Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Александр Каючкин: Компании, которым важны компетентные люди в команде, отказываются от строгих требований к одежде сотрудников

22:25, 18 июля 2017

Гости

Александр Каючкинруководитель проекта Rabota.ru.

Петр Кузнецов: Женщины-конгрессмены в США устроили протестный флеш-моб, они пришли на работу без спиннеров, но в платьях без рукавов. Так они выступили против заявления спикера Палаты представителей о том, что будет он работать над модернизацией дресс-кода именно для женщин, и вещи без рукавов, и также открытая обувь, пойдут под запрет.

Ольга Арсланова: Ранее один из крупнейших банков США "Goldman Sachs" существенно смягчил дресс-код для IT-персонала, чтобы успешнее конкурировать с высокотехнологичными компаниями на рынке труда. Банк разрешил сотрудникам этих подразделений одеваться неформально, но рекомендовал придерживаться более строгого стиля на встречах с клиентами, чтобы произвести благоприятное впечатление.

Петр Кузнецов: А вот во французском Нанте водителям общественного транспорта разрешили носить шорты, после того как они в знак протеста вышли на работу в юбках. Это случилось после того, как их обязали даже в жару надевать на работу брюки. Напомню, это дело не в Шотландии, а во Франции происходило.

Ольга Арсланова: Мы сразу запускаем SMS-голосование для наших зрителей. Если у вас на работе дресс-код – узнаем, как с этим дела обстоят в России. А в гостях у нас эксперт Александр Каючкин, руководитель проекта "Rabota.ru". Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Александр.

Александр Каючкин: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, в этой истории в Соединенных Штатах Америки речь все-таки о дресс-коде или об ущемлении прав женщин? Я так понимаю, что и так в общем-то есть определенные правила поведения, правила одежды, которые действуют в таких структурах, и с ними никто не спорит. Но то, что конкретно для женщин были прописаны вот такие условия, стало, наверное, отправной точкой для скандала.

Александр Каючкин: Ну, мне кажется, они, во-первых, были также прописаны и для мужчин, с одной стороны.

Ольга Арсланова: Об этом нам ничего не известно.

Александр Каючкин: Ну, я думаю, что это так. Но кроме этого, конечно, здесь можно по-разному читать это явление, можно говорить, что это ущемление прав женщин, но скорее всего, здесь есть здравый смысл, когда людей просят одеваться так, чтобы это соответствовало каким-то нормам компании или какой-то организации. Был еще недавно тоже курьезный случай, когда сотрудник, по-моему, британского колл-центра пришел на работу в шортах, его заставили пойти домой переодеваться, а почитав, видимо, какой-то трудовой договор, он понял, что можно на работу прийти в юбках, потому что женщинам это разрешали.

Ольга Арсланова: Потому что такого запрета…

Александр Каючкин: Да, это было не запрещено, и не было прописано, для кого конкретно этот дресс-код. Поэтому это пришел на работу в платье, и, в общем, целый день проработал в платье. Причем это был сотрудник именно колл-центра, он не взаимодействовал с клиентами.

Петр Кузнецов: Человек, принимающий звонки, да, то есть работающий исключительно голосом?

Александр Каючкин: Да, никто его не видел, поэтому… Действительно в бизнесе очень много курьезных случаев, связанных с дресс-кодом.

Петр Кузнецов: Что с регламентирующими документами у нас? У нас это определяется в структуре одного, какого-то отдельно взятого учреждения, или общий свод какой-то существует, и тоже человек может прийти обиженный и изучить соответствующие документы и пожаловаться?

Александр Каючкин: Ну, конечно, каждая компания решает это сама для себя, то есть в нашем трудовом законодательстве явно нет ничего предписывающего ту или иную форму одежды. Но тем не менее в Трудовом кодексе говорится, что компания может руководствоваться своими локальными нормативными актами, для того чтобы регулировать правила поведения сотрудников, и то, как они одеваются, в частности. Но, естественно, чтобы не возникало каких-то конфликтных ситуаций или спорных вопросов, это должно быть все четко прописано, и, наверное, все-таки быть как-то в ногу со временем, и это должны делать, руководствуясь здравым смыслом, в первую очередь.

Ольга Арсланова: Какие примеры мы можем привести? Мы знаем, что есть определенная категория, которая обязана носить форменную одежду, с этим все понятно. Все остальное чем регламентируется? Например, какие-то есть вещи строгие в банках о том, что женщины не могут без колготок, например, прийти, даже в самую жаркую погоду. Опять же эти шорты. Какие еще самые яркие примеры мы знаем?

Александр Каючкин: Ну, в России вообще во многих компаниях, вот мы тоже проводили опрос на эту тему, около 70% компаний российских так или иначе прописывают у себя какие-то пункты, связанные с дресс-кодом.

Ольга Арсланова: Ну, это просто опрятный, аккуратный внешний вид, или какая-то конкретика?

Александр Каючкин: Скорее всего это в общем такие пожелания. В крупных компаниях, в госсекторе, в частности в банках российских – там к дресс-коду, конечно, относятся более щепетильно, там прямо прописаны правила, цвет одежды. И есть на самом деле много примеров, когда девушка приходит в блузке, которая не типа рубашки, а с какими-то рюшечками, ее отправляют домой из-за этого. Это действительно есть, и есть даже прецеденты, когда сотрудники обращаются либо в трудовую инспекцию, либо в суд с этими вопросами. И есть прецеденты, когда суд решает это либо в одну, либо в другую сторону.

Ольга Арсланова: Скажите (пока мы ждем соединения с нашими зрителями, мы сейчас примем звонки), с вашей точки зрения это проявление какого-то капиталистического тоталитаризма, или это действительно здравый смысл, и все это можно чем-то объяснить?

Александр Каючкин: Вы правильно сказали, что в первую очередь это действительно разумно для сотрудников фронт-офиса, которые общаются с клиентами или с покупателями. Здесь вопросов не возникает, наверное, ни у кого. Это также справедливо, наверное, для сотрудников, топ-менеджеров, которые являются лицом компании – они участвуют в переговорах, в важных встречах.

Если говорить о сотрудниках бэк-офиса так называемого, которые непосредственно работают в редакции, или в IT-отделе, или где-то еще, то здесь, конечно же, я думаю, у большинства компаний довольно мягкие, даже если есть требования по дресс-коду, они так или иначе сглаживаются. И я знаю много российских компаний, где ребята приходят в шортах, переобуваются в удобные шлепанцы и ходят по офису. Мне кажется, что это больше такой здравый смысл. И, наверное, даже если возникают какие-то вопросы по поводу дресс-кода, то это скорее всего проблемы несколько глубже, вообще в разнице менталитета руководства и сотрудников, вообще в том, тех ли они людей нанимают, соответствуют ли они их корпоративной культуре. Потому что если они, грубо говоря, люди одного и того же духа, то скорее всего, они примерно одинаково это понимают.

Петр Кузнецов: Интересно, если человек не умеет просто одеваться? Ну, вот он неопрятный, не может подбирать цвета?

Александр Каючкин: Есть масса способов, можно ему мягко об этом сказать.

Петр Кузнецов: Организация может нанять ему какого-то стилиста, при организации?

Ольга Арсланова:Давайте Виктора послушаем из Санкт-Петербурга. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Виктор, приветствуем вас. Виктор, Санкт-Петербург.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Я что хотел сказать? Конечно, во всех моментах, когда нужно какое-то официальное общение с покупателями или с представителями разных деловых кругов – дресс-код. Но в таком случае, когда это происходит просто в коллективе, ну, можно сказать, варятся в своем соку и не общаются ни с покупателями, ни с кем, нужно, соблюдая приличия, одеваться так, как хочешь.

Петр Кузнецов: Вы где работаете, Виктор?

Зритель: Я пенсионер.

Ольга Арсланова: А когда работали?

Зритель: Ну, работал я продавцом.

Ольга Арсланова: У вас был дресс-код, гласный или негласный?

Зритель: Ну, был, естественно. Я работал за прилавком, естественно, белая форма, чем-то похожая на врачебную. А вообще в принципе, конечно, дресс-код – все-таки это насилие над личностью.

Ольга Арсланова: Понятно.

Петр Кузнецов: Виктор, скажите, а вот вы сейчас, как пенсионер, наверное, ходите по всяким организациям, в поликлинику, в ЖЭК – вы обращаете внимание на то, как выглядят сотрудники? Есть ли у вас претензии?

Зритель: Меня не интересует, как они выглядят. Меня больше интересует, как они работают.

Петр Кузнецов: Понятно, спасибо большое.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Ярославская область пишет: "У нас в больнице медсестра мне попалась в рваных штанах! Все ноги в дырах. Ведь встречают по одежке".

Ольга Арсланова: "Полный дресс-кот у нас", – пишут.

Петр Кузнецов: Через "т".

Ольга Арсланова: "Хорошо, что в медицине есть белый халат. Это дресс-код для нищих". "Я за то, чтобы на работу одевались строго, чтобы шорты и прочие пляжные наряды оставляли для отпуска. Особенно это важно для учебных заведений".

Петр Кузнецов: "В администрации женщины в брюках ходят, как куклы", – Вологодская область пишет.

Ольга Арсланова: Кому-то, видите, не нравится. Ну опять же, раз мы заговорили о здравом смысле, есть действительно проблемы, когда какие-то экстремальные температуры, очень холодно или очень жарко. А при этом дресс-код не подразумевает таких случаев. Может ли здесь сотрудник как-то отстоять свое право на комфорт (потому что это важно для качественной работы), и при этом не быть уволенным или не вызвать какой-то скандал производственный?

Петр Кузнецов: Ну вот например, этим летом в уггах многие ходят на работу, потому что температура…

Ольга Арсланова: И в шубе.

Александр Каючкин: Нет, безусловно, если дресс-код создает некие прямо препятствия какой-то комфортной работе, то, мне кажется, сам работодатель заинтересован в том, чтобы прислушаться к мнению своих сотрудников. Если им некомфортно работать, то это банально будет сказываться на производительности труда, если так можно выразиться. Поэтому, мне кажется, в этом случае надо обязательно подходить к руководству, общаться, поднимать эту тему. Я не думаю, что прямо во многих компаниях это является проблемой, это скорее такие прецеденты, когда действительно в жару женщин просят надевать колготки, или случаи какие-то даже более экзотические. Я думаю, об этом нужно прямо разговаривать, подключать коллег, и вполне себе вопросы должны решаться.

Петр Кузнецов: Мы сейчас говорили о спиннерах, и еще одна такая модная тенденция – это татуировки. Кстати, у Дениса Чижова, у коллеги нашего, вся спина в куполах, но все-таки его приняли.

Ольга Арсланова: В следующий раз покажет, может быть.

Петр Кузнецов: Имеет ли право работодатель, несколько не в сторону одежды, но все-таки претензии к внешнему виду – является ли это причиной для отказа?

Александр Каючкин: Да, на самом деле часто регламентируется не только одежда, а еще и внешний вид. Например, люди должны быть бритыми в каких-то организациях.

Ольга Арсланова: Не показывайте Петра.

Александр Каючкин: Либо у них должны быть определенные прически короткие. Но это опять же скорее экзотические случаи, в основном компании… Если ты не выглядишь как совсем фрик, и это, например, как-то противоречит корпоративной культуре, то вполне себе нормально. Но опять же, это должно быть все прописано. Тут скорее та компания, они, как правило, учатся так же, как и все системы, на каких-то прецедентах. То есть если у них возникает прецедент, скорее всего, после него они внесут какие-то изменения в свой распорядок рабочий.

Ольга Арсланова: Но вы знаете о случаях, когда, например, человека не брали на работу, например, в банковскую сферу, из-за того, что у него татуировки на видных местах – он шел в суд и это дело выигрывал? Наверное, ему очень сложно доказать, что его не взяли именно из-за этого?

Александр Каючкин: Скорее всего, ему давали не такую причину отказа.

Ольга Арсланова: То есть здесь на честную обратную связь рассчитывать не стоит?

Александр Каючкин: Я думаю, да. Возможно, это было одним из веских аргументов, но…

Ольга Арсланова: Но, по вашим наблюдениям, людям часто отказывают именно по причине того, что внешний вид не соответствует требованиям, и изменить с ним ничего уже нельзя?

Александр Каючкин: Я не говорю, что часто, но я думаю, что отказывают. Но, как правило, это происходить, опять же, если человек приходит на собеседование откровенно не так, как этого ожидает рекрутер или будущий руководитель, когда это действительно противоречит здравому смыслу, и не соответствует какой-то ситуации.

Ольга Арсланова: Но рекрутер по закону не имеет права прописать эти требования изначально в объявление о наборе, правильно?

Александр Каючкин: Да, да. Но поэтому тут, скорее всего, причины находятся другие, и прямо об этом сотруднику не заявляется. Но мне кажется, тут взаимосвязано, потому что вряд ли только внешний вид человека будет служить причиной для отказа в найме на работу, скорее всего, это комплекс, потому что если человек приходит в откровенно странном виде, то, возможно, у него и в других аспектах тоже какие-то есть проблемы.

Ольга Арсланова: Послушаем Татьяну из Санкт-Петербурга. Здравствуйте. Добрый вечер, вы в эфире.

Зритель: Да, здравствуйте. Я очень много лет работала в банковской системе, и вы знаете, дресс-код – это ужасно. Во всяком случае, я считаю, что для женщины. Потому что хочется женщине как-то самовыразиться, и минус все украшения, минус какие-то различия в одежде, все сидят как в униформе. Человек, который предполагает работу в форме – стюардессы, военные, врачи – они как-то на это рассчитывают. А работа занимает в жизни человека больше половины времени его суток, и самовыразиться как-то нет возможности человеку. Это первое.

А второе – вот представьте: женщина сидит целый день, работая с бумагами, с ручками, с чернилами, с деньгами – в белой кофте, представляете, что к концу дня у нее с рукавами? Иногда даже с грудью или с животом. Смотрится ужасно белая грязная блуза. Во всяком случае, я считаю, что можно сделать что-то более легкое, например, классический костюм, и не спортивные или пляжного вида майки, а более-менее классическая одежда всегда существовала. И можно не так жестко ограничивать. Во всяком случае, женщин. Мужчинам проще – у них и так в жизни не такой большой выбор в одежде, как у женщин. Конечно, не шорты и не майки.

Ольга Арсланова: Спасибо, Татьяна. Хотя бывает по-разному. Я помню, на одном телеканале был очень забавный диалог модного стилиста с корреспондентами, а среди корреспондентов были мужчины, умудренные опытом, которые много лет в горячих точках работали. И вот он объяснял, что надо smartcasualодеваться. Они так смотрели на него, почесывали свою волосатую грудь и рубаху какую-то на груди, купленную на рынке: "Что? Что я должен купить?"

И многие наши зрители тоже возмущаются: "Если работодатель хочет видеть на нас какую-то одежду, может быть, он тогда обязан ее предоставить? Разработать какой-то макет, предоставить, купить и одеть? Ведь по большому счету, мы вынуждены тратить свои деньги на то, чтобы соответствовать работодателю и что-то приобретать".

Петр Кузнецов: Легко говорить работнику телевидения.

Ольга Арсланова: Да.

Александр Каючкин: Нет, ну когда речь идет об униформе, конечно, так в основном и поступают. То есть дается какая-то фирменная одежда. Но когда компания предъявляет какие-то завышенные требования – ходить в дорогих пиджаках человеку, у которого, может быть, зарплата не позволяет это сделать – тут, конечно, спорный вопрос.

Ольга Арсланова: "Если работники общаются с клиентами, – пишет нам Иркутская область, – необходима культура, в том числе и дресс-код. Если организация вводит требования, должна обеспечить форму. Форма, как известно, дух бережет. Дресс-код – это хорошо для офиса, но известны глупые случаи, когда Тарантино не пустили в московский ресторан", – был такой случай, вероятно. "Когда смотришь на бородатых чиновников и депутатов с криво повязанными галстуками, создается впечатление, что у них как раз проблемы с дресс-кодом", – пишут наши зрители.

Петр Кузнецов: А вот еще Омская область пишет, что "будущее за индивидуумом" – судя по всему, за индивидуальностью все же. А в целом дресс-код в какую сторону движется? В сторону большей свободы сотруднику, разнообразия цветов? Можно как-то сравнить даже десятилетие, например, последнее?

Александр Каючкин: Ну, в нашей стране – наверное, сложно сравнить, потому что много всяких историй происходило, смена режима, грубо говоря. Но в целом, я думаю, все движется в сторону каких-то более демократичных образов, все движется навстречу сотруднику, потому что если говорить о компаниях, которым очень важны компетентные люди в команде, они, конечно, готовы идти навстречу во многом. И сейчас даже на самом деле российские банки становятся все более современными, многие банки даже называют себя уже не банками, а IT-компаниями (некоторые банки). И там тоже идет чудовищная борьба за кадры, и поэтому там, мне кажется, такого понятия, как дресс-код, уже все меньше и меньше становится.

Ольга Арсланова: Мне кажется, у айтишников обратная взаимосвязь. Чем страннее выглядит человек, тем, скорее всего, он круче и талантливее. Потому что там результат возможен только при полной внутренней свободе, вероятно.

Александр Каючкин: Сложно представить, как выглядят самые умные айтишники.

Петр Кузнецов: Давайте узнаем, как одеваются в Сургуте. Константин у нас на прямой связи.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Константин, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте. Я работаю в одной из нефтяных компаний города Сургута. У нас существует дресс-код, но у нас очень лояльное руководство, оно не очень досаждает нам этим дресс-кодом. Потому что мы, допустим, выезжаем на месторождения, и ходить, лазить по нефтяному оборудованию, условно говоря, грязному, в белой рубашке и с длинным рукавом, в каком-то костюме – это считайте, что вы приедете весь грязный, где-то вы все равно замажетесь.

Но, допустим, объявления висят – у нас не допускаются в управление в мини-юбках, сарафанах, вот такого открытого ношения не допускается. Просто на ресепшне людей не пускают, висят объявления. Вот мое мнение такое по поводу дресс-кода: если нужно фирме, чтобы ее сотрудники ходили, как им надо, пусть они обшивают своих сотрудников за свой счет и дают им как униформу, допустим, как, скажем, в авиакомпаниях стюардессы носят, обшитые компаниями. Вот как-то так.

Ольга Арсланова: Да, спасибо. По-моему, разумно. Еще помню несколько скандалов с участием коллег-журналистов. Например, когда съемочную группу не пускали в Государственную Думу из-за того, что кто-то там надел шорты. Причем выглядели они прилично, даже ниже колена были, но шорты нельзя. При этом мы понимаем, что как раз у самих депутатов и чиновников, о которых вспоминают регулярно наши зрители, наверное, в нашей стране самый строгий дресс-код, получается?

Александр Каючкин: Весьма вероятно, да.

Ольга Арсланова: Там без галстука, без костюма не появишься. Но наверняка что-то меняется, и мы видим, что эта история с Конгрессом Соединенных Штатов, вероятно, говорит о том, что устаревшее само понятие дресс-кода, если этот дресс-код не подстраивается под время. За последнее время вы заметили какие-то серьезные изменения в этой сфере, кто-то идет на какие-то уступки?

Александр Каючкин: В том, как одеваются наши чиновники – наверное, нет.

Ольга Арсланова: Самая консервативная сфера.

Александр Каючкин: Я не скажу, что я прямо за этим слежу, как за каким-то трендом, но я думаю, что конечно, изменения должны быть. Вопрос просто в том, с какой скоростью они происходят. Поэтому даже в таких консервативных структурах, как Госдума или организации, где работают чиновники, я уверен, что будут происходить какие-то такие изменения. Естественно, они не будут, вряд ли они будут ходить в шортах и сланцах, но, я думаю, появиться там без галстуков или как-то еще – вполне себе вероятно.

Ольга Арсланова: А вы можете дать какой-то совет людям, которые устраиваются, например, в эти консервативные сферы на работу? Как они должны выглядеть, чтобы их точно, под крайней мере, по каким-то другим предлогом сразу не отшили?

Александр Каючкин: Ну, я думаю, просто в соответствии с корпоративной культурой того заведения, куда они хотят устраиваться. То есть, естественно, если вы устраиваетесь в консервативное заведение и вам это нужно, и вы хотите там работать, то не приходите туда в цветной рубашке.

Петр Кузнецов: Беспроигрышный вариант, даже если человек теряется и не может понять – это сочетание цветов какое-то, это рубашка, брюки? Что сработает везде?

Александр Каючкин: Я думаю, это просто такой не совсем строгий деловой костюм, но…

Ольга Арсланова: Ну, как вы сегодня да?

Александр Каючкин: Без галстука, да, в рубашке – вполне себе.

Ольга Арсланова: Можно? А джинсы можно?

Александр Каючкин: Я думаю, да.

Ольга Арсланова: Давайте еще послушаем, кто у нас на связи.

Александр Каючкин: Опять же, джинсы должны быть, наверно, не рваные, какие-то более классические.

Ольга Арсланова: Понятно.

Петр Кузнецов: Наталья.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Алло.

Ольга Арсланова: Слушаем.

Петр Кузнецов: Слушаем вас. Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Я считаю, что дресс-код – это очень замечательно и это очень хорошо. Я работаю в госкорпорации "Росатом" в городе Глазове, у нас нет типичного дресс-кода в том понимании, в котором, может, все привыкли понимать. Но приличная одежда. Те же пресловутые шлепанцы, шорты – конечно, они не приветствуются, так скажем.

Ольга Арсланова: Наталья, а есть какая-то взаимосвязь между профессионализмом человека и тем, как он одевается?

Зритель: Безусловно, конечно.

Ольга Арсланова: Шорты и шлепки на профессионале каком-то высококлассном бывают?

Зритель: Да, абсолютно. Потому что тем самым, пусть даже ты не приходишь на работу в грязной обуви, ты тем самым выказываешь свое уважение к предприятию, на котором ты работаешь, свою любовь к предприятию. Ты тем самым не обижаешь тех людей, с которыми ты работаешь. На самом деле это очень важно, и это называется культура, культура профессионализма. Мне кажется, вот так.

Ольга Арсланова: Наталья, но некоторые наши зрители это называют насилием над личностью. Вы не ощущаете, что вас подавляют такими правилами?

Зритель: Нет, абсолютно нет. Нет, абсолютно. Тем более, это никак не узаконено, это носит рекомендательный характер, в общем-то. Но ты работаешь на этом предприятии, ты любишь это предприятие, на котором ты работаешь, достаточно много лет, и ты не позволяешь себе прийти в какой-то такой неопрятной, какой-то грязной одежде, в какой-то фривольной одежде. Никто не говорит, что все будут ходить в галстуках, в костюмах строгих, но просто элементарно хорошо одеться. Вот пусть это будет сказано, как в советские времена, может быть, но на работу – как на праздник.

Ольга Арсланова: Спасибо. В "Росатоме" человек.

Петр Кузнецов: Чувствуется, что Наталье очень нравится в "Росатоме" работать.

Перед подведением итогов голосования несколько сообщений. "У нас в "РЖД" женщины в конторе 25 одеваются как женщины легкого поведения! А монтеры пути в жару соблюдают дресс-код", – Бурятия.

Ольга Арсланова: Нижегородская область: "IT-компания, Алексей. У нас формально дресс-код есть, smartcasual. Но он не всегда соблюдается, порой можно встретить человека в футболке, шортах и шлепках, а кто-то жалуется на девушек в коротких юбках. Наверное, просто завидует".

Петр Кузнецов: Петербург: "Медсестра пришла мерить давление в прозрачном белом мини-халате. Ожидаемый итог". Какой – скакнуло давление?

Ольга Арсланова: Вероятно, да.

Петр Кузнецов: 200 на 150?

Ольга Арсланова: Ну что ж…

Петр Кузнецов: А что у нас получилось не по давлению, но в принципе? Цифры те же самые. Есть ли у вас на работе дресс-код? "Да" ответили 34%, "Нет" – 66% ответили.

Ольга Арсланова: Спасибо. Александр Каючкин, руководитель проекта "Rabota.ru", помогал нам разобраться в тонкостях дресс-кода сегодня. Спасибо, что пришли.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Александр Каючкин: Надеюсь, что помог.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Каючкин: Спасибо вам.

 

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Александр Мерзлов президент "Ассоциации самых красивых деревень России", доктор экономических наук
  • Михаил Смирнов главный редактор портала "Алкоголь.Ру"
  • Евгений Бучацкий психиатр-нарколог
  • Вадим Дробиз директор Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя
  • ГОСТИ

  • Александр Элинсон генеральный директор НИПК "Электрон", член Президиума Генерального совета Общероссийской общественной организации "Деловая Россия"
  • ГОСТИ

  • Марина Тараненко детский писатель
  • Екатерина Гуричева главный редактор издательства "РОСМЭН"
  • ГОСТИ

  • Тамара Касьянова генеральный директор компании "2К Аудит", первый вице-президент Российского клуба финансовых директоров
  • Дмитрий Востриков директор по развитию Ассоциации производителей и поставщиков продовольственных товаров "Руспродсоюз"
  • ГОСТИ

  • Елена Воронина вице-председатель общественной организации "Многодетные семьи Ярославской области"
  • Светлана Лягушева председатель общественной палаты Ярославской области по социально-демографической политике, охране материнства и детства
  • Сергей Ивченко директор департамента по социальной поддержке населения и охране труда мэрии города Ярославля
  • ГОСТИ

  • Леонид Ольшанский вице-президент "Движения автомобилистов России", адвокат
  • ГОСТИ

  • Леонид Перлов учитель высшей категории, сопредседатель межрегионального профсоюза работников образования "Учитель"
  • ГОСТИ

  • Любовь Храпылина профессор кафедры труда и социальной политики Института государственной службы и управления РАНГХиГС
  • Александр Сафонов проректор Академии труда и социальных отношений, доктор экономических наук, профессор
  • ГОСТИ

  • Александр Гезалов член Совета при Министерстве образования РФ по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей
  • ГОСТИ

  • Амир Валиев технический директор и главный конструктор ООО "Птеро", член совета директоров "Аэронет"
  • ГОСТИ

  • Варвара Добровольская фольклорист, кандидат филологических наук
  • ГОСТИ

  • Николай Кошман президент Ассоциации строителей России
  • Николай Алексеенко генеральный директор "Рейтингового агентства строительного комплекса"
  • Показать еще
    Показать еще
    Глава Комитета Совета Федерации по международным делам: В России не ущемляются права ЛГБТ Обвинения иностранных коллег сенатор назвал политизированными
    вчера

    Четверть всего российского строительства приходится на столичный сектор! Я не знаю, где еще в мире есть такие перекосы

    Сергей Лесков обозреватель Общественного телевидения России

    ГОСТИ

  • Александр Элинсон генеральный директор НИПК "Электрон", член Президиума Генерального совета Общероссийской общественной организации "Деловая Россия"
  • Самое страшное, когда люди хотят вернуться в прошлое, например, в СССР. Это значит, что они не видят будущего страны

    Леонид Млечин писатель-историк

    ГОСТИ

  • Екатерина Гуричева главный редактор издательства "РОСМЭН"
  • Марина Тараненко детский писатель
  • вчера
    В Басманном суде Москвы начинается заседание по делу "Седьмой студии" Суд решает вопрос продления ареста фигурантам
    вчера
    На Кубани определили размер курортного сбора В 2018 году он составит 10 рублей с человека за сутки отдыха в Краснодарском крае
    вчера
    Мексиканский город Веракрус и Каймановы острова С удивительным животным миром - черепахами, скатами, голубыми игуанами
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments