, и дочь настроили там из-за квартиры. Четыре уголовных дела на меня было: и сексуальное домогательство, и чего только не было. А ведь корень-то… Это как бы моя боль. А вот корень-то как бы города и России в том плане, что они хотят обрастать связями и не скрывают, что у нас и в мэрии, и в прокуратуре, и у меня достаточные факты есть и в структурах силовых есть люди. Они говорят: "У нас нет проблем с секретами". Вот то, что поднимаются… А это все подпитка идет из-за рубежа, страны я не буду называть, там их несколько. И в общем-то они и в тюрьмах, и везде, да. И в общем… В тюрьмах служения проводят, чтобы связями обрастать, чтобы им ничего не было, в общем, подлые люди, но прикрываются благовидными вывесками христианскими. Ну, вкратце, понимаете…

Ольга Арсланова: Понятно. Спасибо.

Антон Алфимов: Спасибо. Владимир, город Череповец.

Ольга Арсланова: Кстати, вдогонку резонный вопрос от многих наших зрителей: как распознать секту, которая прикрывается традиционными религиями, потому что очень много христианских сект.

Александр Корелов: Ну, есть вопрос внутрицерковного сектантства. Оно, прежде всего, для того чтобы распознать, нужно понимать, что эти люди, как правильно, противопоставляют себя традиционной церкви. Соответственно, традиционному вероисповеданию они придумывают свои собственные концепции, они самочинно прославляют неких святых, они придумывают собственные ритуалы. Вот все, что выходит за рамки определенных канонов православной церкви, все, конечно, должно вызывать настороженности. И в первую очередь, конечно же, вы, когда такая настороженность появляется, необходимо обратиться в епархиальное управление, для того чтобы получить объективную справку о деятельности той или иной группы. К сожалению, эта проблема тоже существует – внутриправославные, внутриисламские, внутрииудейские секты существуют. И они причиняют не меньше страданий людям, которые туда попадают, и их родственниками. Что касается харизматов, то это псевдохристианское направление, которое очень активно пытается действовать в политической сфере. Действительно, они пытаются своих адептов протолкнуть в различные правоохранительные органы, в органы государственной власти, в общественные структуры, и они очень активно действовали именно на Майдане. Это была одна из действующих сил киевского Майдана, поэтому это опасное сектантское направление, псевдохристианское направление.

Антон Алфимов: "А как же свобода вероисповедания?" - спрашивают наши зрители?

Ольга Арсланова: Я так понимаю, что свободы-то никто не отнимает.

Александр Корелов: Да, дело в том, что секты – это не свобода вероисповедания, это злоупотребление свободой. Да, предоставлена свобода, но люди, которые…

Антон Алфимов: Есть у нас в законодательстве понятие "злоупотребление свободой"?

Александр Корелов: К сожалению, вот об этом сейчас речь и идет. О том, чтобы найти определенные законодательные формы противодействия сектантству. Дело в том, что секта уже на этапе вовлечения в собственную деятельность, уже злоупотребляет свободой совести, не доводя до людей полной достоверной информации о деятельности своей организации. Там не скажут о том, что вы будете подвергаться гипнозу, какому-то внушению и так далее. И человек, попадая в эту организацию, конечно же, уже действует не по собственной воле, а в результате обмана. Поэтому к свободе совести это никакого отношения не имеет.

Ольга Арсланова: Спрашивают… Рассказывают, точнее: в Иваново есть клуб "Изида", это секта – семьи страдают, средства страдают, психика человека. Пишут нам, спрашивают, свидетели Иеговы – это секта или нет.

Александр Корелов: Секта, это безусловно.

Ольга Арсланова: Вы сказали о способах воздействия. Какими они могут быть и может ли человек им противостоять? Ну, вот скучно, зашел, посмотрел – есть ли шанс оттуда выйти или?

Александр Корелов: Нет, шансы-то есть, безусловно, есть. Я еще раз говорю: есть люди разной степени внушаемости, здоровый скептицизм и здоровое недоверие в данной ситуации хорошее лекарство против попадания в секту. Неважно, куда человек может попасть: он может попасть в религиозную организацию, может через салон красоты попасть в лапы ошовцам, можно через занятия йогов попасть в руки кришнаитской организации и так далее, и так далее. Но здоровое недоверие – это в данной ситуации очень хорошо. Второе – это информированность, это все-таки нужно понимать, что мы живем в очень неспокойном обществе, нужно понимать то, что у нас рисков социальных достаточно много и нужно собирать информацию, прежде чем куда-то идти. Даже просто из-за того, что ему скучно.

Ольга Арсланова: Что должно в этой информации насторожить, какой сигнал должен вам указать на то, что это опасно?

Александр Корелов: Первое – это сигнал заключается в том, что секты всегда предлагают очень легкие быстрые способы решения жизненных вопросов, они предлагают такую легкую веру, они предлагают легкое решение психологических проблем. Но они одновременно не раскрывают полностью своей информации о себе: кто руководители, что реально там происходит, какие этапы посвящения, ведь многие секты содержат в себе, в своем учении определенные этапы посвящения, то есть там существует такая своеобразная иерархия. Они скрывают эту информацию от тех людей, которые туда попадают, поэтому, конечно же, если та или иная группа противопоставляет себя государству, обществу, традиционным семейным ценностям, традиционным духовным ценностям, то это всегда должно уже настораживать. А уж дальше – это вопрос специалистов, как классифицировать эту организацию, определить степень ее опасности и определить методы противодействия им.

Ольга Арсланова: Ну и, наверное, если за какие-то мудрости вы должны заплатить, это напугать должно.

Александр Корелов: Это безусловно. Да, если обусловлено это какой-то платой, то это один из настораживающих факторов, хотя не основной. На первоначальном этапе секты просто пытаются сделать вид, что они очень лояльны к человеку, пытаются окружить его мнимой заботой и добротой. Ну а потом, попав в эту организацию, человек лишается уже многого, в том числе и собственного рассудка.

Антон Алфимов: Еще один звонок. Сергей, Москва. Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Антон Алфимов: Сергей, вы с нами?

Ольга Арсланова: Добрый вечер, Сергей.

Сергей: Добрый вечер.

Антон Алфимов: Слушаем вас.

Сергей: Я хотел бы вас, конечно, поздравить с прошедшим праздником Михаила Архангела, который борется и будет бороться с вот этими всякими вашими нечистями. Я хотел бы, конечно, с уважением отнестись и задать такой – не вопрос, а маленькое такое предисловие. У нас Украина, Донбасс, в 90-е годы все кинотеатры сдались в аренду, и все сектанты вошли в дома и начали зомбировать. И народ выбрасывал истинные иконы, кресты, и люди отошли от бога. Понимаете, и до чего это все довело. Я хочу сказать, что каждый из нас думает, что завтра это не случится. И жители Донбасса тоже думали, что все будет хорошо. Сначала они сделали так, потом сделали так, результат – Украины нет.

Антон Алфимов: Давайте так: какой у вас вопрос, Сергей.

Сергей: Она разлагается.

Ольга Арсланова: Вывод нам.

Сергей: И посмотрите, что творится теперь у нас.

Антон Алфимов: А что у нас творится?

Александр Корелов: Вы знаете, вопрос очень правильно ставится. Дело в том, что у нас…

Ольга Арсланова: Спасибо, Сергей.

Александр Корелов: …подноготная многих социальных процессов та же, что происходила в Украине в последние годы. Возьмем на сегодняшний день, допустим, сообщество религиоведов. Ведь огромное количество у нас сейчас религиоведов просектантских, которые лоббируют интересы сект. Какова опасность этого лоббирования? Она заключается, прежде всего, в том, что правоохранительным органам, органам власти говорится о том, что это организация неопасна, что в ней нет никакого вреда, что ей нужно всячески способствовать, что это развивает свободу совести и так далее. А потом это заканчивается теми самыми событиям, о которых сейчас уважаемый зритель говорит.

Ольга Арсланова: Я бы не стала, что религию с политикой: не о том мы сегодня. Но, смотрите, нам пишут о разных видах таких организаций. Заманивают, например, покупать дорогую косметику, посуду, витамины. Пирамида или секта? Распространители ездят на тренинги, семинары и так далее. То есть иногда это просто такая бизнес-модель.

Александр Корелов: Если организация делает упор на реализации продукции, то это может быть не всегда удобная, но во всяком случае, бизнес-структура. Если организация делает упор на каких-то тренингах, то есть она говорит: "Мы вас научим быть успешным, научим торговать нашей продукцией". Если именно это составляет основное звено их идеологии, то тогда это, конечно же, сектантская организация коммерческого толка. Но еще раз хочу обратить внимание, что секты могут рядиться в самые разные одежды, вплоть до салонов красоты, с которыми мы, к сожалению, сейчас сталкиваемся.

Ольга Арсланова: Тревожное сообщение: "Поселок Овсюнино, Московская область, бывший пионерский лагерь арендуют иеговисты, стали часто пропадать люди, помогите". Бывают такие случаи, даже уголовного характера?

Александр Корелов: Бывают, в сектах пропадают люди. Вот секта "Ашрам Шамбалы", Константин Руднев осужден к длительному сроку лишения свободы, до сих пор мне звонят и пишут родители тех ребят, девочек и мальчиков, которые пропали в этой организации, мы не знаем, где они находятся на сегодняшний день. Сейчас раскрыта органами Федеральной службы безопасности деятельность одной из сект, где пропадали несовершеннолетние. Что касается иеговистов, конечно, я не могу сказать, что там именно пропадают люди, но если такие факты имеют место, то, конечно, нужно обращаться опять-таки и в Федеральную службу безопасности, и в Центр по противодействию экстремизму. Если такие данные есть, то пожалуйста, в сети интернет можно и к нам обратиться, мы направим в соответствующие организации, можно самостоятельно обращаться.

Антон Алфимов: Ну, вот смотрите, пишут нам: "Дочь и два внука у сайентологов, помогите". Как вы здесь можете помочь?

Александр Корелов: Что касается сайентологии и что касается того, что конкретные люди туда попали. Значит, здесь нужно первое – конечно же, нужно дать правовую оценку того, что происходит с данными людьми, нужно более подробно оценить ситуацию, а второе – это все-таки вопрос, связанный с психологической и психиатрической помощью людям, которые попадают в такого рода сектантские организации. Нередко люди не только нуждаются в психологической помощи, то есть не только находятся под влиянием этой организации, но нередко страдает их психика, и тогда уже необходима помощь врача. Поэтому просто так сказать "помогите" - это мало что можно сделать на такой возглас. Нужно просто обращаться к специалистам, которые помогут и комплексно решат этот вопрос.

Ольга Арсланова: Самостоятельно семья мало что может сделать?

Александр Корелов: Вы знаете, практически невозможно, потому что сайентология – очень агрессивная структура, которая действует очень жесткими методами. Конечно, просто так, без помощи специалистов выйти оттуда очень проблематично. Мы это иногда в обывательском языке называем зомбированием.

Антон Алфимов: Кнут и жесткий пряник?

Александр Корелов: Ну, там методы психологической обработки таковы, что люди находятся под очень сильным влиянием. Переубеждать практически бесполезно. Там нужна четкая, грамотная работа психологов, нередко и психиатров, потому что эти методы, которые применяются в тоталитарных сектах, они, конечно же, без вреда для здоровья не проходят.

Антон Алфимов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Антон Алфимов: Александр Корелов, адвокат, председатель Юридического комитета защиты прав и достоинства личности при Российской ассоциации центров изучения религий и сект, был у нас в студии. Говорили мы о внедрении, наверное, в российское законодательство такого понятия, как деструктивное сообщество, и, возможно, появятся какие-то новые методы борьбы с этими организациями. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.  

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Георгий Федоров президент Центра социальных и политических исследований "Аспект", член Общественной палаты РФ
  • Павел Медведев финансовый омбудсмен, доктор экономических наук, профессор
  • ГОСТИ

  • Павел Бранд невролог, медицинский директор сети клиник "Семейная"
  • ГОСТИ

  • Светлана Брюховецкая проректор по маркетингу и работе с абитуриентами Финансового университета Правительства РФ, ответственный секретарь приемной кампании
  • ГОСТИ

  • Дмитрий Андреянов журналист (Ростовская обл.)
  • Евгений Опарин корреспондент (г. Владивосток)
  • Владимир Рудометкин генеральный директор ОАО "Гипроречтранс", председатель Отделения "Транспортное строительство" Российской академии транспорта
  • Жанна Мейлер корреспондент (г. Калининград)
  • ГОСТИ

  • Михаил Крейндлин руководитель программы по особо охраняемым природным территориям "Гринпис России"
  • ГОСТИ

  • Петр Шкуматов координатор движения "Общество Синих Ведерок"
  • ГОСТИ

  • Владимир Кашин председатель Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам, академик РАН
  • Ольга Башмачникова вице-президент Ассоциации крестьянских и фермерских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России
  • Алексей Кордумов терапевт, врач общей практики (Архангельская обл.)
  • Ольга Чаплина руководитель инициативной группы (д. Кашмаши, Чувашия)
  • ГОСТИ

  • Евгений Ямбург заслуженный учитель РФ, доктор педагогических наук, академик Российской Академии образования, директор московского Центра образования №109
  • ГОСТИ

  • Валентина Сляднева оператор машинного доения
  • ГОСТИ

  • Евгений Ким ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН
  • ГОСТИ

  • Давид Мелик-Гусейнов директор НИИ Организации здравоохранения и медицинского менеджмента Москвы
  • Виктор Рожков координатор проекта ОНФ "Народная оценка качества"
  • ГОСТИ

  • Сергей Хестанов советник по макроэкономике генерального директора компании "Открытие Брокер"
  • Иван Родионов профессор Департамента финансов ВШЭ
  • ГОСТИ

  • Александр Верховский директор информационно-аналитического центра "СОВА"
  • ГОСТИ

  • Михаил Миндлин искусствовед, директор Центрального музея древнерусской культуры и искусства им. Андрея Рублева
  • ГОСТИ

  • Кирилл Парфенов кандидат политических наук, доцент кафедры государственного и муниципального управления РЭУ им. Г.В. Плеханова
  • Илья Гращенков директор Центра развития региональной политики
  • Показать еще
    Показать еще

    ГОСТИ

  • Павел Медведев финансовый омбудсмен, доктор экономических наук, профессор
  • Георгий Федоров президент Центра социальных и политических исследований "Аспект", член Общественной палаты РФ
  • ГОСТИ

  • Светлана Брюховецкая проректор по маркетингу и работе с абитуриентами Финансового университета Правительства РФ, ответственный секретарь приемной кампании
  • Основная угроза для Байкала — миллионы тонн шлам-лигнина, скопившиеся на берегу за десятилетия работы БЦБК

    Михаил Крейндлин руководитель программы по особо охраняемым природным территориям "Гринпис России"
    На Украине снесли все памятники Ленину Всего в стране демонтировали 1320 памятников советскому вождю
    вчера

    ГОСТИ

  • Петр Шкуматов координатор движения "Общество Синих Ведерок"
  • ФИФА назвала 12 претендентов на звание лучшего тренера года в мире Результаты будут объявлены в середине сентября
    вчера
    Суд отклонил требование истца к МТС на сумму 30 млрд рублей Истец требовал компенсировать ему моральный вред
    вчера
    "Ростех" потратит 800 миллионов рублей на усиление кибербезопасности К 2018 году к охранной системе планируют подключить около 100 предприятий
    вчера
    Вся власть Советам! В октябре 1917 года власть действительно досталась Советам. Но не большевикам. А кому?..
    вчера
    Владимир Чижов: ЕС помог России вывести энергопроекты из-под санкций США Новые ограничительные меры вступили в силу в августе 2017 года
    вчера
    СМИ: Юлия Меньшова может заменить Андрея Малахова в программе "Сегодня вечером" Кандидатуры в настоящий момент обсуждает руководство
    вчера
    вчера
    В Москве уровень сероводорода в воздухе превысил норму в пять раз Аномалию зафиксировали на востоке столицы
    вчера
    Ученые: употребление алкоголя зависит от получаемого образования Исследование проводилось среди подростков, планирующих свое дальнейшее обучение
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments