Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Валерий Виноградов и Борис Кагарлицкий - о перспективах повышения пенсионного возраста

20:05, 6 июня 2017

Гости

Валерий Виноградовсоветник президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов

Борис Кагарлицкийдиректор института глобализации и социальных движений

Тамара Шорникова: Ну а мы продолжаем разговор. Тема этого часа – пенсионный возраст, его возможное повышение. Будем обсуждать это прямо сейчас с нашими гостями и с вами, нашими телезрителями.

Итак, выход на заслуженный отдых снова предлагают отсрочить на 5 лет для мужчин (завершать трудовую деятельность им предлагают в 65 лет) и на 8 для женщин (женщины будут работать до 63, если сторонники реформы одержат верх). Тема поднимается не в первый раз. В этом году площадкой для активного обсуждения стал экономический форум в Санкт-Петербурге – именно там много и часто говорили как раз об этой теме.

Александр Денисов: По словам председателя Счетной палаты Татьяны Голиковой, повышение пенсий поможет сбалансировать Пенсионный фонд в краткосрочной перспективе: проще говоря, выплат станет меньше, накоплений больше. Увеличится ли пенсия? По прогнозам Минэкономразвития, реальный рост пенсий до 2035 года составит 0%.

Тамара Шорникова: Давайте разберемся, кому выгодны перемены и что ожидать нынешним и будущим пенсионерам? Будем обсуждать в этом часе именно эту тему – ждем ваших мнений. Мы запускаем СМС-голосование: готовы ли вы к повышению пенсионного возраста? Пишите "за" или "против", в конце нашего разговора обязательно подведем итоги.

Александр Денисов: У нас в гостях сегодня Валерий Виноградов, советник президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов, и Борис Кагарлицкий, директор Института глобализации и социальных движений. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Валерий Виноградов: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Я предлагаю перед тем, как начать разговор, сравнить еще другие цифры, которые у нас имеются. Например, как обстоит дело с тем самым пенсионным возрастом и уровнем жизни в зарубежных странах? Мы сейчас попросим вывести графику на экран.

Итак, самый высокий прожиточный минимум установлен в герцогстве Люксембург – 1923 евро в месяц; чуть меньше он в Бельгии и Нидерландах – 1502 евро. В Германии прожиточный минимум равен минимальной заработной плате – 1473 евро в месяц; в соседней Франции он составляет почти 1500 евро. Ирландцам установлен минимум тоже чуть меньше 1500 евро; англичане далеко отстали от ирландцев – 1378 евро. За ними идет Испания с 756 евро в месяц, что гораздо больше, чем в Португалии (там прожиточный минимум составляет 589 евро в месяц). Замыкает этот список Польша – там чуть больше 400 евро, в Румынии чуть больше 200; в Болгарии прожиточный минимум всего 185 евро в месяц. Для кого-то "всего", а для кого-то "целых", наверное.

Посмотрели цифры, сравнили. Это прожиточный минимум, с которым, видимо, также связана и пенсия. Но вернемся к российским реалиям, давайте поговорим о них. Итак, сейчас снова, в очередной раз обсуждают тему повышения пенсионного возраста. Каковы основные экономические показатели для повышения? Есть ли они сейчас? Необходимо ли это?

Борис Кагарлицкий: Вы имеете в виду экономические показатели, социальные или демографические? Это все разные вещи.

Валерий Виноградов: Это очень разные вещи.

Тамара Шорникова: В первую очередь интересуют экономические, потому что когда правительство говорит…

Борис Кагарлицкий: А вот, понимаете, тут все как раз и не сходится. Потому что аргументация в пользу повышения пенсионного возраста, в общем, понятна, но она немножко лукавая. Объясню, почему.

Главный аргумент состоит в том, что люди сейчас живут дольше. То есть когда вводили этот рубеж в 60 лет, люди жили меньше (в среднестатистическом мировом масштабе), умирали раньше, они изнашивались, кстати, больше: работа другая была. Одно дело, когда значительная часть населения, если не большинство, работает в поле, в шахте, у мартеновских печей и так далее, и другое дело, когда они сидят просиживают локти и протирают штаны в офисах (по-другому, конечно, они изнашиваются). Поэтому говорят, мол, да, сейчас люди живут дольше, здоровье у них крепче – пусть поработают еще несколько лишних лет на благо обществу. Многие даже говорят: а что, почему бы и нет? Потому что ведь с пенсионным возрастом могут быть и такие проблемы, что человека, наоборот, попросят на пенсию, то есть заставят уйти, в то время как он хочет подольше поработать. То есть вот такая аргументация. Это, так сказать, "за" повышение пенсионного возраста.

Но есть проблемы с минусом. Они очень простые, их две. Первая состоит в том, что в принципе это очень плохо, когда у людей что-то отбирают. То есть есть уже некоторая планка социальных достижений. 60-летний рубеж – это некое социальное достижение. То есть когда вам говорят: "Вы рассчитывали выйти на пенсию в 60, а выйдете в 65", у вас что-то отбирают, что вы как-то запланировали как часть своей жизни. Вы лишаетесь определенных возможностей, во всяком случае вы теряете определенные права.

И второе. Почему я сказал, что лукавят? Тут уже об этом говорили. На самом деле проблема не в том, что люди дольше или меньше живут – проблема в том, что не сходятся концы с концами баланса в Пенсионном фонде. И если мы отодвинем для какой-то части населения выход на пенсию, то, соответственно, будет экономия в Пенсионном фонде – правда, кстати говоря, в краткосрочной перспективе. Через 10 лет те же самые проблемы все равно встанут, но люди-то думают в краткосрочной перспективе: сейчас мы как-нибудь это разрулим, а потом уже, наверное, другие чиновники будут разбираться. Тогда, простите, почему мы должны субсидировать Пенсионный фонд своим трудом, своими накоплениями и так далее? Я думаю, что коллега, наверное, более подробно…

Александр Денисов: Валерий, ваше мнение?

Валерий Виноградов: Вы знаете, все на самом деле намного циничнее и намного менее приятно, чем об этом можно говорить...

Борис Кагарлицкий: То есть я недостаточно циничен?

Валерий Виноградов: …без, скажем так, улыбки и с большими опасениями.

О чем идет речь? Действительно, наша пенсионная система – основная часть пенсионной системы, которая кормит сейчас нынешних пенсионеров и людей, которые в ближайшие годы будут выходить на пенсию – солидарная. Солидарность поколений, на чем построена эта пенсионная система, подразумевает следующую простую вещь: нынешние работники за счет своих страховых отчислений кормят нынешних пенсионеров. Баланс – это соотношение работающих и уже пенсионеров – катастрофически сокращается. Советская пенсионная система была чисто солидарной, в ней проблем не было: то есть минимум 4-5 работающих кормили одного пенсионера, все сходилось замечательно. Сейчас мы имеем в качестве основной проблемы прежде всего демографическую: мы прекрасно знаем, что такое были 1990-е гг. Сейчас это эхо приближается, накладывается на пенсионную систему. У нас происходит очень серьезное сокращение трудоспособного населения: по официальным данным, в ближайшие годы по 800 тысяч человек трудоспособного населения в год будет сокращаться по разным причинам, включая смерть и сокращение рабочих мест. При этом число пенсионеров у нас, наоборот, растет, причем растет активно. Растет оно прежде всего за счет того, что… Можно, конечно, ругать медицину, но медицину ругают в любой стране абсолютно, не только в России. Но за счет качества жизни – а качество жизни реально изменилось – число пенсионеров растет, и они живут дольше, пенсионеры. То есть на сегодняшний день возраст официальный в 72 года о чем говорит? Он говорит о том, что на самом деле эту цифру тоже нужно понимать. Когда говорят, что у нас пенсионеры очень мало живут, это не так. Проблема в том… Достаточно посмотреть таблицы смертности Росстата. У нас то самое мужское население, которое больше сокращается и которое официально меньше живет во время пенсии – это действительно так. Но проблема в том, что у нас основное выбытие людей за счет смертей происходит прежде всего у мужчин на ранних возрастах, прежде всего в трудоспособном возрасте. Те люди, которые доживают до пенсии, как раз-таки живут достаточно долго. И особенно это относится к женщинам. Это очень просто, это сухие цифры.

И проблема в том, что бюджет Пенсионного фонда – точнее доходы Пенсионного фонда – сокращаются из года в год. Это я только про одну демографию сказал. А проблема в том, что мы знаем, что у нас гигантская совершенно проблема несбалансированности страховой части пенсии, которая заключается в том, что у нас огромное число людей вообще не платит страховые взносы. Вы знаете про "серую" экономику, вы знаете про минимальные зарплаты, которые платят работодатели, соответственно, с этой минимальной зарплаты идут страховые взносы в Пенсионный фонд; Пенсионный фонд не добирает эти деньги. Это огромные деньги, на самом деле. И сделать с этим по крайней мере пока правительство ничего не может.

В результате что мы имеем? Мы имеем то, что Пенсионный фонд может выплачивать пенсии только из дохода. Доход на сегодняшний день складывается из собранного объема страховых взносов, а то, что не хватает (этих денег не хватает), недостающие деньги выплачивают из федерального бюджета – прямой трансферт из бюджета Российской Федерации. Так вот это соотношение реальных страховых доходов Пенсионного фонда и трансферта Минфина в ближайшие годы будет 50:50. Это проблема не столь остро стояла, когда у нас были вполне вменяемые нефтяные доходы: деньги в бюджете тогда были, мы тогда провели валоризацию для советских пенсионеров, это было великое дело, которое было сделано. Но сейчас деньги в бюджете закончились, нефть уже не будет стоить 100 долларов и выше, все. То есть возможности федерального бюджета для того самого трансферта, для покрытия недостающих объемов денег в Пенсионном фонде сокращаются, сокращаются каждый год. Это вторая проблема.

Поэтому чисто с бухгалтерской точки зрения, действительно, проще повысить пенсионный возраст. Я не говорю, что его нужно, во-первых, повышать сразу так и что его в принципе хорошо повышать. Господин Кагарлицкий правильно сказал: действительно, мы повысим пенсионный возраст, но что это даст? Это даст прежде всего передышку для федерального бюджета на энное количество лет. Это, во-первых, надо очень четко считать, насколько этого хватит – 10, 20 лет…

Тамара Шорникова: Есть версия некоторых экспертов, что на 20 лет хватит.

Валерий Виноградов: Возможно. Это нужно вести расчеты.

Борис Кагарлицкий: Я думаю, что значительно меньше реально.

Валерий Виноградов: Мы не знаем. Это все зависит от многих причин.

Тамара Шорникова: В любом случае, если не вкладывать в медицину, работающего трудоспособного населения может стать еще меньше через 20 лет, как и денег тоже.

Валерий Виноградов: Конечно, конечно.

Тамара Шорникова: А придется платить большему количеству людей.

Валерий Виноградов: И третья основная проблема, которая даже сама по себе без этих двух проблем – страховая часть пенсии, солидарная часть сама по себе не сбалансирована. Она не генерирует те самые страховые взносы. Потому что мы знаем, что у нас гигантское совершенно количество так называемых досрочников, которые выходят на пенсию досрочно, но при этом взносы за них уже не идут, но они рассчитывают… По некоторым данным это от 30 до 40% дефицита бюджета Пенсионного фонда. Цифры могут гулять, но это реальная проблема. Это проблема не решается, на моей памяти, уже лет 7.

Александр Денисов: Давайте узнаем мнение телезрителей. Нам дозвонился Александр.

Зритель: Здравствуйте. Я пенсионер с 1990 года, работал на вредном предприятии. Мое мнение о повышении пенсионного возраста – категорически против. Кто сидят у вас, товарищи эти, поработали бы на химзаводах, вредности бы там понюхали, они бы совсем по-другому говорили.

Теперь я хочу сказать о другом. Я ушел на пенсию. Когда ввел коэффициент пенсионный, я взял зарплату… У меня коэффициент 1.6. Значит, потолок, сказали, 1.2 – все, до сих пор мне 1.6 моих не возвращают. Вот сейчас говорят: повышение пенсионного возраста, пенсионеры будут получать... Да что мы будем получать? Верните мне мои хотя бы 1.6 и все, что мне положено, больше мне ничего не надо, я не прошу от государства – то, что я заработал, то, что отчислял, дайте мне. Все, спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо, вас поняли.

Александр Денисов: Спасибо.

Валерий Виноградов: Что можно ответить? С коэффициентами неразбериха действительно присутствует – это проблема Пенсионного фонда Российской Федерации: все расчеты по коэффициентам, по трудовому стажу, какие периоды как учитываются, тем более что это советский пенсионер, советский стаж совсем по-другому учитывается, потому что это другая экономическая формация была. Для нынешних пенсионеров, во-первых, никакого повышения пенсионного возраста не будет. Речь на самом деле сейчас идет… Если, возможно, будет повышаться пенсионный возраст, это произойдет не одномоментно…

Александр Денисов: Постепенно же – по полгода, да?

Валерий Виноградов: Да, это будет происходить постепенно. Проблема в том, что сами экономические условия в стране, скажем так, загоняют правительство в клещи, на самом деле, и это тоже надо понимать. То есть чем дольше мы откладываем решение в принципе всех проблем пенсионной системы, тем меньше шансов мы оставляем тому самому повышению пенсионного возраста, потому что по большому счету может произойти так, что мы прячем голову в песок, при этом что-то обсуждая, а в результате придется одномоментно повышать. Такое в принципе возможно.

Борис Кагарлицкий: И к тому же это уже не спасет.

Валерий Виноградов: Да, и это уже тогда не спасет, потому что будет поздно. Даже если повысить одномоментно пенсионный возраст, эффект, во-первых, придет не сразу. Для действующих пенсионеров возраст повышаться не будет. Безусловно, будет какой-то возраст отсечки – условно говоря, не будет повышаться возраст для людей, которым 5-6 лет еще до пенсии (мы этого не знаем, это решает исключительно правительство). Но если это будет делаться, было бы логично, если бы это было сделано так.

Александр Денисов: Борис, а вот насчет коэффициентов. Вот в пенсионной формуле есть какие-то плавающую коэффициенты непонятные…

Борис Кагарлицкий: Да вообще никто не может…

Валерий Виноградов: Это катастрофа.

Борис Кагарлицкий: Вы хотите спросить меня, понимаю ли я в этих коэффициентах?

Тамара Шорникова: Да.

Борис Кагарлицкий: Отвечу честно: нет, не понимаю. И, кстати говоря, со мной в этом солидарны будут, в общем-то, не просто многие обыватели, но и значительная часть экспертов. Если ты не специалист именно в этом конкретном вопросе, то, что называется, черт ногу сломит.

Валерий Виноградов: Классический пример: в 2015 году господин Топилин, министр труда, проводил коллегию в Минтруде. Эти кадры обошли все телеканалы, эти слова были на всех информационных агентствах – он просто попросил присутствующих сотрудников на коллегии поднять руку, кто четко разобрался в балльной пенсионной формуле. Рук было немного. Это действительно так.

Борис Кагарлицкий: Было все-таки несколько рук.

Валерий Виноградов: Нет, конечно, было.

Борис Кагарлицкий: Это радует – есть у кого спросить, потому что я действительно не понимаю.

Валерий Виноградов: На самом деле балльная пенсионная формула – давайте говорить откровенно – это катастрофа. Почему она появилась? Мы знаем, она появилась с 2015 года…

Тамара Шорникова: Потому что спорили, что не учитывается большой стаж, например; одинаково получают люди, которые проработали 1 год и 15 лет – так говорили защитники введения балльной системы.

Валерий Виноградов: Нет-нет-нет. В старой пенсионной системе до 2015 года, точнее в старой системе расчетов все было просто: отчисляются деньги, они собираются в кубышку… Условно говоря, 100 рублей вы накопили. Вы оформляете пенсию, а дальше четко рассчитывалось: у вас есть 100 рублей и так называемый возраст дожития (тогда было 19 лет). И дальше эти деньги делятся на возраст и рассчитывается пенсия. Сейчас этого нет в помине. Сейчас в пенсионной формуле 17 поправочных коэффициентов внутри, про которых никому не рассказывают. Когда Пенсионный фонд говорит: "Ваша пенсия будущая по балльной формуле зависит от вашей зарплаты – чем больше ваша зарплата, тем больше ваша пенсия", – это неправда, потому что в балльной формуле есть поправочный коэффициент в момент вашего выхода на пенсию на среднюю зарплату по стране. Это чистая математика школьная, понимаете? Потому что в Москве, в Питере один уровень зарплат, а в остальной стране он совсем другой. И есть еще и другие точно такие же…

Тамара Шорникова: То есть в этом плане зависит не от тебя, а от правительства: хорошо ли работает на момент выхода…

Валерий Виноградов: Балльная формула была придумана и запущена исключительно с целью дать возможность правительству высчитывать и подкручивать стоимость баллов в каждый конкретный год исходя из состояния бюджета Российской Федерации – все.

Александр Денисов: Дозвонился телезритель из Вологды – Юрия давайте послушаем.

Зритель: Здравствуйте. Извините, я больших через ведущих хочу обратиться к этим законотворцам. Пусть они – у меня такое пожелание – выедут куда-нибудь типа нашей Вологодской области, в Архангельскую область, на Урал и в районы именно. Выйдут на кладбище и посмотрят. Например, наши годы 1950-1960 – кто там дожил до 70 лет? Я таких не знаю, я на кладбищах бываю, у меня куча родственников похоронена. И вот даже интересно, мой возраст… У нас тут 3 дома девятиэтажных по 144 квартиры – это было лет 7 назад – мы взяли и посчитали: у нас буквально за 2 года умерло 9 человек – это мой возраст (тогда это было лет 48). И вот сейчас к вам вопрос: куда эти деньги? Мы сколько их плотим? Я уже предпенсионный возраст – плотим, плотим, а ведь куча людей не доживает, куча! Куда эти деньги деваются? Вот эти и голосуют, как говорится, представители Пенсионного фонда и другие, что надо еще поднять. Это же к ним уходят эти деньги – дворец у нас опять открыли, какой Пенсионный фонд, домину какую отгрохали. А денег нет.

Тамара Шорникова: Юрий, мы благодарим вас за звонок.

Александр Денисов: Кстати, вот человек затронул тему: я слышал, что в расходах Пенсионного фонда выплата пенсий – не основная статья расходов.

Валерий Виноградов: Не основная, да.

Александр Денисов: А на что уходят деньги?

Валерий Виноградов: Смотрите. Те страховые взносы, которые поступили за людей, которые умерли до наступления пенсионного возраста, абсолютно во всех странах мира (не только в России, но и в европейских странах) – весь этот объем денег идет на выплаты текущих пенсий. Есть специальная статья в пенсионных фондах, то есть эти деньги не идут на расходы, грубо говоря, канцелярские самого Пенсионного фонда – эти деньги идут на выплаты текущих пенсий. Если только у человека нет накопительной части пенсий, потому что накопительная часть пенсии наследуется, в отличие от страховой.

Борис Кагарлицкий: Я хочу сказать две вещи. Тут уже, кстати говоря, видно по реакции людей, которые нам звонят, что уровень недовольства очень высокий. Люди недовольны, как работает пенсионная система. Это первое, и это очевидно. И те реформы, которые сейчас проводятся, не только не решат в этом смысле проблему, а они ее усугубят, потому что недовольство увеличится, это совершенно очевидно. То есть первый момент в данном случае политический и социальный (я неслучайно сказал, что есть и политические, и социальные, и экономические, и демографические аспекты). С политической точки зрения та политика, которая сейчас будет проводиться, усугубит социальную обстановку в стране – это первое обстоятельство, которое надо иметь в виду.

Второе: есть еще один вопрос – это вопрос об эффективности работы самого Пенсионного фонда. Я готов согласиться, что даже если повысить его эффективность, это не решит всех проблем, потому что действительно есть демографическая яма, есть еще целый ряд других проблем, которые так или иначе объективно висят; и даже если вы будете работать лучше, то это не снимет проблемы полностью, отнюдь нет. Но тем не менее никто не ставит вопрос о том, каков уровень эффективности самого государственного Пенсионного фонда. На мой взгляд, она очень низкая. И с другой стороны, посмотрите: вы приезжаете в любой регион… Я первым делом всегда прошу показать мне здание Пенсионного фонда.

Тамара Шорникова: Обычно очень богатые дома.

Борис Кагарлицкий: Это одно из самых роскошных, самых помпезных, самых дорогих зданий в городе, причем новых, совсем недавно построенных – "отгроханных", что называется. Это очень показательно, люди это видят и говорят: "Ага, понятно".

И, наконец, третье. Действительно, есть одна очень больная проблема, состоящая в том, что отдельно решают проблему Пенсионного фонда или вообще проблему пенсий без других социальных и экономических проблем – что невозможно. То есть тут будет тришкин кафтан. Как бы мы ни крутились с пенсионными всеми делами, у нас все равно будет что-то не сходиться.

И опять-таки, обратите внимание: то, что сейчас правительство начинает замораживать и фактически забирать накопительные средства – почему оно это делает? Потому что у него самого не хватает денег. То есть если вы не сможете генерировать достаточный доход государству, причем доход через рост экономики, а не через обирание населения, что у нас сейчас происходит, то вы все равно эту проблему не решите. Вы скажете: ага, у нас уменьшились пенсионные выплаты, но в то же время доходы государства упадут, государству будет труднее платить ту часть, которую все равно придется доплачивать. Все равно придется доплачивать, вот в чем проблема, все равно 50:50 сейчас, а дальше, может быть, будет 60:40, даже еще хуже будет. Но проблема в том, что все равно что-то нужно будет доплачивать, все равно на государстве будут лежать определенные обязательства, которые оно должно будет выполнить.

Что сейчас делает правительство? Во-первых, оно старается по возможности сократить свои обязательства – это первое, что они делают.

Валерий Виноградов: Это, кстати, любое правительство.

Борис Кагарлицкий: Ну извините: хорошие социально-демократические правительства в хорошие времена в хороших странах делали по-другому, скажем так. Но тем не менее они хотят сократить свои обязательства, и, во-вторых, они хотят взять деньги где только можно у населения прежде всего. Обратите внимание: мы не можем, например, провести пенсионную реформу без внятной налоговой реформы – это взаимосвязанные вещи. Но налоговая реформа идет в том же направлении – в направлении изъятия средств у населения, понимаете? Мы все равно всюду пытаемся забрать средства у населения. А это, между прочим, экономическая проблема, потому что мы подрываем внутренний рынок, мы подрываем платежеспособный спрос, подрываем плацдарм для дальнейшего роста экономики. И в итоге через 5-10 лет мы будем сидеть вот в такой же студии и говорить: "Ой, опять те же самые проблемы, но на другом уровне", понимаете? Мы их не решим, мы их просто отодвинем. Поэтому, на мой взгляд, проблема должна решаться комплексно. Мы не можем обсуждать только пенсионную систему, не занимаясь другими проблемами общества.

Тамара Шорникова: К слову, действительно много сейчас звонит людей (у нас сейчас есть звонок, мы его сейчас примем – насколько я знаю, человек тоже достаточно негативно относится к возможной пенсионной реформе). А, возможно, есть те, кто "за", кто по каким-то причинам хочет работать больше – ну вдруг? Или по крайней мере у него есть свои причины.

Александр Денисов: Непременно позвоните…

Тамара Шорникова: …и расскажите.

Валерий Виноградов: Большинство пенсионеров после выхода на пенсию работают. Другое дело, надо понимать, почему? – потому что они получают маленькую пенсию и они не могут терять доход…

Тамара Шорникова: Вот, возможно, хотя бы из этих соображений человек хочет трудиться.

Валерий Виноградов: Люди вынуждены работать.

Борис Кагарлицкий: Прошу прощения, это важный момент. У нас фактически ведь другая функция пенсии появилась: пенсия как пособие.

Валерий Виноградов: Да.

Борис Кагарлицкий: Пенсия как дополнительная оплата государством выслуги лет в экономике. То есть человек продолжает работать, но получает немножко дополнительных денег. И это важное подспорье в семье, на самом деле. Но ведь это тоже хотят поломать: сейчас же все время идет речь о том, что надо работающих пенсионеров так или иначе, что называется, приструнить.

Валерий Виноградов: Им индексации не будет и в этом году, это уже объявлено.

Борис Кагарлицкий: Да. Понимаете? То есть, иными словами, всюду, где можно взять деньги, их пытаются взять; всюду, где можно что-то отнять или не дать, пытаются отнять или не дать. Понимаете, это просто неправильная политика, она неэффективна, она в долгосрочной перспективе сработает против тех, кто ведет такой курс, вот в чем беда.

Александр Денисов: Давайте все-таки послушаем мнение телезрителя – дозвонилась Лариса из Московской области.

Зритель: Здравствуйте. Значит так: возраст у меня предпенсионный. Возможно, это сокращение на предприятиях. Мы зачастую подпадаем под сокращения. Притом что увеличивается пенсионный возраст, предложить мне на бирже труда ничего не могут. Иногда – и то не всегда – уборщицей в подъезде. Это что? А там вообще зарплата вообще мизерная (я не знаю, как в Москве).

Во-вторых, а может быть, все-таки нашим слугам народа убавить зарплату, обеспечение социальное? Они получают приличные деньги и еще живут за счет государства. Может быть, отсюда взять деньги?

Александр Денисов: Спасибо, Лариса.

Валерий Виноградов: Лариса абсолютно важную вещь сказала.

Александр Денисов: Да-да. Если человека уволили, где же он доработает до своей пенсии?

Валерий Виноградов: Значит, смотрите. Вообще вопрос повышения пенсионного возраста чрезвычайно комплексный. Нельзя повышать пенсионный возраст, не решив проблему, где эти люди с повышенным пенсионным возрастом будут дальше работать. Мы прекрасно знаем, что работодатели стараются людей убирать с рабочих мест еще до наступления пенсионного возраста, этим людям очень сложно, чрезвычайно сложно найти работу, по крайней мере квалифицированную (уборщицу, наверное, да, еще на базе или складе). Это очень серьезная проблема. То есть вначале государство должно понять, как оно обеспечит эти рабочие места, и только после этого, когда оно уверено, что оно обеспечит их, оно должно заниматься реальным повышением пенсионного возраста.

Еще ключевой вопрос в повышении пенсионного возраста связан со следующим. Мы очень много слышим, со всех сторон говорят: "Нам нужно повышать пенсионный возраст, потому что у нас проблемы с бюджетом (это действительно так), у нас проблемы с дефицитом Пенсионного фонда Российской Федерации". Может быть, немножко по-другому говорить? Понимаете, пенсионный возраст надо связывать только с тем, какие задачи ставит перед собой государство: либо тупой бюджетной экономии, будем говорить, на людях – либо все-таки говорить о том, что у людей должна повышаться пенсия. Она на сегодняшний день снижается. Базовый элемент – это коэффициент замещения утраченного заработка. На сегодняшний день, по официальным данным 35%, по неофициальным данным экономистов уже 32% от стандарта в 40%, притом что по обязательствам МОТ, которая присутствует в других странах, коэффициент замещения уже давно до 60%. У нас он только снижается. Абсолютно правильно сказал Борис: у нас пенсия, которая выплачивается сейчас, постепенно переходит в разряд социального пособия, причем маленького пособия.

Александр Денисов: Борис, такой вопрос: почему мы все упираемся в эту заезженную пластинку о повышении пенсионного возраста? Есть же другие рецепты: снижение налоговой нагрузки на бизнес, понижение ставок на бизнес. Машина тормознула перед пропастью, но не объехала ее, грубо говоря.

Борис Кагарлицкий: Совершенно верно. Вы понимаете, опять же, одной лишь налоговой политикой проблему тоже не решишь, потому что снижение налогов – это классическое либеральное решение, которое на самом деле отдельно не работает. Оно может работать в качестве части некоторого комплекса, но когда нам говорят про то, что, снизив налоги на бизнес, он тут же начнет…

Валерий Виноградов: …инвестировать, да. Это не так.

Борис Кагарлицкий: Слушайте, знаете… Не рассказывайте мне сказки, это не так будет. Но, конечно, надо и налоговую реформу делать. То есть понятно, что нужна налоговая реформа. Кстати говоря, между прочим, почему все-таки не поговорить о прогрессивной шкале налогообложения?

Александр Денисов: Тему поднимали и быстро забыли.

Борис Кагарлицкий: Забыли, вот эту тему как раз забыли.

Валерий Виноградов: Голодец даже выговор получила за то, что об этом сказала.

Борис Кагарлицкий: Да. Причем, понимаете, тут тоже надо быть очень осторожным, потому что все зависит от шкалы, как она будет двигаться. Если шкала будет действительно давящая, дестимулирующая, то это очень плохо. Но разумная шкала, между прочим, будет нужна. Почему? Не только потому, что это, мол, справедливо, я даже не в категории справедливости рассуждаю. Дело в том, что это немножко сбалансирует вообще систему заработной платы в стране, систему доходов. То есть в каких-то случаях люди, которые получают сверхдоходы, будут заинтересованы, как ни странно, делиться не с государством, а с сотрудниками собственной компании. То есть они будут ставить себе зарплату немножко ниже, чтобы платить меньше налогов, соответственно, больше денег в фонде заработной платы будет уходить другим сотрудникам, на самом деле. Вот это главный эффект был бы от прогрессивного налогообложения, а вовсе не то, что государство возьмет много денег (много денег оно не возьмет). Проблема в том, что нужно комплексно все это делать. Налоговая реформа, реформа всей социальной политики, реформа пенсионный системы и, прошу прощения, государственные инвестиции в развитие – вот фундаментальные вещи. Если вы вкладываете деньги в государственные инвестиции и развитие, то тогда и частные инвестиции за ними идут. Понимаете, создали очаг развития – в этом городе вдруг все зацвело, начало как-то быстро расти – естественно, туда приходит частный бизнес. Понимаете, классическая история, что в Соединенных Штатах в период пика экономического роста крупнейшие корпорации платили в налогах до 90% своей прибыли. Это, конечно, крайние случаи (обычно было меньше), но доходило до этого. Тем не менее именно в это время был наибольший экономический рост; в том числе эти же компании инвестировали. Они, кстати говоря, потому и инвестировали, что надо было уходить от налогов, потому что инвестиции как раз налогами не облагались. А эти ресурсы, естественно, использовались уже на развитие каких-то "общенужных" вещей.

Понимаете, если государство не берет за себя ответственность за вложение денег и думает, что частный бизнес сам решит эти проблемы, это очень красиво, но это не так.

Александр Денисов: К нам дозвонился еще телезритель.

Тамара Шорникова: Да, давайте послушаем, а потом продолжим.

Александр Денисов: Александр из Ленинградской области.

Зритель: Добрый день. Вот эту вы проблему уже правильно обсуждали. Прогрессивная шкала налогообложения: та часть, которая отчисляется в Пенсионный фонд, должна быть значительной в этой сумме. И прогрессивная налогообложения из фонда зарплат, конечно, спасет вообще и Пенсионный фонд в том числе. Но вы смотрите, как Матвиенко сказала: "Ой, ни в коем случае, это нарушение прав человека и прочее". Видите, как они против, эти товарищи депутаты. Поэтому нужно обязательно эту систему налогообложения вводить.

И плюс я против этой пенсионной реформы новой. Люди, потерявшие работу после 50 лет, с трудом ее будут находить. Плюс еще даже, скажем, молодежь, которая не может устроиться… Люди, которым будет за 60, будут цепляться, держаться за свою работу, а молодежи будет просто не устроиться. Поэтому мы в геометрической прогрессии увеличим безработицу. Это все, что я хотел вам сказать. Спасибо за внимание.

Тамара Шорникова: Спасибо за интересное мнение.

Борис Кагарлицкий: Это, кстати, важный вопрос.

Валерий Виноградов: Вопрос, действительно, очень комплексный. Наверное, можно и нужно… Во-первых, пенсионный возраст, безусловно, будет повышен – мы это понимаем, об этом даже уже сказал президент: он только не обозначил границы, когда это произойдет, но он сказал, что это будет. По этому пути идут многие страны. Другое дело, что это не должно быть основным для балансировки бюджета Пенсионного фонда и пенсионной системы.

Мы ведь прекрасно знаем, мы постоянно читаем в газетах и видим на экранах телевидения, когда наши уважаемые правительственные чиновники обсуждают проблемы теневого сектора экономики. Мы постоянно об этом слышим. Цифры называют разные, в том числе уважаемая госпожа Голодец: 15 миллионов не платит ничего, их не видит государство, 20 миллионов. Мы даже не знаем точную цифру; Росстат считает, что цифра совсем другая. Дело ведь не в этом. Проблема в том, что с прошлого года уже по новой пенсионной формуле на пенсию стали выходить люди уже в рамках новой пенсионной балльной формулы. У нас по стране – особенно в этом году – уже тысячи людей, которым отказано в назначении страховой пенсии. Этим людям, во-первых, надо поработать еще 5 лет, а это уже фактическое для них повышение пенсионного возраста за рамками закона (это надо очень хорошо понимать), и во-вторых, они при этих 5 годах работы еще получат только социальную пенсию – это около 8 тысяч рублей. Все, больше они не получат ничего. Проблема в том, что работодатель действительно платил в черную им, в Пенсионный фонд либо вообще не платил, либо платил с какого-то минимума (0.25 ставки, понимаете), и человек не заработал себе тех самых пенсионных баллов. Все, сделать с этим ничего нельзя.

Ведь проблема в том… Господин Дроздов, глава Пенсионного фонда, сказал: "Идите и работайте дальше, ничего страшного – потом получите социальную пенсию". Государство так не должно поступать. Государство установило те самые законы, в том числе обязанность уплачивать страховые взносы. Государство устанавливает законы, оно обязано. Не человек должен идти к работодателю и говорить, чтобы тот платил в белую, потому что в ином случае он не получит нормальной пенсии, а это должно делать государство. Оно устанавливает законы, оно законы контролирует и обязано следить за их выполнением. Человек придет к работодателю – таких случаев много, вам достаточно спросить в профсоюзах – и скажет: "Плати мне в белую", а его уволят на следующий день. И все, он даже пикнуть не успеет. Это делает государство. Эта проблема теневой занятости и неуплаты страховых взносов дает огромную долю того самого дефицита Пенсионного фонда. Может быть, здесь все-таки немножко поработать? Может быть, социальный блок все-таки займется серьезно этой проблемой?

Тамара Шорникова: Наши корреспонденты в городах спросили у людей – давайте послушаем их мнение. Мы задали с помощью наших корреспондентов вопрос: "А готовы ли вы работать дольше?" Давайте узнаем мнение людей на улицах наших городов.

ОПРОС

Тамара Шорникова: Вот такие мнения.

Валерий Виноградов: Очень разные мнения. Здесь несколько ключевых фраз. Девушка с ребенком говорила: "Бабушка работает, бабушке же надо деньги зарабатывать, мне же уже не платят за ребенка". Это первое. Безусловно, проблема в том, что есть на самом деле исследования гендерной медицины. Она очень четко объясняет, что жизнь человека после наступления пенсионного возраста на самом деле прежде всего зависит от, понятно, качества жизни, но и от качества его активности. Работа – это та самая активность. Когда человек выпадает из этого, он становится совершенно другим. Я это могу судить по своему отцу, который когда-то еще давно, еще в советские времена вышел на пенсию – это действительно так. Другое дело, что нужно понимать, где эти люди с увеличенным пенсионным возрастом будут работать. Хотелось бы услышать ответ на этот вопрос.

Тамара Шорникова: Мне кажется, еще нужно обязательно предоставлять людям право выбирать, хотят они этой активности дополнительно или нет. Потому что мы слышали мнение, когда люди достаточно молодые говорили о том, что "я уже устал и хочу на пенсию".

Борис Кагарлицкий: Они могут ошибиться, между прочим. Не факт, что они правы. Посидели бы на пенсии и, может быть, потом передумали бы.

Тамара Шорникова: Но как минимум это право человека.

Борис Кагарлицкий: Да, это понятно. Но обратите внимание, как раз девушка обратила внимание на социальные пособия. Реформа социальной политики комплексная, именно комплексная. Нельзя отдельно пенсионную политику рассматривать, нельзя отдельно вопрос о пенсионном возрасте рассматривать. Нужно все это делать комплексно. Одна из страшных бед нашей сегодняшней экономики, общества и политики – это отсутствие комплексного подхода, отсутствие понимания того, что отдельные элементы не живут сами по себе, они живут во взаимодействии. Все время что-то тянем с одной стороны, дернули – там посыпалось: о, мы здесь и будем чинить. Может быть, все вообще в другом месте надо чинить, понимаете? Система укомплектована, она рассыпается, вот в чем беда.

И мы это просто видим даже по своей жизни. Вот наверняка вы массу примеров можете найти в своей собственной жизни. И поэтому я говорю: пенсионная реформа, конечно, необходима. Она не может быть отдельной пенсионной реформой, которая не затрагивает другие вопросы. А тут уже столько всего накопилось, что действительно нужно очень серьезно пересматривать всю экономическую и социальную политику в стране.

Александр Денисов: Кстати, такой вопрос (если можно, коротко): есть вариант, что вот работодатель платит за своего работника примерно 30% в Пенсионный фонд. Если работник говорит, что не хочет, что будет сам себе копить…

Валерий Виноградов: 30% – это все страховые взносы, 22% идет в Пенсионный фонд.

Александр Денисов: "Отдайте эти деньги мне, не нужно платить в Пенсионный фонд, я сам сложу в банку и накоплю себе на пенсию", – вот такой вариант есть сейчас?

Валерий Виноградов: Смотрите. Надо понимать: если вы говорите об этих страховых взносах как альтернативе, то есть не платить в Пенсионный фонд, но при этом складывать в банк, надо понимать, что такое наша финансовая система. Это теоретически возможно, но это иллюзия. У нас, во-первых, по-другому работает банковская система; надо понимать, что такое банковская ставка по депозиту и как она изменяется. Она высокая только в момент кризиса, в пик кризиса; потом она резко падает – возьмите "Сбербанк". Это тоже надо понимать, люди просто этого не понимают.

Во-вторых, люди не умеют сами копить – именно самостоятельно накопить себе на пенсию человек не сможет, это человеческая психология не только в России, но и в других странах.

Александр Денисов: Но теоретически такая возможность есть?

Валерий Виноградов: Теоретически ты можешь откладывать, если у тебя есть деньги, в банк; ты теоретически можешь добровольно вносить пенсионные взносы в негосударственный пенсионный фонд, но при условии, что эти деньги у тебя есть. Другое дело, что если дать полное право человеку самому копить на пенсию, он не накопит, потому что до выхода на пенсию у него заболел сын, у него заболела собака, у него прохудилась крыша, ему надо срочно купить новый холодильник и так далее – он разбазарит эти деньги. Он выйдет на пенсию фактически нищим. И что тогда делать с этим человеком?

Борис Кагарлицкий: Тут есть еще один момент. Из этих же денег идут страховые выплаты текущим пенсионерам, поэтому если он скажет, что заберет все эти деньги себе, то, значит, он у кого-то их отберет.

Валерий Виноградов: Вы знаете, сейчас реально в западных странах – в той же самой Швейцарии был референдум – уже вводят так называемый безусловный базовый доход.

Борис Кагарлицкий: Швейцарцы отказались от него.

Валерий Виноградов: Швейцарцы отказались, да, но ряд стран уже приняли это.

Борис Кагарлицкий: Это большой спорный вопрос.

Валерий Виноградов: Дело не в этом. Что это такое? Это когда не важно, работаешь ты или не работаешь, ты получаешь фиксированную сумму – около 800-1000 евро – гарантированно. А дальше ты можешь идти работать либо не работать. Другое дело, что нужно хорошо понимать… Некоторые горячие головы даже стали говорить, почему бы в России единый базовый гарантированный доход не ввести? Наверное, можно. Только где взять деньги на этот самый гарантированный базовый доход взять в бюджете? Вопрос понятен.

Тамара Шорникова: Ну до Швейцарии нам точно далеко, давайте о российских реалиях.

Борис Кагарлицкий: Надо сказать, что и на Западе этот подход вызывает очень большие вопросы.

Валерий Виноградов: Да, да, конечно, потому что, во-первых, это иждивенчество стимулирует; там очень много проблем с этим.

Борис Кагарлицкий: И разрыв между политикой занятости и социальной политикой, которые раньше были взаимосвязаны – это к вопросу о закомплектованности политического и социального подходов. Поэтому, конечно, мне кажется, что пример с безусловным базовым доходом – это тоже попытка по частям решать комплексную проблему, то есть найти какое-то решение, которое позволит не думать о других проблемах (скажем, о занятости, о безработице и так далее). Но я еще раз подчеркиваю, что проблема не может быть решена индивидуально. Вот вы задали вопрос о том, можно ли просто забрать деньги. Во-первых, я еще раз говорю, в этом случае деньги забираешь не только у государства, но и у других пенсионеров, потому что эти деньги идут в солидарный фонд. Во-вторых, а если потеряешь работу, если что-то еще случится? Дело в том, что, скажем, американская пенсионная система, которая считается довольно отсталой по современным понятиям, допускает такую ситуацию, когда человек, например, из своего пенсионного фонда может взять деньги и потратить. Я просто знал знакомых, которые так делали. Они, в общем, это воспринимали как несчастье, потому что да, они могли забрать пенсионные деньги и потратить их сейчас, но они понимали, что это очень плохо. Но это американцы со своей психологией.

Валерий Виноградов: Такая возможность есть в разных пенсионных системах, не только в американской. Кстати, тот самый индивидуальный пенсионный капитал, который, по всей видимости, у нас введут с 2019 года, над чем работает Минфин и Центральный банк – там точно так же предусматривается возможность в какое-то время до наступления пенсии изъятия части того самого накопленного капитала для нужд на лечение, обучение и так далее. Другое дело, что дальше человек будет делать без вот этой части, потому что пенсия все равно придет. И тот капитал, который потом поделят на те года, которые он будет получать пенсию, будет меньше – это тоже надо понимать.

Александр Денисов: Еще один звонок у нас есть – давайте послушаем. Дозвонился Владимир из Омска.

Зритель: Добрый вечер. У меня вопрос. Вот сами работники, которые получают заработную плату в белую, должны, наверное, знать, сколько у них доходит до Пенсионного фонда. Взять простой пример: человек, получающий приличную заработную плату, получил зарплату, и у него отчисления – организация заплатила за него 10 тысяч, а в Пенсионном фонде на счете, например, Иванова, Петрова или Сидорова (я образно говорю) осталось 7 тысяч. То есть 30% исчезает в никуда. А вот интересно, на эти 30% сами работники-то знают, куда они идут?

Тамара Шорникова: Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо.

Валерий Виноградов: Давайте здесь сразу уточним. Значит, страховые взносы, которые перечисляет работодатель, идут в Пенсионный фонд. Другое дело, что, во-первых, у нас существует верхний порог, с которого учитываются страховые взносы. То есть у вас, условно говоря, зарплата 500 тысяч – с нижнего предела вам учет страховых взносов идет на вашем счете, а когда годовая зарплата порядка 700 тысяч, то сверх этого предела работодатель все равно уплачивает страховые взносы, но сверх этого предела вам уже эти страховые взносы на вашем индивидуальном пенсионном счете не учитываются. Более того, на сегодняшний день работодатель с зарплат, с годового вот этого лимита сверх верхнего предела уплачивает еще плюс 10%, на самом деле. И таких работодателей у нас достаточно много – это прежде всего нефтянка (там хорошие зарплаты), угольные отрасли и так далее. Они платят еще плюс 10%, но эти 10% не учитываются на индивидуальном пенсионном счете: эти деньги идут также в общий солидарный котел и точно так же ровным слоем размазывается на выплаты нынешним пенсионерам. Там проблема огромная в количестве, которую именно надо решать. То есть без решения этих проблем просто так повысить пенсионный возраст ничего не даст.

Тамара Шорникова: Еще успеем послушать еще один звонок – Ульяна, вы слышите нас? Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Ульяна, если можно, сформулируйте коротко: у нас остается совсем немного времени.

Зритель: Да, конечно. Вы знаете, одним из оснований для повышения пенсионного возраста был назван тот факт, что многие люди – более 25% – получают пенсию, не достигая пенсионного возраста, а по каким-то льготным основаниям, то есть работа во вредных условиях труда. Вы знаете, я сталкиваюсь на своей практике, потому что иногда представляю интересы работников-пенсионеров… Дело в том, что получить пенсию по льготным основаниям, а именно из-за работы во вредных условиях труда, очень трудно. По причине того, что меняется трудовое законодательство, людям очень трудно доказать факт того, что они работать во вредных условиях труда. Как правило, им очень многим отказывают в назначении пенсии, они вынуждены ходить судиться, получать справки, заказывать их в какие-то другие республики. Это очень сложно, и очень многие (я из своего опыта говорю) с эти не связываются и не получают фактически заработанную пенсию.

Тамара Шорникова: Ульяна, ваше мнение понятно, спасибо большое.

Александр Денисов: Спасибо.

Тамара Шорникова: Коротко комментируем.

Борис Кагарлицкий: Очень известная ситуация. Более того, мне приходилось работать с профсоюзами Конфедерации труда России – для них это одна из больших проблем: постоянная борьба против отъема льгот, который происходит за счет…

Валерий Виноградов: …переоценки рабочих мест.

Борис Кагарлицкий: Да, совершенно верно. И это одна из проблем. Причем там, где профсоюзы серьезно работают, как Конфедерация труда, там действительно идет какая-то борьба. Но во многих случаях профсоюзы у нас совершенно спящие, то есть…

Валерий Виноградов: Да, вы имеете в виду ФНПР – это действительно так.

Борис Кагарлицкий: Да, ФНПР просто спят в этой ситуации. Тоже бывает по-разному, но в большинстве случаев никакой реакции нет.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Александр Денисов: Давайте подведем итоги нашего голосования. Повышение пенсионного возраста: "за" – 17% (все-таки нашлись), "против" – 83%.

Тамара Шорникова: Мы спрашивали наших зрителей, "за" или "против" они повышения пенсионного возраста.

Спасибо огромное, что приняли участие в нашей программе.

Александр Денисов: Спасибо за разговор.

Валерий Виноградов: Спасибо.

Борис Кагарлицкий: Спасибо большое.

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Гузель Улумбекова руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением, доктор медицинских наук
  • Алексей Живов главный врач Ильинской больницы, врач-уролог, кандидат медицинских наук, доцент
  • ГОСТИ

  • Дарья Халтурина сопредседатель Российской антитабачной коалиции
  • ГОСТИ

  • Алексей Володин генеральный директор Агентства по развитию трансграничной инфраструктуры, кандидат технических наук
  • Михаил Ненашев капитан 1 ранга, председатель Общероссийского движения поддержки флота
  • ГОСТИ

  • Петр Шкуматов координатор движения "Общество Синих Ведерок"
  • Павел Поспелов заведующий кафедрой проектирования дорог МАДИ
  • Павел Брызгалов директор по стратегическому развитию ФСК "Лидер"
  • Юрий Эхин эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России
  • ГОСТИ

  • Антон Гетта координатор проекта ОНФ "За честные закупки", депутат Госдумы
  • ГОСТИ

  • Виктор Николайчик главный тренер мужской сборной Московской области по самбо, заслуженный тренер России
  • ГОСТИ

  • Леонид Кошелев член правления Российской ассоциации пилотов и владельцев воздушных судов
  • ГОСТИ

  • Александр Мерзлов президент "Ассоциации самых красивых деревень России", доктор экономических наук
  • Михаил Смирнов главный редактор портала "Алкоголь.Ру"
  • Евгений Бучацкий психиатр-нарколог
  • Вадим Дробиз директор Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя
  • ГОСТИ

  • Александр Элинсон генеральный директор НИПК "Электрон", член Президиума Генерального совета Общероссийской общественной организации "Деловая Россия"
  • ГОСТИ

  • Марина Тараненко детский писатель
  • Екатерина Гуричева главный редактор издательства "РОСМЭН"
  • ГОСТИ

  • Тамара Касьянова генеральный директор компании "2К Аудит", первый вице-президент Российского клуба финансовых директоров
  • Дмитрий Востриков директор по развитию Ассоциации производителей и поставщиков продовольственных товаров "Руспродсоюз"
  • Показать еще
    Показать еще
    Голубая трава Песня про "синдром самозванца" от фолк-рок-группы "Мельница"
    18 минут назад
    Удивительная Боливия Самое большое соленое озеро в мире, "дорога смерти" в провинции Юнгас, плантации коки и озеро Титикака
    32 минуты назад
    Служба родительского спокойствия Трагедия в Перми стала поводом для создания проекта обеспечения безопасности детей
    57 минут назад
    Третий возраст: рецепты счастливой старости Почему одни живут насыщенной жизнью, а другие страдают от одиночества и впадают в депрессию?
    Полный выпуск час назад
    час назад
    Глава Роскино пожаловалась на домогательства со стороны Харви Вайнштейна Ранее в харрасменте Вайншейна обвинили голливудские актрисы
    час назад
    В Подмосковье на газопроводе произошел взрыв Жертв и пострадавших среди жителей нет
    3 часа назад
    3 часа назад
    Большой театр оштрафован на 150 тысяч рублей за нарушения в его поликлинике Есть нарушения лицензионных требований и оснащения поликлиники
    вчера
    В Москве на ВДНХ открылось здание Музея кино Музей открылся в павильоне № 36 на ВДНХ
    вчера

    ГОСТИ

  • Алексей Живов главный врач Ильинской больницы, врач-уролог, кандидат медицинских наук, доцент
  • Гузель Улумбекова руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением, доктор медицинских наук
  • У Владимира Этуша украли 28 млн рублей Актер передал деньги другу для размещения в швейцарском банке
    вчера
    вчера
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments