Зам. председателя московского общества пчеловодов: Наша продовольственная безопасность во многом будет зависеть от того, удастся ли нам сохранить пчел

Зам. председателя московского общества пчеловодов: Наша продовольственная безопасность во многом будет зависеть от того, удастся ли нам сохранить пчел
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Гости
Игорь Абакумов
доцент МСХА им. К.А.Тимирязева, издатель портала «Крестьянские ведомости»
Александр Пономарев
заместитель председателя Московского общества пчеловодов

Рубрика «Аграрная политика». Ученые бьют в набат: в этом году Россия может потерять половину пчел. А ущерб из-за их гибели составит десятки миллиардов долларов. Игорь Абакумов вместе с гостем пытаются разобраться, кто и что за этим стоит.

Игорь Абакумов: Альберт Эйнштейн сказал, что через три года после того, как исчезнет последняя пчела, начнут умирать люди, потому что 80% растений, которые человек употребляет в пищу, опыляются только пчелами. И никакая электронная экономика ему не поможет.

С вами программа «Аграрная политика», Игорь Абакумов. А у нас в гостях – Александр Сергеевич Пономарев, заместитель председателя Московского общества пчеловодов и главный редактор портала «Мир пчеловодства».

Александр Пономарев: Здравствуйте, Игорь Борисович.

Игорь Абакумов: Верно?

Александр Пономарев: Все так, верно.

Игорь Абакумов: Более того, Александр Сергеевич – не просто пчеловод, а пчеловод в мировом масштабе. Он еще и дипломат, который знает прекрасно Юго-Восточную Азию, который прекрасно знает пчеловодов Юго-Восточной Азии.

Но сейчас я хочу сначала посмотреть материал из Рязанской области, из села Чернава – это в 150 километрах от Рязани. Там в начале мая погибли десятки тысяч пчел. Все это произошло после обработки пшеничного поля химикатами против вредителей.

СЮЖЕТ

Игорь Абакумов: Александр Сергеевич… Напомню – Александр Сергеевич Пономарев, заместитель председателя Московского общества пчеловодов. Александр Сергеевич, проблема типичная. В прошлом году это был Волгоград, был повальный мор пчел. В этом году уже началась Рязань и некоторые более южные регионы, уже такие сигналы пошли. Что происходит? Это связано каким-то образом с коллапсом пчелиной семьи? Или это связано с тем, что происходит сейчас в североамериканских штатах, где пчелы мрут, как мухи? Что у нас-то происходит?

Александр Пономарев: У нас проблема такая же, как во всем мире: гибнут пчелы. Если Эйнштейн когда-нибудь и говорил о том, что через три…

Игорь Абакумов: Говорил, говорил.

Александр Пономарев: Говорил, да? То вначале, прежде чем умрут пчелы, погибнут, исчезнут коммерческие пчеловоды, то есть пчеловоды, которые производят мед для продажи, не для души. У них, допустим, пасека на сто семей, на тысячу семей. Производство меда станет нерентабельным, потому что, во-первых, его становится все более сложно произвести, и произвести мед хорошего качества, потому что контроль во всем мира, да и у нас тоже, начинает ужесточаться. Чем дальше, тем больше вводится всяких ограничений.

Сложнее будет продать этот мед, потому что рынки завалены фальсификатом. То есть вроде бы это и мед, но если вы идете в лабораторию, вам говорят: «Извините, товарищ, тут не совсем мед. Тут есть сахара, которых в натуральном меде присутствовать не должно».

Ну и последнее – это то, что пчеловодов и сейчас очень мало, молодых пчеловодов, не идет молодежь туда. А пожилые пчеловоды… Ну, сколько можно разочарований в жизни? Вот они потихонечку уходят. То есть это одна из главных проблем – старение пчеловодства, наряду с теми проблемами, которые я перечислил.

Игорь Абакумов: Я бы не сказал, что молодежь не идет в пчеловоды – просто, видимо, то ли нет информации, то ли они не светятся. Все-таки это тихий бизнес, да? Он такой удаленный.

Александр Пономарев: Да.

Игорь Абакумов: Они сидят где-то на опушках лесов. От бабушки и от дедушки достались ульи. Они поняли, что это все-таки стоит денег. Килограмм меда – сейчас сколько средняя цена по Москве, допустим?

Александр Пономарев: По Москве, наверное, все-таки за 600 рублей вы можете купить.

Игорь Абакумов: 600 рублей?

Александр Пономарев: Можно и подешевле. Но лучше не покупать подешевле.

Игорь Абакумов: Ну, по стране где-то 300, да?

Александр Пономарев: Ну, где-то, наверное, 300–400.

Игорь Абакумов: 300–400, да? Все-таки это деньги. Вот человек говорил, что он потерял миллион на своей пасеке. Другой человек потерял 400 тысяч. Но их там 30 человек. Если перемножить, то это же большие деньги. Для одного села это огромные деньги, колоссальные деньги. А село-то не одно. И люди-то не все нам сообщают, что происходит. И не за всех заступается тот же Россельхознадзор, то же Министерство сельского хозяйства не за всех заступается. И заступается ли вообще? Вот вопрос.

Александр Пономарев: Вроде как заступается, а вроде как и нет. Потому что в мире сейчас происходят удивительные события: пчеловодство вышло уже на уровень Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций. В конце декабря 2017 года было принято постановление Генеральной Ассамблеи о том, чтобы ввести Всемирный день пчел, а правильнее сказать – защиты пчел. И теперь во всем мире отмечают это событие, то есть даже у нас, вы не поверите. Тихое такое место, где о «пчеловодной дипломатии» так называемой вообще никто не слышал до недавнего времени.

Игорь Абакумов: А давайте сейчас спросим у наших слушателей, слышали ли они или не слышали. У нас на связи Владимир из Тюменской области. Владимир, вы слышали что-нибудь о Дне пчеловода Организации Объединенных Наций?

Зритель: О Дне пчеловода я не слышал. Здравствуйте.

Игорь Абакумов: А что у вас происходит? Здравствуйте.

Зритель: Рад вас видеть, постоянно смотрю вашу программу. Попробовал позвонить – и сразу дозвонился.

У меня такая проблема. Я уже больше 30 лет пчелами занимаюсь, ну, для себя держу. На данный момент у меня шесть семей. Живу в деревне, в Уватском районе, село Горнослинкино. Стрижи, вот второй год стрижи табунами. Сейчас ходил и разгонял их. Так пчел мало, а еще стрижи вылавливают. Вот стрижи вылавливают их. И не знаю, что делать, как бороться с ними.

Игорь Абакумов: Ну как? Хлопушками, как обычно.

Зритель: Хлопушками?

Игорь Абакумов: Ружье без дроби заряжаете – и все, и хлопаете.

Зритель: Ну, сразу здесь нас арестуют с ружьем-то.

Игорь Абакумов: Да нет, холостые выстрелы. Ну что вы? У вас проба просто оружия. Спасибо, спасибо. Скажите, вы еще не ушли из эфира?

Зритель: Слушаю вас.

Игорь Абакумов: Скажите, как у вас складывается с мором пчел? Есть что-нибудь, какие-нибудь тревожные сигналы? Вас предупреждают о химических обработках или нет?

Зритель: Да у нас здесь сейчас ничего не сеют, поля все заросли.

Игорь Абакумов: Так вам лучше, у вас золотые места просто для пчеловода.

Зритель: Да-да-да. Но вот стрижи – это проблема.

Игорь Абакумов: У нас еще из Томской области звонок, сейчас ваш коллега продолжит разговор. Кто у нас из Томской области? Юрий, здравствуйте.

Зритель: Алло-алло.

Игорь Абакумов: Здравствуйте.

Зритель: Алло. Это из Томской области вас беспокоят.

Игорь Абакумов: Да, понятно.

Зритель: Огромное спасибо, что вообще такая передача есть у вас. Вы такие темы затрагиваете! Сейчас очень многие пчеловоды… Я даже представлюсь: Голубовский Юрий Петрович из Томской области.

Игорь Абакумов: Спасибо.

Зритель: У нас в позапрошлом году тоже такая была беда – у нас отравили пчел клонрином непроверенным, от шелкопряда. Не предупредили. Не разрешили даже нам провести… не то что не разрешили, а создали такие условия, что химанализ, что именно пчелы были отравлены этим препаратом… ничего у нас не получилось. Вот примерно так. А начальник департамента лесного хозяйства, некто Малькевич, его в какое-то время после всего этого прихватили с взяткой именно по этому делу, что травил он этим непроверенным лекарством.

Игорь Абакумов: Понятно. Спасибо, спасибо.

Александр Сергеевич, гость наш, скажите нам, пожалуйста, насколько типичны такие явления для Российской Федерации, когда пчелы гибнут не от пожара, пчелы гибнут не от естественных вредителей, а пчелы гибнут от человеческой деятельности?

Александр Пономарев: От человеческой деятельности, от неопытности фермеров, от того, что пчеловоды не очень хорошо разбираются в том, какие угрозы несет индустриализация сельского хозяйства. И отсутствие коммуникации, что называется, между пчеловодами и широкой общественностью. Очень много в нашем пчеловодстве белых пятен. Попробуйте найти какую-нибудь достоверную информацию о нашем пчеловодстве – вы потратите целый день. И вы обнаружите мифы (мне с этим приходится сталкиваться просто как главному редактору портала), от которых волосы дыбом становятся. И произносят эти мифы или озвучивают люди, которым, в общем-то, это нельзя делать.

Надо внимательно изучать, в том числе и опыт других стран. Мы не одиноки в том, что гибнут пчелы от отравления, но существуют определенные механизмы защиты пчеловодов, существует страхование пчеловодов, потому что это бизнес. У нас пока не считается это бизнесом, хотя «ударники капиталистического труда» не любят рассказывать о своих достижениях. И достижения профессиональных пчеловодов очень редко у нас освещаются.

Игорь Абакумов: Вот давайте осветим достижения профессионального пчеловода. У нас есть материал, репортаж с Алтая, из Алтайского края, из города Бийска. Ну, недалеко от города Бийска есть пасека, на которой и работает замечательный человек. Смотрим.

СЮЖЕТ

Игорь Абакумов: У нас просто шквал звонков! Владимир из Нижегородской области, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Это вас беспокоит Владимир из Нижегородской области, деревня Бурцево.

Игорь Абакумов: Очень приятно.

Зритель: Я тоже пчеловод с 30-летним стажем. Для себя держу семей в пределах 12–15 штук, пасека небольшая. Средняя взятка у меня была на семью до 30–40 килограмм на улей.

Игорь Абакумов: Очень неплохо для Нижегородской области, я вам скажу.

Зритель: Да. У нас живописное место, рядом лес, речка протекает, озеро.

Игорь Абакумов: Хорошо. А трудности у вас есть, кроме красот?

Зритель: Что?

Игорь Абакумов: Трудности какие?

Зритель: Трудность заключалась вот в чем. Начиная с прошлого года, у нас в Нижнем Новгороде прошел Чемпионат мира по футболу, и в нашей деревне поставили вышку связи «Мегафон». И у меня, и у пчеловодов нашей деревни и соседних сложилось такое мнение, что после того, как стала работать вышка, пчелы потеряли ориентацию, в том числе и матки перестали возвращаться в улей. Были случаи, что даже семьи осенью полностью покидали свои домики. Буквально заканчиваешь в сентябре кормление, нормальная сильная семья на 8–10 рамках, а через 3–4 дня смотришь – улей совершенно пустой. Уходила семья вместе с маткой, оставляя даже расплод. Это было удивительно! У меня такой случай был.

Игорь Абакумов: То есть матка оставляет своих детей, практически бросает их?

Зритель: Да, что крайне, скажем, не находит ответа. А были случаи, что просто пчелы улетали и оставляли молодую матку, молодую роевую матку с десятком, с двумя десятками пчел, а весь улей тоже на 10 рамках совершенно покидал. Вот сложилось мнение, что пчелы улетали за взятком и назад не могли найти дорогу.

Игорь Абакумов: Вы совершенно правы. Нарушаются магнитные силовые линии, видимо. Так ведь, Александр Сергеевич, да?

Александр Пономарев: Очень много теории есть на этот счет. Кто-то говорит, что действительно это причина коллапса, кто-то ставит это под сомнение. Здесь сразу не найдешь ответа, потому что компании, которые выпускают телефоны современные, смартфоны, они никогда не признают этого, то есть они сделают все, чтобы это опровергнуть.

Игорь Абакумов: Ну, у них денег-то больше, чтобы доказать, что они правы, да?

Александр Пономарев: Безусловно, безусловно. Были попытки, по-моему, в Германии вынудить, доказать, что это действительно бедствие для всего пчеловодства, но пока эти попытки остаются попытками, не более того. Каких-то мер здесь ожидать не приходится.

Должна быть какая-то программа развития пчеловодства – тогда удастся мобилизовать силы и общественности, и специалистов, и привлечь академические какие-то круги к изучению всего этого дела. Должны быть деньги выделены немалые на проведение исследований. Это все стоит очень больших денег, естественно.

Игорь Абакумов: Александр Сергеевич, но ведь игра-то стоит свеч. Мы, кстати, недавно, по-моему, отметили 100-летие ленинского декрета о пчеловодстве.

Александр Пономарев: Да, совершенно верно.

Игорь Абакумов: Как-то он тихо прошел, тихонько его отметили где-то в Госдуме, да? Кулуарно спели «Интернационал» – и на этом все закончилось.

Александр Пономарев: Я был на этом мероприятии…

Игорь Абакумов: А дело в том, что это колоссальная экономическая проблема. Это ведь колоссальная экономическая проблема! Ведь отдельные виды растений действительно не опыляются ничем, кроме пчел. Гречиха, например. Гречиха! И повышение урожайности других культур до 30% идет после того, как пчелы на них посидели.

Александр Пономарев: Совершенно верно.

Игорь Абакумов: Лук, например, да? Цветение лука обязательно должно происходить с пчелами. Тут же история-то такая. У нас ведь пчеловодам никто не платит за то, что они свои пасеки выдвигают. Наоборот – стремятся с них деньги получить. Это что – необразованность, глупость или вредительство какое-то?

Александр Пономарев: В ряде регионов уже платят пчеловодам – не ахти какие большие деньги, но тем не менее начинают.

Игорь Абакумов: Это неважно. Хоть рубль, хоть рубль.

Александр Пономарев: Да, уже начинают это делать. Это, по-моему, в Краснодарском крае.

Игорь Абакумов: В Краснодарском, да.

Александр Пономарев: Там, где и садов будет очень много. Вообще наша, так сказать, политика в области обеспечения продовольственной безопасности будет зависеть в немалой степени от того, удастся ли нам сохранить пчел, по крайней мере на нынешнем уровне. А количество пчел у нас сократилось.

Игорь Абакумов: Наша политика в области экспорта продовольствия, экологически чистого продовольствия, она зависит от пчеловодства.

Александр Пономарев: Безусловно, да. И стоимость продуктов, которые производятся благодаря опылению пчелами, где-то почти на порядок дороже продуктов, которые производятся… ну, допустим, ветроопыляемые, самоопыляемые культуры. То есть это данные Организации Объединенных Наций, проводилось где-то 10 лет тому назад исследование, где было все подчеркнуто. Допустим, орехи, фрукты, овощи гораздо важнее экспортировать, чем экспортировать зерно – допустим, ячмень, пшеницу, ту же самую кукурузу.

Это еще нам предстоит осознать и разработать какую-то стратегию защиты опылителей – то есть не только медоносных пчел, а всех полезных насекомых. Сюда входят, естественно, и шмели, и одиночные пчелы, а таких очень много. Пчелы осмии – великолепные опылители. Нужно будет участие, допустим, представителей всех секторов пчеловодства. Пчеловоды – это только одна часть пчеловодной индустрии. Есть переработчики меда, есть импортеры, экспортеры меда. Есть опылители-пчеловоды, и их тоже нужно как-то вовлечь. Есть академические наши круги, учены. У нас есть Институт пчеловодства…

Игорь Абакумов: Кто должен быть инициатором такого разговора? Кто?

Александр Пономарев: Создан был в ноябре прошлого года консультационный совет, куда вошли 40 человек, представителей всех секторов. Это был первый съезд подобного рода.

Игорь Абакумов: Кто инициатором был?

Александр Пономарев: Инициатор – Капунин Валерий Павлович, конкретный инициатор.

Игорь Абакумов: Это частное лицо?

Александр Пономарев: С одной стороны, он частное лицо…

Игорь Абакумов: Меня тревожит, что это не Минсельхоз.

Александр Пономарев: Это не Минсельхоз.

Игорь Абакумов: Вот! Точку поставим сейчас и примем еще один звонок, последний, финальный.

Александр Пономарев: Хорошо.

Игорь Абакумов: Из Кемеровской области, издалека давайте примем. Николай, здравствуйте, вы в прямом эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Игорь Абакумов: Если можно, короткий вопрос, короткий вопрос, у нас мало времени осталось.

Зритель: Короткий вопрос. В связи с этим коллапс – бесконтрольный перевоз всех пчелосемей по стране. Ветеринарная служба не работает, везут всю заразу, инфекции, везут из Казахстана. В Казахстане болеют вирусными заболеваниями. Есть заболевания вирусные, а есть такие заболевания, которые у нас впервые здесь.

Игорь Абакумов: То есть никогда не встречались ранее заболевания, да? Видите, еще одна грань проблемы. Спасибо, Николай.

Еще одна грань проблемы. Александр Сергеевич, видите, еще одна грань проблемы.

Александр Пономарев: И очень серьезная.

Игорь Абакумов: Бесконтрольное перемещение пчел, трансграничное перемещение. Это вопрос к Россельхознадзору прежде всего и к таможне нашей, да?

Александр Пономарев: Тут вопрос ко всем. Люди, которые заинтересованы в приобретении пчел, не прошедших, допустим, определенные карантинные мероприятия, создают угрозу и для себя, и для других. То есть должна быть пчеловодная инспекция или инспекция по пчеловодству. Когда-то была у нас такая, сейчас ее нет. Есть только в отдельных регионах остатки того, что называлось Пчелопром.

Игорь Абакумов: Там, где пчелокультура есть, грубо говоря. Башкирия, наверное, да?

Александр Пономарев: Да, безусловно. Татарстан.

Игорь Абакумов: Татарстан и Башкирия.

Александр Пономарев: Да. Другие – я не знаю. Может быть, в Алтайском крае есть, но я не знаю. Но без этого бороться даже с традиционными болезнями… Допустим, американский гнилец. Пример: в Новой Зеландии около 600 пчелиных семей каждый год болеют американским гнильцом. У них разработана колоссальная программа мероприятий, но они смогут справиться с этой болезнью только к 2030 году, то есть настолько это все серьезно. Это должна быть целенаправленная политика. И это только один пример вот этой политики.

Игорь Абакумов: Александр Сергеевич, скажите, пожалуйста, у нас есть федеральный орган по пчеловодству – да или нет?

Александр Пономарев: Нет конечно. А откуда ему взяться?

Игорь Абакумов: Нет. Очень печальный результат, очень печальный.

Александр Пономарев: Очень печально. Ну, таковы реалии.

Игорь Абакумов: Мне очень жаль, что на такой печальной ноте приходится заканчивать программу. Спасибо.

Александр Сергеевич Пономарев у нас был в гостях, заместитель председателя Московского общества пчеловодов, главный редактор портала «Мир пчеловодства». На этом «Аграрная политика» с вами прощается – не надолго, до следующего понедельника. Был Игорь Абакумов с вами. Увидимся через неделю в любую погоду.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски