Сразу две вакцины от агрессивной формы рака мозга — глиобластомы — могут появится в России. Это значит, что станет проще лечить страшный недуг, унесший жизни Жанны Фриске, Анастасии Заворотнюк и множества других людей. Что известно о разработках, выяснял ОТР. Федеральное медико-биологическое агентство (ФМБА) завершает доклинические испытания сразу двух вакцин против агрессивной опухоли мозга. Об этом РИА «Новости» сообщила глава структуры Вероника Скворцова. «В 2026-м, я надеюсь, что мы получим разрешение на применение онковакцины против глиобластомы. И первая вакцина будет тоже пептидная, она будет называться “Глиопепт”. А в конце года мы получим разрешение и на мРНК-вакцину от глиобластомы — “Глиорна”», — сказала она. Персонализированные биотехнологические препараты, которые разрабатывает ФМБА, работают при любой локализации опухоли. В конце года агентство также планирует получить разрешение на клиническое применение вакцины против меланомы, а в 2027-м — против увеальной меланомы (редкая опухоль сосудистой оболочки глаза). Все препараты каждый раз адаптируют под конкретную локализацию опухоли, пояснила Скворцова в интервью RT. «Суть заключается в том, что с помощью сложных методов биоинформатики из каждой опухоли, которая всегда уникальна, мы определяем те неоантигены, мутации, которые, собственно, эту опухоль и развили, создали. После этого мы определяем из этих неоантигенов те, которые являются наиболее высокоиммуногенными. То есть они презентуются клетками опухоли для иммунной системы человека. Вот вычленяя эти эпитопы, так называемые пептидные эпитопы, мы дальше можем сделать разные вакцины на базе этих эпитопов», — добавила глава ФМБА. Задача вакцины заключается в том, чтобы найти малочувствительный ген в опухоли, который плохо заметен защитной системе. При помощи методик мРНК и других иммунитету помогают обнаружить его. Об этом в беседе с ОТР рассказал советский и российский ученый, хирург-онколог, специализирующийся на органосохраняющей хирургии, профессор, бывший главврач Московской городской онкологической больницы № 62 Анатолий Махсон. «Вакцинами занимаются давно, но пока еще нет вакцины, которая бы вылечивала какую-нибудь опухоль, не существует. Все вакцины применяются в комбинации с существующими методами лечения — в основном с химиотерапией. И есть какие-то вакцины, которые улучшают исходы применения химиотерапии. Поэтому [в ФМБА] готовятся выпустить эту вакцину», — добавил медик. По его словам, судить об эффективности разработки можно будет в лучшем случае через год-два. Один из вариантов испытания вакцины — двойной слепой метод. При нем собирают группу пациентов, которые лечатся облучением и химеотерапией после операции, а другой группе дают вакцину. При этом кому-то вместо препарата предоставляют плацебо, в роли которого выступает нейтральное вещество. В такой методике испытаний ни врач, ни больные не знают, кто получил вакцину, а кто — нет. «Потом результаты посылаются в центр, который находится, как правило, не в этой больнице, и он оценивает их. Обычно клинические исследования проводятся в нескольких центрах, и [результаты] сравнивают. Открывают данные, какие больные получили вакцину, какие получили плацебо, и смотрят, есть ли разница между результатами. И если есть статистическая разница, вот тогда говорят: “Да, эта вакцина работает”. Ну, скажем, улучшает результаты на 10% или на 5%. Но статистически должна быть достоверная разница», — пояснил ученый. Перед людьми вакцины испытывают на животных. На второй фазе определяют максимальную дозу препарата. На третьем этапе, перед двойным слепым методом, уже появляется информация о том, что препарат безопасен. «В чем проблема опухоли? Все опухолевые клетки мало отличаются по антигенному составу от здоровых. Хорошая иммунная система, или даже нормальная, пропускает, опухолевую клетку, когда в той возникла мутация. Потом, когда она вырастает в опухоль, уже иммунитет справиться не может. Вот поэтому вся иммунотерапия направлена на то, чтоб своя иммунная система лучше видела опухолевые клетки. Но то, что пробуют создать мРНК-вакцину, — хорошо. А вот насколько это будет эффективно? Сказать пока сложно. Насколько мне известно, высокоэффективной вакцины, которая бы лечила какую-нибудь опухоль в монорежиме, пока нет», — выразил мнение собеседник ОТР. В интервью Life.ru онколог Евгений Черемушкин тоже отметил, что пока не понятно, как именно будет работать новая терапия. При этом выбор опухолей, против которых разрабатывают препарат, он назвал обоснованным. «Эта тема практически естественным образом выходит на первый план. Революционным, конечно, не назовешь, но перспективы улучшить результаты лечения есть», — высказался врач. Глиобластома — это злокачественное новообразование мозга, которое развивается в основном в белом веществе, но может проявляться и в стволе, мозжечке или спинном мозге. Пациенты страдают от судорожного синдрома, проблем с речью, координацией, памятью, от головокружений, головных болей и могут проявлять странности в поведении. Глиобластома составляет 16% от всех первичных новообразований центральной нервной системы. Средний возраст заболевших — 62-64 года, но вторичные образования появляются и у более молодых людей. Обычно опухоль лечат комплексно: удаляют хирургическим путем, а затем проводят лучевую и химеотерапию. Это нужно потому, что удалить все раковые клетки невозможно. Глиобластома крайне сложно поддается лечению. Средняя продолжительность жизни после постановки диагноза составляет 12-15 месяцев. Ежегодно страшный недуг уносит жизни примерно четырех тысяч россиян. Около 30% этих смертей приходится на людей от 40 до 54 лет, отметили «Известия». Именно глиобластома стала причиной смерти певицы Жанны Фриске, актрис Анастасии Заворотнюк и Надежды Румянцевой, писателя Михаила Задорнова. Она же погубила участника группы «Дискотека авария» Олега Жукова, оперного певца Дмитрия Хворостовского и актера Валерия Золотухина.