Россия и Китай — надежные партнеры не только в политике, но и торговле. В этом смысле они вышли на новый уровень: экспорт нашего зерна, мяса, молочных продуктов, кормов и других товаров в КНР бьет рекорды. Такой успех в Поднебесной связан с низкими ценами при высоком качестве — российская продукция воспринимается как более натуральная и ценится за маркировку «Без ГМО». К тому же для китайцев это все еще экзотика. Что особенно ценят наши соседи и какие товары могут стать «экспортными королями» в ближайшие годы? Об этом и не только расскажет ОТР. В 2023–2025 годах поставки товаров российского производства показали значительный рост. Экспорт плодов и овощей в КНР вырос почти в семь раз (до 3,3 тысячи тонн), а кормов и кормовых добавок — на 48% (до 1,1 миллиона тонн). Свинина в 2024–2025 годах показала рост почти вдвое, до 36,5 тысячи тонн. А молочные продукты, как отмечает altapress.ru, и вовсе отметились по-настоящему «взрывным ростом»: экспорт увеличился на 1389% — с 530 тонн до 7,9 тысячи тонн. Если говорить о поставках мяса и мясных продуктов, они выросли в 1,6 раза (до 253,8 тысячи тонн). На это указывает статистика ФГИС «Аргус-Фито» и территориальных управлений Россельхознадзора. Пшеница — один из лидеров экспорта в Китай, который строго относится к качеству и безопасности продовольствия. Если в 2021 году мы отправляли туда около 55 тысяч тонн зерна, то уже к 2025-му этот показатель перевалил за 80 тысяч тонн. Качественная российская пшеница привлекательна ценой: одна тонна продукта с содержанием белка 12,5% (стандартный показатель для мирового рынка) будет стоить около 238 долларов, что дешевле аналогичных поставок из Евросоюза, США и Австралии. Поставки ячменя тоже показывают значительный рост — с 2021 по 2025 годы они выросли с 77,8 тысячи тонн до 551,4 тысячи тонн. Здесь Россия тоже выигрывает, во-первых, благодаря цене: мы продаем ячмень за 224,1 доллара за тонну, а наши главные конкуренты — Австралия, Аргентина и Германия — за 265, 235 и 231 доллар соответственно. Во-вторых, Китай ценит российский ячмень за качество: в 2024 году более половины объема обследованного ячменя соответствовало второму классу, 27% — первому, с жизнеспособностью и энергией прорастания минимум 95% — это особенно важно для пивоваров. Еще Китай полюбил нашу гречиху: за четыре года объем поставок вырос почти в девять раз, до 264,5 тысячи тонн. Это зерно отличается не только вкусом, но и отсутствием глютена — многие отказываются от него из-за реакции в виде диареи, метеоризма и других проблем с ЖКТ. Зародыш находится внутри ядра гречихи, поэтому при шелушении в ней остаются важные витамины и микроэлементы. Белок этой культуры схож на животный благодаря набору аминокислот, что редко встречается среди растительных продуктов. Спрос вырос настолько, что этим воспользовались местные спекулянты и стали подделывать нашу продукцию. Они продавали фейки с этикеткой «Сделано в России», да еще и по завышенным ценам. Без вмешательства властей не обошлось. Подделывать пытались «русскую» колбасу, хлеб и другие продукты. Политолог, член экспертного клуба «Дигория» Дмитрий Матюшенков в беседе с ОТР порассуждал об ускорении спроса на российскую агропродукцию в 2024–2026 годах, перечислив несколько факторов. «Геополитическая переориентация логистики и разрыв цепочек с ЕС вынудили российских экспортеров активно развивать восточное направление, параллельно с чем тарифные споры между США и Китаем сократили американские поставки, освободив рыночную нишу. Существенную роль сыграло ценовое преимущество: российская пшеница и ячмень конкурируют с австралийскими и европейскими аналогами за счет низкой себестоимости и развитой логистики по сухопутным коридорам. Немаловажна и институциональная работа: гармонизация стандартов и цифровизация сертификации снизили транзакционные издержки», — обратил внимание он. Эксперт отметил, что для китайского рынка отсутствие ГМО в составе продукта стало одним из важных критериев выбора. Однако, по словам Матюшенкова, важно различать регуляторный и потребительский уровни. «Если Пекин постепенно расширяет допуск ГМ-культур (генетически модифицированных – прим. ред.) для внутреннего производства, то в отношении импорта сохраняет жесткий контроль, разрешая ввоз преимущественно для переработки в корма. На этом фоне российская продукция, поставляемая в рамках законодательного запрета на возделывание ГМ-культур, получает естественное конкурентное преимущество», — отметил собеседник ОТР. Говоря о перспективных направлениях для торговли с Китаем на ближайшие три–пять лет, он выделил несколько категорий. «В приоритете остаются масличные и белковые культуры: соя и рапс востребованы для животноводства, а российская соя может занять нишу в сегменте премиум-кормов. Рост вегетарианских трендов в КНР создает устойчивый спрос на растительный белок: в частности, на горох и чечевицу. Вторым драйвером станет глубокая переработка зерна: Китай импортирует не только сырье, но и полуфабрикаты, такие как мука, солод и крахмалы, где обновленные российские стандарты открывают доступ к новым сегментам», — добавил Дмитрий Матюшенков. Экономист Валерий Корнеев выразил мнение в беседе с ОТР, что стоит обратить внимание на экспорт готовой продукции российского производства. «Мы сейчас от поставки базовых продуктов — зерна, сои, подсолнечного масла — переходим к поставке готовой продукции. Я думаю, что кондитерские изделия, хлебобулочные, печенье и такие, которые являются конечной продукцией, для нас гораздо более перспективны», — сказал он. По словам экономиста, китайцы готовы к таким закупкам, зная о строгом контроле качества в РФ. Один из главных аргументов наших экспортеров — запрет на выращивание ГМО-культур, действующий с 2016 года. Китай тоже придерживается жесткой системы контроля продуктов, особенно после крупных пищевых скандалов 2000-х годов. Для импорта КНР требует обязательную сертификацию, регистрацию производителей, проверку на остатки антибиотиков и соответствие по другим пунктам.