Когда снизят ставки по кредитам для населения и бизнеса?

Когда снизят ставки по кредитам для населения и бизнеса?
Молодёжь считает коррупцию несправедливостью - есть шанс её победить, говорят эксперты
Выборы в Белоруссии
Где в России можно хорошо отдохнуть и как удержать туристов после открытия границ?
В Госдуме предложили отменить транспортный налог на отечественные авто
Как привлечь подростков к физкультуре? В новом учебном году школьники могут столкнуться с гиподинамией и ожирением
Продажи алкоголя снизились. Но россияне стали делать его сами и покупать контрафакт
Что нового? Якутск, Екатеринбург, Чебоксары
В ожидании пенсии: с какого возраста лучше не работать? Реформа русского языка. Колбаса подорожает? Самые вежливые регионы
В 55 хочу отдыхать
Выборы в Белоруссии и задержание россиян под Минском, мировая гонка вакцин и суд над Ефремовым
Гости
Антон Табах
главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», доцент Экономического факультета МГУ
Наталия Орлова
главный экономист Альфа-банка

Оксана Галькевич: А мы сейчас вот о чем поговорим. Вы уже знаете, что наш Центральный банк в конце прошлой недели снизил ключевую ставку до исторического минимума, 4,5%, такого у нас еще никогда не было. Это означает, что стоимость денег стала ниже, но пока не для нас с вами, а для финансово-кредитных учреждений, которые выдают их уже нам с вами, ну и, соответственно, бизнесу.

Иван Гостев: И за последний год ЦБ 8 раз принимал решение о снижении ключевой ставки. В результате за 1,5 года ставка снизилась на 3,25 процентных пункта с 7% с лишним до нынешних 4,5%. Интересно, что наши коммерческие банки при каждом новом решении ЦБ начинали снижать ставки заблаговременно, накануне заседаний ЦБ уже снижались ставки по депозитам.

Оксана Галькевич: Ну вот как-то, да, вот так всегда получается, заранее. А вот по кредитам на самом деле все несколько иначе выглядит, ставки по кредитам стоят как вкопанные, назло рекордам ЦБ прямо. Ставка по кредитам для физических лиц за это время упала всего, если и понизилась, то всего незначительно, на 1,5%, для бизнеса и того меньше. Ну вот какая-то такая интересная, странная даже арифметика, я бы сказала, получается.

Иван Гостев: Да.

Оксана Галькевич: Хочется разобраться в ее законах. Давайте попробуем это сделать вместе с вами, уважаемые зрители, звоните и пишите, мы в прямом эфире, телефоны у вас как всегда на экранах. Ну и подключаем наших экспертов к разговору.

Иван Гостев: Да, собственно, сейчас мы эту тему будем обсуждать с Антоном Табахом, главным экономистом рейтингового агентства «Эксперт РА», доцентом экономического факультета МГУ. Антон Валерьевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Антон Валерьевич.

Антон Табах: Здравствуйте.

Иван Гостев: Да. И вот первый вопрос, который хотелось бы вам задать. Сейчас в России огромная перекредитованность населения, то есть задолженность составляет примерно более 17 триллионов рублей. Причем она с каждым годом повышается, за последние 3 года мы достигли исторического максимума. Как вы считаете, доступные кредиты – это хорошо, или в этом таится большая опасность для населения?

Антон Табах: А топоры доступные – это хорошо или плохо? Если топор у строителя, наверное, хорошо; если топор у Раскольникова, наверное, опасно для старух-процентщиц. То же самое и с кредитами: ипотека или дешевые образовательные кредиты, которых у нас пока нет, – дело хорошее; потребительские кредиты, а тем более займы в микрофинансовых организациях, токсичны для их получателей и могут создать большие проблемы.

Скажем так, несмотря на то, что у нас кредиты последние годы растут, все-таки структура их улучшается: ипотеки все больше, коротких и дорогих потребительских кредитов все меньше. Но понятно, что все это не делается мгновенно. Собственно говоря, вот когда вы показываете, что ЦБ режет ставки, а ставки по кредитам падают медленнее, это тот эффект, что кредиты выдаются на несколько лет и ставка фиксируется заранее, соответственно, пока они рефинансируются, пока идет смещение ставок, это занимает какое-то время. А ставка ЦБ меняется в настоящий момент, поэтому получается такая вот отсрочка. С другой стороны, если ЦБ начнет наращивать ставки, то ставки по кредитам тоже будут расти медленнее, поэтому это в данном случае эффект наблюдателя.

Оксана Галькевич: Так вот, Антон Валерьевич, несправедливость в том, что, понимаете, динамика, так скажем, разнонаправленная: Центральный банк, посмотрите, сколько, 7 раз за последние 1,5 года провел заседание, уж, мне кажется, можно было банкам как-то тоже форсировать, так скажем, работу в направлении... ?

Антон Табах: Если у вас кредит на 5 лет и вам кто-то должен, вы что, будете форсировать, чтобы вам раньше заплатили?

Оксана Галькевич: Нет, вы говорите о том, что это невыгодно банку, а не о том, что это невозможно, Антон Валерьевич.

Антон Табах: Это означает, что ставка фиксирована, и больше ничего.

Оксана Галькевич: Ага, хорошо.

Антон Валерьевич, вот если говорить об этом историческом событии, так это преподносится, наверное, действительно так и следует об этом говорить. Но стоит ли нам ждать новых рекордов? Вот сейчас 4,5%, как вы думаете, что будет дальше?

Антон Табах: Судя по тому, что происходит сейчас в экономике, что происходит с инфляцией, опять же надо все-таки смотреть не только, для нас инфляция – это цена на бензоколонке, чек в магазине и тарифы ЖКХ, так сказать, Центральный банк смотрит на более широкий пул. Так вот инфляция позволяет снижать ставку еще больше, поэтому, скорее всего, мы увидим еще как минимум 0,5 процентных пункта до осени, а скорее всего, при том что Центральный банк обещал быть более, как сказать, мягким… Как в диалоге в «Служебном романе»: «Вы черствая!» – «Нет, мягкая!», – вот примерно так же. Соответственно, мы можем увидеть и ниже 4%, но это уже будет совсем необычно и рекордно, потому что у нас целевой уровень инфляции 4%, и ставка по идее должна быть всегда выше целевого уровня. Вот если она пробьет вниз целевой уровень, значит, скорее всего, и целевой уровень в перспективе будет снижен.

Оксана Галькевич: Ага.

Иван Гостев: Ага.

Антон Валерьевич, давайте послушаем вопрос телезрителя, нам звонит Владимир из Курска. Владимир, здравствуйте, мы вас слушаем.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Скажите, пожалуйста, а вот объявили у нас еще одно, так сказать, падение или процентное снижение ставки рефинансирования банка. Вот я пошел получать кредит, да, и мне в банке процентные ставки показали такие, как я получил кредит 5 лет назад. Вопрос задаю. Вот мы уже 4-й, 5-й раз снижаем процентные ставки Центробанка, а процентные ставки Сбербанка и остальных банков остаются на уровне 5-летней давности. Почему так происходит? И что, никто не видит этого?

Оксана Галькевич: Да, Владимир, спасибо. Ну, Антон Валерьевич уже вкратце говорил об этом вначале... Антон Валерьевич, вы человек терпеливый, зело преуспели на ниве финансового просвещения, повторите нашему зрителю еще раз.

Антон Табах: Нет, в данном случае история другая. Скорее всего, это было не 5 лет, а 6 лет назад, в благословенном 2014 году, – так, извините, тогда ставка Центрального банка была 5,25%, то есть разницы особой нет. Просто все, что было в промежутке, ставки сначала резко росли и по кредитам, и по вкладам, а потом резко падали, и по вкладам они падали быстрее, чем по кредитам. Тут как бы спорить сложно.

Оксана Галькевич: Антон Валерьевич, изменение ставки – это в том числе такой адаптивный процесс, адаптируются люди, адаптируется бизнес. Вот скажите, быстрое снижение, такое форсированное снижение ставки, может как-то нашей экономике навредить?

Антон Табах: Ну, в данный момент, скорее всего, нет, иначе бы Центральный банк, который всегда очень жестко боролся с инфляцией и всегда считал, что высокие процентные ставки есть хорошо, так бы не делал. Потому что сейчас у нас ситуация очень тяжелая, экономика не растет, и, собственно говоря, такой стандартный способ, известный не одно десятилетие и не только у нас, – это сильно срезать процентные ставки, чем наш Центральный банк и занимается. Поэтому плохого пока не видно. Сильно ли поможет, вопрос другой, насколько у нас экономика адаптивна к процентным ставкам, собственно, у нас мягкая денежно-кредитной политики не было уже, наверное, лет 10, поэтому надо посмотреть. Но в целом это хорошо.

Оксана Галькевич: Это хорошо. А вот, вы знаете, я видела мнение людей, которые считают, что это негативно скажется на экономике. А почему они придерживаются таких позиций? Чем, собственно, плохо?

Антон Табах: Ну, вы это у них спросите. Есть некоторое количество людей, которые считают, что начнется инфляция и деньги раздают абы кому. Это не так, потому что ставка остается достаточно высокой, надо сравнивать... У нас сейчас инфляция низкая, потому что люди не потребляют, а экономика не работает, из-за пандемии в том числе, плюс все придавлено высокими ставками в последние годы, поэтому ставку снижать есть куда. Есть, наверное, те, кто боятся всплеска инфляции, ну как бы сейчас другое время. Какие еще могут быть аргументы против, загадочно.

Иван Гостев: Ну вот, например, такая ситуация, представим не самый высокий доход у населения, семья супружеская, женщина с мужчиной, мужчина пьет и взял кредит в очередной раз, а женщина должна горбатиться и отдавать этот кредит. Вот есть ли какие-то регуляторные механизмы в этом случае? Я понимаю, что, конечно, там большой пакет документов, наверное, нужно собрать, но вот могут ли дать этому человеку?

Антон Табах: Это вопрос за пределами моей компетенции, зовите семейного юриста.

Оксана Галькевич: Антон Валерьевич, пока у нас нет на связи семейного юриста, по ипотеке вам хотела задать вопрос. Мы сегодня в начале эфира говорили о том, что у депутатов есть такое предложение, идея, она хотят попросить эту льготную ипотеку в 6,5% продлить до конца следующего года, пока она вот до конца 2020 года, до конца 2021-го хотят ее протянуть. Ну, 6,5% на фоне нынешних 4,5% тоже кажется несколько завышенной ставкой или нет? Нам ожидать в принципе... ?

Антон Табах: А почему «собственно»? Банки обязаны работать бесплатно? Понимаете, банк... Вот почему, например, люди удивляются, что ставки по депозитам падают? Для банков деньги – это как для булочной мука, вода и варенье для пирожков с джемом. Соответственно, банк должен не только эти деньги взять у вкладчика или на рынке облигаций, но и еще что-то на этом немножко заработать. Поэтому реально у нас сейчас ипотека естественным путем будет двигаться к 7%.

Вот как раз было хорошее исследование коллеги из «Газпромбанка» на эту тему, что у нас реально самая низкая ставка сейчас по ипотеке может быть 7% без господдержки, соответственно, с господдержкой может быть и меньше. Поэтому то, что депутаты хотят продлить, – это хорошо для рынка и для строительства, но есть ощущение, что за счет, скажем так, снижения амбиций крупных банков и за счет снижения процентной ставки удастся ставку по ипотеке естественную, рыночную довести, условно говоря, с нынешних 8% с копейками до 7%. В этом случае уже может быть льготная ипотека не так нужна, или льготная ставка должна быть 5%.

Оксана Галькевич: Вот так вот. Мы будем ждать этих прекрасных времен, волшебных.

Спасибо большое. У нас на связи был Антон Табах, главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», доцент экономического факультета Московского государственного университета.

У нас очень много SMS-сообщений на нашем портале. Люди, конечно, отмечают, что в первую очередь депозиты стали ничтожно низкими, несерьезно малы. Кредиты, действительно, по-прежнему очень многим недоступны. Люди говорят, что при таких ставках по депозитам очень сложно делать какие-то сбережения...

Иван Гостев: Да, это абсолютно, конечно, важный вопрос. Еще многие говорят, что вклады стали нерентабельными, учитывая такое понижение ставки, и в первую очередь, конечно, это отражается на вкладах, потом идут за этим уже кредиты.

Оксана Галькевич: А у нас тем временем к разговору подключается еще один эксперт: на связи с нами Наталья Орлова, главный экономист «Альфа-Банка». Наталья Владимировна, здравствуйте.

Иван Гостев: Здравствуйте. Наталья Владимировна?

Наталья Орлова: Добрый день.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Наталья Владимировна, ну вот мы только что с Антоном Табахом говорили о ставках, о кредитах, о депозитах, и он вставал на защиту вас, ваших коллег, я имею в виду представителей финансово-кредитных учреждений, говорил о том, что, собственно, эта разница между ставкой ключевой Центрального банка и теми ставками по кредитам, которые мы как простые потребители получаем в банках, она оправдывается тем, что банкам надо что-то зарабатывать. Мы, собственно, не против, чтобы банки зарабатывали, вопрос только в том, что, может быть, у банков есть все-таки некий ресурс, чтобы кредиты сделать более доступными для населения, раз уж Центральный банк так форсированно, так активно в последние 1,5 года снижает свою ставку?

Наталья Орлова: Ну, вы знаете, здесь важно сказать, что банки же не свои ресурсы в виде кредитов предоставляют, банки являются посредниками между населением, между вкладчиками и той частью населения, которая кредиты берет. Поэтому, значит, здесь очень важно понимать, что, значит, безусловно, когда банки снижают кредитные ставки, они автоматически снижают и депозитные ставки. Поэтому если одной части населения становится легче, то другая часть населения как бы теряет часть доходов, на которые, собственно, эти люди жили.

Поэтому мне кажется, что ставить вопрос в плоскость, что банки могли бы подвинуться и пойти навстречу, как бы найти какие-то ресурсы, чтобы ставки дополнительно снизить, это, собственно говоря, вопрос не к банкам, а это вопрос как раз к балансу в реальной экономике и к тому, не будет ли больше ущерба оттого, что вкладчики недополучат свои процентные ставки, возможно, у нас тогда объем сбережений в экономике сократится.

Иван Гостев: Ага.

Оксана Галькевич: Наталья Владимировна, а эти процессы снижения ставок по депозитам и снижения кредитных ставок поступательно одинаково двигаются? Потому что вот у нас ощущение, что по депозитам стремительно снижаются ставки, а по кредитам мы не видим такой уж чрезвычайной доступности.

Иван Гостев: Просто нет ее.

Наталья Орлова: Ну, вы знаете, на горизонте, конечно, скажем так, среднесрочном, то есть когда мы говорим про год-два, конечно, это движение достаточно равномерное.

Оксана Галькевич: Ага.

Наталья Орлова: Другой вопрос, что вот те наблюдения, о которых вы говорите, что сейчас, может быть, ставки депозитные падают быстро, а кредитные не так быстро, – это связано с особенностью кредитного цикла. Потому что сейчас, как мы понимаем, экономика в стадии спада, и, конечно, к сожалению, уровень просроченной задолженности растет. В результате банки, конечно, должны закладывать некоторую премию за риск, и это как раз провоцирует такую временную разницу, расхождение при движении ставок вниз. То есть депозитные, да, сейчас могут идти вниз несколько быстрее, это нормально.

Оксана Галькевич: Ага.

Иван Гостев: Ага.

Наталья Владимировна, ну вот, собственно, о чем вы сейчас и говорили, нам пишут на наш портал, говорят, что очень большая разница между вкладами и между кредитами. Вот из Владимирской области сообщение: «Подавал заявление в 4 банка, минимальный кредит от 11%, ниже нет», – вот такие вот, к сожалению, такая у нас реальность.

У нас сейчас есть звонок, давайте мы послушаем, что нам говорят. Из Московской области Лариса. Здравствуйте, Лариса.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Лариса.

Зритель: Добрый день. Я могу задавать вопрос?

Оксана Галькевич: Да-да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Ну вот у меня такой вопрос. Почему... Вот я слышала по телевидению, там Грефу задавали вопрос, что в Болгарии ипотечный кредит Сбербанка под 2%, а для своих 11%, вот сейчас разговор о 8%, о 7%. Почему настолько, вот такая вот политика ведется?

Иван Гостев: Спасибо большое. Наталья Владимировна, к вам вопрос – это правда?

Наталья Орлова: Да, спасибо большое. На самом деле, конечно, уровень процентных ставок зависит, в разных странах он разный, он зависит от уровня инфляции, который наблюдается в разных странах. И вот, собственно говоря, если в странах европейских, странах Евросоюза, как известно, уровень инфляции порядка 2%, в последнее время даже ниже, то, значит, по России, мы знаем, сейчас Центральный банк, последние 5 лет он ориентируется на уровень инфляции 4%-й. И даже в годы, когда у нас инфляция проваливалась ниже этого горизонта, мы все равно говорили про уровень где-то 2,5%. Поэтому, собственно, разница ставок, о которой вот упомянуто, связана с разным уровнем инфляции, то есть по большому счету с разной эффективностью экономик, потому что чем экономика более эффективна, тем более низкий уровень инфляции она может себе обеспечить и позволить.

Оксана Галькевич: Наталья Владимировна, очень много сообщений от зрителей, которые говорят, что они просто не знают, что делать сейчас. Они видят, как падают ставки по депозитам, это действительно была самая массовая стратегия накопления, самая распространенная. И люди говорят: «Ну слушайте, ничтожные проценты сейчас предлагают. Что делать? Вы нас лишаете всякой возможности, нет смысла нести деньги в банк». Что делать людям? Что можно им сказать? Какие альтернативы предложить?

Наталья Орлова: Да. Вы знаете, это, к сожалению, такой очень сложный выбор, потому что, с одной стороны, стратегия, которая работала последние годы, вот особенно 5 последних лет, хорошо работала, потому что реальные процентные ставки, то есть уровень номинальных ставок минус уровень инфляции, этот уровень был положительный, то есть процентные ставки были выше уровня инфляции, депозитные, и можно было действительно зарабатывать.

Оксана Галькевич: Ага.

Наталья Орлова: Но сейчас просто уровень номинальных ставок будет низкий. Поэтому многим предстоит выбор, либо оставаться в низких ставках, то есть сохранять сбережения в банках, или как-то более активно ими управлять, например, инвестировать в финансовые рынки, в облигации, в паевые фонды, может быть, в добровольное пенсионное накопление больше идти. Это, мне кажется, сейчас будет происходить, такое изменение финансовых стратегий: населению по сути придется повышать уровень своих финансовой грамотности, потому что действительно просто как раньше положить деньги в банк и жить на эти проценты, эти проценты уже будут не такими высокими, как раньше, вот это нужно понимать. Это не на несколько месяцев, это, наверное, ну как минимум на несколько лет, если не дольше.

Оксана Галькевич: А вот, вы говорите, нужно будет разбираться с этими разными стратегиями, отдать в управление, – собственно, как обывателю, мы сейчас говорим, собственно, не об экономистах, чтобы вы понимали, о самой широкой аудитории, как обывателю понять, к кому ему следует обращаться за такой услугой, а к кому идти не следует? Потому что, вы знаете, на рынке, вот так в интернет зайдешь, вот как люди лечатся в интернете, так вот и финансовых каких-то консультантов могут начать искать и попадутся на какую-нибудь удочку мошенника.

Наталья Орлова: Да, вы знаете, я думаю, что, безусловно, сейчас вот эта финансовая индустрия будет очень активно развиваться. Но здесь я вот напомню, допустим, еще 10 лет назад, наверное, такой очень важный выбор для многих вкладчиков, он заключался в том, в какой банк идти, в каком банке безопаснее делать сбережения. Потом у нас заработала система страхования на полную мощность, были введены пороги страховые. Вот сейчас, наверное, точно такие выборы, то есть изучение, придется делать изучение рынка. То есть это для тех людей, которые готовы принимать активные решения по управлению своим финансовым портфелем. Те, кто не готовы брать риски, таких тоже, я думаю, будет много, они, скорее всего, просто останутся в депозитных стратегиях, то есть будут оставлять деньги в банках.

Оксана Галькевич: Наталья Владимировна, я прошу прощения, знаете, в депозит можно ну практически с минимальной суммой прийти, разные банки, конечно, разные предложения имеют, но тем не менее. А вот, вы говорите, портфель финансовый – это, соответственно, в портфеле уже какая-то более-менее солидная сумма должна лежать, чтобы прийти и отдать эти деньги в управление?

Наталья Орлова: Да. Я думаю, что именно так и будет происходить, потому что мне кажется, что мы все с вами понимаем, что, если речь идет о небольших суммах, допустим, не знаю, уровень одной зарплаты за месяц, то есть условно, если у человека получается сберегать только свою 12-ю зарплату, тогда, конечно, это не тот масштаб сбережений, при котором следует как-то переживать и задумываться о выборе финансовой стратегии. Но как бы есть все-таки часть населения, которая живет на свои сбережения, они более значительные, удалось что-то скопить, и вот тогда, наверное, этим людям нужно будет выбирать между, как я уже сказала, пенсионными фондами, паевыми фондами, может быть, даже банками.

Оксана Галькевич: Ага.

Иван Гостев: Наталья Владимировна, но, безусловно, прежде чем инвестировать, надо же озаботиться о подушке безопасности, просто чтобы вот на случай кризисный, например, который произошел сейчас, чтобы было, что людям есть в течение нескольких месяцев, если они окажутся без работы.

Наталья Орлова: Да, абсолютно верно, это вопрос ликвидности уже. То есть есть вопрос, как вложить, чтобы заработать, это, что называется, вопрос в нормальное время, некризисное, а дальше вопрос время такого кризисного, это вопрос ликвидности, то есть эта подушка должна быть достаточно ликвидной, чтобы можно было продать ее и, значит, собственно говоря, эти сбережения обратить в деньги. Ну то есть нужно уметь это делать достаточно быстро.

Иван Гостев: У нас есть звонок, Олег из Москвы хочет нам рассказать о своей ситуации. Олег, здравствуйте. Поделитесь своим опытом.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Меня интересует вопрос. Брали ипотеку «ВТБ 24», осталось платить 3 года. Как бы страхование жизни уже есть. Брали машину в кредит, опять же требуют страхование жизни опять же в том же банке. То есть получается двойное страхование, то есть его постоянно навязывают, или не дают ипотеку, или не дают машину в кредит. То есть мы отказываемся, тогда машину не дают.

Оксана Галькевич: Понятно, то есть один и тот же банк. Давайте спросим...

Зритель: Да, один и тот же банк навязывает это страхование жизни, или не дают ипотеку, или не дают машину на продажу.

Оксана Галькевич: Мы поняли.

Иван Гостев: Что это за навязчивая такая услуга? Почему нам навязывают страхование жизни вместе с другими финансовыми продуктами?

Оксана Галькевич: Там имеется в виду, что два разных продукта в одном и том же банке взяты, страховка по одному уже есть.

Зритель: Да-да.

Оксана Галькевич: Спасибо, Олег. Наталья Владимировна?

Наталья Орлова: Коллеги, я, честно говоря, вот так по продуктам не могу прокомментировать, потому что у банков есть свои как бы правила. Как я уже сказала, поскольку банки не свои деньги выдают в кредит, а деньги вкладчиков, они, конечно, обязаны заботиться о, так сказать, максимальной возвратности этих денег. Именно поэтому...

Оксана Галькевич: Хорошо. Наталья Владимировна, у меня, если можно, последний вопрос, очень коротко, у нас времени мало остается. Вы знаете, по поводу снижения ставки Центральным банком: есть ведь инвесторы, которые зарабатывают на разнице процентных ставок, вот эти вот деньги так называемые carry trade. Я вот хотела спросить, не опасно ли такое стремительное снижение ставки в нашей стране, внезапно инвесторам иностранным это перестанет быть интересным, они начнут выводить свои средства, и это все может, так скажем, обрушить наши рынки. Возможно такое, есть такие опасения?

Наталья Орлова: Вы знаете, у нас не очень много иностранных инвесторов, и те инвесторы, которые в российских бумагах остаются, очень такие стратегические, то есть они на длинные горизонты принимают решения. Поэтому я бы не ждала сейчас риска оттока или какого-то негатива, связанного с уходом иностранных инвесторов.

Оксана Галькевич: Спасибо большое. Наталья Орлова была у нас на связи, главный экономист «Альфа-Банка». Спасибо большое, Наталья Владимировна.

Друзья, мы продолжаем наш прямой эфир, не прощаемся, оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)