В августе цены становятся ниже

В августе цены становятся ниже | Программы | ОТР

А как скоро ждать повышения стоимости продуктов?

2020-08-14T22:13:00+03:00
В августе цены становятся ниже
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Иван Родионов
профессор департамента финансов НИУ ВШЭ
Георгий Остапкович
директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Ольга Арсланова: А вот что дешевеет – дешевеют в августе многие продукты. Впервые в этом году Росстат сообщил о снижении цен. Соответствующий индекс, это индекс потребительских цен, уменьшился на 0,1% за прошедшую неделю.

Петр Кузнецов: Рухнул просто.

Ольга Арсланова: Мелочь, а приятно.

Петр Кузнецов: Рухнул, да. Произошло это благодаря нашим овощам в буквальном смысле, они подешевели почти на 3%. Но дело это традиционно сезонное, и уже к осени, когда на прилавках появятся овощи и фрукты из Турции и Египта, ситуация выправится, ну в смысле цены снова подрастут.

Ольга Арсланова: Ну вот как в начале августа вели себя наши овощи, давайте все-таки на это посмотрим, не так часто у нас снижаются цены, даже если сезонно, все равно приятно посмотреть. Больше всех подешевел картофель, почти на 5%. Переписали ценники под помидорами, луком и огурцами. Из фруктов сбавили яблоки, 2,5%. Что происходило летом в целом с ценами на продукты, на товары важные в магазинах и на рынках? Давайте об этом поговорим. Делитесь вашими наблюдениями в прямом эфире, позвоните или напишите нам SMS.

Петр Кузнецов: Своим комментариями поделится прямо сейчас Георгий Остапкович, это директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики. Георгий Владимирович, добрый вечер, спасибо, что вы с нами.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Георгий Остапкович: Да, здравствуйте, Ольга, здравствуйте, Петр.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, ну рано нам радоваться, да? Судя по всему, это традиционно сезонная штука и, как заявляется, к осени иностранная продукция все нам подпортит?

Георгий Остапкович: Нет, ну радоваться в любом случае нужно. Между прочим, это действительно традиционный спад цен на плодоовощную продукцию, но в прошлом году такого не было, инфляция стояла на нуле, ИПЦ, индекс потребительских цен, а в позапрошлом, в 2018-м, в 2017 году август месяц, начало сентября всегда недельная инфляция идет вниз, именно недельная. В недельной инфляции Росстат наблюдает 100 товаров, продуктов, непродовольственных товаров и услуг, и там очень большой вес имеет именно плодоовощная, картошка, лук, огурцы, помидоры.

А вот ежемесячную инфляцию Росстат наблюдает по 500 продуктам, и вот там неизвестно, в ежемесячной инфляции будет ли у нас минусовая или не будет, потому что вот этот вот очень высокий вес вот этой продукции плодоовощной, она, так сказать, контрциклична к инфляции, она понижает вот этот инфляционный эффект. А в 500 товарах есть некоторые товары, которые, наоборот, проинфляционные, которые, возможно, инфляцию... Но все равно она будет 0%, ну максимум +0,1–0,2%, хотя в июле инфляция немножко была резче, чем в июне. В общем, инфляция стоит на норме, это абсолютно традиционный факт.

Что произойдет дальше, тоже понятно: где-то до 10-х чисел сентября мы будем иметь вот этот эффект пониженных цен, затем начнет сходить наша продукция плодоовощная, приедут Азербайджан, Египет, Турция, я не знаю, Марокко, где у нас сейчас, и постепенно цена начнет возрастать. Где-то к октябрю уже недельная инфляция пойдет на 0,2–0,3% вот за счет удорожания именно плодоовощной продукции, которая имеет высокий вес в этой инфляции.

Ольга Арсланова: А как на цены повлияла пандемия? Это все существенно не влияет на эти циклические процессы?

Георгий Остапкович: Нет, влияет, к сожалению. Пандемия в первую очередь повлияла не на сами цены, а пандемия повлияла на потребительский спрос. У людей упали доходы, за счет того, что были локдауны не только предприятий, но и некоторых подотраслей, например в сфере услуг, там условно туризм, развлекательная отрасль, транспорт, кинотеатры, они просто обнулились. Естественно, доходы значительно снизились: Росстат отчитался по II кварталу, -8% квартал к кварталу по реальным располагаемым доходам. А что такое -8%? – это значит, что люди недополучили больше 1 триллиона рублей, понимаете.

Естественно, у людей упал платежеспособный спрос; падает платежеспособный спрос, товаропроизводители, вернее торговля, сфера услуг не может реализовать свой товар по высоким ценам, но, конечно, если это конкурентная... Если у вас стоит один магазин в радиусе 5 километров, то им все равно, по каким ценам, все равно товары возьмут. Ну вот, например, взять Москву, где там через каждые 200–300 метров какая-то торговая точка, здесь очень тяжело повышать цены при опускающихся доходах населения. Естественно, спад платежеспособности и спад доходов повлиял на уменьшение цен.

Петр Кузнецов: Наш телезритель из Рязанской области написал: «Летом овощи и фрукты вообще-то должны стоить в 3 раза дешевле, чем они стоят сейчас. Что же будет зимой?» То есть как будто бы телезритель рассматривает падение цен как несильное, а это значит индекс существенного подорожания в ближайшем будущем.

Георгий Остапкович: Ну, вы понимаете, индекс-то состоит не только из плодоовощной, там масса других продуктов. Я бы не сказал, что это в 3 раза должно быть дешевле.

Петр Кузнецов: Должны вот, да, именно должны, не знаю, как подсчитано.

Георгий Остапкович: Но вы понимаете, есть себестоимость, эти продукты надо произвести, надо потратить какие-то издержки финансовые, логистические, транспортные. Потом они накидывают, товаропроизводители, сельхозпредприятия накидывают какую-то прибыль, затем накидывают прибыль транспортники, которые перевозят, и на конечной точке розничная торговля накидывает. И вот за счет этих надбавок... Может быть, они и стоят дешевле, но есть перевозка, есть торговля, которая прибавляет к этой стоимости...

В общем-то, цена нормальная, причем она колеблется по регионам. Условно... У нас, к сожалению, разница между отдельными регионами в уровне зарплат, средней зарплаты достигает 4, даже больше раз. Условно в Ингушетии средняя зарплата 22–25 тысяч, а кто у нас лидер по средним зарплатам? Ну, те, кто у трубы стоит, у Чукотки 107, в 5 раз почти.

Петр Кузнецов: Чего не скажешь о стоимости продуктов и товаров в этих регионах, там такой разницы...

Георгий Остапкович: Естественно, вы знаете, разница и в стоимости продуктов, товаров. Вы на Чукотку попробуйте яблоки довезти и помидоры с огурцами.

Ольга Арсланова: Ага. Хотя нам, вот смотрите, даже из Москвы пишут о том, что яблоки стали стоить на 30% дороже, крупы дороже вдвое, гречка в 2,5 раза. То есть...

Петр Кузнецов: Да, а вот телезритель из Костромской тоже, не из Москвы: «Наши яблоки в 2 раза дороже, чем виноград, который растет за тысячу километров», – хотя яблоки в рейтинг Росстата попали.

Георгий Остапкович: Яблоки входят в потребительскую корзину, и Росстат отслеживает яблоки.

Петр Кузнецов: Ага.

Георгий Остапкович: Понимаете, у людей ментально, они всегда отслеживают, следят только за теми продуктами, которые дорожают. Вот подорожали билеты в Большой театр, все говорят, что инфляция; подорожали на самолет Москва – Париж билеты, все, инфляция нас задушила, хотя ни билеты в Большой театр, ни на самолет Москва – Париж в потребительскую корзину не входят. Но люди не обращают внимание на те продукты, где падает их цена, а это ведь среднее по больнице вот это -0,1%...

Петр Кузнецов: Может, просто не замечают, настолько слабо упали?

Георгий Остапкович: Я и говорю, но это психология не только российская, это и французская, и Восточный Тимор, там тоже люди следят только за тем, где идет удорожание, и откидывают то, что дешевеет.

Петр Кузнецов: Ага. Вот к вопросу о билетах в Большой театр или в Париж Ульяновская область, сообщение оттуда: «Сезонные овощи и фрукты каждый год падают в цене, а странно, что автомобили выросли в цене, при том что на них упал спрос».

Георгий Остапкович: Вы понимаете, растут издержки. Автомобили зависят от импортных поставок, деталей импортных...

Ольга Арсланова: От курса доллара, да.

Георгий Остапкович: Да, детали импортные, рубль упал, доллар повысился, то есть это обычное экономическое явление.

Петр Кузнецов: Вот когда на яблоках научимся ездить, как в «Незнайке» заправлять, вот тогда, может быть, ситуация выправится.

Георгий Остапкович: Ну, может быть.

Петр Кузнецов: Да, остается только мечтать.

Давайте послушаем наших зрителей, Николай из Ленинградской области с нами на связи сейчас. А, нет Николая, хорошо, подождем следующего телезрителя. Звоните, прорывайтесь в эфир, пишите сообщения.

Ольга Арсланова: «Залежалые огурцы и помидоры, на которые страшно смотреть, от 20 рублей, нормальные огурцы 40 рублей, помидоры от 40 рублей и выше, и это в сезон», – Ставрополье.

Хочется поговорить не о ценах, а о зарплатах, потому что даже если цены несильно растут, ну инфляция не очень большая, а зарплаты вообще не растут, все равно это тяжело для человека, все равно его платежеспособный спрос все время снижается. Скажите, что у нас хотя бы с индексацией зарплат? Насколько она по закону обязательная и происходит ли она фактически хотя бы до уровня инфляции?

Георгий Остапкович: Ну подождите, конституционно сегодня закреплено, это была одна из поправок, что конституционно закреплена индексация, но это бюджетникам, только тем, кто бюджетники...

Ольга Арсланова: Да.

Георгий Остапкович: ...на уровень инфляции, вернее так, не меньше уровня инфляции. То есть ежегодная компенсация, конечно, будет. Вот если мы ждем в этом году примерно, ну Центробанк поставил инфляцию, таргет 4%, в бюджете 3%, ну, значит, где-то 4%, наверное, пробьем, потому что инфляция где-нибудь с октября-ноября начнет, пойдет вверх, сейчас 3,2% пока годовая. Значит, на следующий год на 4% всем бюджетникам автоматом конституционно повысят зарплату или довольствие, у чиновников там, не от зарплаты они живут, а довольствие, которое им платят, зарплата-то у чиновников маленькая.

Ольга Арсланова: Понятно.

Давайте Надежду послушаем из Брянска. Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Да, вы в эфире.

Зритель: Так, в эфире, спасибо вам за принятый звонок, во-первых. Во-вторых, на вашу тему, очень красивое название «Августовский ценопад».

Петр Кузнецов: Мы старались.

Зритель: Вы знаете, поддержу название вашей темы. Вот буквально сегодня я ходила на рынок сельскохозяйственный и наблюдаю последние вот эти вот недели, цены падают. Вот буквально сегодня я видела лук, свежий урожай, 25 рублей, помидоры, значит, в магазине 75 рублей, я покупала, уже к концу рынка подошла, помидоры частные, со своей собственной дачи продают люди, я купила за 60 рублей ну замечательные помидоры, ну понимаете?

Ольга Арсланова: А было сколько примерно?

Зритель: А?

Ольга Арсланова: На сколько цены изменились по сравнению с... ?

Зритель: А вы знаете, намного. Если вот буквально неделю назад, дней 10 назад были те же самые помидоры, частники продавали, 120 рублей, но в сетевых магазинах, конечно, подешевле. Но вот сейчас, буквально за эту вот прошлую пятницу, у нас рынок тут рядом действует, и эту пятницу, уже практически в 2 раза.

Петр Кузнецов: То есть сейчас можно наесться по самые помидоры, можно сказать?

Зритель: Можно наесться помидорами. Огурцы у меня свои, у меня небольшая дача, а помидоры у меня негде высаживать, поэтому я вот смотрю. Абрикосы я купила сегодня по 75 рублей, наши отечественные, привезли с Краснодарского края, хорошая цена... Именно это вот магазинные привезли, продают, устраивают арбузы, и дешевые, 20 рублей, хорошие, замечательные арбузы. Так что, знаете, пока немножко радуют. Конечно, цены поднимутся, но пока какой-то оптимизм есть.

Петр Кузнецов: Надежда, здесь и сейчас, правда, что еще остается, радоваться, конечно.

Зритель: Здесь и сейчас, конечно, вы очень правы.

Ольга Арсланова: И купить побольше.

Зритель: Спасибо вам большое, очень приятно.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Вам спасибо за ваши наблюдения, за то, что измерили и все донесли. Это Брянск и оттуда комментарий, спасибо.

Давайте сразу Калининград послушаем, Калининградскую область точнее, Валентина оттуда.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Из самого Калининграда.

Зритель: Здравствуйте. Люблю вашу передачу.

Вы знаете, вот сейчас про ценопад цен, да? Вот я вам хочу сказать, у нас в Калининградской области, в Гвардейске, выращивают помидоры, ну томаты, да? И вот они стоят у нас 170 рублей, 170 рублей.

Петр Кузнецов: Так.

Зритель: Никакого... Вот говорят, что что-то падает, – ничего.

Петр Кузнецов: А другое что-нибудь, может быть, упало?

Зритель: У нас картошка по скидке до 30 рублей, морковь стоит 80 рублей, по скидке, ну бывает ежедневная какая-то скидка, 40 рублей.

Петр Кузнецов: Да, есть такое.

Зритель: Чеснок за 300 рублей, лук по скидке 30 рублей, а это сезон. Так что какой там спад цен? Вот люди, мы ходим... А на рынке у нас огурцы за 100 рублей, помидоры за 200 рублей, то есть такого спада, хотя сезон... Раньше из Польши привозили, как-то могли перебить цены, сейчас Польша нам ничего не поставляет, так что у нас овощи очень дорогие.

Ольга Арсланова: Ага.

Зритель: Хотя сезон, хотя сами выращиваем.

Ольга Арсланова: Да, спасибо.

Продолжаем наш разговор. Скажите, а может такое быть, что в разных регионах по-разному складывается ситуация? Где-то действительно цены упали, где-то цены выросли, и это наши российские реалии?

Георгий Остапкович: Вы знаете, нет, как правило, инфляционная вот эта вот корзина ведет себя более-менее одинаково по регионам. Здесь зависит, я уже останавливался на этом, от конкуренции. Если у вас конкурентный регион и там есть 2, 3, 5 магазинов в радиусе 5 километров, то такие вещи не проходят с ценами. Если у вас в радиусе 1 магазин, к сожалению, даже нам далеко ходить не надо, вот в Московской области такие есть регионы, где до 8 часов работает 5 магазинов, а после 8 остается один магазин, который называется «24». Вот он после 8 ставит любые цены, потому что приезжают из Москвы работающие люди, они должны, они хотят купить, а там один магазин, и он любые цены, больше иногда, чем московские. И в других регионах тоже. Конкуренция, конкуренция и снижение издержек, снижение издержек на продовольственные товары, и торговля, конечно, она может поменьше ставить наценки на товары первой необходимости, понимаете.

Петр Кузнецов: Да. На примере, давайте вот как раз к этому сообщению из Краснодарского края через наш сайт: «В Сочи в «Магнитах» продают яблоки из Африки – как такое возможно в Краснодарском крае?»

Георгий Остапкович: Слушайте, ну это какой-то нонсенс.

Петр Кузнецов: Сетевикам почему выгоднее яблоки оттуда? Кстати, тут яблоки у нас получились как индикатор августовский.

Георгий Остапкович: Вы знаете, ну это какой-то экономический нонсенс, чтобы в Краснодарском крае продавали яблоки из Африки... Ну может быть, просто кто-то любит эту экзотику, ему непременно нужно вместо наших сортов получить эти африканские яблоки. Потом они наверняка стоят в 3–5 раз дороже краснодарских, понимаете, ну просто как экзотика. У нас тоже можно найти и в Москве, и в других регионах какие-то экзотические продукты, которые могут стоить тысячу рублей за килограмм, но я не поверю, что в Краснодарском крае на индустриальной основе продают из Зимбабве яблоки, понимаете. Это какая-то странная история.

Петр Кузнецов: Да, странная история, но тем не менее она существует, это доказано нашим одним телезрителем. Спасибо.

Георгий Остапкович: Ну, кому-то надо, кто-то любит вот эти, поэтому он купит, он купит их за 2 тысячи килограмм, вот дай ему эти африканские яблоки, не может он без них жить. Ну это нормальное состояние человека, кто-то не может без фуа-гра, кто-то не может, чтобы Macallan 50-летний не выпить за обедом.

Ольга Арсланова: Это что такое?

Георгий Остапкович: Macallan – это односолодовое шотландское виски.

Ольга Арсланова: Понятно.

Петр Кузнецов: Он хорошо с африканскими яблоками идет, говорят. Георгий Остапкович, спасибо, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики, и его комментарий.

Мы продолжаем. Очень много сообщений, еще раз хочется повторить, что тут за индекс с какого-то момента яблоки взялись. Сообщение из Хакасии: «Арбузы дорогие». Тверская область: «Подорожали сметана, творог, хлеб». Брянская область: «У нас на все овощи цены тоже снизились». Кстати, вот как раз телезрительница из Брянска, по-моему, звонила и подтверждала это. Башкортостан: «Цены не очень-то и снизились». Мурманская: «Геркулес» был 26, сейчас уже 36, буквально на глазах». А вот здесь по фасоли меряет Рязанская область: «Фасоль сухая 450 граммов стоит 150 рублей в городе Рыбное – разве это дешево?»

Ольга Арсланова: Давайте поговорим с профессором Департамента финансов Высшей школы экономики Иваном Родионовым. Иван Иванович, здравствуйте.

Иван Родионов: Да, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Нам пишут из разных регионов, много магазинов в радиусе 10 метров, магазинов много, а цены улетают в космос. Почему-то, когда доходит до практики, информация Росстата не подтверждается реальными ценами. Это люди невнимательные, или со статистикой что-то не то?

Иван Родионов: Нет, на самом деле любому государству приятно иметь такую приятную статистику, которая наше начальство радует. Вот сейчас мы узнали, что цены падают, да?

Ольга Арсланова: Ага.

Иван Родионов: Но яблоки на 40% дороже, чем в прошлом году, а инфляция у нас 3%, мы же индексируем по этой сумме. Понятно, что с виноградом черт-те чего творится; понятно, что лук там, например, месяц назад был по 50 рублей, когда был в прошлом году 25.

На самом деле нет никаких проблем тому же самому Госкомстату взять 100 семей и просто смотреть их недельные покупки, сравнивать реальные вещи. Вот в этих 100 товарах, которые в методике Госкомстата, 80 вообще никто не покупает, просто не покупают, они числятся формально, поэтому их цены не меняются, потому что их в продаже нет. И на самом деле ни у кого возникает вопроса, а почему же все хуже и хуже.

С другой стороны, в этом году новое такое явление, что многие цены не могут вырасти из-за того, что доходы упали, то есть на самом деле предложение столкнулось с тем, что спроса нет. И вот эта вот ситуация на самом деле не радостная, она очень печальная, вот. И с этой точки зрения бессмысленно говорить о том, что ценопад, все хорошо, надо закупать, потому что зимой будет еще хуже. Очевидно, что рубль уже просел на 10–12%, скорее всего, эта ситуация не улучшится до конца года. С этой точки зрения опять понятно, что все импортные товары, скорее всего, подорожают еще больше, и даже падение опять спроса этому не поможет. Ну да, будут меньше покупать, но как-нибудь торговля перекрутится, на самом деле наценки там с большим резервом. Мы видим, что мы покупаем дороже и хуже.

С этой точки зрения опять единственное, что нужно знать людям, – что лучше сейчас, пока дешево, пытаться делать запасы. Вот такой как бы ситуации, как была 10 лет назад, когда запасы были смешные, когда всегда можно было в магазине купить ну как бы вполне по доходам, этой ситуации, скорее всего, в течение ближайших лет не будет. Поэтому есть смысл делать тушенку, есть смысл закручивать эти банки, то есть мы возвращаемся в эпоху дефицита, к которой мы привыкли в 1970–1980-х гг. Ну да, вот такая жизнь.

Петр Кузнецов: Послушаем Ольгу из Москвы, с нами на связи наш еще один телезритель. Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Здравствуйте.

Я вот по поводу августовских цен. Я из Москвы, 11 августа я была на рынке у метро «Теплый стан», и надо сказать, что цены там очень высокие на сезонные овощи. Огурцы, которые вот сейчас надо использовать в засолку, идут по цене 60–70 рублей. В прошлом году в это же время они стоили 30 рублей. Помидоры, не сливки, а круглые, обычные помидоры, идут по цене, ох, по-моему, 70–80 рублей. Укроп для засолки, это же трава, укроп, из расчета 50 рублей или 30 за 100 граммов, это очень дорого, очень.

Петр Кузнецов: Ага. Москва, спасибо, Ольга.

Ольга Арсланова: Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Иван Иванович, судя по всему, говорить о том, что за год цены снизятся и будет дефляция, речи не идет, конечно.

Иван Родионов: Нет, ну может же завтра, например, с утра солнце не взойти, мы же знаем это.

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Ольга Арсланова: Но лучше на это не рассчитывать.

Иван Родионов: Но верить в это трудно, верить в это трудно и, скорее всего, не стоит, потому что надо выживать.

Петр Кузнецов: Яблоки без солнца плохо растут.

Ольга Арсланова: Иван Иванович, а что наиболее вероятно? Какое развитие событий?

Иван Родионов: ...сделали, помогли построить теплицы, в результате у нас круглый год зеленый лук по 500 рублей кило. И кому это надо? Ну простой вопрос. И те же самые сетевые магазины, конечно, им проще покупать у крупных поставщиков по тем же самым 500, потому что они больше на этом зарабатывают. И понятно, что о людях-то думать никто не будет, это никому не надо.

На самом деле у нас есть формальная опять структура, Общество защиты потребителей, но мы понимаем, что это говорильня и никакого дела. А объяснить любой рост цен, объяснить, что это объективные причины, это можно всегда, только никто нам не объясняет, почему наши зарплаты такие низкие и почему здесь как бы причины объективные действуют именно в сторону снижения. Почему мы живем хуже 6-й год? – вот это коренной вопрос, но ведь никто его не задает, и правительство на это как бы по большому счету внимания мало уделяет.

Ольга Арсланова: Нет, ну есть же объективные факторы: есть санкции, есть рост курса валюты, то есть курса доллара, есть пандемия.

Иван Родионов: Вы знаете, за 6 лет можно было бы что-то сделать. А если мы будем говорить о санкциях, лучше застрелиться сразу, потому что ну их никто не отменит по крайней мере 10 лет и, скорее всего, введут сейчас новые. Вот сейчас в Белоруссии беспорядок, понятно, что будут проблемы с молоком, маслом, со сметаной. Понятно, что многие опять западные товары поставляют... Ну креветка, вы знаете, отличный пример...

Ольга Арсланова: Белорусский товар.

Иван Родионов: Такая крупная белорусская креветка, она просто растет там вообще с огромной силой.

Ольга Арсланова: В Минском море.

Иван Родионов: Да. Значит, мы эту креветку будем покупать в 2 раза дороже, чем она стоит сейчас, а она и сейчас недешевая. Раньше как хорошо было, купил кило креветок, несколько бутылок пиво, ты счастлив. Вот сейчас это уже счастье... Лучше сходить в Большой театр.

Ольга Арсланова: Но дорого тоже, знаете ли.

Иван Родионов: Ну а что делать?

Ольга Арсланова: А что сейчас дешево, да, хороший вопрос. Что именно подешевело, рассказал Росстат, но тут же уточнил, что это ненадолго.

Спасибо за ваш комментарий. Профессор Департамента финансов Высшей школы экономики Иван Родионов был у нас в эфире.

А прямо сейчас мы еще не прощаемся, а расскажем немного об «Информационной погоде» в российских регионах.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)