Прямо сейчас
СМОТРИТЕ ДАЛЕЕ
Написать в прямой эфир

Владимир Петриченко: Мы собираем такой урожай зерна, которого не было никогда в истории России-матушки

12:10, 12 сентября 2017

Гости

Владимир Петриченкогенеральный директор аналитического центра "ПроЗерно"

Иван Стариковпрофессор Института экономики РАН

Елена Тюринадиректор Института аграрного маркетинга

Игорь Абакумов: Люди, как всегда, делятся на две категории: одни хотят, чтобы цены повысились, другие хотят, чтобы они были пониже. В этом есть суть разногласий не только в жизни, но и в агропромышленном комплексе. Вот и сейчас мы наблюдаем резкое снижение цен на зерно, но мы не наблюдаем снижения цен на продовольственных прилавках. Казалось бы – система инерционная, но тем не менее хотелось бы это знать. И если это не происходит, то хотелось бы знать, а где маржа, куда делись деньги.

Вы смотрите "Аграрную политику". С вами Игорь Абакумов. Сегодня у нас в гостях – генеральный директор аналитического центра "ПроЗерно" Владимир Петриченко. Здравствуйте, Владимир Викторович.

Владимир Петриченко: Здравствуйте.

Игорь Абакумов: Владимир Викторович, какова сейчас ситуация на зерновом рынке? Почему так сыплются цены?

Владимир Петриченко: Ну, первая вещь – это, конечно же, мы сейчас собираем такой урожай, которого не было никогда в истории вообще всей нашей России-матушки – что советская, что имперская, что новейшая.

Игорь Абакумов: Прямо как по Черномырдину: "Никогда такого не было – и вдруг опять".

Владимир Петриченко: Да, и вдруг… Нет, там еще можно дополнительно сказать: "Готовились, готовились, но вдруг…" Это действительно реальная вещь. Уже сейчас намолотили более 100 миллионов тонн, и еще убирать примерно треть площадей. То есть 132 миллиона тонн зерна, по моим оценкам. Может быть, даже будет больше. Скорее всего, до 134–135 – в зависимости от того, как будет кукуруза убрана. Такого действительно не было. Ближайший рекорд – это 78-й год приснопамятный, когда собрали 127,4 миллиона тонн зерна в то самое доброе советское время.

То есть это первое – такой обвал, такое обрушение на рынок привело к тому, что предложение настолько нависает над спросом. И есть определенные массивы зерна, которые надо сбросить моментально, ну, просто скорее и скорее.

Игорь Абакумов: Фуражное?

Владимир Петриченко: Это в основном фуражная пшеница, совершенно верно. Ее крестьяне сбрасывают в первую очередь, а более качественную всегда припрятывают, то есть откладывают на потом.

Дальше надо отметить, что… Ну, вообще-то говоря, посмотрим, какой у нас сейчас курс рубля к доллару. Если в прошлом году на это время он был 64, сейчас мы имеем 57. Вот этим тоже много сказано, потому что зерновой рынок интегрирован в мировой. И цены сейчас на мировом рынке все-таки чуть-чуть лучше, чем в прошлом году, но не настолько, чтобы обрадовать наших рублевых, что называется, продавцов.

Игорь Абакумов: Давайте о рублевых продавцах спросим и о том, как это сказывается на потребительском рынке, у Елены Борисовны Тюриной, директора Института аграрного маркетинга. Елена Борисовна, добрый день. Вы с нами?

Елена Тюрина: Алло. Да, здравствуйте.

Игорь Абакумов: Елена Борисовна, как вы оцениваете ситуацию, когда зерно стоит дешево, а цены на прилавках и вообще цены не опускают на продовольствие?

Елена Тюрина: Вообще я оцениваю эту ситуацию как достаточно традиционную. Я тут сделала такой (наверное, не видно будет вам) график. Но здесь очень хорошо видно, что за последние 20 лет уже очень пропорциональное и поступательное развитие всех цен. Но есть, конечно, некоторые колебания, есть снижение цен на зерно. При этом стоит отметить, что цены на свинину, птицу и говядину остаются стабильными или же даже растут в этой ситуации. То есть можно говорить о том, что все-таки основной фактор – это рынок, это рыночные отношения. И конечно же, цены изменяются прежде всего под влиянием спроса и предложения.

Игорь Абакумов: Елена Борисовна, это все понятно, это классика. А куда деньги-то деваются? Где маржа? В одном месте убыло, а в другом месте…

Елена Тюрина: Где маржа? Ну, в общем-то, можно сказать, что вы очень правильно сегодня начали разговор о том, что в рынке одни выигрывают, а другие проигрывают. И к сожалению, у нас складывается такая ситуация, что в урожайный год производители зерна, именно мелкие производители сельхозтоваров проигрывают, так как цена резко падает, а выигрывают прежде всего трейдеры и перерабатывающие предприятия.

Игорь Абакумов: То есть вы хотите сказать, что маржа остается у посредника?

Елена Тюрина: У посредника, да. Или же она остается в рамках холдинга. Сегодня, в общем-то, есть новая тенденция, которая отмечается уже последние пять лет, то есть она уже, так сказать, не новая, – это увеличение посевных площадей в рамках холдинга, который производит и свинину, и птицу, и говядину. И сегодня на корма используется зерно, выращенное в рамках холдинга. То есть сегодня очень важный фактор при формировании цены – это уровень интеграции.

Игорь Абакумов: Спасибо, Елена Борисовна, спасибо. Это была Елена Тюрина, генеральный директор Института аграрного маркетинга.

Владимир Викторович, мы выслушали мнение маркетолога. Теперь постараемся понять – у нас есть вообще прогнозирование производства? Есть такое мнение среди аналитиков, я со многими общался – говорят, что наступает постепенно стагнация рынка, стагнация производства. Но эти разговоры мы слышим не первый год, но в силу инертности люди продолжают производить на благо Родины, "золотой каравай" начинаем производить, лозунги по-прежнему действуют. Как же так? "Хлеб – всему голова". А тут вдруг его девать некуда. Вот понимаете, в чем дело? Диссонанс какой-то образуется. Вроде как бы победные реляции, с одной стороны. А с другой стороны, люди в Орловской области по 4 рубля уже не могут килограмм зерна продать. По некоторым данным, уже и ниже, да? Вот как это? Есть прогнозирование какое-то или нет?

Владимир Петриченко: Что касается прогнозирования, то оно, скажем так, существует если не в отдельно взятых, но в отдельно построенных или, как правильно говорит Елена, холдингах, или же, что называется, в крупных компаниях, в транснациональных компаниях. Если бы мы посмотрели на это, как на общий такой отраслевой комплекс, то здесь наше сельское хозяйство, особенно зерновая индустрия абсолютно не монополизированная и даже не олигополизированная, и поэтому здесь, в общем-то, нет одного центрального проспекта, по которому все идут стройно и со знанием того, что впереди.

Игорь Абакумов: Слишком много "муравьиных троп", да?

Владимир Петриченко: Очень много. Настолько много… Ну, скажем, они, конечно, при этом действуют, естественно, в каком-то ключе, может быть, в одном направлении, но отчасти это и получается их определенная беда. Потому что, как говорится, побежали все в одну сторону – и произвели слишком много. Потом, так сказать, отхлынули – соответственно, получили дефицит. Допустим, самый яркий пример – это гречиха здесь. Вот у нас небольшой такой рынок, но вы знаете, какое социальное…

Игорь Абакумов: Производство дикое!

Владимир Петриченко: Да. И какое большое социальное внимание к этому товару.

Игорь Абакумов: Да, я помню, когда был сигнал о том, что будет неурожай, даже не сигнал, а просто слух прошел…

Владимир Петриченко: Да, просто слух.

Игорь Абакумов: Запасли полные холодильники и полные балконы!

Владимир Петриченко: Совершенно верно. По цене в 100 рублей за ядрицу. Можно сказать, что это какое-то сумасшествие. Вот сейчас очень интересный продукт, и понасеяли его на 40% больше, чем в прошлом сезоне. И тогда был неплохой урожай, но сейчас мы соберем 1,7 миллиона тонн гречихи. Такого не было никогда. Это, скажем так, в два раза больше, чем надо в принципе. А это не экспортный продукт.

Игорь Абакумов: Владимир Викторович, я хочу вам задать вот какой вопрос. Почему ваш центр, ваш аналитический центр дает прогноз больше, чем у Минсельхоза? Ведь у Минсельхоза, казалось бы, больше информации. Минсельхоз очень низкий прогноз урожая дает.

Но прежде чем вы будете отвечать, я хочу задать вопрос Ивану Валентиновичу Старикову, он сейчас у нас на связи должен быть. Иван Валентинович, профессор Института экономики Российской академии наук. Иван Валентинович, добрый день.

Иван Стариков: Добрый день, добрый вечер, Игорь Борисович и Владимир Викторович.

Игорь Абакумов: Вы как представитель академической науки – Института экономики Российской академии наук – не могли бы сказать, а как происходит в других странах, когда вот так резко падает цена на зерно? Вот чтобы не разорились наши земледельцы, чтобы они продолжали производить пшеницу, рожь, овес, кукурузу, чтобы они не жалели о том, что они так славно поработали, вот как это происходит в мире?

Иван Стариков: Ну, опыт других стран, крупнейших экспортеров, таких как, например, Соединенные Штаты Америки, нам все-таки отчасти применим. Почему? Потому что в мире нет прецедентов перевозки зерна железнодорожным транспортом на такие расстояния. Я почему говорю про железнодорожный? Потому что, если говорить, за Уралом производство зерна (Алтайский край, Омская, Новосибирская области, где большой экспортный потенциал), то примерно 4,5 тысячи километров до Новороссийска и примерно 5 тысяч до Находки и дальневосточных портов.

С чем бы я согласился с Владимиром Викторовичем? На самом деле меня трудно обвинить в том, что я сторонник какой-то монополизации, но мне кажется, что давно пора в производстве зерна создать некий аналог Зернового комитета, потому что вот эти, как вы называли, "муравьиные тропы" или "тараканьи бега", которые начинаются на немонопольном рынке, они в значительной степени начинают портить рынок. И ситуация усугубляется тем, что структура экспорта нашего зерна, если говорить честно, то третьего класса там на самом деле не так много.

Поэтому первый рецепт, мне кажется, здесь состоит в том, что Минсельхозу нужно всерьез подумать, не нарушая антимонопольного законодательства, все-таки подумать о создании некоего координирующего органа, который бы сегодня был императивом и регулировал в этом смысле рынок, ну, хотя бы в поставках на экспорт.

И вторая вещь, которая на сегодняшний день… Я не буду говорить про интервенции, потому что мне кажется… В прошлом году 900 с копейками тысяч тонн, и потратили более 9 миллиардов рублей. Сегодня, мне кажется, если урожай реально подтвердится больше прошлогоднего, то для того, чтобы интервенции хоть как-то повлияли на рынок, нужно на порядок больше выделить средств на интервенции. Понятно, что таких денег нет, поэтому здесь правительство, с моей точки зрения, всерьез должно озаботиться тем, как стимулировать сегодня экспорт за счет пошлинных мер поддержки, начиная от железнодорожных тарифов и кончая перевалкой, соответственно, в портах, каким-то субсидированием или поддержкой. И какие-то вспомоществования, что касается хранения. Но все в значительной степени будет зависеть, если продолжится дальнейшее укрепление рубля, крайне ненужное сейчас, то, безусловно, мы станем свидетелями серьезных проблем в нашем зерновом производстве.

Игорь Абакумов: Иван Валентинович, у наших партнеров по мировому рынку, я слышал, есть такое золотое правило, есть некий закон, по которому, когда цены опускаются ниже предела некоего, автоматически включается режим интервенций. Либо когда они достигают пика, тогда включается режим продажи этого зерна из интервенционных фондов. Это так?

Иван Стариков: Да, безусловно, система закупочных и товарных интервенций работает достаточно автоматически, в режиме. Это прописано в базовом законе в тех же Соединенных Штатах Америки. И в этом смысле все опять упирается в то, что мы, Игорь Борисович, не раз обсуждали у вас в передаче: а насколько на самом деле в стране сильно аграрное лобби? Нет у нас сегодня аграрного лобби в стране в полном смысле этого слова.

Игорь Абакумов: Иван Валентинович, я ваш посыл понял. Давайте я вас приглашу отдельно, мы поговорим по поводу аграрного лобби. Спасибо вам большое. У нас в гостях был Иван Валентинович Стариков, профессор Института экономики РАН.

Я надеюсь, Владимир Викторович, у вас была возможность подумать над вопросом, который я вам задал. Почему Минсельхоз дает на несколько миллионов тонн прогноз ниже?

Владимир Петриченко: Даже на десятки.

Игорь Абакумов: На десятки миллионов тонн. Это ведь не 1–2 миллиона тонн, которые тоже влияют на цену на рынке. Почему на десятки миллионов тонн ниже? Какой в этом интерес? Какая в этом хитрость? Какой в этом стратегический расчет, как вы считаете?

Владимир Петриченко: Ну, отвечая на это, мы понимаем, что это есть мои мнения.

Игорь Абакумов: Конечно. "Мое оценочное мнение".

Владимир Петриченко: Мое оценочное мнение, конечно же. Я могу ошибаться.

Первое. Есть, на мой взгляд, ошибочное представление в Минсельхозе, что если, что называется, придерживать определенным образом слишком эту радужную, даже можно сказать… ну, это не коллапс, а эту уникальную информацию, то мы, что называется, отрегулируем цены, и они не будут так сильно падать, по крайней мере на мировом рынке. Мы не говорим сейчас про Россию, где всем все ясно. Это я имею в виду – вот там, за бортом. Это раз. Я считаю, что это, конечно, неверно, ошибка, это неправильное движение, но таково оно есть, тут ничего не поделаешь. Второе…

Игорь Абакумов: Ну, дело в том, что Минсельхоз любую информацию придерживает.

Владимир Петриченко: Да, есть такое, что называется, осторожное и внимательное движение вообще ко всему информационному полю.

Второе – это просто-напросто, так сказать, быть консерватором, если за это отвечать. Потому что, как они правильно говорят, мы, аналитики, люди безответственные, а они ответственные. Ну, можно вполне понять, нормальная вещь.

Ну и третье. Если сейчас надо бороться за определенные субсидии (и тут я тоже поддержу) для сельского хозяйства перед Белым домом и Кремлем, то на фоне рекордного урожая что-то нелогично. Тогда уж лучше, как говорится, вот так, с такими цифрами идти за дополнительными субсидиями, допустим.

Игорь Абакумов: Отчитаться.

Владимир Петриченко: Да. А потом, когда уже, так сказать, Росстат подсчитает в декабре и в феврале, как это традиционно делается, тогда уже будет награждение…

Игорь Абакумов: …непричастных и наказание невиновных.

Владимир Петриченко: И наказание невиновных. Ну, надеюсь, невиновных тут не будет. Но если награда найдет героя…

Игорь Абакумов: Так невиновные будут те, кто это зерно вырастил, те, которые продать его не могут.

Владимир Петриченко: Ну, отчасти, в общем-то, да. Отчасти здесь будет определенная их невиновность.

Игорь Абакумов: Владимир Викторович, я понимаю, что людям хочется продать зерно побыстрее, потому что они брали кредиты. Но, с другой стороны, есть желание придержать его подольше, пока вырастут цены. А есть где хранить? Каково у нас состояние элеваторного хозяйства? Я, честно говоря, на моей памяти не помню, чтобы у нас современные элеваторы строились в последнее время.

Владимир Петриченко: Нет-нет, отнюдь. Эти элеваторы вводятся. Элеваторы вводятся как крупными компаниями, особенно теми, кто проектирует дальнейшее движение по переработке. Как ни странно, это и мукомолы в том числе. Есть несколько проектов… ну, скажем, два, допустим, по крайней мере по глубокой переработке, и там 100-тысячные элеваторы вполне устраиваются и устанавливаются. Но, конечно, самое важное и большое – это строительство металлических банок в сельхозпредприятиях.

Игорь Абакумов: Да. Я говорил с нашим производителем этих металлических емкостей для хранения зерна. Наши зрители, наверное, их часто видят, проезжая вдоль дорог, такие красивые металлические блестящие емкости, огромные вертикальные, где хранится зерно. Вот они работают в три смены сейчас.

Владимир Петриченко: Ну вот.

Игорь Абакумов: Мы знаем вообще, сколько у нас зерна хранится? Ведь эти емкости нигде и никак не проходят по статистике, насколько я понимаю. Это же внутрихозяйственные емкости.

Владимир Петриченко: Да. А если кто-то и отчитывается, то, что называется, может быть, и то в конце года, если и отчитается. Это такая вещь. То есть эта информация не оперативная, к сожалению, и кривая. Поэтому я давно уже не смотрю на Росстат, он неинтересен в этом смысле.

Грубые такие оценки, что хранение, единовременное хранение этого движущего зерна (оно очень серьезно движется туда-сюда), эти оценки – от 110 до 120–130 миллионов тонн единовременного хранения. Но при этом структура, конечно же, очень разная, потому что есть вот эти современные и хорошие, и там хранится зерно, и все правильно, а есть старые и убитые, и там вообще не хранится, они стоят полупустыми или пустыми вообще.

Игорь Абакумов: Сколько у нас не хватает емкостей для хранения?

Владимир Петриченко: Вы знаете, я сейчас не думаю, что у нас есть такое, чтобы его сильно не хватало даже для такого урожая в 130 миллионов тонн. Сейчас еще отдельно, что называется, особенно на юге…

Игорь Абакумов: То есть не будет такого, как в первые годы целины?

Владимир Петриченко: Нет, нет.

Игорь Абакумов: Не будет.

Владимир Петриченко: Хотя бы в биг-бэгах хранят, в таких больших полиэтиленовых…

Игорь Абакумов: Владимир Викторович, но у нас же есть экспорт.

Владимир Петриченко: Да, конечно.

Игорь Абакумов: Министр Ткачев заявил, что 40 миллионов мы сейчас просто сбросим моментально. Как дела с экспортом?

Владимир Петриченко: Это вот та самая палочка-выручалочка, которая должна действительно вытягивать зерновую индустрию, потому что внутренне потребление у нас, да, растет, но не так быстро, как производство. Если мы вырастем во внутреннем потреблении… В последние годы было 72–73 миллиона тонн, сейчас поднимаемся на 76–77 миллионов тонн – вот за два-три года.

Игорь Абакумов: А наши "узкие горлышки" – Новороссийск, Тамань, Ростов – они справятся с этим?

Владимир Петриченко: По моим оценкам, у нас номинально экспортные мощности – это более 50 миллионов тонн, ну, 55 миллионов тонн.

Игорь Абакумов: То есть хватает, да?

Владимир Петриченко: Это номинально. А учитывая погоду, фарватер и всякое прочее, мы в реальности можем где-то около 48 миллионов тонн отгрузить. Это без учета Балтийского коридора, не нашей мощности, и так далее.

Игорь Абакумов: Владимир Викторович, спасибо вам большое. Вы нас немножко обнадежили с экспортными возможностями.

У нас в гостях был Владимир Викторович Петриченко – генеральный директор аналитического центра "ПроЗерно", один из выдающихся наших аналитиков на зерновом рынке. Вы смотрели программу "Аграрная политика". Мы сейчас говорили о том, что у нас практически нет прогнозирования роста и возможностей реализации зерна в Российской Федерации. Фактически это так. С вами был Игорь Абакумов. Увидимся в следующий понедельник в любую погоду.

Написать комментарий

Выпуски программы

Выпуски программы

ГОСТИ

  • Олег Сухарев доктор экономических наук, профессор; Институт экономики РАН
  • Антон Табах главный экономист рейтингового агентства "Эксперт РА"
  • ГОСТИ

  • Олег Осипов автоэксперт, редактор сайта osipov.pro
  • ГОСТИ

  • Алексей Каротам психиатр
  • Алексей Кедринский изобретатель, создатель инновационных технологий, основанных на игре
  • Самуил Биндер независимый эксперт в сфере игорного бизнеса
  • ГОСТИ

  • Владимир Колмаков доцент РЭУ имени Г.В. Плеханова, кандидат экономических наук
  • ГОСТИ

  • Михаил Антонов координатор Общественного экологического проекта "
  • ГОСТИ

  • Василий Колташов руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений
  • Александр Чепуренко руководитель департамента факультета социологии НИУ ВШЭ
  • ГОСТИ

  • Лазарь Шубов доктор технических наук, профессор, член сообщества экспертов России по рациональному природопользованию
  • ГОСТИ

  • Тереза Дурова художественный руководитель "Театриума на Серпуховке", народная артистка России
  • ГОСТИ

  • Владимир Евстафьев заведующий кафедрой рекламы и маркетинга Института отраслевого менеджмента РАНХиГС при Президенте РФ, вице-президент АКАР
  • ГОСТИ

  • Павел Бранд невролог, медицинский директор сети клиник "Семейная"
  • Галина Кожевникова заведующая кафедрой инфекционных болезней РУДН
  • ГОСТИ

  • Сергей Лесков обозреватель Общественного телевидения России
  • ГОСТИ

  • Юрий Оболонский сопредседатель Всероссийского общественного движения "Национальный родительский комитет"
  • ГОСТИ

  • Ростислав Гольдштейн член Комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам
  • Михаил Блинкин директор Института экономики транспорта и транспортной политики ВШЭ
  • Александр Косарев первый заместитель генерального директора АО "Научно-исследовательский институт железнодорожного транспорта"
  • Сергей Габестро председатель Общественного совета при Минвостокразвития России
  • Показать еще
    Показать еще
    В Москве эвакуировали гостиницу "Космос" Также в городе эвакуировали 13,5 тысяч людей из восьми торговых центров
    вчера
    В Приморском океанариуме погибла белуха Она запуталась в рыболовной сети и утонула
    вчера
    В Ставрополе приготовили чизкейк весом более четырех тонн Чизкейк приготовили в честь дня города
    2 дня назад
    Лидера "Христианского государства" арестовали до ноября Он будет находиться под стражей до 22 ноября
    2 дня назад
    В Ставрополе приготовили чизкейк весом более четырех тонн Чизкейк приготовили в честь дня города
    2 дня назад

    ГОСТИ

  • Ярослав Амелин российский фотограф, галерист
  • Борис Пружинин доктор философских наук, профессор; Факультет философии НИУ ВШЭ
  • Зачем нам самоидентификация? Фотография как способ познания мира Стоит ли сохранять национальные традиции, язык и культуру народов? Что несет снимок?
    2 дня назад
    2 дня назад
    В Петропавловске-Камчатском прошел фестиваль "Море жизни" Он был посвящен теме сохранения морских млекопитающих
    2 дня назад
    Показать еще

    Сообщение сайта

    СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ

     
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    НАПИСАТЬ В ПРЯМОЙ ЭФИР

    Авторизация

    Регистрация
    Восстановить пароль
    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Регистрация

    *Поля отмеченные знаком «звездочка» обязательны для заполнения

    Восстановление пароля

    Введите адрес почты, который использовали для регистрации, и мы отправим вам пароль.

    Редактирование записи

    Восстановление пароля

    Введите новый пароль и нажмите соxранить

    Новая запись в раздел дежурные

    ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС

    КОД ВИДЕО

    Выберите размер

    twitter vk banner instagram facebook new-comments