Артем Кирьянов: Налога на дачные 6 соток не будет

Гости
Артем Кирьянов
председатель исполкома Российского союза налогоплательщиков, член Общественной палаты РФ

Константин Точилин: Ну а теперь, видимо, о предновогодних чудесах, потому что случилось нечто невероятное: нам пообещали налоговую амнистию. Заявление о ней стало чуть ли не главным событием ежегодной президентской пресс-конференции. Владимир Путин заявил: повышения налогов в следующем году не будет, что уже приятно, но он также анонсировал масштабную налоговую амнистию. Давайте послушаем.

Владимир Путин: Некоторые налоги, которые достаточно тяжелым бременем на граждан и на бизнес ложатся и не отвечают никаким интересам ни самих граждан или бизнеса, ни интересов государства в целом. Ну вот капремонт, например, или, скажем, налоговая задолженность, которая возникла на протяжении предыдущих многих лет в силу обстоятельств, которые даже с человеком иногда не связаны, в силу несовершенства нашей налоговой системы. Эти задолженности касаются, дай бог памяти, где-то 42 миллионов человек, и общий объем этой задолженности – 41 миллиард. Я думаю, что… Тоже, может быть, кто-то будет ругаться на меня из моих либеральных оппонентов, но я думаю, что нужно освободить людей от этих выплат, и сделать это нужно максимально дебюрократическим способом, без обращения человека в налоговые инспекции.

Оксана Галькевич: Итак, смотрите, долги, о которых идет речь. Долги, накопившиеся к 1 января 2015 года, намерены списать – это коснется 42 миллионов наших с вами соотечественников. Это налоги на имущество физических лиц, а также задолженность за капитальный ремонт. Еще 3 миллионам россиян простят долги до 22 миллиардов рублей – космические цифры.

Константин Точилин: Это, видимо, все вместе, не на человека.

Оксана Галькевич: Они образовались из-за списания компаниями долгов – ну, например, операторами связи и банками. С 2016 года за эту процедуру начали требовать уплату НДФЛ, приравнивая списание долга (вы удивитесь) к получению материальной выгоды.

Константин Точилин: Ну выгода, конечно.

Оксана Галькевич: Еще будут списаны почти 16 миллиардов рублей налоговых долгов индивидуальных предпринимателей, которые уже перестали заниматься бизнесом – это еще почти 3 миллиона человек. Еще Владимир Путин пообещал освободить пенсионеров от налога на дачи и на огороды.

Константин Точилин: Ну во всем этом счастье, которое на нас, может быть, свалится, нам поможет разобраться, я надеюсь, Артем Юрьевич Кирьянов, председатель Исполнительного комитета Российского союза налогоплательщиков (есть и такой, оказывается. Здравствуйте.

Артем Кирьянов: Добрый вечер.

Константин Точилин: Слушайте, невозможно не отметить одно безусловно положительное обстоятельство: мы – в смысле Россия – впервые списываем долги не кому-нибудь Берегу Слоновой Кости, не Венесуэле с Танзанией, а нашим родным налогоплательщикам. Здорово же!

Артем Кирьянов: Ну, в общем, нельзя, наверное, однозначно оценить эту инициативу, пока мы все-таки не увидим проработку. Вот вы как журналисты взяли на себя достаточно много усилий, чтобы подготовить вот такую выжимку, кто от чего может быть освобожден. Но я вам так скажу: мы пока еще в экспертном сообществе не вполне понимаем, что же будет происходить. Я думаю, что, может быть, на этой неделе, может быть, на следующей финансовый блок правительства вместе с руководством страны как-то более подробно определит. Пока могу высказать свое мнение.

Константин Точилин: Прошу прощения, а они обязаны это как-то определить и к определенному дню доложиться, или вы просто на это рассчитываете?

Артем Кирьянов: Ну конечно, я думаю, что выполнение поручения президента будет осуществлено в кратчайший срок, не надо будет долго ждать, но вот эту разблюдовку надо посмотреть. Потому что меня, например, смущает что в вашем релизе? Упомянут капремонт. С точки зрения теории права, теории налогообложения капремонт не является налогом.

Константин Точилин: Ни разу.

Артем Кирьянов: О нем ничего не сказано в Налоговом кодексе, это вообще, так сказать, сбор неналоговой природы…

Оксана Галькевич: У нас собирательный образ того, что может быть амнистировано.

Артем Кирьянов: И поэтому как будет обстоять дело с платежами за капремонт, не очень понятно.

Константин Точилин: Давайте мы тогда все-таки только на налогах сосредоточимся, чтобы действительно не смешивать мухи и котлеты.

Оксана Галькевич: Константин, Артем Юрьевич, я предлагаю… Вот сейчас вы говорите, что у вас еще конкретики маловато, а мы взяли на себя некий труд, обобщили, может быть, не везде верно это сделали. А вот давайте спросим у наших телезрителей: в принципе вот сейчас, даже без конкретики – как они считают, налоговая амнистия есть хорошо или плохо? Вы "за" или "против", уважаемые телезрители? – 3443, первые буквы "ОТР", в конце этой получасовки…

Константин Точилин: Готов предсказать результат.

Оксана Галькевич: Я примерно тоже, но тем не менее интересно. А кстати, Константин, вот почему вы готовы предсказать результаты? Вот смотрите…

Константин Точилин: Потому что всегда лучше не платить, чем платить.

Оксана Галькевич: …есть ведь люди, которые подозревают, что некорректно начислен налог, например, и не платят, ожидают, что, допустим, каким-то образом эта проблема сама по себе разрешится. Но есть люди, которые решили, что лучше заплатить, а потом…

Константин Точилин: …пыль глотать в судах.

Оксана Галькевич: Так вот получается, что кто-то платит, а кто-то ждет.

Артем Кирьянов: Вы знаете, вот что мне, например, понравилось в словах президента больше всего? – это устранение ситуации, при которой действительно, когда виртуальные деньги людям списывают (понизились какие-то ставки, им дали дисконт по кредиту и так далее), а сейчас у нас достаточно много таких случаев реструктуризации долгов по ипотеке, в том числе государство участвует, несколько миллиардов выделено, для того чтобы помочь нуждающимся, оказавшимся в трудной ситуации. И вот за эти списанные деньги, когда, конечно, будут брать 13% НДФЛ, это нас беспокоило, беспокоило налогоплательщиков, поэтому это очень своевременное решение.

Что касается, опять же, тех, кто не заплатил по разным причинам, но не имеет никакого права не заплатить – это, конечно, не повод, для того чтобы вводить амнистию. Все-таки речь идет о вполне конкретных ситуациях, вполне конкретных людях, вины которых в том, что они что-то не заплатили когда-то, может и не быть. Вот я расскажу вам ситуацию из практики, когда к нам обратился налогоплательщик, у которого когда-то очень давно не в Москве, где он раньше работал, была некая задолженность, когда он был индивидуальным предпринимателем (в каком-то 1998 году, может быть, не знаю).

Оксана Галькевич: Даже в таких "лохматых"?

Артем Кирьянов: Вот в каких-то вообще, лет 15 назад, может быть. То есть этот долг он оплатил бы тогда, но тогда его не начислили, а когда его начислили, было оплатить его уже невозможно, потому что срок давности, но тем не менее задолженность числится. И вот человек решил обратиться по налоговому вычету на покупку недвижимости – невозможно получить, потому что есть задолженность, заплатить задолженность невозможно, вычистить задолженность из истории очень сложно. Мы с задачей в индивидуальном режиме, что называется, справились, налоговая служба нашла возможность такие вещи, что называется, вычистить из базы, с пониманием, что достаточно сложный процесс, но человек действительно имеет на возмещение. Вот сейчас речь идет во многом о таких людей, которые не имеют возможности ни погасить, ни что-то сделать с этой задолженностью, которая у них есть, и совершенно понятно, что бюджет уже никогда ее не получит.

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, простите, пожалуйста, в этом случае идет речь о чем? – о помощи вот этим самым несчастным налогоплательщикам, которые не по своей вине оказались в этой ситуации, или речь идет о том, что мы списываем, как сказать, ошибки той самой налоговой службы?

Константин Точилин: То есть мы списываем виртуальные… Мне простят налог за ту машину, которой у меня нет, но которая налоговая инспекция посчитала, что у меня она есть, и мне начислила? То есть это, получается, виртуальные деньги?

Оксана Галькевич: Списывают-то налоговой.

Артем Кирьянов: Нет, понимаете, ведь какая ситуация? У нас 3 года срок давности по налогам. Вот то, что за пределами 3-х лет и не было, что называется, как-то актуализировано – по идее это деньги, которые вам начислены, но вы не могли их никак заплатить, вот сегодня у вас будет, что называется, чистая налоговая история, что очень важно для кредитной истории, для банков, для ваших займов, для дальнейших жизненных операций. Поэтому здесь, еще раз повторю, те люди, которые вдруг сегодня пожалели о том, что зачем они до 1 декабря заплатили свои налоги за имущество, неправильно жалеют, платить их надо было, никто сегодня не говорит о том, что "Ребят, мы все прощаем, забудьте о налогах, ничего государству не надо". Так не бывает.

Оксана Галькевич: Нет, я-то с другой точки зрения – я спрашиваю, налоговая допускает ошибка. Как мы понимаем, вот эти суммы, которые мы приводили – ошибок там много. И получается, объявляя…

Константин Точилин: Да у нас, по-моему, каждый второй человек в редакции просто приходил: "У тебя что?" – "Мне насчитали еще одну квартиру, которой у меня не нет", "Мне насчитали машину, которой не было".

Артем Кирьянов: Опять же, не совсем верно.

Оксана Галькевич: Так вот мы списываем, мы объявляем амнистию налоговикам, которые сидят на своих рабочих местах и неправильно считают. Так учитесь считать, ставьте себе программы, делайте что-то.

Артем Кирьянов: Нет, неверно. Считают все по формуле, формула утверждена Налоговым кодексом, там что-то добавить от себя невозможно. Другое дело, когда есть разночтения в базах данных, поэтому происходит задвоение, например, тех же квартир, но это все достаточно быстро снимается, и в конечном счете, я думаю, через год-два мы вообще с такими случаями перестанем сталкиваться в принципе, поскольку цифровизация идет вперед семимильными шагами. Это не ошибки налоговой при пересчете или расчете – это нестыковки технического характера, это какие-то огрызки и остатки, хвосты каких-то баз данных, которые не было много лет, сейчас произошла какая-то выгрузка, раз! – и что-то появилось.

Это ошибки в том числе индивидуальных предпринимателей, о которых шла речь, которые в какой-то момент решили, что больше они не будут заниматься бизнесом, только забыли об этом сообщить. Вы знаете, ведь сотни тысяч индивидуальных предпринимателей у нас ничего не платили (ни минимального взноса страховых фондов, ничего), но при этом числились предпринимателями. Государство с ними как таковыми сделать ничего не могло, потому что, собственно, а что сделаешь? – не в тюрьму же его вести, он же, может быть, работает где-то в другом месте. И вот таких, что называется, незакрытых дел очень много, причем в последний момент там начинались какие-то крупные штрафы, и получилось, что если ты 26 тысяч не заплатил в какой-то момент, то потом надо уже 150 тысяч платить, а это уже совсем неприятно. Вот эти вот вещи тоже, что называется, будут освобождены.

Константин Точилин: То есть важный момент. Услышав это, не нужно спешить не платить.

Артем Кирьянов: Да вообще нужно платить, потому что никто не отменял ни базовые принципы человеческого общества, ни Конституцию Российской Федерации. Если вы понимаете, что вам есть за что платить, вы обязаны заплатить. Если действительно что-то произошло в каком-то прошлом и это не дает спать спокойно, то да, значит, будут почищены базы данных.

Константин Точилин: То есть нам как налогоплательщикам, которые, с одной стороны, не хотят переплатить лишнего, с другой стороны, хотят что-то знать – нам нужно дождаться чего? Уведомления из налоговой: "Уважаемый товарищ, мы вам амнистирование, налог такой-то за что-то"? Или должно в российской газете появиться извещение о том, что: "Уважаемые товарищи, все граждане России, вы все освобождаетесь от налога такого"? Или как?

Артем Кирьянов: Вы знаете, я думаю, что те, кого коснется эта амнистия, уже прекрасно знают, что она их коснется.

Константин Точилин: А это кто?

Артем Кирьянов: Потому что у них были… У всех тех людей, которых она касается, будь то индивидуальный предприниматель, будь то люди, которые годами живут с задолженностями, с которыми сделать ничего нельзя – они все об этом знают, и для них это не будет ни сюрпризом, ни новостью, особенно если у них есть личный кабинет налогоплательщика, где будет написано, что…

Константин Точилин: И там они увидят что? – "Уважаемый товарищ, вы амнистированы" или что?

Артем Кирьянов: Да, не будет просто строчки о задолженности, с которой ничего нельзя сделать, она будет висеть.

Константин Точилин: Вы меня простите, у меня в моем личном налоговом кабинете весь этот год висела задолженность за несущественную квартиру, после похода в налоговую инспекцию мы ее сняли, и у меня… Значит, я уже амнистирован сам по себе, без помощи свыше, так сказать?

Артем Кирьянов: Так и должно было быть, естественно, потому что это просто техническая накладка, она была убрана. А есть люди, которые действительно должны заплатить, но уже не могут по законодательству – вот у них этот момент тоже снимается. Но еще раз повторю: это не касается обычного налогоплательщика, у которого никогда не было правило и проблем с налогами.

Константин Точилин: То есть им не обломится? То есть нам.

Оксана Галькевич: Им может стать каждый, Константин.

Артем Кирьянов: Им ничего амнистировать, понимаете? Они все платят по закону, соответственно, какая амнистия?

Константин Точилин: Давайте глас народа послушаем в лице Андрея для начала – Андрей, добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Точилин: Слушаем. Какие у вас соображения?

Зритель: Я бы хотел задать такой вопрос. Вот наш президент предложил амнистировать долги гражданам. У меня возникает такой вопрос. Я всю жизнь плачу налоги добросовестно за имущество, транспортный налог. Но какому-то соседу Васе, получается, это сейчас все простят. Это мой как бы разный вопрос. А второй вопрос по поводу личного кабинета налогоплательщика. Я его оформил, теперь мне квитки не приходят за мои налоги, я их смотрю в личном кабинете, и там стоит задолженность. Я эту задолженность раз оплатил, она не обновляется, я через месяц по глупости своей еще раз оплатил, но где-то через 3 месяца она, оказывается, обновилась, и теперь у меня переплата. Это просто говорит об уровне работы этого личного кабинета. И это только последний случай, а это было не первый раз.

Оксана Галькевич: Прокомментируете?

Артем Кирьянов: Да, конечно. Первый вопрос: сосед Вася – это не целевая группа для амнистии. Это не способ сказать неплательщикам, тем более злостным, что "Ребята, расслабьтесь, у вас все теперь опять хорошо, начинайте с чистого листа не платить". Это, еще раз говорю, не будет касаться ситуаций, когда вообще все было понятно изначально, просто люди решили принципиальную позицию проявить. Ну вот они если ее проявляют в данном случае, то у них уже в любом случае идут разбирательства, прошли суды, служба судебных приставов, ограничение поездок за рубеж и так далее. Это нормальная перспектива, и здесь надо выбирать. Поэтому за соседа Васю можете не беспокоиться: как это про коров-то… Пусть у меня не будет две, но чтобы у Васи тоже сдохла, как-то так. Это первый вопрос.

Второй: личный кабинет налогоплательщика на сегодняшний день, прямо совсем недавно видоизменен, улучшен – там и проще посмотреть, и больше функционала. Поэтому я думаю, что вопросы, связанные с, что называется, интерфейсом улучшились. А что касается поступлений данных и поступлений средств и соответственно изменения информации в личном кабинете, тут у нас, конечно, всегда есть вопрос к нашему банковскому сектору, который неизвестно что и вообще делает с деньгами…

Константин Точилин: С этими деньгами, да.

Артем Кирьянов: Почему-то они попадают очень часто не день в день, а с большой отсрочкой.

Константин Точилин: Непредсказуемо.

Артем Кирьянов: И вот это, конечно, проблема. Причем ты не можешь даже объективно сказать, в каком банке надо оплачивать, чтобы все было нормально. Причем, к сожалению, на сегодняшний день он такой, что мы не можем… Мы теоретически можем, конечно, предъявить исковые требования к тому или иному банку за задержку платежа, но радости от этого налогоплательщику не будет никакой.

Константин Точилин: Ну мы теоретически можем и налоговую инспектору, который тебе там лишний автопарк целый насчитал, но это тоже мало чем закончится.

Артем Кирьянов: Нет, не можем, это как бы не влечет за собой…

Оксана Галькевич: Не можем.

Константин Точилин: А, еще и не можем.

Конкретный вопрос – Иркутск: "В 1999 году продал автомобиль по доверенности, переехал в другую область на постоянное место жительства. В 2017 году получил бах! – налог за весь период. Что делать?"

Артем Кирьянов: А не надо продавать автомобиль по доверенности. Тот, кому вы продали, просто не потрудился…

Оксана Галькевич: Подождите, закон позволяет?

Артем Кирьянов: Пожалуйста, ради бога. Тогда не удивляйтесь, что получаете счета из налоговой. Автомобиль, проданный по доверенности – это непроданный автомобиль, а это ваше имущество, которое на законных основаниях вы оплачиваете. Не надо продавать автомобиль по доверенности – это единственный ответ.

Оксана Галькевич: Хорошо.

Давайте послушаем нашего телезрителя из Дагестана – Магомед с нами на связи. Может быть, у него тоже какой-то вопрос, консультация нужна. Магомед, здравствуйте.

Константин Точилин: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Вот я платил налоги за 2015-2016-е гг. полностью, и вот в этом году, вчера мне сказали, глава администрации пригласил к себе, что я не платил за эти 2 года. И вот я поехал в налоговую инспекцию, она находится где-то за 60 километров от нас, но там очередь, я никак не мог прорваться до них. И вот что мне сейчас делать? Неразбериха всегда с этими налогами. Повышение налогов на транспорт за 2 года уже подняли на 120 рублей – это же несовместимо как-то, это не по закону. Как они могут поднимать?

Оксана Галькевич: Давайте Магомеда попросим с нами оставаться. Если будут какие-то вопросы, задавайте.

Артем Кирьянов: Во-первых, я не очень понял, почему глава администрации вас приглашает и говорит, что у вас за 2 года…

Зритель: У нас налоги собирает администрация сельского совета.

Артем Кирьянов: Это вообще смешно звучит. Налоги собирает налоговая служба, она федеральная. Никакой администрации сельского совета в этой цепочке нет. Какая разница, маленький поселок, большой поселок, вы можете жить в тайге, все равно вы общаетесь с Налоговой службой Российской Федерации. Я не очень понимаю, откуда данные о ваших налогах у главы сельской администрации. Это первое.

Оксана Галькевич: Это нарушение закона, соответственно, это личная информация?

Артем Кирьянов: Это вообще как бы прямой путь в прокуратуру, если что. И второе: налоги на транспорт повышаются органами местного самоуправления по соответствующим ставкам. То есть ваш орган местного самоуправления мог пересмотреть ставки в зависимости от лошадей, пересмотреть коэффициенты – там действительно могут быть повышения; есть предельные, но тем не менее. Поэтому здесь надо ориентироваться на то, что у вас происходит на местах.

Что касается поездки в налоговую и очередей: вы также можете написать письмо в налоговую и отправить его почтой с уведомлением, соответственно, пропадает необходимость стоять в очереди, у вас есть на руках документ, что вы отправили письмо. Что должно быть в письме? В письме должно быть заявление о том, что вы заплатили налоги, прилагаю копии документов об оплате, прошу разобраться и ответить, что у меня происходит, есть ли задолженность, нет ли задолженности. Примерно такой путь.

Константин Точилин: Хорошо.

Вот мы сейчас разбираем частности и понимаем, что пока то, о чем мы с вами говорим, амнистией никоим образом не является – вы сами говорите про запутанные дела, которые хоть каким-то образом надо решить. Но если мы вспомним, что говорил президент на пресс-конференции, там была история, которая, хоть я и не специалист, на мой взгляд, попадает под именно термин амнистии, когда речь шла о пенсионерах, 6 сотках. Вот давайте про это.

Артем Кирьянов: Это не амнистия.

Константин Точилин: Объясните, в чем дело.

Артем Кирьянов: Понимаете, амнистия – это такое слово. Я не знаю, его президент произносил, да?

Константин Точилин: А вот я не скажу вам, или это…

Артем Кирьянов: Амнистия – это такое слово… Оно же про то, что человек что-то сделал плохое…

Оксана Галькевич: "Освободить от непомерного бремени…".

Артем Кирьянов: …а его раз! – и амнистировали.

Константин Точилин: Освободить от наказания за реальное деяние.

Артем Кирьянов: И оснований амнистии бывает много. Я бы здесь сказал так: это попытка руководства страны действительно облегчить жизнь гражданам, облегчить жизнь налогоплательщикам, избавить их от лишнего бремени тех, может быть, бюрократических, может быть, нестыковочных…

Оксана Галькевич: …некорректно начисленных, поэтому мы и подошли к формулировке "амнистия", простите.

Артем Кирьянов: …некорректно начисленных платежей. Поэтому здесь…

По поводу тех 6 соток – это тоже не амнистия, это специальное такое решение, по которому льгота для пенсионеров по старости за 6 соток приусадебного участка будет сводиться к тому, что они ничего не платят за него, вот так.

Константин Точилин: Эта льгота должна быть, если она будет введена, кем, каким образом? – парламентом, правительством?

Артем Кирьянов: Это закон.

Константин Точилин: То есть сейчас кто-то, по идее, должен внести этот закон в Государственную Думу?

Артем Кирьянов: Конечно. Сейчас, насколько я представляю себе вот эту конфигурацию, президент уточнит задание Министерству финансов и Федеральной налоговой службе, они подготовят соответствующее предложение, в том числе законопроект о внесении изменений и дополнений в Налоговый кодекс Российской Федерации, который будет принят депутатами Государственной Думы, Советом Федерации и подписан президентом. Вот все вот это должно происходить достаточно быстро.

Оксана Галькевич: Соответственно это может быть применено уже в налоговый период следующего года, к 1 декабря 2018 года.

Артем Кирьянов: Да. Поэтому вот здесь по… Еще раз по приусадебным участкам и по 6 соткам – важно понимать, что это не касается, например, участков под индивидуальное жилищное строительство. Я думаю, что это будет касаться только все-таки одного участка в 6 соток приусадебного, дачного так называемого, на одного пенсионера. Потому что у нас есть аналогия: мы вот налоговые вычета даем за квартиры, за гаражи и прочее, но, условно говоря, 1 пенсионер – 1 налоговый вычет, 1 льготник – 1 вычет. Вот здесь примерно такая же схема будет. Поэтому все, кого мучала даже не сама сумма, потому что, честно говоря, за дачные участки не так много начисляют, но людей же иногда мучает сама мысль…

Константин Точилин: История знает самые разные примеры, когда за 6 соток и по несколько миллионов начисляли из-за каких-то ошибок, которые потом тоже…

Артем Кирьянов: Это все-таки не 6 соток, это все-таки земля под ИЖС или земля сельхозназначения и так далее. Мы, конечно, знаем эти примеры, когда один домик считали в 2.5 миллиарда – это все понятная история ошибок Росреестра и Кадастровой палаты. Но в данном случае те люди, которым некомфортно вообще даже думать о том, что надо за 6 соток заплатить налог, потому что это может быть единственный налог, который они платят в своей жизни – вот его не будет.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем москвича Сергея. Сергей, здравствуйте.

Зритель: Да, добрый день.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Смотрите. У меня ИП открыто, я в прошлом году заплатил налоги за 2016 год в Пенсионный фонд, а дальше я в личном кабинете уже в сентябре месяце обнаруживаю задолженность по 2016 году. Я пишу письмо в налоговую инспекцию, прикладываю копии отсканированные оплаченных квитанций, на что налоговая через месяц мне отвечает, что проблема в Пенсионном фонде.

Артем Кирьянов: Да.

Зритель: Я иду пешком в Пенсионный фонд, Пенсионный фонд говорит: "У нас к вам претензий нет, у вас все оплачено, задолженности нет, но мы не можем сделать прогрузку, пишите заявление". Я пишу заявление, и через 2 недели проходит прогрузка, мне выдает Пенсионный фонд много документов, которые просят отнести в налоговую инспекцию. Я в налоговую инспекцию иду уже пешком, а они просто взяли у меня сейчас заявление и еще не факт, что они снимут эту задолженность. Как так получается, что я хожу пешком при электронном документообороте?

Константин Точилин: В век информационных технологий.

Зритель: Да, и я почему-то должен всем, кроме тех, кому я не должен.

Оксана Галькевич: И это, кстати, в Москве, а я, простите, Магомеда из Дагестана вспоминаю – пожилой судя по голосу человек, 60 километров ему ехать.

Артем Кирьянов: Я понимаю и, в общем, сильно сочувствую, потому что все эти функции, конечно, должен не очень выполнять, то есть ни ездить за 60 километров, ни ходить к старосте сельсовета, это все понятно.

Значит, что с Пенсионным фондом? С Пенсионным фондом беда. У меня такое ощущение, что они даже по названию там набрали пенсионеров и маразматиков… Ну это не так, конечно, там работают вполне себе адекватные с виду люди, которые умудрились, во-первых, умудрились недособрать сотни миллиардов страховых взносов, а во-вторых, так криво оформить все документально, что выгрузке это практически не поддается. Поэтому сейчас есть на самом деле разработанная Налоговой службой специальная процедура уточнения данных у Пенсионного фонда. Она, конечно, никакого отношения к гражданину не имеет, но Пенсионный фонд должен подтвердить в том числе в электронной форме, что у них нет вопросов к Сергею.

Опять же, почему они считают возможным отправлять людей в пешеходное путешествие в налоговую, не очень понятно – видимо, есть какие-то сомнения в том, что они сами способны сделать выгрузку документов и отправить по должному адресу. Это называется: "Слушайте, нам тут сложно, вы там решайте свои проблемы сами, мы к вам без претензий", это все к этому сводится. Я думаю, что кто-то должен быть за это наказан, и хочется, конечно, чтобы это наказание было несколько более чем административным.

Константин Точилин: Ну действительность подсказывает, что вряд ли это произойдет.

Артем Кирьянов: Слушайте, вообще должно, потому что вот такая безалаберность, такая халатность, такое разгильдяйство – это вообще, так сказать, недопустимо, а главное, что все это происходит…

Константин Точилин: Регулярно, с очень многими.

Артем Кирьянов: …именно в Пенсионном фонде, который вроде бы должен бережно заботиться о деньгах пенсионеров. Но для Пенсионного фонда проще залезать, так сказать, трансфертной рукой в бюджет Российской Федерации и получить недостающие, недособранные деньги.

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, вы сейчас набросились просто на Пенсионный фонд, но, к сожалению, у нас…

Артем Кирьянов: Потому что к нам обращаются люди именно потому, что Пенсионный фонд не дает выгрузку, другие поставщики…

Оксана Галькевич: И Росреестр дает не ту выгрузку, понимаете, и ГИБДД дает не ту выгрузку.

Артем Кирьянов: Правильно, давайте мы и по ним поставим вопрос.

Константин Точилин: Куда деваться крестьянам?

Артем Кирьянов: Да, крестьянину деваться некуда, но это все равно не повод ходить пешком, а все-таки граждане должны уметь отстаивать свои интересы и стучать кулаком по столу.

Константин Точилин: Все, Артем Юрьевич, вот слово "крестьянин" было произнесено неслучайно, потому что уже Игорь Абакумов, ведущий "Аграрной политики", мы уже "едим" его время. Понятно, тема такая…

Оксана Галькевич: Но нам нужно подвести итоги.

Константин Точилин: Ошиблись мы с тобой.

Оксана Галькевич: Уважаемые друзья, у нас получилось 50 на 50. Константин, вы предсказывали другой результат.

Артем Кирьянов: Как интересно.

Константин Точилин: 50 на 50. И, наверное, основной итог нашего разговора – пока еще ничего не произошло, это все пожелания, проекты, пока, видимо, все-таки нужно платить то, что вам насчитывают, амнистию должны провести каким-то юридическим образом. Как что будет, будем вам рассказывать.

Оксана Галькевич: Благие намерения, а куда они нас приведут, посмотрим.

Константин Точилин: В налоговую.

Оксана Галькевич: Уважаемые друзья, у нас в студии сегодня был Артем Кирьянов, председатель Исполнительного комитета Российской союза налогоплательщиков. Спасибо вам большое.

Константин Точилин: Спасибо.

Артем Кирьянов: Спасибо вам.

Оксана Галькевич: Мы с вами не прощаемся, вернемся через пару минут.

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты