Россиян предупреждают, что мошенники могут наживаться на людях при смерти. В Екатеринбурге женщина выдала себя за сестру онкобольного пенсионера. Она вынудила его написать на себя наследство и похоронила в чужой могиле, а настоящие родственники ничего не знали. О жестоких схемах обмана читайте в статье. История жительницы Екатеринбурга попала в СМИ в начале сентября. Ее 68-летний отец жил один. Зимой 2025 года у мужчины нашли неоперабельную опухоль и кортикальную атрофию головного мозга второй стадии. Физическое и ментальное состояние пенсионера стали ухудшаться. В феврале женщина заметила, что отцу постоянно звонит кто-то записанный как «Таня врач». Сам мужчина был уверен, что это его родная сестра, хотя у него ее никогда не было. На все попытки объяснить это пенсионер обижался. Примерно за два месяца до смерти он вообще полностью разорвал связь с дочерью: не пускал ее в дом и не брал трубку. Женщина обращалась в полицию, но там ответили, что ничего не могут сделать, если отец просто не хочет общаться. Мужчины не стало 4 июля, но дочь узнала об этом только спустя три недели через ЗАГС. В конце месяца она нашла могилу отца через архив и поехала на кладбище. Там оказалось, что пенсионера подхоронили к чужому человеку в могилу 50-летней давности. Сотрудники кладбища сообщили, что похоронами занимались женщина и мужчина, которые называли покойного «отчимом». Жительница Екатеринбурга рассказала, что сейчас женщина, которая названивала отцу, претендует на наследство. Та утверждает, что в конце 2025 года пенсионер якобы завещал ей квартиру, машину и гараж. Более того, из жилья покойного пропали деньги, которые должны были остаться от продажи авто — сделку провели незадолго до смерти мужчины. Исчезли и другие ценные вещи, отмечают «Известия». «Таня врач» открыла дело о наследстве после того, как дочь покойного сменила замки в квартире. Сама женщина подала заявления в полицию и Следственный комитет, а также запросила информацию в архиве Службы городских данных о том, кто и на каком основании хоронил отца. «Заявление гражданки зарегистрировано в отделе полиции в установленном законом порядке. В настоящее время сотрудники территориального ОВД выясняют обстоятельства произошедшего, а также устанавливают лиц, причастных к возможным противоправным действиям», — сообщили в УМВД России по Екатеринбургу. Порядок захоронения разнится от региона к региону, но, как правило, он не сложный. Если речь идет о городе-миллионнике, то там действуют нормативные акты. У людей запрашивают документы, подтверждающие родство с усопшим. Сами места захоронения инвентаризованы: везде есть ответственное лицо, прописанное в реестрах. Похоронить кого-то можно только с его разрешения. Об этом рассказал руководитель одного из похоронных домов Илья Болтунов. Но бывает, что в субъектах или региональных центрах участники процесса сами упрощают схему. Например, документы о родстве или не требуют, или смотрят на них «сквозь пальцы». Болтунов предположил, что у сотрудников кладбища могло и не быть обязательства проверять бумаги. «А сам по себе порядок организации похорон таков, что любое лицо, взявшее на себя ответственность, может этим заниматься — абсолютно любое лицо», — пояснил эксперт. В стандарте лечения онкологических заболеваний сейчас есть регулярная оценка психологического состояния пациента на всех этапах. Врачи должны замечать проявления тревоги, депрессии, дистресса и когнитивных нарушений. Если они есть, важно, чтобы человека осмотрел лечащий врач и, если нужно, невролог, психиатр или специалист паллиативной помощи. На это указала клинический психолог и онкопсихолог Евгения Ананьева. В то же время нередки случаи, когда в последние месяцы жизни больной доверяется посторонним людям больше, чем семье. «В тяжелой болезни ключевую роль начинает играть не родство, а то, кто физически рядом каждый день и помогает решать конкретные бытовые и медицинские задачи: это может быть сосед, волонтер, медицинский работник, сиделка. Само по себе смещение доверия к такому человеку не доказывает ни манипуляции с его стороны, ни того, что решение пациента было осознанным и свободным. Это факт, который требует отдельной оценки, а не готовый вывод в любую сторону», — пояснила специалист. Уязвимость создает не сам диагноз, а сопутствующие ему состояния. Речь идет о спутанности сознания, нарушении памяти и узнавания, выраженной боли, бессоннице, истощении и социальной изоляции. Если резкая смена круга общения совпала с такими изменениями, то это повод для срочной медицинской оценки самочувствия пациента, подчеркнула Ананьева. «Если вчера человек был таким же, как обычно, а сегодня не узнает дом и родных, речь может идти о делирии, то есть об остром и часто обратимом нарушении сознания, которое при онкологических заболеваниях встречается нередко, особенно на поздних стадиях», — подчеркнула врач. Родственникам в такой ситуации следует обратиться к лечащему онкологу, терапевту или в паллиативную службу. Важно, чтобы они зафиксировали факты. Например, «12 апреля не узнал дочь, не смог назвать принимаемые лекарства». Это пригодится и врачам, и, в случае чего, юристам. Человек со смертельной болезнью, попавший под влияние посторонних, действительно может написать заявление в их пользу. Нотариус, который заверяет документ, обязан установить личность, правоспособность и дееспособность заявителя, подчеркнули в Федеральной нотариальной палате (ФНП). Специалист должен не просто проверить официальные бумаги, а побеседовать с человеком, задать вопросы и оценить, как он ориентируется в происходящем. Даже если наследователи приходят вместе с родственниками или другими потенциальными наследниками, нотариус обязан провести беседу наедине с каждым. Это нужно, чтобы исключить давление со стороны и охранить тайну завещания. Если у нотариуса возникнут сомнения в дееспособности человека, то он не удостоверит документ даже при наличии справки от психиатра. Прижизненные сделки или завещания можно оспорить после смерти наследователя, добавила адвокат Ксения Степанищева. «Но только если есть медицинские материалы, которые позволяют утверждать, что человек мог не отдавать себе отчета в своих действиях. Это называется посмертная судебно-психиатрическая экспертиза по документам. Предметом исследования в ней является только медицинская документация», — разъяснила юрист. При этом все сработает, если медицинских документов много. Они нужны, так как завещательная сделкоспособность шире, чем договорная. Если человек дарит квартиру при жизни, то остается без жилья, а когда завещает, пусть даже не здоровый, то ничего себя не лишает. «Законодатель предполагает, что человек, даже находясь в таком состоянии, тем не менее может хотеть, условно говоря, любить одного племянника и не любить другого. Это его право, себя он при этом никак не ущемляет», — указала адвокат. На практике риски того, что завещание оспорят в суде, минимальны. Дополнительной защитой здесь может быть видеозапись самого процесса удостоверения завещания. На ней должно быть видно, как нотариус общался с заверителем и выяснял его реальную волю. Мошенники могут охотиться и за здоровыми пенсионерами, у которых нет ментальных проблем. Степанищева вспомнила случай из практики, когда к пенсионерке, живущей в престижном доме, заселилась дальняя родственница. Она пыталась отстранить ее от общения с близкими, выходя к ним, когда те приезжали, и сообщая, что женщина якобы не хочет общаться. «Это классический случай, когда не просто втерлись в доверие к пожилому человеку, а фактически захватили его квартиру», — отметила адвокат. В этой ситуации пенсионерка оказалась стойкой: склонить ее к тому, чтобы переписать завещание, не вышло. Как правило, посторонние стараются накрутить пожилого человека, напомнить ему о прежних обидах на близких или втираются в доверия за счет неожиданной и преданной «любви». Они не стесняются прямо уговаривать переписать на них завещание. Причем эти люди — далеко не всегда профессиональные мошенники: так могут поступать подруги, соседи, дальние родственники или просто те, кто узнал, что у человека проблемы. Теми же методами пользуются и черные риелторы.