Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Константин Корищенко и Елена Ведута - о выполнении майских указов о долгосрочной экономической политике

Гости

Елена Ведутазаведующая кафедрой стратегического планирования и экономической политики Факультета государственного управления МГУ им. Ломоносова

Константин Корищенкопрофессор РАНХиГС, доктор экономических наук

Константин Чуриков: Всю неделю, все рабочие дни на этой неделе именно в это время мы обсуждаем ход исполнения майских указов президента. Обсуждаем, собственно, уже не только мы: и правительство по-своему отчитывается о том, как эти указы исполняются, и Росстат отчитывается, и все это обсуждают. И вот, можно сказать, кульминация. Поскольку в предыдущее три дня мы пришли к выводу – обсуждая самые разные стороны этих указов – что просто денег нет, давайте сейчас поговорим о долгосрочной экономической политике. Как раз первый из майских указов президента, подписанных в 2012 году, был посвящен именно ей. Итак, этот указ включает в себя 5 основных показателей – это: увеличение объема инвестиций, рост производительности труда, создание и модернизация высокопроизводительных рабочих мест, увеличение доли продукции высокотехнологичных отраслей и повышение позиций России в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса.

Оксана Галькевич: В этом указе было прописано, что инвестиции в основной капитал страны должны вырасти до 25% ВВП к 2015 году, но к этому времени этот показатель, по данным Росстата, не дотягивал и до 20%.

Константин Чуриков: Это было 2 года назад, в 2015 году то есть.

Оксана Галькевич: Да. Тем не менее к будущему году вложения в экономику должны составить уже 27% ВВП – это согласно опять же указу. Эксперты считают, что деньги для инвестиций в стране есть, но инвесторы их держат, что называется, при себе. Академик Российской Академии наук Абел Аганбегян говорит, что "из 50 триллионов рублей активов крупнейших банков инвестиционный кредит в основной капитал составляет лишь 1 триллион рублей".

Константин Чуриков: То есть да, действительно, они очень-очень осторожничают. Производительность труда по майским указам должна вырасти на 50%, то есть в полтора раза. Тот же Росстат говорит, что с 2012 по 2015 гг. эта самая производительность у нас увеличилась не на 50, а только на 4%. Данных за прошлый год вообще нет. По данным Минэкономразвития – правда, есть данные только от Минэкономики – в 2016 году производительность труда в России выросла на 0.1%.

Оксана Галькевич: Вот еще хорошее: в том же указе президент поставил задачу создать 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году. Росстат оценивает высокую продуктивность рабочего места не по технологиям производства или по квалификации работника, а по размеру средней зарплаты на предприятии. В 2013 году Росстат насчитал в стране 17.5 миллионов высокопроизводительных рабочих мест. Но в связи с кризисом размер зарплат на предприятиях падал, и потому в прошлом году по сведениям Росстата у нас оказалось только 16 миллионов таких рабочих мест высокопроизводительных.

Константин Чуриков: То есть если ты много получаешь, значит, ты и хорошо работаешь – такая вот простая логика.

Оксана Галькевич: Хорошо производишь, да.

Константин Чуриков: В этом году правительство, кстати, отчиталось, что 64% доходов страны получено за счет несырьевых источников, то есть не за счет нефти и газа. Росстат представил картину роста доли продукции высокотехнологичных отраслей: в основном, кстати говоря, это продукция оборонно-промышленного комплекса (ОПК) и все, что связано с техническим перевооружением нашего производства. Но и здесь, конечно, показатели не дотягивают до плановых.

Оксана Галькевич: И о невыносимой легкости бытия: согласно тому же майскому указу Россия должна в 2018 году войти в топ-20 стран в рейтинге легкости ведения бизнеса от Всемирного банка. За последние годы Россия проделала путь со 120 до 40 места. Сейчас подняться в рейтинге выше мешает проблема получения разрешения на строительство – по этому показателю наша страна занимает только 115 место в мире.

Константин Чуриков: И, уважаемые зрители, вопрос к вам: как бы вы оценили, может быть, даже не долгосрочную экономическую политику, а фактическую? Есть указы, есть жизнь – давайте сравним то, что есть в указах и то, что в вашей жизни, прямо на конкретных примерах: нам можно звонить – 8 800 222 00 14, СМС-портал – 3443, в начале буквы "ОТР". А теперь представим тех, кто нам поможет разобраться в этой сложной теме.

Оксана Галькевич: Константин Корищенко, профессор РАНХиГС, доктор экономических наук – здравствуйте, Константин Николаевич.

Константин Корищенко: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте. И Елена Ведута, заведующая кафедрой Стратегического планирования и экономической политики Факультета госуправления МГУ им. Ломоносова. Елена Николаевна, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Елена Ведута: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Уважаемые гости, вот есть некие такие, скажем так, очень очевидные, четкие задачи, которые поставил президент, и соответственно фактические некие цифры нашего промежуточного состояния или стояния на месте. У меня вопрос: те цифры, то наше положение в экономической системе координат, которые мы и правительство получаем от Росстата – можно ли им верить? Можно ли сказать, что достаточно точно установлено наше сегодняшнее место по майским указам? По экономике?

Елена Ведута: Начну, наверное, с того, что Росстат работает с экономической информацией, собираемой по системе национальных счетов ООН, которая содержит огромный повторный счет. И очень много различных неувязок прячется в этой информации. Поэтому можно совершенно уверенно сказать, что информация, на которую сегодня опирается Росстат, является недостоверной.

Константин Чуриков: А следовательно, и правительство…

Елена Ведута: А следовательно, и правительство. Самое интересное, когда президент озвучивал такие цели, ему же кто-то готовил материалы, кто-то гарантировал, что этого возможно достигнуть. Поэтому возникает вопрос, на базе каких плановых расчетов президент сделал такие выводы, что можно этого достичь. Наверное, те, кто готовили эти материалы – было бы очень хорошо, чтобы они отчитались, как они это планировали и прогнозировали. И потом меня очень удивило, что Росстат забыл, что собой представляет производительность труда, это вообще удивительно. Это никакого отношения не имеет к тому, как растет зарплата, потому что производительность труда – это прежде всего выпуск продукта в единицу времени. И если производительность труда растет, это как правило благодаря новым технологиям, техническому прогрессу. А вот такой переход неожиданный к зарплате говорит о том, что, наверное, Росстат не может похвалиться нашими достижениями как раз в опережающем росте отраслей, определяющих технический прогресс.

Константин Чуриков: В некоторых случаях это вопрос, кто более высокопроизводителен – директор какой-нибудь полиграфической фабрики, который просто сидит в кабинете и получает 800 тысяч рублей в месяц, или рабочий, который там за этим станком стоит.

Оксана Галькевич: Или чиновник, как нам пишут телезрители из Москвы: "Почему за низкую производительность чиновники получают миллионы?" Ну, наверное, не миллионы, но тем не менее неплохо получают они.

Константин Чуриков: У меня вопрос, Константин Николаевич. Хорошо, если Росстат в чем-то очень неправ, в чем-то сильно неправ, то как же тогда мы можем вообще оценивать, сидеть сегодня здесь с вами и оценивать ход исполнения указов по экономической политике?

Константин Корищенко: Вы знаете, существует очень древняя поговорка – я уж не знаю, сколько тысячелетий она существует, или, может быть, столетий – насчет того, что есть ложь, наглая ложь и статистика. Конечно, это некое преувеличение, но в принципе данное высказывание дает подход к тому, что статистика, конечно, очень сильно огрубляет и усредняет, в основном дает скорее некоторые тенденции. Это справедливо и для системы национальных счетов, это справедливо и для платежного баланса, это справедливо для почти всего, за исключением, пожалуй, того, что измеряется деньгами. Вот когда вы переходите к той части отчетности, в которой все выражается в деньгах – например, бюджет, налоги и так далее – там все становится чуть-чуть более точно и более понятно. Тем не менее я бы не стал, скажем, преувеличивать или преуменьшать качество работы нашего Росстата, потому что если мы возьмем самую продвинутую с этой точки зрения страну – Соединенные Штаты, в которой статистические ряды восходят к концу XIX века (можно найти и посмотреть многие экономические показатели), они занимаются тем, что раз в несколько лет пересматривают базовые вещи, связанные со статистикой. Например, в 2013 году они взяли и ни много ни малопорядка триллиона долларов прибавили своему ВВП только за счет изменение статистических подходов к расчету определенных показателей, включая МВФ.Поэтому, честное слово, если говорить о статистике, то только ленивый не пинает, условно говоря, насколько у нас правильно считается инфляция, насколько у нас правильно считаются показатели ВВП и так далее. Это не очень содержательно, потому что главное – каков тренд. То, что было показано в начале передачи, очень четко отражает этот тренд, хотя, конечно, эти 5 показателей не являются исчерпывающими и, более того, не являются сутью главного указа. Все то, что с моей точки зрения более важно, находится дальше в тексте. Но даже эти показатели в общем… Я бы взял один из них – это позиция в doingbusiness. Уж точно, извините за выражение, никак не подстроено или подсчитано нашим Росстатом, а считается Мировым банком, который трудно обвинить в дружелюбном отношении к России, тем не менее он показывает передвижение по этой позиции…

Оксана Галькевич: …со 120 на 40.

Константин Корищенко: Да.

Константин Чуриков: Но при этом, может быть, он не знает реальной жизни? – там, оттуда глядя?

Константин Корищенко: Нет, нет, там на самом деле методика… Если углубиться, она, конечно, тоже полуфантастическая, но тем не менее она одинаковая, понимаете? То есть, грубо говоря, статистика хороша тем, что если в ней есть ошибки, то они систематические и одинаковые для всех. Тем не менее, если оценивать, что же случилось и чего не случилось, то с моей точки зрения – с моей личной точки зрения – главная часть указов касалась вопросов изменения структуры собственности в экономике: вопросов приватизации, вопросов ограничения роста госкорпораций и так далее. Вот все то, что там написано, практически, если хотите, ни на строчку, ни на пункт не выполнено. Более того, мы ушли в обратную сторону.

Константин Чуриков: То есть для этого должна быть не государственная экономика, а рыночная.

Константин Корищенко: А у нас и по нашим подсчетам ФАСовским, и по подсчетам МВФ, которые делались примерно в один и тот же период времени (с разницей в 1 год), доля государства в экономике составляет около 70%.

Константин Чуриков: Елена Николаевна, смотрите. Столько разных задач, и в этом указе так же. И все они, наверное, правильные. Но возникает такой замкнутый круг и вопрос: с чего начать? С чего надо было начать?

Елена Ведута: Я как раз отношусь к перемене мест слагаемых – типа того, кто хозяин собственности, государство или частик – отношусь скептически, то есть к тому, что поменяли хозяина и сразу у нас все заработает. В нашей стране мы очень увлекаемся тем, как собственность взять или раздать, вместо того, чтобы нам действительно серьезно заняться экономической информацией. Она действительно лживая. У нас даже потеряны нормативы деятельности предприятий, как были когда-то материальные нормативы, трудовые; потеряно даже представление о том, сколько там профессиональных рабочих должно быть занято. Все занимаются только некими финансовыми показателями. И наверху та же ситуация: мы не владеем экономической информацией о том, где мы находимся, как нам планировать развитие экономики, как правильно распорядиться нашими инвестициями. Это серьезная кибернетическая задача, которую современными IT придется решать, как бы ни отвлекались мы игрой в собственность.

Константин Чуриков: Секунду, Елена Николаевна. По-моему, вы важную вещь сейчас говорите. В упрощенном представлении всеобщем, как правило, высокопроизводительные рабочие места – это значит, когда робот за тебя делает какую-то основную работу, а ты так просто за ним глядишь. Вот вы говорите, что высокопроизводительные места – это когда у тебя много профессионалов в коллективе. Это необязательно роботы? Это люди?

Елена Ведута: Нет-нет-нет, я как раз наоборот. Если роботы будут замещать – а они, естественно, будут замещать – то профессионализм тех, кто будет работать с роботами, будет значительно возрастать, потому что они будут совершенствованием этих роботов. Это нормальный процесс, нам не избежать его, и пока мы будем заниматься нефтью, газом только, увлекаться собственностью, такие страны, как Соединенные Штаты, уйдут значительно вперед в роботизации, они будут делать фактически научно-техническую революцию. И об этом нам надо думать. А для того чтобы это делать, нам надо уметь заниматься планированием экономики и работать с экономической информацией достоверной: понимать, какая нам информация нужна, как ее обработать, для того чтобы принимать не вручную решения, а эффективные и обоснованные. Здесь задача. И когда мы переходим на проблемы собственности, на эти разговоры, они абсолютно отвлекающие.

Константин Чуриков: То есть высокопроизводительные рабочие места нужны и в Росстате?

Елена Ведута: Естественно.

Оксана Галькевич: Я просто вижу, как Константин Николаевич хочет что-то прокомментировать.

Елена Ведута: Да, пожалуйста.

Константин Корищенко: Я по первой своей специальности заканчивал МГУ, факультет кибернетики.

Елена Ведута: Как и я. Мы с вами коллеги.

Константин Корищенко: Да. И здесь хочу сказать, что роботизация и автоматизация – это крайне неоднозначные вещи, на самом деле, как в части повышения эффективности, так и в части повышения квалификации. Например, еще в 1990-х гг. японцы делали исследования и выяснили, что при превышении доли продукции, производимой роботом (я не помню порог, но он был в районе 85-90%) производительность падает. То есть есть, грубо говоря, какой-то порог, после чего вам дальше автоматизировать не очень, по крайней мере по тем временам, было эффективно, это первое. Второе: с точки зрения повышения квалификации, если у вас повышается роботизация. Я бы возразил, приведу простейший пример. Если вы возьмете, условно говоря, какие-то старые телевизоры еще 1970-1980-х гг., вы должны хотя бы были знать, что такое развертка по вертикали, что такое развертка по горизонтали и так далее, чтобы просто дома в бытовом смысле настроить этот телевизор. А потом появились трубки самосведения, и фактически сейчас кроме пульта управления вы ничего не должны делать.

Константин Чуриков: Надо было силу прилагать, чтобы переключать каналы.

Елена Ведута: А потом робот появится, который будет эту задачу настройки выполнять.

Константин Корищенко: То есть на самом деле повышение автоматизации в каком-то процессе во многих случаях, как это ни парадоксально, ведет к дисквалификации людей, а не к повышению их квалификации. Здесь надо очень сильно отличать. И, более того…

Елена Ведута: Тут я, извините, перебью, потому что вопрос в том, что вы понимаете под автоматизацией управления производством. Если вы понимаете просто работу с какой-то информацией – расчет индикаторов и статистических показателей – то это одно. И совершенно другое, когда мы в ходе расчетов определяем эффективные технологии.

Константин Корищенко: Я бы в данном случае не преувеличивал роль экономических показателей.

Елена Ведута: Мы не будем сейчас, да.

Константин Корищенко: Как ни парадоксально, если вы посмотрите самые востребованные специальности в предприятиях сейчас – помимо профильных предприятий – это финансовый департамент, это соответствующие люди, которые могут подготовить ту или иную форму финансовой статистики плюс маркетинг.

Елена Ведута: Но не занимаются эффективным управлением производства.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости, вы, как выяснилось во время нашей программы, коллеги, но тем не менее у вас весьма различные взгляды…

Константин Чуриков: Что и прекрасно.

Константин Корищенко: Я могу пояснить…

Елена Ведута: Я могу тоже пояснить, нет проблем.

Оксана Галькевич: Но дело в том, что мы нашим телезрителям задали вопрос в самом начале о том, насколько успешна экономическая политика нашего государства. Ну, может быть, сложно пока нам заглядывать далеко вперед, мы не специалисты, но вот на данный момент кто какие замечания на данный момент может сделать. Смотрите: "Майские указы – это 2012 год. За это время у нас было много различных событий в нашей жизни, в том числе экономических", – это Краснодарский край нам пишет. – "Вместо разовых Олимпийских объектов – 2014 год, Олимпиада в Сочи здесь, видимо, вспоминается – можно было бы построить много заводов, хороших дорог. Вместо футбола 2018 – тоже современные дороги. Смешно и жалко выглядеть нищей с очками в золотой оправе". У ваших коллег – экономистов, специалистов, профессионалов – точно так же есть разные взгляд на то, каким образом нам нужно нашу экономику двигать, придавать ей импульс какой-то. Это должны быть какие-то большие инфраструктурные объекты? Это должны быть какие-то большие такие события, мероприятия, как Олимпиада в Сочи, Чемпионат мира по футболу? Или нужно заниматься какой-то рутинной работой по дому, что называется (назовем это так)? Какой взгляд у вас?

Константин Корищенко: В другой плоскости лежит ответ. Понимаете, надо начать с того, что нужно человеку, живущему в этой стране. Недавно статистический опрос – не буду врать, не помню, кто его проводил – показал, что в принципе более двух третей населения хотели бы работать на государственной службе, а не заниматься бизнесом.

Оксана Галькевич: Так подождите, они же видят, что бизнес – это сегодня большая проблема.

Елена Ведута: Вообще-то люди хотят лучше жить. Никто такую формулировку не дает, как вы сейчас сказали: опять государство и частники.

Константин Корищенко: Сейчас, секундочку. Люди все равно живут не от того, что с неба падает какая-то манна небесная, а от того, что они все-таки деньги зарабатывают. У нас менее трети населения может и хочет заниматься частным бизнесом, зарабатывать, неся свой риск. Соответственно отсюда и востребованность на стабильность: пускай будет не очень высокий доход, но гарантированный, стабильный и, так сказать, не хуже, чем у соседа. В этой ситуации та модель экономики, которая у нас сейчас случилась, вполне соответствует чаяниям тех людей, которые, собственно, эту статистику и подтверждают.

Оксана Галькевич: То есть вы хотите сказать, что государство на свое усмотрение придумывает, каким образом…

Константин Корищенко: Не так. Государство строит ту модель, которую поддержит население.

Оксана Галькевич: На свое усмотрение. Которую поддержит население.

Константин Чуриков: Которую поддержит население. Елена Николаевна?

Елена Ведута: Я сразу отвечу: я типичный представитель населения, я общаюсь с населением…

Константин Чуриков: Сейчас еще звонок у нас будет, еще будем общаться.

Елена Ведута: И население, кстати, заявило, что оно бы хотело, чтобы работали заводы. Люди хотят, чтобы у них гарантии на завтра в том, что дети их будут жить в лучшей стране, будут только усиливаться, а не так, что они будут бояться. Действительно, заводы у нас не работают, производство – это наша жизнь: если мы ничего не будем производить, в один прекрасный момент мы останемся без всего – без ЖКХ, без того, что у нас будут хорошие школы, медицина. И, кстати, жизнь и показывает, что у нас уровень обеспеченности медицинскими услугами резко падает. Я говорю про нормальных людей. И если уж так долго говорил мой коллега… Вот чувствуется два разных подхода: один предпочитает институционализм ("как, друзья, вы не садитесь", собственность туда, собственность сюда), отвлекаетесь от реальных экономических проблем, а реальные – они в том, что нужно уметь работать с экономической информацией и принимать эффективные решения. Это сложный вопрос.

Оксана Галькевич: Простите, вспоминали опыт Соединенных Штатов, где, если говорить о собственности, о частном бизнесе, о включенности населения в этот самый частный бизнес, то тут, наверное, мяч на стороне Константина Николаевича. Гораздо меньше государства в экономике там.

Елена Ведута: Вы знаете, Соединенные Штаты… Если вы вспомните, Трамп поставил четкую задачу: нужно развивать национальное производство в интересах благополучия своих граждан. Вот это задача.

Константин Чуриков: Вернемся, уважаемые гости, на родину. Вот реплика Оксаны была, нашего зрителя по поводу увлеченностью строительством разных спортивных объектов. Я напомню, что некоторое время тому назад журнал Esquire подсчитал, какой высоты получился бы слой черной икры, фуа-гра или измельченных сумок Луи Виттона, если бы олимпийскую дорогу "Адлер-Красная поляна" (227 миллиардов рублей за 48 километров) строили бы из этих материалов – там…

Оксана Галькевич: О, а если мы возьмем стадион в Петербурге…

Константин Чуриков: Секундочку: значит, устрицы – это 6 сантиметров (там даже больше), черная икра – чуть больше сантиметра получился бы слой, фуа-гра – 22 практически сантиметра, сумки Луи Виттона – под 9 сантиметров.

Оксана Галькевич: Страну мы бы этим накормили, мне интересно.

Константин Чуриков: Давайте послушаем Александра. Я не про сумки и не про фуа-гра, а о том, что можно было бы по-другому…

Елена Ведута: Это все непроизводственные расходы, выброшенные из развития производства.

Константин Чуриков: У нас Александр сейчас на линии. Александр, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот Елена говорила про роботизацию. Это прекрасно, все хорошо. Если сейчас на каждого пенсионера приходится 1 работающий, то с введением роботизации работающих на каждого пенсионера еще сократится. Из чего платить Пенсионному Фонду пенсии пенсионерам?

Константин Чуриков: Александр, ну, может быть, все-таки робот тоже будет работать?

Константин Корищенко: Сейчас есть инициатива, как это ни парадоксально – очень точный вопрос – о том, чтобы обложить налогом роботов.

Оксана Галькевич: Вот так вот.

Константин Корищенко: Да-да. На самом деле рассматривается инициатива в Великобритании и еще в одной европейской стране.

Елена Ведута: Опять эти монетарные методы, вместо того, чтобы заниматься развитием национального производства.

Константин Корищенко: Монетарность тут не при чем. Этот ответ на вопрос, как уменьшение количества работающих позволит наполнить пенсионные программы.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, давайте так: одни из вас, наверное, захотят оценить текущее экономическое положение – пожалуйста, телефон ждет, звонки принимаем. Другие, может быть, какие-то рецепты подскажут – государству, всем нам (почему нет?), как нам создать 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест, где взять деньги на инвестиции, вообще как нам обустроить Россию? 8 800 222 00 14. А пока, чтобы с другой стороны посмотреть на все происходящее, давайте посмотрим на такое явление в нашей стране, как особые экономические зоны. Вот за 11 лет с момента запуска этого масштабного проекта похвастаться результатами продуктивной работы могут далеко не все регионы. Давайте посмотрим, что нам расскажет Анна Турубарова.  

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Вот так вот раз попробовали, два попробовали. А если вдруг мы сейчас назовем это как-то иначе, здесь вот что-то появится? С той ли стороны начали создатели этих проектов?

Константин Корищенко: Дело, конечно, не в названии. Если брать аналогию – свободные экономические зоны Китая, которые создавались еще в 1980-1990-е гг. – они же были, по сути, образцом, копией и подобием Гонконга, где иностранный капитал приходящий мог использовать дешевую китайскую рабочую силу, определенный налоговый режим. Он тогда приносит технологии. Собственно, эта история про Трампа – это на самом деле зеркальное отражение свободных экономических зон Китая, куда, собственно, крупнейшие предприятия Америки переместили свои производства и удешевили примерно в 2 раза (а некоторые и больше) стоимость производимой продукции. Мы же делаем шаг вперед и шаг, если не два шага назад, потому что свободная экономическая зона хороша, во-первых, налоговым режимом, защитой прав собственности и определенными гарантиями для иностранного капитала по доступу к определенным видам…

Константин Чуриков: И, наверное, защита прав собственности – это не только для вот этой особой экономической зоны, а в принципе вообще для всей страны.

Елена Ведута: А что нам мешает сделать это все для всей страны? Давайте налоги вообще уничтожим, удешевим рабочую силу России – к нам, может быть, все и придут вдруг. Кто мешает?

Константин Чуриков: Куда уж дешевле? – 7500 минимальный размер оплаты труда.

Елена Ведута: Мы на это не идем, потому что, наверное, есть основания не идти, потому что нужно собирать налоги, нужно платить тому же Министерству обороны и поддержать государственный оборонный заказ, платить дальше по всем предприятиям ОПК, чтобы мы себя охраняли.

Оксана Галькевич: У нас Министерство обороны совсем не обделено, там-то как раз…

Елена Ведута: Вы знаете, может быть, оно и не обделено, но проблемы с выполнением государственного оборонного заказа есть серьезные.

Константин Корищенко: Одно другому не мешает.

Елена Ведута: Опять-таки по причине нашего производства.

Константин Чуриков: У нас много звонков. Дмитрий, здравствуйте, вы в эфире. Город Челябинск.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, я вот хотел сказать, что я по многим вопросам по поводу роботизации страны не согласен. Я не считаю, что это приведет к безработице, если это делать, во-первых, плавно, во-вторых, если обучать операторов. Это создаст новые рабочие места, плюс это создаст новые рабочие места за счет построения ремонтных услуг робототехники. В каком-то веке – в XVIII-XIX вв. – Россия была малограмотная, пришли большевики и устроили очень массовое обучение населения. Наше население добилось самых крупных результатов, я считаю, вообще за всю историю. Оно стало грамотно. И в XXI веке не делать уклон на то, чтобы население учить программировать, ссылаясь на то, что у нас водители не захотят хотя бы каким-то азам научиться – это на мой взгляд бред. Вот это мое предложение. Я считаю, что такие умы, которые сейчас присутствуют в студии, не должны заниматься обсасыванием проблем, а должны конкретно разрабатывать механики и их конкретно внедрять в жизнь. Как-то так я считаю.

Константин Чуриков: Дмитрий, понимаете, у нас, как говорится, есть эксперты, есть люди, которые в правительстве. Чиновник и эксперт – это разные категории: одни предлагают, другими внедряют. У нас еще есть звонок.

Оксана Галькевич: С другой стороны, уважаемые гости, обратите внимание. Казалось бы, тема у нас звучит так: "Долгосрочная экономическая политика", но какие эмоции у нашего телезрителя, как близко к сердцу он все это принимает.

Константин Чуриков: Правильно, потому что от этой политики зависит наше сегодня.

Оксана Галькевич: Александр из Кирова – давайте с ним тоже поговорим. Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Мое мнение, что экономический рост зависит от доступности кредитов. Это первое. Второе: процент по кредитам должен рассчитываться, по моему мнению, из платежеспособности населения и бизнеса. И самое главное, по поводу того комментария, что две три населения хотят устроиться на предприятия государственные либо еще какие-то – это люди, которые были в бизнесе и поняли, что с государством в бизнес играть сложно, поэтому они своих детей хотят устроить туда, где будут зарплаты маленькие, но с государством они уже играть не будут. Спасибо.

Константин Чуриков: Конечно, потому что у каждого есть друзья-знакомые. Люди не в вакууме живут, они видят, что происходит вокруг. Люди от бизнеса приходят и говорят: "Ребята, произвол. Мы не знаем, что будет завтра".

Константин Корищенко: Так если посмотреть в эти…

Елена Ведута: Произвол. А вы посмотрите на законы, которые принимают. У нас есть закон о стратегическом планировании. Там никакой обратной связи, как бизнес реагирует на то, что делают чиновники, нет. Вообще в наших законах не прописана обратная связь: никого не интересует, что там будут внизу делать те, кто выполнять будут эти законы. Все законы с прямой связью.

Константин Чуриков: То есть, секундочку, мы сегодня передаем привет не только правительству, но и депутатам?

Елена Ведута: Естественно, ведь депутаты – те же чиновники.

Константин Корищенко: Если вы посмотрите в указ, о котором у нас идет речь, там на эту тему тоже есть. Там тоже речь идет о повышении качества судебной системы, избавлении ее от влияния…

Елена Ведута: Судебная система не решит экономических проблем никогда. Это право, а есть механизмы экономики.

Константин Корищенко: Как говорится, у каждого есть на этот счет свое мнение.

Константин Чуриков: Константин Николаевич, ваше мнение?

Константин Корищенко: Дело в том, что самый большой рынок сегодня в Российской Федерации – это рынок госзаказа, это порядка 14-15 триллионов рублей, если мне не изменяет память. И одна из основных проблем работы на этом рынке заключается в том, что обычно подрядчиками являются компании частного сектора – или по крайней мере значительная часть. И они находятся в ситуации… Даже вот сейчас начинают менять законы, ужесточать процедуры расчета – они оказываются заложниками вот этих крупных предприятий, которые фактически работу принимают выполненную и либо не оплачивают ее вообще, либо оплачивают значительно позже. И в этом смысле люди, работающие в частном бизнесе, фактически, скажем так, не очень хорошо себя чувствуют в результате такого рода поведения. Они понимают, что лучше находиться на той стороне: лучше стоять на стороне государства, чем стоять на стороне частного бизнеса. И психологическое отношение до сих пор у нас и как к бизнесмену, и к банкиру, и к человеку, неважно, просто богатому, тоже мягко говоря не самое позитивное. Поэтому в принципе в этой модели повышение эффективности труда, когда у человека нет психологического желания заработать больше, а есть желание зарабатывать не меньше, чем у других, мы получаем то, что получаем.

Елена Ведута: Наверное, надо модель менять. Все идет опять-таки от модели, от той структуры, в которой мы находимся. Такие законы у нас принимаются, что потом все не хотят в этих законах жить и работать. Значит, проблема в той процедуре, в которой они принимаются, и почему именно такие законы принимаются. Это вопрос.

Константин Чуриков: Нам пишут зрители, смотрите. Республика Карелия, Илья: "Пока в России есть нефть и газ, ни о какой экономической политике и говорить не стоит". Это так, в режиме блица. Москва: "90% молодых специалистов желают работать в государственных, надзорных органах, а не в частных компаниях". Юрий нам пишет: "Послушал отчет премьера, никакой программы развития нет вообще".

Оксана Галькевич: "Зимой купил высокотехнологичные советские станки 1960-х гг.", – Краснодарский край.

Константин Чуриков: Звонит телефон.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем звоночек. Архангельск, Георгий.

Зритель: Значит, у меня два пункта. Первое: мы хотим, так сказать, разводить бизнес, который займет хотя бы там десятки, сотни тысяч человек. Даже Трамп говорит: "Ребята, давайте переводить рабочие места к нам". Почему нам не поставить заградительные пошлины для тех же холодильников, магнитофонов, сказать: "Ребята, вы завозите оборудование, завозите к нам, и начинайте отверточную сборку". Но чем глубже будет сборка, у нас появляются рабочие места, люди начнут знакомиться хотя бы с тем, что такое процессор, микросхемы, а не то, что там…

Константин Чуриков: Георгий, секундочку, у меня вопрос. А вы представляете, что вот в моменте – но этот момент будет долгим – произойдет, когда мы сами скажем: "Нет, больше не ввозите сюда ваши эти финские холодильники"? Представляете, что у нас с ценами произойдет?

Зритель: Значит, ничего страшного не произойдет, нужно это все делать заранее, вот и все.

Константин Корищенко: Тогда это надо было два года назад делать.

Зритель: Не смотреть тупо… У меня же одна минута, я же не могу рассказать, как это стратегически ввести в действие. А сказать: "Ребята, вот, готовьтесь. Вот давайте, стойте там… Мы типа ваши холодильники, только вы, потому что там какая-то Ямаха холодильники не хочет строить. И вы будете у нас монополистом, но у нас появятся сотни тысяч рабочих мест. А потом – пожалуйста, все, до свидания, теперь на холодильники 50% пошлина.

Константин Чуриков: Георгий, я понял, вы говорите о долгой предварительной реальной работе, а уж потом вот эти ограничительные меры.

Зритель: Никакой долгой работы тут не будет. Заводы сейчас строят, извините, за год. Вы видите, как возводятся торговые комплексы. Ничего сложного, чтобы ввести оборудование, нет.

Константин Чуриков: Спасибо. Это был Георгий из Архангельской области.

Оксана Галькевич: Уважаемые эксперты, не вздыхайте – комментируйте, вступайте в какую-то полемику.

Константин Корищенко: Смотрите. Во-первых, у нас был хороший пример про Калининград. Ведь первые автомобили, сборкой автомобилей иностранного производства – тех же BMW, Nissan и так далее – были там на предприятии "Автотор". И, собственно, процесс затормозился после того, как все вот эти вот режимы этой свободной экономической зоны были постепенно сглажены и снижены, назовем это так. Во-вторых, ограничение на ввоз готовой продукции в принципе, после того, как мы вошли и подписали соглашение о вступлении в ВТО, мы не можем просто так - взять что-то да и запретить или ограничить. И в-третьих, на самом деле вопрос в том, что да, завезите станки, да, произведите, а потом продайте. Но на чьи деньги? Кто в это будет инвестировать?

Елена Ведута: Я считаю, что здесь должен быть подход начиная с того, а какова стратегия развития государства? Сейчас мы оказались в какой-то технологической цепочке мировой экономики на очень неприглядной позиции: мы сырьевой придаток и теперь хотим еще быть транзитной зоной. На самом деле, если мы хотим видеть будущее страны достойное, нам надо думать о том, как все-таки в стране развивать ту самую производительность труда, о которой было сказано в указе президента. То есть как нам эффективно внедрять новые технологии? У нас люди очень талантливые, образование еще достаточно высокое, которое позволяет им изобретать совершенно новые подходы к тому, чтобы действительно повышать производительность труда. И мы как раз уткнулись в проблему, и я вам хочу сказать, что завтра будет гораздо хуже, чем сегодня, если мы не начнем планировать развитие экономики, в том числе просчитывая, какие технологии эффективные надо внедрять.

Константин Чуриков: Судя по сегодняшнему курсу евро и доллара, да.

Елена Ведута: Тогда еще будет хуже. Мы встретимся с вами через год, и будем еще больше плакать, как деградировало еще больше наше производство, потому что стратегия – та самая, о которой я сказала – продолжает реализовываться.

Оксана Галькевич: Елена Николаевна, ну так государство вроде бы как и думает. Смотрите, Путин вышел в 2012 году и сказал: "Внедрять высокие технологии! Создать высокотехнологичные места!" А они не внедряются и не создаются.

Елена Ведута: Я поэтому и сказала: мне интересно, кто ему готовил эти материалы, на основании чего были сделаны такие выводы. Потому что и тогда было уже ясно, что майские указы не будут выполнены. Все, что правительство говорит об антикризисных мерах – эти меры не являются антикризисными, это продолжение кризиса.

Константин Чуриков: Константин Николаевич?

Константин Корищенко: Содержательно ничего невыполнимого в майских указах не было. Можно было говорить о том, что не в таких темпах, не за такие сроки, но в принципе большинство мер там… Посмотрите, будут майские указы 2018 года дай бог – или какие у нас там?

Оксана Галькевич: Июньские, может быть.

Константин Корищенко: Может быть, июньские, да. И вы посмотрите, что они во многом будут повторять майские указы 2012 года по сути. Потому что я могу предположить, кто готовил…

Елена Ведута: То есть вы, извините, считаете, что у нас все замечательно?

Константин Корищенко: Нет, я этого не говорил, но просто рассуждать лозунгами – это самое легкое и самое…

Елена Ведута: Какие лозунги? Лозунги – это пересадки из одного места в другое.

Константин Корищенко: Можно я закончу? И самое непродуктивное. Когда выходишь на трибуну и кричишь "Даешь!", но не рассказываешь, как даешь, от этого никому лучше не становится. Поэтому указы содержательно все были в общем-то вполне себе рациональные и направленные в правильные точки: посмотрите, в 2018 году будет программа, которая сейчас готовится, будут во многом перекликаться с ними.

Елена Ведута: Вы какую программу имеете в виду? Кудринскую?

Константин Корищенко: Глазьевскую. Я говорю о той программе, которая будет представлена в 2018 году.

Елена Ведута: Ну какая программа? Чья? Мы все программы читаем.

Константин Чуриков: Еще пока неизвестно.

Елена Ведута: Почему неизвестно? Они все известные.

Константин Чуриков: Имеется в виду, неизвестно, какую выберут по крайней мере.

Константин Корищенко: Да подождите. Я не хочу сравнивать ни глазьевскую, ни кудринскую программы.

Елена Ведута: Я тоже не хочу сравнивать. Что вы имеете в виду?

Константин Корищенко: Я имею в виду программу будущего президента, которая будет объявлена в 2018 году.

Елена Ведута: Ну хорошо, то есть это загадка.

Константин Корищенко: Я говорю о том, что она будет напоминать то, что написано в майских указах. Есть некая точка перелома – 2014 год – которая существенно сломала все те тренды, которые там могли получиться. Я не говорю, что там программа выполнялась шикарно…

Елена Ведута: Вы хотите сказать, что виноват Крым?

Константин Корищенко: Нет, я не хочу ничего сказать. Я просто хочу сказать…

Елена Ведута: Почему 2014 год?

Константин Корищенко: …что изменения в 2014 году, которые были связаны и с изменением цен на нефть, и с проблемами, которые возникли в бюджете, и закрытием…

Елена Ведута: А нам стоило ожидать, что цена на нефть когда-нибудь упадет или не стоило? Или мы надеялись, что всегда будет высокая цена?

Константин Корищенко: Нет, ожидать-то, может быть, и стоило… Можно я закончу все-таки?

Елена Ведута: Ну я, извините, просто…

Константин Корищенко: Я понимаю, что эмоции, но все-таки закончить надо.

Елена Ведута: Нет, не эмоции.

Константин Корищенко: Соответственно, эта программа будет примерно такой же. Но вопрос будет заключаться в том, что есть мы будет рассуждать на тему, что нам нужен госплан, нам нужны дешевые деньги, нам нужно увеличить количество госкорпораций, нам нужно выстроить, не знаю, какие-то еще стратегические, квазистратегические, суперстратегические вещи, вместо того, чтобы просто поддерживать основной двигатель рынка (а мы все-таки живем в рыночной экономике) – конкуренцию, дать возможность людям зарабатывать…

Елена Ведута: Поэтому весь бизнес отсюда уходит.

Константин Корищенко: Вот без этого у нас ничего не произойдет.

Константин Чуриков: Уважаемые гости, а также зрители.

Оксана Галькевич: Я предлагаю государству отстать, перестать контролировать, кому сколько зарабатывать и кому сколько работать. Отдать мою жизнь в мои руки.

Константин Корищенко: Да, да.

Елена Ведута: Да не даст оно вам никогда в свои руки.

Константин Чуриков: А может быть вообще не с той стороны мы смотрим на нашу жизнь, на проблемы? Вот не так давно мы спрашивали наших зрителей: с одной стороны, показывали им существующий прожиточный минимум (официальный – 9 с чем-то, под 10 тысяч), а сколько на самом деле надо? Были разные цифры от региона к региону, но если в среднем это вывести, у нас получилось около 27 тысяч рублей. Я к тому, что в принципе что нужно? Ведь заказчик-то кто? – население, народ люди. Людям что нужно? Чтобы продукты были в холодильнике, чтобы лекарства можно было купить и не остаться без штанов.

Елена Ведута: Дать образование детям.

Константин Чуриков: Дать образование детям, что-то отложить. Пусть немного, но отложить.

Константин Корищенко: Помните Библию? – "не надо рыбу давать, дайте удочку". Послушайте, вы заходите не с того конца. Вопрос "Сколько мне/ему/ей надо?" всегда будет неотвеченным, и всегда мы будем вспоминать сказку о золотой рыбке. Поэтому надо рассуждать о том, сколько человек сможет заработать. Не получить жалование у государства, не гарантированное какое-то вознаграждение, а сколько он сможет заработать.

Елена Ведута: Можно я прокомментирую, а то все время в эту сторону.

Константин Чуриков: Пожалуйста-пожалуйста.

Елена Ведута: Во-первых, никто не рассчитывает, что государство ему что-то даст. Это такое странное представление: я давно не встречала людей, которые сидят и ждут, что государство что-то даст. Все действительно хотят заработать. Но если все-таки государство есть, и мы платим налоги, почему мы не в праве просить у тех, кто берет эти налоги, чтобы мы видели эффективность их использования? В частности, почему у нас закрываются поликлиники, больницы, почему лекарства становятся дороже? Почему количество бесплатных посещений врача становится меньше? Что-то не так в нашем государстве, и не надо его идеализировать. Надо помогать изменять это государство в интересах опять-таки наших людей.

Константин Чуриков: Я просто к тому, что для решения этих базовых потребностей людей, для того чтобы их хотя бы этим обеспечить, нужно ли обозначать такие вот высокие, понимаете, недостижимые горизонты в 25 миллионов таких-то рабочих мест…

Елена Ведута: Так это обозначают те, кто не знают, что делать сегодня. Это очень хорошо фантазировать: "Давайте сделаем такие-то реформы, через 50 лет мы заживем". Это очень удобно. Вообще у нас болезнь в стране: много говорим о проблемах, а доказательно как решать эти проблемы, не можем и не хотим. У нас вся страна любит говорить, вот такая проблема.

Оксана Галькевич: Елена Николаевна, ну мы как-то должны все-таки, знаете, обсуждать какие-то вещи, проводить замеры общественного мнения.

Константин Чуриков: Мы не можем телепатическим путем это передавать.

Елена Ведута: Это правильно. Я вашу задачу понимаю.

Оксана Галькевич: И потом, если ставятся какие-то экономические задачи…

Елена Ведута: У нас целые форумы, только говорят.

Константин Чуриков: Да, форум за форумом, рецептов-то много.

Оксана Галькевич: Без конца. И вот в Петербурге еще один будет форум экономический.

Елена Ведута: Да. И все время говорим. Страна говорунов. Так и есть.

Оксана Галькевич: Профессиональных причем, понимаете.

Елена Ведута: Какие же они профессионалы, если они не решают проблемы? Говоруны профессиональные – я соглашусь, но не более того. А как решать, доказательных никаких рецептов нет.

Оксана Галькевич: А что же там обсуждается тогда на экономических этих бесконечных форумах? – не пути выхода и решения задач?

Елена Ведута: Вы знаете, даже обижаются, когда задают вопрос: "А почему мы сейчас говорим-говорим, а решения какие?" Удивляются: не нужны решения.

Константин Корищенко: На экономических форумах это не разговоры.

Елена Ведута: Ну да: форум в Санкт-Петербурге недавний, московский экономический форум.

Константин Корищенко: Можно я буду заканчивать фразу?

Елена Ведута: Я просто вынуждена влезать, потому что я вообще не говорю.

Константин Корищенко: Я даже фразу не закончил.

Константин Чуриков: Константин Николаевич, Елена Николаевна.

Константин Корищенко: Так вот, основное, что делается на экономических форумах – это на фоне обсуждения в общем-то более-менее известных вещей (за исключением тех случаев, когда кто-то из государственных деятелей представляет новую программу) происходят соответствующие деловые встречи между представителями бизнеса и представителями государства. И, собственно, в рамках такого рода встреч и обсуждаются те вопросы, которые потом воплощаются в те или иные проекты, в те или иные, возможно, документы.

Елена Ведута: Значит, это нормальный бизнес-форумы, к науке не имеют отношения.

Константин Корищенко: Я про науку вообще не говорю.

Елена Ведута: Вообще о науке забыли.

Константин Корищенко: В нашей славной стране наука – это просто 90% говорильня, а экономическая – наверное, все 95%.

Елена Ведута: Почему? Значит, это не наука.

Константин Корищенко: Потому что сплошные лозунги идут. В данном случае…

Елена Ведута: Вот вы говорите про сплошные лозунги. А я с вами не согласна.

Константин Чуриков: Как здорово, как здорово, когда в этой студии… Вы знаете, у нас вот несколько месяцев, мы даже переживали – вот гости, все про одно и то же говорят, а тут вот, действительно разные мнения. Это здорово. Давайте послушаем звонок.

Оксана Галькевич: Константин Николаевич, я прежде просто про удочку и рыбу: "Удочка есть, но все рыбные места заняты, чужих не пускают".

Константин Корищенко: Вот.

Константин Чуриков: Санкт-Петербург нам, между прочим, это написал.

Оксана Галькевич: Александр из Оренбурга у нас на связи, давайте с ним пообщаемся. Александр, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот вы говорите про это все. Чтобы улучшить производительность труда, нужно, чтобы был стимул. Если это рабочий, ему нужен стимул. Нужны расценки конкретные: вот, например, сделать это стоит столько-то. Он может за час сделать определенную работу, если он не на окладе, он сделать сможет больше, чтобы заработать себе больше.

Константин Корищенко: Абсолютно верно.

Зритель: А если он сидит на окладе, он не будет этого делать, он будет стараться уйти от этого. Он будет, грубо говоря, не делать.

Константин Корищенко: Прекрасно.

Оксана Галькевич: Да мы вас поняли, Александр.

Константин Чуриков: Сдельная оплата труда, конечно. Извините, у нас тоже в советское время был опыт, когда премии давали, но не просто так давали, как сейчас, чтобы тебе поменьше официальную зарплату…

Константин Корищенко: Я был специалистом, работал в режиме – тогда это называлось "работать на аккорде". Тогда ты мог работать 16 часов, 18 часов, для того чтобы выполнить поставленную задачу к такому сроку, который был поставлен.

Оксана Галькевич: Сам решал, сколько.

Константин Корищенко: Да. И за это, собственно, вознаграждение было в 3-4 раза больше, чем, сказать, стандартное.

Оксана Галькевич: Это вы студентом работали?

Константин Корищенко: Нет, это я молодым специалистом работал. Я это к тому веду, что даже в советские в каком-то смысле махровые времена была система, которая создавала вот этот вот экономический стимул. И, собственно, если говорить одним словом, что у нас сегодня является причиной низкой эффективности – это отсутствие экономического стимула в большинстве людей и компаний, работающих в экономике.

Елена Ведута: Ну и как вы их создадите, вопрос?

Константин Корищенко: Единственный способ создавать экономический стимул…

Елена Ведута: Отдать в собственность?

Константин Корищенко: Нет, не отдать в собственность – я уже говорил, это создавать конкуренцию. Условно говоря…

Елена Ведута: Как вы собираетесь создавать?

Константин Корищенко: Я смутно себе могу представить, как у нас, условно говоря, "Газпром" будет конкурировать с "Роснефтью". А как у нас, условно говоря, булочная, находящаяся через дорогу от другой булочной, как она будет конкурировать, я себе могу представить достаточно легко.

Елена Ведута: Понимаете, это все сказки. А конкретно как вы создадите конкуренцию? Тут же вопрос за вопросом идет, это серьезное научное обсуждение.

Константин Чуриков: Вы знаете, мне кажется, уважаемые гости…

Оксана Галькевич: Хорошо, Елена Николаевна, как бы вы создали конкуренцию?

Елена Ведута: А я, например, не буду употреблять слово "конкуренция". Потому что конкуренция – это значит, я кого-то поглощу. Сегодня в мире идет конкуренция, централизация мирового капитала продолжается, наша страна в целом становится менее конкурентоспособной, и с этой позиции она должна вообще умереть. Вот вам конкуренция. Значит, что-то опять-таки не так. Значит, говоря о конкуренции, мы создали такой механизм, что страна стала неконкурентоспособной. Вопрос же, как ее сделать в целом конкурентоспособной, чтобы наша жизнь в стране становилась лучше. В этом проблема. А так – слова "нужна конкуренция". Мы с 1991 года говорим одни и те же слова, махровые ортодоксы: рынок, частная собственность, конкуренция. Какие еще лозунги провозгласить? Сказали – смотрите, зажили. А вы скажите, как.

Константин Чуриков: Вот это самое главное.

Елена Ведута: Докажите, как вы это сделаете. Я когда говорю про планирование экономики, я говорю как кибернетик-экономист: я обсуждаю модель в аналитическом центре при правительстве, весь ОПК практически пришел в руководство, мы серьезно обсуждали. А когда просто говорят слова и после этого – о, чудо произошло, по мановению палочки заработала страна, конкуренция появилась. Сколько лет вы слышите про рынок, конкуренцию?

Оксана Галькевич: Елена Николаевна, а, может быть, это потому, что… Вот нам пишут из Москвы и Московской области: "Для этого нужно сделать экономику приоритетом над политикой".

Елена Ведута: Так правильно говорят.

Оксана Галькевич: Это к тому, что есть некие вещи, которые, так скажем, мешают воплотиться в экономике, в реалиях.

Елена Ведута: Ну потому что мы все прекрасно понимаем, что везде стоят интересы.

Оксана Галькевич: Рыбные места захвачены. Удочки проще у себя придержать.

Елена Ведута: Да, и молодежь уже не знает, куда идти работать. И неинтересно молодежи. Вот о чем нужно думать, а не те же слова повторять 27 лет.

Константин Чуриков: Хотя бы находить синонимы, потому что иной раз другие слова найдешь, и люди поймут.

Елена Ведута: Понимаете, это несерьезно. Хватит болтать, давайте решать проблемы.

Константин Чуриков: Я вас понял.

Оксана Галькевич: Давайте Виктора из Московской области послушаем.

Константин Чуриков: Давайте послушаем, да. Виктор, здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Я полностью поддерживаю женщину, которая выступает. Она очень хорошо выступает. Мой рабочий стаж – 50 лет, я за 50 лет проработал на пяти предприятиях, среди них – "АЗЛК", "ЗИЛ" и тому подобные. Все они сейчас разграблены Чубайсом.

Оксана Галькевич: Вот прямо все Чубайс один сам разграбил?

Зритель: Народ сейчас ходит без работы. И сейчас единственный выход – строить большие государственные предприятия с массовым производством, крупносерийным производством. Учить людей работать.

Константин Чуриков: Учить людей.

Зритель: У нас сейчас люди работать только продавцами и охранниками. Полная безработица идет, о чем мы сейчас говорим, о каких роботах? Школьники-то уже не знают, "Сколково" сделали, где промышленное производство?

Константин Чуриков: Виктор, с вами невозможно не согласиться. У меня всего один вопрос. Вы говорите, что надо производить, открывать предприятия. Что производить надо прежде всего сегодня?

Оксана Галькевич: Что будем производить и для кого?

Елена Ведута: Для этого и требуется план.

Зритель: Милые друзья! Вы в магазин ходите? В магазине нет промышленной продукции русской, отечественной.

Константин Чуриков: Я понял. Сыр производить надо.

Зритель: Не сыр надо производить, а станки надо производить, изделия надо производить.

Оксана Галькевич: Но я в магазин за станками-то не хожу.

Елена Ведута: Но извините, у нас со станкостроением катастрофа.

Константин Чуриков: Виктор, спасибо большое.

Елена Ведута: А за ним стоит и оборона наша. Нет станкостроения – не будет у нас ничего, никакой обороны лет через 7.

Константин Чуриков: У нас такая интересная беседа и ровно 2 минуты на нее осталось. Давайте подведем итог исполнимости или неисполнимости этих указов по долгосрочной экономической политике и что нужно делать. По минуте на каждого.

Оксана Галькевич: Елена Николаевна, прекрасная возможность сказать, что нужно делать.

Константин Чуриков: И никто никогда не перебивает.

Елена Ведута: Во-первых, я хочу сказать. Так как готовили эти указы те же умельцы, если и дальше будут они готовить подобного рода указы, сразу скажу: ничего хорошего нашей стране через 5, 20, 50 лет, если еще будет такая страна, не ждать.

Константин Чуриков: Будет, будет, я надеюсь.

Елена Ведута: Никуда мы не денемся, нам нужно заниматься планированием экономики с использованием современных IT. А здесь требуется на самом деле серьезная модель, расчеты, прямая и обратная связь. Это сложная задача, ее надо решать. А пока что все забалтывают эту проблему. Как вы, друзья, ни садитесь с этой болтологией, "все в музыканты не годитесь". Давайте браться, засучим рукава и за серьезное дело вытаскивать экономику, рассчитывать траекторию и устойчивое движение экономики.

Константин Чуриков: Елена Николаевна, если в музыкальных терминах, тогда у нас сейчас солирует Константин Николаевич.

Елена Ведута: Пусть, пожалуйста, солирует.

Константин Корищенко: На самом деле никуда нам не деться от того, чтобы в другой редакции или в той же самой редакции по сути выполнить то, что написано в указах 2012 года. И дело не в средствах – больше количество у нас компьютеров, меньше количество компьютеров, ведем мы блокчейн, не ведем мы блокчейн и так далее. Вопрос в том, что тут было очень хорошо сказано человеком: если существует экономическая мотивация, то процесс начинает развиваться. Если у нас есть либо из-под палки, либо человек просто приходит, для того чтобы получить свой оклад и, так сказать, пойти заниматься домом и дачей, то никакого роста в такой экономике не будет, как ее ни планируй.

Елена Ведута: Последний комментарий можно?

Константин Чуриков: Буквально 10 секунд, давайте.

Елена Ведута: Я говорю о координации экономической информации, чтобы принимались эффективные решения. А как стимулировать – это тоже отдельный спектр проблем.

Константин Чуриков: Спасибо вам огромное.

Оксана Галькевич: Спасибо вам, уважаемые гости, за эту неравнодушную беседу, за это яркое обсуждение этой темы.

Константин Чуриков: Зрителям – за СМСку про удочку и рыбные места.

Оксана Галькевич: И за звонки, да. Друзья, у нас в гостях сегодня были: Константин Корищенко, заведующий кафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга Факультета финансов и банковского дела РАНХиГС…

Константин Чуриков: …и Елена Ведута, заведующая кафедрой стратегического планирования и экономической политики Факультета госуправления МГУ. Спасибо.

 

 

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Михаил Кюрджев партнер адвокатского бюро "А2"
  • Валентина Лившиц очевидец (Ростовская обл.)
  • Ирина Кальченко пострадавшая при пожаре в Ростове-на-Дону
  • ГОСТИ

  • Олег Сирота фермер-сыровар
  • Вадим Крылов врач-эндокринолог-диетолог
  • Максим Рудаков директор экспертного департамента некоммерческого партнерства "Росконтроль"
  • ГОСТИ

  • Константин Калачев политолог, руководитель "Политической экспертной группы"
  • ГОСТИ

  • Андрей Кочетков идеолог фестиваля "Том Сойер Фест"
  • ГОСТИ

  • Павел Подлесный руководитель Центра российско-американских отношений Института США и Канады РАН
  • ГОСТИ

  • Наталья Зубаревич профессор кафедры экономической и социальной географии МГУ, директор региональной программы Независимого института социальной политики
  • ГОСТИ

  • Леонид Млечин писатель-историк
  • ГОСТИ

  • Ольга Серенкова командир межрегионального поискового отряда "Группа "Поиск"
  • ГОСТИ

  • Алисен Алисенов доцент кафедры экономики и финансов РАНХиГС
  • Богдан Зварич старший аналитик ИК "Фридом финанс"
  • ГОСТИ

  • Сергей Крылов генеральный директор "Лиги защиты должников по кредитам"
  • ГОСТИ

  • Алексей Седой профессиональный инструктор по выживанию, эксперт по безопасности
  • ГОСТИ

  • Николай Миронов руководитель Центра экономических и политических реформ
  • ГОСТИ

  • Татьяна Овчаренко руководитель "Школы активного горожанина", эксперт в сфере ЖКХ
  • ГОСТИ

  • Алексей Алексеенко помощник руководителя Россельхознадзора
  • ГОСТИ

  • Андрей Нечаев экономист, председатель партии "Гражданская инициатива"
  • Светлана Касина генеральный директор "Национального НПФ"
  • Показать еще
    Показать еще

    ГОСТИ

  • Ирина Кальченко пострадавшая при пожаре в Ростове-на-Дону
  • Михаил Кюрджев партнер адвокатского бюро "А2"
  • Валентина Лившиц очевидец (Ростовская обл.)
  • Мы возвращаемся к советской традиции выборов - подтверждению доверия к конкретному лицу

    Константин Калачев руководитель "Политической экспертной группы"
    вчера
    Александр Бастрыкин поручил проверить участившиеся случаи врачебных ошибок Также он поручил проверить законность процессуальных решений по таким делам
    вчера

    ГОСТИ

  • Сергей Щербаков кинолог
  • Сергей Щербаков: Работать с собакой надо с возраста 45 суток Такой щенок – пластилин, и можно вылепить любую модель поведения
    вчера

    ГОСТИ

  • Андрей Кочетков идеолог фестиваля "Том Сойер Фест"
  • Никита Михалков ушел из попечительского совета Фонда кино Он обвинил пресс-секретаря Медведева в "латентной русофобии"
    вчера
    В Росавиации опровергли информацию об аннулировании свидетельств пилотов Подготовка пилотов по старой программе легитимна, заявили в Росавиации
    вчера
    Россиянам предложили получать американские визы в посольствах США в других странах Такая практика не противоречит американскому законодательству
    вчера
    Тайны Коминтерна Фильм о военно-конспиративной и разведывательной деятельности Коммунистического интернационала
    вчера
    В столичном регионе ожидаются дожди и грозы В Москве и Подмосковье похолодает
    вчера
    "Коммерсантъ": Около 5 тысяч действующих пилотов могут лишиться свидетельств Росавиация аннулирует свидетельства пилотов 2006-2016 годов
    вчера
    Житель Кирова отдал судебным приставам долг в 42 тысячи рублей мелочью Пересчитывали мелочь сразу несколько специалистов
    вчера
    Пострадавшим при пожаре в Ростове-на-Дону выделят более 600 млн рублей Всего в результате пожара пострадали более 600 жителей
    вчера
    Москва готовит ответные санкции Вашингтону США приняли санкции из-за контактов России с Северной Кореей
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments