Киеву, похоже, стоит забыть о «быстром билете» в Евросоюз. Как рассказал глава комитета парламентского сотрудничества Украина – ЕС в Европарламенте Пекка Товери, тема ускоренной интеграции Киева в ЕС больше не поднимается. Стране придется проходить долгий путь, доказывая другим участникам союза, что она достойна тоже быть его частью. С какими сложностями киевскому режиму предстоит столкнуться? Какие государства хотят лишить Украину привилегий? Что на самом деле мешает Киеву вступить в союз? На вопросы ответили в статье ОТР. Весной в Европе активно обсуждали нестандартные пути интеграции Украины в ЕС. Германия предлагала ввести для Киева статус «ассоциированного члена» — без права голоса, но с определенными преференциями. Франция же параллельно продвигала формат «интегрированного государства» с доступом к финансированию. Также в европейских СМИ мелькали сообщения о том, что Украину могут принять в ЕС уже в 2027 году. Однако сейчас о быстрых сценариях присоединения речи не идет. Об этом «Известиям» сообщил глава комитета парламентского сотрудничества Украина — ЕС в Европарламенте Пекка Товери. Киев сможет стать частью союза только после выполнения всех требуемых реформ. «Не думаю, что ускоренный путь на повестке. Речь идет о членстве на основе заслуг, которое, естественно, может быть довольно скорым, если Украина сможет быстро провести необходимые реформы», – пояснил Товери. По его словам, ЕС хочет открыть все шесть переговорных кластеров о вступлении Украины к концу года. Хотя отдельные политики из ЕК обещались запустить диалог по ним уже в июле. Пока же открыты только два из шести кластеров. Они представляют собой тематические блоки, в которые сведены 33 направления переговоров. Как только страна-кандидат приведет свое законодательство в соответствие с европейским, соответствующий кластер закрывается. И тут перспектив у Киева немного. Венгрия грозилась заблокировать переговорный процесс по вступлению Украины в ЕС, если до конца 2027 года не будут внесены изменения в закон о правах венгерского меньшинства. Еще при предыдущем правительстве во главе с Виктором Орбаном Будапешт последовательно выступал против евроинтеграции Украины и тормозил запуск переговоров. Из‑за этой позиции старт переговорных кластеров удалось запустить лишь в 2026 году — уже после смены власти в Венгрии, хотя статус кандидата Украина получила еще четыре года назад. К слову, не только Венгрия вставляет палки в колеса киевского режима, из-за чего Еврокомиссия постоянно уклоняется от объявления конкретной даты вступления Украины в ЕС. Пока Киев в стремлении стать частью союза поддерживают страны Балтии и Северной Европы. Против последовательно выступает Словакия. Братислава считает, что для начала должен закончиться конфликт с Россией. Другие члены Евросоюза высказываются в духе того, что Киев должен пройти весь путь в ЕС и только затем вступить в объединение. Сейчас своей очереди еще дожидаются Албания, Босния и Герцеговина, Северная Македония, Сербия и Черногория. Кроме того, статус кандидата получили Молдавия, Грузия и Турция, но у них перспектив еще меньше. Два открытых ЕС переговорных кластера носят политический характер — для реальной практической работы в сфере экономики предпосылок пока недостаточно, считает старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России Егор Сергеев. Другие кластеры (внутренний рынок, конкурентоспособность, зеленая повестка, ресурсы и сельское хозяйство) пока не обсуждаются. Сельское хозяйство остается главным камнем преткновения: в 2025 году Брюссель вернул квоты на украинскую агропродукцию, а Венгрия, Польша и Словакия еще в 2023‑м ввели эмбарго на импорт зерна — европейские фермеры опасаются банкротства из‑за дешевых украинских товаров. Кроме того, ЕС сократил квоту на импорт украинской стали. Для вступления в ЕС Украине, вероятно, придется сократить выпуск ряда товаров и привести производство в соответствие с регламентами союза — это потребует значительных ресурсов, хотя госдолг страны уже превышает 100% ВВП. По мнению Сергеева, по ходу переговоров число противоречий и стран, выступающих против, будет расти. Есть проблемы и в политической плоскости: единый телемарафон на Украине противоречит европейским нормам о свободе слова, а еще стран — участниц ЕС сильно беспокоят регулярные коррупционные скандалы. Украину не могут принять в ЕС не из-за экономических опасений и даже не из-за коррупции, главная проблема — территории. Ведь стандарт таков: в союз вступают государства с международно признанными границами, где власть реально контролирует заявленную территорию. На это обратил внимание в беседе с ОТР политолог Юрий Светов. По его мнению, это является ключевой проблемой, которую европейцы обсуждают только в кулуарах и исключительно между собой. «Посмотрите, разговоры о приеме Молдавии, а что с Приднестровьем-то? Оно вступает или не вступает в Евросоюз? Или принимают в Евросоюз Молдавию, а часть страны не признает этого вступления? История Сербии. Почему для Сербии тянется столько времени прием? От Сербии требуют признания независимости Косово, то есть определить свои границы страны, в которой нет Косово. Они на это не идут», – привел в пример Светов. То же самое и с Украиной. Конечно, европейцы прекрасно понимают, что вступление Киева в ЕС будет одновременно и выгодным, и проблемным, поскольку открывается новый рынок. Но все это решаемо, а вот территориальный нюанс — нет, поскольку в Евросоюзе не хотят признавать воссоединения Крыма с Россией и дальнейшего присоединения к ней новых регионов.  Европейцы пытаются всех убедить, что Украина якобы успешно продвигается по первому переговорному кластеру и готова переходить ко второму — это лукавство, уверен политолог. В ЕС уже признали, что Киев до 2028 года не попадет в союз, теперь в обсуждениях фигурирует 2035-й. Как бы ни хотели отдельные страны ЕС и чиновники пустить Украину в союз без соблюдения всех обязательных процедур, сделать этого не получится, добавил Светов. По его словам, страны — участницы задаются одним и тем же закономерным вопросом — с какой стати Киеву надо предоставить поблажки, если все остальные прошли свой непростой путь евроинтеграции без каких-либо преференций? «На этом пути [в ЕС] не только приобретение, на этом пути много потерь. Допустим, возьмите Литву, которую заставили закрыть Игналинскую атомную электростанцию ради вступления в Евросоюз. И что теперь у Литвы? Откуда брать электроэнергию? Какие там проблемы из-за этого возникли? Хотели в Евросоюз, вступили, чем-то пожертвовали. Поэтому эти страны говорят, а почему [Украина должна так легко вступить в ЕС]?» – пояснил политолог. Как отметил Светов: та же глава ЕК Урсула фон дер Ляйен готова принять в ЕС «кого угодно», чтобы было больше подчиненных, «а кто будет кормить, поить эти страны, занимать работой население — это не ее проблема».