За три столетия европейской «охоты на ведьм» было казнено, по оценкам историков, от 40 до 50 тысяч человек. Обвиняли прежде всего женщин — красивых, одиноких, независимых, знахарок, травниц, тех, кто жил вне строгих норм или позволял себе думать иначе. Впрочем, в колдовстве могли обвинить любого. Это был удобный способ избавиться от неугодных. В конце XV века в Европе появился трактат, который на столетия стал настольной книгой для инквизиторов – «Молот ведьм». Он утверждал, что женщины по природе более «слабы духом» и потому легче поддаются дьяволу, телесность — источник греха, любые отклонения от нормы могут быть доказательством связи с нечистой силой. Именно эта логика — не доказательства, а подозрение, не факт, а предвзятый мотив — на столетия легла в основу судебных процессов. Инквизиторы фактически издевались над женщинами, прилюдно раздевая их, искали на теле «знаки бесовщины», подвергали обвиняемых пыткам, а признание считалось главным доказательством вины. Формально «Молот ведьм» не был официальным церковным законом, но его влияние оказалось огромным как в католических, так и в протестантских регионах Европы. Казалось бы, эпоха мракобесия осталась в Средневековье. К началу XIX века официальные обвинения в колдовстве в большинстве европейских стран уже были запрещены. И всё же в 1807 году, в просвещённой Пруссии, стране рационализма, университетов, философии, происходит громкое дело. Официально — о поджоге города. Неофициально — о «последней ведьме». Подробнее – корреспондент ОТР Анна Вернер.