Дмитрий Матвеев: Сыр сегодня должен стоить не менее 500 рублей. Дешевле не получается

Гости
Дмитрий Матвеев
президент группы компаний «Кабош», эксперт рынка сыра

Рубрика «Аграрная политика». Честный сыр по доступной цене. Бывает ли такое сегодня? И почему производить суррогат в России выгоднее?

Игорь Абакумов: Недавно случилось эпохальное событие. Премьер министр издал документ, по которому будет наводиться порядок на молочном рынке. Будет введена так называемая прослеживаемость продукции. Что это такое? Это значит, что вы можете в магазине определить, на какой ферме выпущено молоко, или на каком предприятии выпущен сыр. Кому от этого хорошо? Наверное, всем нам. А вот кому от этого плохо, мы сейчас и определим. У нас в гостях глава компании «Кабош», из Великих Лук, Псковской области. Дмитрий, здравствуйте!

Дмитрий Матвеев: Добрый день.

Игорь Абакумов: Итак, Дмитрий Матвеев, президент группы компаний «Кабош», он же генеральный директор.

Дмитрий Матвеев: Да.

Игорь Абакумов: Тяжела ты, шапка Мономаха.

Дмитрий Матвеев: Ну, если я руковожу компанией, значит, как бы не так она тяжела. Конечно, как бы тяжело руководить, но, как кто-то из великих сказал, что если вы умеете руководить 2 людьми, то, что касается свыше уже 2-х, не становится проблемой.

Игорь Абакумов: Практически да. Что такое «Кабош»? Похоже на дебош. А в сырном деле это что?

Дмитрий Матвеев: Кабош имеет прямое отношение к сыру, к нашему. Кабош это вообще неологизм, который был создан от французского слова «кабошон». Есть такое во французском слове кабошон понятие, это способ огранки ювелирного камня. И тем самым мы хотели показать, что каждая голова нашего сыра, которую мы выпускаем, это как ювелирные камни. И мы относимся к ним, как к ювелирным камням, к сырам. Потому, что все сыры, если говорить о разных группах сыров, голландская, итальянская, испанская, все сыры, они по-разному делаются и по-разному созревают. Это самое главное, что в сыре, созревание сыра.

Игорь Абакумов: Дмитрий, уже идет аромат от этих сыров. Но мы сейчас будем…

Дмитрий Матвеев: Я рад, что вы ощущаете.

Игорь Абакумов: Да, уже начинает меня смущать, и, по-моему, операторов тоже. Вы скажите, пожалуйста, что стоит за документом, который выпустил премьер министр? О прослеживаемости? Кому от этого, прежде всего, кому от этого будет плохо?

Дмитрий Матвеев: Ну, плохо будет недобросовестным производителям. Не только производителям, но и компаниям, которые фасуют продукцию. Вы знаете ,что сегодня на рынке есть производители сыров, есть компании, которые фасуют их. Есть естественно компании, которые как мы, которые являются и производителями сыра, и мы сами же фасуем. Мы являемся вертикально интегрированным агропромышленным холдингом полного цикла. То есть, мы сами производим и корма, сами производим и молоко.

Игорь Абакумов: Дмитрий, одну секундочку. Мы хотим, чтобы вы не просто рассказывали. Давайте посмотрим, как это все происходит.

Дмитрий Матвеев: Ну, давайте.

Игорь Абакумов: Мы сейчас попросим наших режиссеров дать материал, который мы сняли в Великих Луках.

«СЮЖЕТ»

Игорь Абакумов: Дмитрий, вот зрители уже пишут. И пишут, и пишут, и пишут. «У нас в Костроме есть можно только аргентинский «Пармезан», все остальное – чистый пластилин». Ну, я не буду говорить про остальные сыры. Еще одна женщина, по-моему, многодетная мать, спрашивает, ну, видимо, зарплата не очень высокая, доход не очень высокий, - «Каким образом отличить подделку от настоящего сыра? Потому, что я хочу давать детям чистый белок». Что вы можете сказать? Как можно отличить?

Дмитрий Матвеев: Ну, самое простое, можно отличить, прочитав на задней этикетке, кто производитель.

Игорь Абакумов: Ну, вы знаете, ну, мало ли что пишут?

Дмитрий Матвеев: Да, да, ну, вот я хотел сказать, к сожалению, законы на сегодняшний день позволяют не писать производителя сыра. И на многих этикетках вы увидите, тут написано просто «Производство республики Беларусь». Вот поэтому, конечно что бы я советовал, выбрать, допустим, марку, ну, конечно, я советую наши сыры выбрать. И пользуясь, случаем хотел бы сказать, с 15 ноября, полтора месяца вот в 12 000 магазинов «Магнит» будет представлен наш сыр. И любой желающий, в принципе, может попробовать.

Игорь Абакумов: О ваших взаимоотношениях с торговыми сетями чуть попозже. Все-таки, как выбрать? На вкус, по текстуре, органолептика? Пробовать то не везде дают, только на рынке.

Дмитрий Матвеев: Да, но вам придется все равно так или иначе купить сыр, а дальше его нужно конечно пробовать на вкус. Но вот тут знаете, тут сложно, как бы за 2 минуты сказать, как выбирать сыр, потому, что все сорта сыров, видите, даже если вот мы здесь возьмем, есть сорта сыров, допустим, вот это насыпной сыр. Это почему, потому, что видите, у него маленькие «глазки». Вот это пластовой сыр, пластовой сыр. Вот это сыр «Маасдам», это сыр с пропионовыми бактериями, вы видите, здесь на самом деле как бы дырки.

Игорь Абакумов: Дырки большие.

Дмитрий Матвеев: Это все зависит от того, как, каким способом сыр производился. Его нужно попробовать. Попробовать, ну, и желательно почить все-таки, как бы из чего этот сыр состоит. По-другому вы никак не определите. Ну, и конечно, я советовал бы узнавать, узнавать о том сыре, о той марке сыра, которую вы покупаете. Больше почитать о ней в интернете. Потому, что если вы серьезно подходите к здоровью своей семьи.

Игорь Абакумов: Своих детей, в частности.

Дмитрий Матвеев: Своих детей, да, я советую читать просто. Мы кстати, мы собирали 45 человек на этой неделе вот в Москве, мы как раз таки беседовали с потребителями. У нас был такой, так называем, воркшоп, и вы знаете, мы попроси, как бы компании привезти нам 15 покупателей с разных сетей. И мы общались с ними на тему как раз таки того, что ими движет, как они покупают, как они выбирают сыр. И вы знаете, чему я как бы был удивлен? Что из 15 покупателей только 1 покупатель сказал, что он, как бы читает этикетку. Это на самом деле, нас немного как бы шокировало.

Игорь Абакумов: Может быть, нет культуры потребления сыра?

Дмитрий Матвеев: Да, да это на самом деле действительно так, потому, что ну, все же понимают, что до 90 года в России, в СССР был только один, два было вида сыра.

Игорь Абакумов: Дмитрий, телефонный звонок, Константин, Михаил из Ставрополья. Вы в эфире, Михаил, здравствуйте. «Аграрная политика» вас слушает.

Зритель: Это, скажите, пожалуйста, это голштинская порода немецкая или австрийская?

Дмитрий Матвеев: У нас голштино-фризская порода, 5 с половиной тысяч голов, которые были завезены из Австралии. Но сейчас они все американизированные, потому, что мы все семя закупаем только в Америке.

Зритель: Ага, в Америке. Ну, они, будьте любезны, они дорогие сейчас? Мы тоже на свою фирму симментал закупаем.

Дмитрий Матвеев: Конечно, племенной скот, а у нас весь скот племенной, конечно он не дешевый, он дорогой, это правда.

Зритель: Ну, они до 30 литров молока дают или нет?

Дмитрий Матвеев: Мы на сегодняшний день получаем более 35 литров на корову, в среднем по группе компаний. Но это знаете, Игорь, это заблуждение, то, что многие люди считают что, купив племенное животное, вы будет получать молоко.

Игорь Абакумов: Конечно, конечно.

Дмитрий Матвеев: Это набор вещей, которые вы делать должны правильно. Это не только кормление. У нас многие, к сожалению, не относятся к правильному осеменению животных, вот, а это один из ключевых показателей, того, сколько корова будет давать молока.

Игорь Абакумов: Константин, Архангельская область у нас на проводе. Здравствуйте, Константин, вы в прямом эфире «Аграрной политики», ваш вопрос, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. Я хотел бы вот спросить, как бы сейчас как будет реализовываться указ президента, ой, не президента, премьер министра Медведева, что с каждой фермы можно будет узнать, где произведено молоко? Если вот у нас в районном центре находится молокозавод, и с него едет цистерна…

Игорь Абакумов: Я вас понял, я вас понял, Константин, интересный вопрос. Если нет интернета, каким образом прослеживать?

Дмитрий Матвеев: Этот вопрос, на который вы, Игорь, сказали вначале, я на него не ответил. Конечно, в первую очередь я не ответил на то, что выиграет от этого конкретно покупатель. Конкретно покупатель выиграет. Вот. И основная цель как бы этого закона то, чтобы проследить весь путь при производстве сыра, сыра, откуда это молоко и кто его делал. Категорически поддерживаем этот закон, более того, мы даже…

Игорь Абакумов: Это пока не закон, это пока распоряжение.

Дмитрий Матвеев: Да, более того, мы даже выступаем за введение уголовной ответственности за введение покупателя в заблуждение, да да, вы не ослышались.

Игорь Абакумов: Не резко?

Дмитрий Матвеев: Да, нет, не резко. Вот мы написали письмо президенту по поводу того, чтобы ввести уголовную ответственность за введение покупателей в заблуждение. И статью, на самом деле, нужно давать до 5-6 лет, я считаю. Вот потому, что…

Игорь Абакумов: Вы жестокий человек, по-моему. Люди хотят зарабатывать.

Дмитрий Матвеев: Я не только, не только уголовную ответственность, а еще и штрафы ввести серьезные. Не как сейчас, там 200-300 тысяч рублей, должны быть десятки миллионов рублей. Вы поймите правильно Игорь, я не выступаю за то, чтобы убрать фальсификат с полки. Я выступаю за то, что если здесь написано у вас, что это сыр, вот сыр…

Игорь Абакумов: Это должен быть сыр.

Дмитрий Матвеев: Там должен быть сыр. Вот должен быть сыр, чтобы покупатель, когда он приходит в магазин, он понимал, за что он платит 700 рублей за килограмм.

Игорь Абакумов: Сколько должен стоить сыр?

Дмитрий Матвеев: Сыр сегодня должен стоить не менее 500 рублей за килограмм. А вернусь к тому…

Игорь Абакумов: То есть, дешевле не получается?

Дмитрий Матвеев: Нет, не получается. Вот если у вас не сыр, ну напишите честно, что это сыроподобный продукт.

Игорь Абакумов: То есть, все, что дешевле, это не сыр?

Дмитрий Матвеев: Это не сыр. Это не сыр. К сожалению, и проследить все это можно, если «Меркурий» заработает, мы в этом отношении полностью поддерживаем.

Игорь Абакумов: «Меркурий» - это система прослеживания?

Дмитрий Матвеев: Да, «Меркурий» - это система прослеживания, мы полностью в этом отношении поддерживаем эту программу. Потому, что как бы только она способна со временем, да, она сегодня несовершенна, она сегодня несовершенна. Но только она со временем способна показать как бы всю динамику и честно показать, откуда молоко. В этом отношении Россельхознадзору, Россельхознадзору большое спасибо.

Игорь Абакумов: Да, это действительно так. Скажите, пожалуйста, вы начали говорить о том, что у вас коровы из Австралии.

Дмитрий Матвеев: Да.

Игорь Абакумов: Верно?

Дмитрий Матвеев: Да.

Игорь Абакумов: Как вы их везли? Зачем из Австралии, И вообще-то это ведь дорого!

Дмитрий Матвеев: Мы их везли 3-мя кораблями. Игорь, хороший очень вопрос, почему из Австралии. Когда мы их импортировали, это был 2009 год, в тот момент нельзя было животных импортировать из Америки, потому, что они были закрыты. Америка была закрыта.

Игорь Абакумов: По ветеринарным соображениям?

Дмитрий Матвеев: По ветеринарным соображениям. Поэтому, и так, как нам надо было 5 с половиной тысяч голов, нам неоткуда было взять такое большое количество животных, кроме как с Австралии, или с Новой Зеландии. Вот с Новой Зеландией тоже были проблемы, какие-то, они тоже были закрыты. Поэтому, ничего не оставалось, чтоб везти только с Австралии.

Игорь Абакумов: Через Петербург?

Дмитрий Матвеев: Мы везли через Новороссийск, через Новороссийск. В тот момент как бы еще Петербург не мог принимать скот. Везли через Новороссийск 3-мя кораблями. Это целая история была со вторым кораблем. Скот у нас.

Игорь Абакумов: Пираты напали?

Дмитрий Матвеев: Нет, не пираты напали, у нас корабль в море сломался.

Игорь Абакумов: Ой.

Дмитрий Матвеев: И мы единственная в мире компания, которая перегружала скот в море. Мы доставляли второй корабль, и на море вот перегружали скот, он переходил по таким трапам специальным, которые были сделаны. Практики такой не было, и скот переходил с одного корабля на второй. Но на этом приключения этих животных не закончились. Когда в декабре месяце этот скот пришел в Новороссийск, в Новороссийске первый раз, что-то за последние 40 лет, 25 градусов мороза стукнули. И плюс к тому еще шторм был где-то порядка там5-6 балльный. И мы не могли 2 недели поставить скот на выгрузку.

Игорь Абакумов: Простите, а кормили вы их чем?

Дмитрий Матвеев: Кормили то, что было на корабле, мы им давали рацион более бедный, чем должны были давать.

Игорь Абакумов: Уменьшили.

Дмитрий Матвеев: Да.

Игорь Абакумов: То есть, практически в блокаде была скотина, да?

Дмитрий Матвеев: Да. И знаете, у меня было такое вот ощущение, что это все случится в новогоднюю ночь, все поставят нам. А представьте, когда вам нужно 80 грузовиков держать, потому, что чтобы скот.

Игорь Абакумов: Это же затраты, какие!

Дмитрий Матвеев: Да, 80 грузовиков, водителей, водителей до Нового года, в новогоднюю ночь чтобы никто не выпивал, потому, что скот нужно же было сразу оттуда увозить. И вот в новогоднюю ночь поставили корабль, мы в новогоднюю ночь выгрузили, и вы знаете, что мы из 1 700 животных потеряли всего 5 животных.

Игорь Абакумов: Невероятный, невероятный результат.

Дмитрий Матвеев: Всех остальных мы выходили, выходили. Вот они пришли в себя и вот сегодня этот скот, он находится у нас. Но я повторюсь, что мы осеменяем американским семенем, только американским семенем. У нас специальная программа есть, мы работаем в этом отношении с американцами. И вообще все, что касается молочного животноводства, мы опыт берем именно американский. Но не потому, что европейский плохой. Потому, что у нас крупные молочно-товарные комплексы, крупные фермы. У европейцев нету такого опыта, управления такими комплексами. Мы в день сегодня производим более 200 тонн молока. Молоко мы используем для сыра только свое.

Игорь Абакумов: Это примерно 20 тонн сыра.

Дмитрий Матвеев: Да, это примерно 20, ну…

Игорь Абакумов: Это то, что вы закладываете?

Дмитрий Матвеев: В зависимости, да, от того, какое приходит сырье, какой жирности, с каким белком, это примерно, как бы, ну, поболее 20-ти тонн сыра.

Игорь Абакумов: Скажите пожалуйста, я обратил внимание в сюжете, у вас там бирочка была «Пармезан». Это не перехлест?

Дмитрий Матвеев: Нет, «пармезан» вы можете слово использовать. Вы можете делать пармезан, вы не можете делать «Parmigiano Reggiano», вы можете делать пармезан, вот мы делаем.

Игорь Абакумов: Сколько он у вас выдерживается?

Дмитрий Матвеев: Он у нас выдерживается от 3-х месяцев, до года. Мы, соответственно, и продаем, есть пармезан молодой, который мы продаем со сроком созревания 3-4 месяца. Есть пармезан 6-месячный, у нас есть пармезан 9-месячный.

Игорь Абакумов: Ну, это терочный сыр для пиццы, для макарон, да?

Дмитрий Матвеев: Да, да.

Игорь Абакумов: Вот такой.

Дмитрий Матвеев: Да, этот сыр, конечно, который мы сделали совместно с нашим итальянским технологом. В «Кабош» у нас есть правило, что если варим, если мы делаем итальянские сыры, то мы их должны делать с итальянским технологом.

Игорь Абакумов: А французские?

Дмитрий Матвеев: Французских у нас сейчас еще нету, в нашей коллекции авторской. В авторской коллекции нету у нас еще французского сыра, но мы начали делать с французским технологом, мы начали делать этот сыр. Понимаете, вот этот сыр, который здесь лежит.

Игорь Абакумов: Который так вот здесь озонирует всю нашу студию.

Дмитрий Матвеев: Да. Понимаете, это же не молоко разлить. То есть, процесс, когда вы начинаете делать такие сыры должно пройти не менее полутора лет, прежде чем вы сможете сыр этот отдать в продажу. Потому, что вы сначала его варите, он у вас созревает. Вы смотрите, как он созревает, как он себя ведет, вы его пробуете. Вот подбираете закваски, вы смотрите, как он созревает. И только, ну, я бы так сказала, с 7-8 раза у вас начинает что-то получатся.

Игорь Абакумов: Технология какая-то да?

Дмитрий Матвеев: Да, да. Но вы же не можете опередить время. Поэтому, нужно, чтобы он лежал. Лежал. Я, кстати, удивлен, как ваши операторы за такое короткое время в принципе вот так вот разобрались с проблемами, тот фильм, который вы сделали.

Игорь Абакумов: Ну, так, разобрались. Это же ОТР. Общественное телевидение, общественность хочет сыра.

Дмитрий Матвеев: Спасибо вам большое, потому, что знаете, не на всех каналах вот так позволяют честно говорить как бы о компании, о марке компании, о том, где мы производим.

Игорь Абакумов: Общественность рвется в эфир, Юрий из Санкт-Петербурга. Вам слово, пожалуйста. Короткий вопрос, у нас очень мало времени. Юрий. Мы вас слушаем, вы в прямом эфире. Юрий, вы пропали.

Дмитрий Матвеев: Юрий пропал.

Игорь Абакумов: Татьяна из Краснодара его перебила. Здрассьте, Татьяна.

Зрительница: Здравствуйте.

Дмитрий Матвеев: Здравствуйте. Здравствуйте, Татьяна.

Игорь Абакумов: Татьяна, если можно, коротко.

Зрительница: У меня такой вопрос.

Игорь Абакумов: Да.

Зрительница: У меня один вопрос, почему в торговых сетях не пишут, алло?

Игорь Абакумов: Да, да, да, слушаем вас.

Дмитрий Матвеев: Да, мы вас слышим.

Зрительница: В торговых сетях не пишут на обороте, чтобы можно было нормальному человеку прочитать.

Игорь Абакумов: Все понятно.

Зрительница: Без увеличительного стекла.

Игорь Абакумов: То есть, крупными буквами надо писать, это – сыр. Дмитрий, какие у вас взаимоотношения с торговыми сетями?

Дмитрий Матвеев: Хороший вопрос задали зато. Это, ведь понимаете, все производители, они пользуются теми законами, которые есть.

Игорь Абакумов: Да, существуют.

Дмитрий Матвеев: В законе, к сожалению, не прописано, размер шрифта. Не прописано. Мы сами очень хотели бы, чтобы, я уже говорил сегодня о том, что мы за разделение, сыров на полке. Теперь отвечаю на ваш вопрос по поводу сетей. Конечно, у нас, как у любого производителя, непростые отношения с сетями. В каком плане непростые, что мы, естественно, хотим, чтобы нашу линейку всю выставляли на полку. Сети не все это могут, потому, что полка, она тоже не резиновая. Естественно, для любой компании, которая начинает свой такой долгий путь, в начале пути этот процесс очень тяжелый. Но знаете, я бы не стал это драматизировать, взаимоотношения с сетями. Я считаю, что нужно пытаться находить компромиссы.

Игорь Абакумов: Удается?

Дмитрий Матвеев: Да, я считаю, что мы их на сегодняшний день как бы, мы их находим. Ну, допустим, с «Магнитом» мы долго разговаривали, сейчас мы договорились, 12 000 торговых точек поставят наш сыр. Будет 4 вида.

Игорь Абакумов: И какого числа это будет?

Дмитрий Матвеев: Это будет с 15 ноября.

Игорь Абакумов: С 15 ноября все идем дегустировать.

Дмитрий Матвеев: Да, да. «Магнит». Мы можете попробовать вот просто сыры.

Игорь Абакумов: Дмитрий, спасибо вам большое. У нас в гостях был Дмитрий Матвеев, президент группы компаний «Кабош». Это компания, которая сама делает молоко, сама делает сыр, сама его продает. А едим его мы.

Дмитрий Матвеев: И корма мы сами делаем.

Игорь Абакумов: Это была «Аграрная политика» на Общественном Телевидении России. С вами был Игорь Абакумов. Встретимся в следующий понедельник, в любую погоду.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Рубрика «Аграрная политика»

Комментарии

Мареев Юрий Леонидович
В советские времена помню не два вида, а 7 как минимум: Советский, Степной, Российский, Костромской, Пошехонский, Угличский, Голландский. К 90-м годам от них остался просто сыр, никакой.
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты