Вирус пошёл в регионы и застал медицину врасплох. Почему на местах система не работает? А вместо губернаторов ситуацию «разруливает» Президент?

Вирус пошёл в регионы и застал медицину врасплох. Почему на местах система не работает? А вместо губернаторов ситуацию «разруливает» Президент? | Программы | ОТР

коронавирус, регионы, здоровье, вирус, пандемия

2020-11-01T17:41:00+03:00
Вирус пошёл в регионы и застал медицину врасплох. Почему на местах система не работает? А вместо губернаторов ситуацию «разруливает» Президент?
Реальные новости. Какие еще события запомнились жителям нашей страны за прошедшую неделю?
Прощай, великий футболист! Кто после Марадоны сможет забивать так же?
Вторжение американского корабля в нескольких километрах от Владивостока. Почему США не признают государственную границу России?
Последствия урагана в Приморье. Зима пришла, как всегда, неожиданно
Барон Хэмптонский и Сибирский. Кому пожаловала титул сама королева Елизавета Вторая?
«Не в деньгах счастье». Настольная игра от Минфина
Массовый подхват ковида. Когда Россия выздоровеет? И как за нами «проследят» по камерам, через телефоны, через Интернет?
Что случилось с ценами? Реальные цифры - нереальные цены. Как под конец года всё пошло вверх
ОТРажение недели. Полный выпуск. 29.11.2020
Дистанционка на берёзе. Смелый поступок студента из Омской области
Гости
Гузель Улумбекова
руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением, доктор медицинских наук
Александр Теслер
врач-психотерапевт, действительный член Российской Академии медико-технических наук

Константин Чуриков: На этой неделе коронавирус определился со своим дальнейшим маршрутом и… из Москвы пошел в регионы. Мы не будем вас долго мучить статистикой. Вот просто посмотрите сейчас на три кривые, которые появятся на этом экране: новые случаи по всей России; новые случаи по России без учета Москвы; и желтая линия – это Москва. Здесь видно, что более или менее в столице ситуация стабилизируется, а вот в регионах – проблемы. И не только с вирусом.

Смотрите, что произошло в Челябинске в субботу утром в ковидной больнице. Это была будка с медицинским кислородом. МЧС назвало то, что вы сейчас видели, не взрывом, а выбросом пламени. После этого выброса загорелись два этажа самой больницы, а также балкон и четыре квартиры в соседнем доме. Пожар удалось быстро потушить, никто не пострадал. Спасатели эвакуировали из больницы около 200 человек. Тяжелобольных направили в другие госпитали. По официальной версии, причиной ЧП стало короткое замыкание. Уже завтра, в понедельник, рабочие должны начать ремонт пострадавшей больницы.

Всю неделю из разных регионов страны приходили новости о нехватке коек и медперсонала. Чтобы и то, и другое появилось, медикам пришлось проявить изобретательность: привезти больных с COVID к администрации или, например обратиться к президенту с просьбой прислать военных врачей. Ну, в конечном итоге именно это и подействовало.

В ситуации разбирались на самом верху – на совещании Владимира Путина с министрами – в то время как губернаторы долго сомневались и не верили, что все действительно так.

Елена Тимонова – о медицине на местах.

СЮЖЕТ

Омская область, Омск

– Стоим у Министерства здравоохранения, уже две «скорых». Просто сказали: «В больницу брать не будем».

Елена Тимонова: 27 октября две кареты скорой помощи, весь день проколесив с больными по Омску, привезли их к зданию Минздрава. Пациенты – 70 и 80 лет, с поражением легких больше 80%. В госпитализации им отказали – мест нет.

– С 10 часов утра моя мама находится. Звоню – говорят: «Ждите, ждите, ждите. Ищем место».

Елена Тимонова: Место, кстати, чиновники Минздрава сразу нашли и начали служебное расследование. От работы временно отстранили зам. министра регионального ведомства Анастасию Малову, которая отвечала за скорую помощь.

Разбираться в ситуации приехали и из Москвы. Первое заявление: «Произошел сбой в системе. Есть проблемы с маршрутизацией, потоки пациентов скрещиваются в одной больнице». Управлять ими помог бы единый координационный центр, но его еще нужно создать.

Евгений Камкин, заместитель министра здравоохранения России: По результатам мы договорились о том, что сформируем эффективную схему маршрутизации, и утвердят ее на уровне региона.

Курганская область, Курган

Елена Тимонова: Хуже, чем в Омске, в Кургане.

– То есть сегодня один кабинет на всю эту толпу работает? Вы все стоите в очереди в один кабинет?

Елена Тимонова: «Ад», – так о медицинской помощи написали пациенты и врачи в письме президенту. Они попросили прислать в регион военных медиков, «пока народ не стал умирать прямо на улицах». Нехватка врачей, мест в больницах, перегрузка «скорой» – больные ждут ее сутками, а врачей из поликлиники – неделями.

Татьяна Золотых пережила онкологию, а во время COVID, говорит, чуть не умерла. С вирусом и левосторонней пневмонией она пешком ходила в поликлинику.

Татьяна Золотых, жительница Кургана: Я говорю: «Я не доживу до утра, я умру». Хуже, чем онкология, считаю. Я пережила онкологию. «Я умру». А мне отвечает «скорая» так спокойненько: «Мы на такие вызовы не выезжаем, женщина. Поликлиника работает до десяти. Вот и идите своим ходом».

Елена Тимонова: Региональный департамент здравоохранения признал: нагрузка на врачей в Курганской области высокая, нехватка – около тысячи работников. Проверка федеральных чиновников опять выявила сбой в системе.

Наталья Воробьева, депутат Курганской областной думы: У нас все-таки пострадало все из-за логистики, не были распределены потоки пациентов изначально, как это сделано сейчас. Думаю, конечно же, это комиссия повлияла, которая приехала. Однако это возможно. А если бы это было сделано до вот этого снежного кома, то мы бы предотвратили большое количество заражений.

Краснодарский край, Красноярск, Железногорск

Елена Тимонова: А здесь федеральные ревизоры, похоже, еще не были. Это город Железногорск Краснодарского края. Очередь в поликлинику – даже на улице. Люди с температурой и, возможно, пневмонией, часами стоят на прием к терапевту.

Такая же ситуация и в самом Красноярске. С прошлой недели заболевшие не могут вызвать врача на дом. Кто-то подхватил простуду, кому-то надо закрыть больничный, а у кого-то может быть коронавирус. Все – в одной очереди. О дистанции речи не идет.

Ирина, жительница Красноярска: Там мест нет. И очередь тянется аж до конца поликлиники. Мы стоим, мерзнем уже часа полтора все. И все с температурой стоят.

Иркутская область, Ангарск

Елена Тимонова: Очередями в поликлинику не удивишь жителей Ангарска Иркутской области.

– Вот это толпа. Лежат все, видишь? Ужас, ужас, ужас…

Елена Тимонова: Здесь в ожидании своей койки тяжелобольные пациенты лежат в коридорах городской больницы № 1. Чтобы было удобнее, подставляют стулья, сдвигают лавочки.

Ирина приехала сюда на «скорой» с 70-летним отцом, но оставлять в больнице его побоялась.

Ирина Ковальская, жительница Ангарска: Это очень страшно. Чтобы дождаться своего места, мужчина прождал целые сутки на стуле, просидел. У меня лежала женщина знакомая в отделении, сказала: «Пожилые люди, которые не могут себя обслужить и не могут дозваться, даже ходят под себя».

Елена Тимонова: В Ангарске под коронавирусных больных отведено пять госпиталей, но коек для всех не хватает. Под инфекционное отделение сейчас срочно перепрофилируют перинатальный центр. Женщин в роддоме будут принимать только в экстренных случаях, остальным придется ехать в Иркутск или в Усолье-Сибирское.

Липецкая область, Липецк

– Температуру мерили?

– Температуру я не мерила. Ну а так каждый раз меряем мы. Температура нормальная.

– Дедуля, у вас пневмония.

Елена Тимонова: С наплывом больных не справляются врачи и в Липецкой области. Четверть медиков – на больничном. Вызовы «скорых» увеличились в несколько раз.

Евгений Плохих, фельдшер скорой помощи: Люди боятся, поэтому вызывают с температурой 37,2–37,3. Все сразу вызывают «скорую».

Юрий Меринов, водитель скорой помощи: Все мы работаем на пределе. Очень много вызовов. Есть, конечно, и вызовы-«пустышки».

Елена Тимонова: В липецких больницах и поликлиниках решено приостановить плановый прием больных. Только онкология, гематология, сосудистые заболевания или экстренные случаи. Почти всех врачей отправили на борьбу с коронавирусом.

Елена Тимонова, Наталья Темник, Роман Микушин, Екатерина Новикова, ОТР.

Константин Чуриков: Сейчас вернемся к нескольким фрагментам этого сюжета. Сначала – женщина из Кургана, которой с пневмонией пришлось идти в поликлинику.

Татьяна Золотых, жительница Кургана: Я говорю: «Я не доживу до утра, я умру». Хуже, чем онкология, считаю. Я пережила онкологию. «Я умру». А мне отвечает «скорая» так спокойненько: «Мы на такие вызовы не выезжаем, женщина. Поликлиника работает до десяти. Вот и идите своим ходом».

Константин Чуриков: Ну, в этой истории мы, конечно, многого не знаем. И, по правде сказать, вообще не с любой пневмонией в больницу кладут, это зависит от степени поражения легких. Но в любом случае, слава богу, женщину вылечили. Спасибо докторам.

Ну и теперь к тому, что сказал доктор из Липецка.

Евгений Плохих, фельдшер скорой помощи, Липецк: Много температур. Люди боятся, поэтому вызывают с температурой 37,2–37,3. Все сразу вызывают «скорую».

Константин Чуриков: Ну а это тот случай, когда люди насмотрелись телевизора. И тут даже у здорового человека может начаться паника.

Ну и вот поэтому вице-премьер Татьяна Голикова предложила лечить легкие случаи COVID на дому. Это было сказано на совещании с президентом, который был вынужден вмешаться в ситуацию, поскольку губернаторы этого не делали.

Татьяна Голикова, заместитель председателя Правительства РФ: Анализ клинических особенностей течения новой коронавирусной инфекции показал, что медицинская помощь до 70% пациентов может оказываться в амбулаторных условиях. Лечение больных, как мы понимаем, должно начинаться как можно раньше – при появлении первых симптомов. Это позволит в том числе и разгрузить сам коечный фонд.

Владимир Путин, президент РФ: Хочу обратиться к руководителям регионов Российской Федерации. Мы отслеживаем, как Татьяна Алексеевна сказала, ситуацию в каждой территории, помогаем и будем помогать. Но не забывайте, пожалуйста, о своей ответственности, о том, что нужно сделать в ближайшее время.

Константин Чуриков: В среду президент поручил направить в регионы 11 миллиардов рублей на тесты, средства индивидуальной защиты и другую неотложную помощь больницам и поликлиникам. И еще 5 миллиардов Владимир Путин поручил немедленно выделить на бесплатные лекарства для граждан, которые лечатся дома.

При этом уже не первую неделю в аптеках как назло не хватает антибиотиков и противовирусных препаратов – это из-за новой обязательной маркировки лекарств. Ее введение Минпромторг вроде как приостановил, временно ввел систему в уведомительный режим, но лекарств в аптеках от этого больше не стало. На этой неделе из многих регионов страны приходили новости о невозможности купить нужные препараты.

Что происходит с нашей медициной? И при чем тут коронавирусный психоз? Вот сейчас об этом с Гузель Улумбековой поговорим, руководителем Высшей школы организации управления здравоохранением, доктором медицинских наук, и Александром Теслером – это врач-психотерапевт, действительный член Российской академии медико-технических наук. Здравствуйте, Гузель Эрнстовна и Александр Оскарович.

Давайте, Гузель Эрнстовна, с вас начнем, все-таки про эту модернизацию и оптимизацию здравоохранения. То, что мы видим в регионах – просто не хватает врачей, некуда класть пациентов, прочие жалобы – это само по себе такая ситуация на местах возникла сейчас или это какой-то результат реформ, оптимизации здравоохранения?

Гузель Улумбекова: Во-первых, то, что сегодня случилось, можно охарактеризовать таким образом: плотина прорвалась. Плотина чего? Катастрофической ситуации в регионах с дефицитом не только коек, но и медицинского персонала: врачей, медсестер, даже нянечки пишут.

И вот эту ситуацию, конечно, можно было однозначно предвидеть. И то, что сегодня произошло – это провал управления исполнительной власти. У нас врачей, медицинских работников вообще всех и коек не хватало еще до эпидемии. И в этой ситуации, естественно, надо было создавать резервы кадров. И то, что сегодня произошло – это было предотвратимо. И то, что произошло – это прокол Министерства здравоохранения и социального блока Правительства.

Константин Чуриков: За какие годы прокол? Вот когда эта оптимизация так широко прошлась по стране?

Гузель Улумбекова: Нет, вы знаете, оптимизация проходила с 2012-го по 2018 год. И это, конечно, грубейшая ошибка наших экономистов. А то, что сегодня происходит, осенью, вот прорыв этой плотины… Кстати, это вина не только Министерства здравоохранения и социального блока, который, к сожалению, достаточно опытным человеком и сильным аппаратным возглавляется, Татьяной Алексеевной Голиковой. Это еще и вина губернаторов, которые замалчивали сложившуюся ситуацию в регионах.

Константин Чуриков: Возвращаюсь к наличию кадров и к койко-местам. Ну, ни врачей не хватит, ни коек не хватит, если через СМИ будет продолжаться такая атака на людей, которые каждый день слышат: «Ой, еще столько умерло. Ой, опять антирекорды. Ой, мама дорогая! Что делать?» Мне кажется, сейчас уже такая ситуация, что даже не совсем больной человек, у которого 36,7, он уже вызывает «скорую», потому что боится.

Александр Оскарович, вопрос к вам. Как это влияет, как вы думаете? И как это преодолеть?

Александр Теслер: Мы все время ждем от государства помощи, поддержки, а получается, что государство как-то само раскачивает лодку. И со всех сторон мы слышим какие-то ужасы. Вместо того чтобы каким-то образом поддержать, дать возможность в трудные времена людям, оказавшимся без руля и без ветрил… продолжают раскачивать дальше.

Все время говорят, как все ужасно, как все плохо. С другой стороны говорят, как у нас растет помощь, какие у нас потрясающие результаты. Но когда человек заболевает и пытается получить какую-то помощь, он ее получить не может. И люди в подвешенном состоянии. С одной стороны, им говорят: «Вы в любой момент можете заболеть». А с другой стороны, они твердо знают, что если они заболеют, то у них все посыплется, но тем не менее вряд ли им смогут оказать достойную помощь.

И как-то нет поддержки. Все время нагнетается какая-то ситуация стресса. Люди в этой хронической ситуации. Причем это ситуация стресса не только в здравоохранении, но и в экономике. Люди не видят завтрашнего дня, не видят опоры.

Константин Чуриков: Об экономике – буквально через несколько секунд.

А выход какой из этого, Гузель Эрнстовна? Если можно, коротко. То есть что делать сейчас? Кроме того, что увеличивать финансирование, обеспечивать врачей зарплатой, всем необходимым оборудованием и так далее.

Гузель Улумбекова: Константин, вот о чем говорил уважаемый коллега? Он говорил о том, что люди должны быть уверены в завтрашнем дне и в том, что им окажут медицинскую помощь. Доступная медицинская помощь = достаточное число врачей. А достаточное число врачей = нормальная зарплата, которая компенсирует все риски и переработки медицинских работников. А это = бюджет. Это первое.

Второе. Что немедленно должно делать министерство? Не выпускать… Кстати, на этой неделе наше министерство выпустило приказ о запрете выступать врачам без согласования. Вот не полицейские меры нужны, а нужно, чтобы каждый день, как «Отче наш», министр со своими замами перед вами – перед прессой, перед средствами массовой информации – проводил ежедневные брифинги, где бы он ясно, четко, спокойно сказал: что делается, что сегодня сделано, что запланировано на завтра, чего должны ожидать люди и как они должны себя вести.

Вот когда это будет, тогда и не будет массовой паники, и не будут черпать информацию неизвестно откуда.

Константин Чуриков: Спасибо большое. У нас были в эфире Гузель Улумбекова, руководитель Высшей школы организации управления здравоохранением, доктор медицинских наук, и Александр Теслер, врач-психотерапевт, действительный член Российской академии медико-технических наук. Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)