Приток мигрантов серьезно изменил этнический состав российских мегаполисов. Семьи иностранцев обычно заводят много детей, что в будущем может поменять структуру популяции коренного населения. Как происходят это процессы и каким образом отражаются на культуре и генетическом фонде — читайте в статье. Ученые проанализировали данные по Москве, Петербургу и Новосибирску, представив результаты на конференции «Генетика — 2025». Они собрали генетическую базу для научных изысканий в рамках программы «ДНК-идентификация». Изменения этнического состава городов важно изучать для того, чтобы понимать, как оно будет развиваться дальше и как повлияет на социальную сторону жизни. Помимо расширения этнического состава и замены генофонда, приток мигрантов увеличивает число межнациональных браков и способствует созданию анклавов в городах. На это указала старший научный сотрудник лаборатории популяционной генетики Института имени Вавилова РАН Алеся Грачева во время чтения доклада. При низкой рождаемости среди коренных жителей мегаполисов приезжие обеспечивают прирост населения, а также омолаживают популяцию, рожая по три-четыре ребенка. Первые места по рождаемости занимают семьи узбеков, азербайджанцев и армян. Это значит, что в будущем этнический и конфессиональный состав мегаполисов может поменяться. При этом мигранты стараются выбирать для брака партнеров своей национальности, то есть ассимиляции и растворения в общем межэтническом обществе у них не происходит. Но пока такое общество все же доминирует, отметила Грачева. По ее словам, основная популяция состоит из группы смешанного происхождения. Доля москвичей русской национальности, к примеру, составляет всего 5%. В исследовании учитывали и то, как мигранты расселяются в России. В итоге получилось составить карту компактного проживания разных диаспор. Оказалось, что в Центральном округе Москвы живет больше всего армян, евреев, татар, грузин, молдаван и азербайджанцев. А выходцы из Узбекистана и Таджикистана часто селятся в Восточном и Западном Бирюлево. В Петербурге диаспоры выбирают Курортный район, а в Новосибирске — Дзержинский. В подобных анклавах есть плюсы с точки зрения адаптации, но также они повышают социальное напряжение. Из-за этого появляется риск межэтнических конфликтов. У диаспоры есть несколько признаков: компактное проживание, участие ее членов в бизнесе и появление здания культа. Внимание на это в разговоре с 360.ru обратил доктор социологических наук, директор и научный руководитель программы «Государственное стратегическое управление» факультета государственного и муниципального управления РАНХиГС Владимир Корнилович. Когда три эти признака сходятся в одной точке, появляется политизированная моноэтническая группа. Она может влиять на принятие решений на уровне локального общества или муниципального образования. Приезжие селятся компактно, так как имеют общую культуру. Часто причина и в том, что они слабо или вообще не владеют русским языком. «Им удобно жить рядом, они понимают друг друга, но при этом не впитывают культуры той местности, куда они пришли. Будь это мегаполис или любой другой менее крупный город», — пояснил Корнилович. Число прибывших растет, и они начинают преобразовывать среду под себя и доминировать на этой территории. Такая тенденция вызывает опасения у коренных жителей, которые не могут ассимилировать мигрантов. Больше тревоги проявляют женщины, которые боятся за своих детей и мужей. Вместе с этим они передают членам своих семей то же чувство. Например, в Москве коренные жители активно переезжают из Троицкого и Новомосковского АО из-за роста числа мигрантов с чужой для них культурой, сказал социолог. Мигранты успешно ассимилируются, если составляют не больше 10% от коренного населения. Если приезжих больше, то в игру вступают процессы формирования национальных анклавов, подчеркнул Владимир Корнилович. В Москве есть диаспоры, жизнь членов которых ничем не отличается от обычных горожан. Они поддерживают контакты как с коренным населением, так и со своими земляками. Социолог назвал это двойной идентичностью. Такие диаспоры приняли культуру другой страны, сохранив собственные обычаи и традиции. Это отличает их от тех, кто приехал в Россию недавно и отказывается принимать новые правила. Не желающие это делать только усиливают риск разделения общества на разные группы. Говоря об этом, Корнилович напомнил, что толерантность, о которой часто вспоминают, — изначально медицинский термин. В этом контексте он означает нечувствительность. По мнению Корниловича, в вопросе миграции нельзя проявлять полную толерантность. «Полная толерантность — это смерть. Эта идеологема приводит к непониманию процессов, которые происходят. Мы их не замечаем. Говорим о толерантности, а на деле идет разрушение социального контроля и общей модели жизнедеятельности, когда множество культур начинают конфликтовать между собой, потому что нет связывающей силы», — высказался он. Связывающей для России силой является русский народ. Речь идет о нации — населении, объединенном территорией, языком и культурой. Особенность русской модели в том, что она способна впитывать в себя другие культуры. Например, в России едят шашлык, хранят монгольские ковры и пьют армянский коньяк. Иными словами, с удовольствием впитывают традиции соседних стран, которые привозят выходцы из них. «Это позволяет организовать совместное проживание множества народов и обеспечивать спокойное взаимодействие их культур», — добавил социолог. Если жизненное пространство, включая русские язык и культуру, уменьшится, другие народы начнут конфликтовать за «освободившееся» место. Многие народы тяжело воспринимали национальную политику, но это ограждает от конфликтов их самих же. Ассимилировать большой поток мигрантов невозможно, из-за чего возникают новые моноэтнические группы, а конфликты неизбежны. Гены у людей из южных стран имеют доминирующие характеристики, которые способны определить, как могут выглядеть россияне в будущем. Например, если один из родителей кареглазый, то ребенок с большой вероятностью родится таким же. Об этом рассказал член Европейского общества генетики человека Александр Карасев. Со временем голубоглазых россиян будет становиться все меньше, считает он. Если говорить об интеллекте и способностях человека, то генетика тут ни при чем. Все зависит от воспитания и развития человека. Вообще в смешении генов нет ничего страшного, добавил Карасев. «Россия — очень многонациональная страна, и чем больше смешивания в природе, тем более приспособленные виды появляются. Эта происходит абсолютно во всех географических локациях. Можно сказать, что перемещение дополнительных популяций оказывает благоприятное воздействие на генофонд», — выразил мнение ученый.