Андрей Болсуновский: В XXI веке уже не может быть фермера в резиновых сапогах и по колено в грязи

Гости
Андрей Болсуновский
глава фермерского хозяйства Болсуновский Андрей

Ангелина Грохольская: Сегодня мы говорим о людях Большой страны. И у нас в студии – Андрей Болсуновский, глава крестьянского хозяйства. Андрей, здравствуйте.

Андрей Болсуновский: Здравствуйте.

Андрей Болсуновский променял кресло банкира на фермерское хозяйство. Любит Красноярск, сибиряков, свое дело и комфорт. Противник рыбалки, охоты, отдыха в палатке. Если что-то придумал – берется за дело и доводит его до конца.

Ангелина Грохольская: Андрей, вы не первый фермер, который приезжает в студию "Большой страны". Вы знаете, все коллеги, ваши коллеги, которые уже здесь бывали, обычно говорят, что прежде чем начать проект, стать фермером, открыть какое-то крестьянское хозяйство, они чем-то жертвовали. Кто-то продает всю недвижимость для того, чтобы получить некий начальный капитал. Кто-то расстается с семьей, потому что 24 часа в сутки и 7 дней в неделю надо заниматься землей, надо заниматься животными, хозяйством. Вам пришлось чем-нибудь пожертвовать, прежде чем открыть свое крестьянское хозяйство?

Андрей Болсуновский: Я никогда не задумывался на эту тему, кстати. Наверное, у меня не классическая ситуация. Я, наверное, ничем особо-то не жертвовал, потому что я, в конце концов, стал заниматься делом, которое мне очень нравилось всегда, причем с детства, наверное, на самом деле. Я этим заняться себе очень долго не мог позволить.

Причем я очень много ездил по прежнему роду своей деятельности, я очень много ездил по стране и много ездил даже за границу. И в то время было проще у нас со всякими фискальными и ветеринарными органами, поэтому можно было что-то привезти и завезти в регион, развести. Это было прикольно, интересно. В проект мы окунулись достаточно, прямо скажем, очертя голову. И почему-то я был сразу уверен, что у меня все резко получится. И в первую очередь: "Я быстро решу вопрос с землей". Ну, фермера без земли не бывает. Так вот, я его до сих пор не решил.

Ангелина Грохольская: Ну, земля – это проблема, в общем, не только фермерства. Многие говорят, что получить землю под свой проект – это очень сложно. Давайте посмотрим, что у вас в итоге получилось, что у вас на сегодняшний день. У нас был уже сюжет в нашей программе о вашем хозяйстве. Вот фрагмент сейчас давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Ангелина Грохольская: Знаете, Андрей, признаюсь вам сейчас – вы мне больше напоминаете даже не фермера, не крестьянина тем более, а такого барина, как в сказке про Кота в сапогах. "А это чьи поля?" – "Маркиза Карабаса". – "Это чьи леса, угодья, реки, поля?" – "Это маркиза Карабаса".

Андрей Болсуновский: На самом деле в XXI веке уже не может, я считаю, быть фермера в сапогах кирзовых, резиновых, по колено бродящего в грязи. Понимаете?

Ангелина Грохольская: Почему?

Андрей Болсуновский: Потому что этого не должно быть уже. Потому что времена уже другие. Потому что это требование времени. И у нас, собственно говоря, очень много делается для того, чтобы появлялись в стране маленькие такие фермочки. По крайней мере, развитие малых форм хозяйствования на селе должно быть, это однозначно. То есть либо мы это разовьем – либо, собственно говоря, не надо больше этими проектами заниматься. Оно сейчас двигается. В общем-то, есть какие-то государственные моменты, государственная поддержка. Но фермерам старой формации очень тяжело выживать в сегодняшней ситуации, потому что сегодня народ, который идет что-то делать на селе, именно в малых формах, он уже, наверное, реально взвешивает свои возможности. И в общем, наверное, вот у таких фермеров, которые были раньше, у них нет никакой, собственно говоря, перспективы развития.

Ангелина Грохольская: А что у вас с образованием? Вы знаете, я тут нашла информацию…

Андрей Болсуновский: Финансист.

Ангелина Грохольская: Это второе образование?

Андрей Болсуновский: Да. Первое – в школе работал.

Ангелина Грохольская: Вот! Вы же начинали в школе. Вас просто знают многие как банкира успешного, топ-менеджера, который потом в один прекрасный момент стал руководителем крестьянского хозяйства. Мы нашли информацию, что вы были учителем. А что вы преподавали?

Андрей Болсуновский: Я преподавал русский язык и литературу.

Ангелина Грохольская: Русский язык и литературу?

Андрей Болсуновский: Да. Местами даже географию, потому что не хватало учителей.

Ангелина Грохольская: Сколько вы проработали в школе?

Андрей Болсуновский: Четыре года.

Ангелина Грохольская: А как потом в банк-то попали?

Андрей Болсуновский: Понимаете, тогда была возможность у нас уникальная. То есть специалистов не было. Появлялись рынки ценных бумаг, появлялись всякие банки. Специалистов по определению не готовили. Не было этих завышенных требований к кадрам в ЦБ и всего остального, поэтому ничего сложного не было. Я точно помню, что я стажировался две недели и стал кем-то там, даже сразу начальником отдела, понимаете, потому что нужно было въехать и работать.

Ангелина Грохольская: А супруга ваша, которая была вашей коллегой по тем временам, она как к этому отнеслась?

Андрей Болсуновский: Я не помню. По-моему, все нормально.

Ангелина Грохольская: А чье-то мнение?

Андрей Болсуновский: Меня на данном этапе, может быть, немножечко стало беспокоить чье-то мнение.

Ангелина Грохольская: Сейчас?

Андрей Болсуновский: Сейчас, да. Видимо, взросление. Хотя, в общем-то, я реально понимаю, что своим гонором и громким языком я, наверное, в определенной степени репутацию в регионе немножко сам себе порчу, потому что я бесконечно чего-то требую, я немножечко подкован в законодательном плане. Я, например, считаю, что если есть какая-то федеральная политика, которая существует в плане развития тех же малых форм хозяйствования, того же фермерства… Меня очень сильно раздражает то, что я реально понимаю, что на уровне региона чего-то не делается, понимаете. Ходит какой-то князек, глава администрации района, и просто-напросто имеет миллионы гектар земли, но в то же время 5 гектар фермеру выдать не может, потому что не хочет и потому что ему за это ничего не будет. Ничего, можно заставить на самом деле это сделать.

Ангелина Грохольская: Мне не дает покоя ваше первое образование – литература. Я теперь просто понимаю, к чему и почему все это. Я сейчас хочу еще одно видео показать, которое мы тоже обнаружили. У меня сначала совершенно не монтировалось это опять же с тем, чем вы сейчас занимаетесь. Ну, такой суровый серьезный мужчина, авторитарный, бизнес. И тут вдруг – Астафьев.

Андрей Болсуновский: А, понятно.

Ангелина Грохольская: Давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Андрей Болсуновский: Я очень люблю Виктора Петровича просто, да.

Ангелина Грохольская: Что это был за проект?

Андрей Болсуновский: Это был проект, организованный нашим интернет-изданием местным, региональным. Там очень много известных людей и края, собственно говоря, его поддержали, почитали Астафьева.

Ангелина Грохольская: Слова великого писателя насколько вам близки? То, что про землю. То, что возможно развитие. И возможно ли развитие сейчас, допустим, села?

Андрей Болсуновский: Вы знаете, я выбирал осознанно этот отрывок. Я думаю, что все то, что пишет Астафьев, почему-то всегда будет, наверное, актуально. И я думаю, что то, что он говорит, к чему он призывал, и то, что мы сегодня слышим – если бы мы это исполняли, вы знаете, то, наверное, мы жили бы гораздо лучше, нежели мы живем сейчас.

Ангелина Грохольская: А что мешает нам?

Андрей Болсуновский: Вы знаете, лень и менталитет, наверное, какой-то определенный, особенно нынешнего поколения, в том числе и нашего уже. То, что народ уходит от земли. Он уже отошел. Он сейчас понемножку возвращается. И я верю в возрождение деревни на самом деле и считаю, что все это будет, потому что это тоже требование времени. Дай бог, чтобы мы еще массово не побежали из наших мегаполисов.

Поэтому думаю, что развитие у русской деревни есть, но эта деревня может развиваться только вокруг городов однозначно. Не будет сегодня у нас деревень и 600 километров бездорожья, понимаете, это нереально. Потому что нет инфраструктуры. Люди уже хотят жить по-другому. Хотя в этом же плане политика, которая сегодня существует, она местами, к сожалению… Если мы что-то пытаемся воплотить на федеральном уровне, то мы пытаемся наложить какой-то шаблон на все регионы. Хоть Краснодарский край с Красноярским часто и путают, понимаете, но невозможно хозяйствовать одинаково.

Ангелина Грохольская: Это совершенно разные истории.

Андрей Болсуновский: Поэтому я все-таки верю в возрождение деревни.

Андрей Болсуновский – член Общественной палаты города Красноярска. Его жизненный принцип: "Любое зло должно быть наказано". Он уверен, что сельское хозяйство может быть рентабельным. Предпочитает авторитарный стиль руководства.

Ангелина Грохольская: Андрей, во многих интервью, практически везде, что я видела и смотрела, вы говорите о том, что очень любите Сибирь, очень любите Красноярск, ни в коем случае не хотите уезжать из этого региона. В то же время я заглянула на странички ваши в социальных сетях – вы там очень много критикуете и местную власть, и город, и то не так, и дорогие плохи, и что-то неправильно построили. Как это? Вроде, когда любишь, тогда не замечаешь каких-то недостатков.

Андрей Болсуновский: Это у нас региональная проблема. На самом деле, когда любишь, тогда еще есть с чем сравнить. Понимаете? У нас, к сожалению, сегодня Красноярск, прямо скажем, не на стадии своего пика развития. В общем-то, есть там у нас определенные проблемы – несмотря на то, что мы в 2019 году принимаем Универсиаду. Поэтому я имею такой достаточно (про что я говорил) имидж, скажем так, неравнодушного красноярца.

Ангелина Грохольская: "Неравнодушного" равно "недовольного", да?

Андрей Болсуновский: Да. Я член Общественной палаты города. Я очень рад, что сегодня вынуждена наша уважаемая власть, наши уважаемые муниципальные органы краевые прислушиваться к мнению общественности, потому что я считаю, что сейчас это требование времени. То есть мы сегодня уже прекрасно понимаем, что за законодательной властью нужно следить и следить, понимаете, за муниципальной и, тем более, за исполнительной. И у общественности еще есть какие-то перспективы – хотя бы потому, что общественники еще не получают зарплат. Как только их посадят на зарплату, что уже начинается, то мы и этот институт гражданского общества потеряем.

Ангелина Грохольская: А сами вы во власть – нет?

Андрей Болсуновский: Я получал такие предложения.

Ангелина Грохольская: И?

Андрей Болсуновский: Нет. Понимаете, плохо работать я, наверное, уже не смогу, потому что ну несерьезно. Хорошо работать – это надо работать много, это нужно было в таком случае не уходить из банка, а работать за другие деньги, прямо скажем. Поэтому я себя не вижу. Периодически, как только начинаются какие-то выборы, я получаю какие-то предложения. Но я никогда не хотел, допустим, быть депутатом никаким, потому что я считаю, что это должен быть образ жизни, это должна быть работа на общественных началах. И сегодня у нас должны в законодательной власти работать люди, которые себе могут уже это позволить, даже в экономическом плане.

Ангелина Грохольская: Вы не будете загадывать наперед, что никогда этого не случится и очередным вашим проектом не станет что-то, связанное именно с входом во власть, например? Ну, кто его знает? Лет так через пять.

Андрей Болсуновский: Скажем так – все может быть. Я абсолютно ни от чего не зарекаюсь. Но это, наверное, надо меня совсем уж довести. Если я увижу, что это будет тот участок, на котором я могу быть полезен – ради бога. Пока сегодня я считаю, что как громкий общественник я, наверное, все-таки полезнее городу и краю, если честно.

Ангелина Грохольская: Разозлить – это понятно. Теперь я уже понимаю, что вас может разозлить, может обидеть. А что растрогать вас может?

Андрей Болсуновский: Наверное, все что угодно можно. То есть я считаю себя абсолютно человеком, который, в общем-то, любым эмоциям подвержен, и я их особенно не стесняюсь, меня не напрягает это.

Ангелина Грохольская: Это не мешает такому авторитарному руководителю?

Андрей Болсуновский: Я считаю, что демократия еще не довела ни до чего хорошего на самом деле. Есть такое мнение, да. В том числе и нашу страну, если честно. Компании, которые внутри себя очень сильно развивают демократические всякие направления, начинания и считают это образом, нормальным способом управления… Я очень за них рад, что у них это получается. Но у меня это не получается и не получится. Я в этом не нуждаюсь. И в общем-то, переучиваться я уже не буду.

Ангелина Грохольская: Вот самое главное… Знаете, как говорят: "Найди себе работу по душе – и тебе не придется работать ни одного дня". Меня сейчас это интересует. Вы с удовольствием, вы хотите идти туда, куда вам приходится идти каждый день?

Андрей Болсуновский: Вы знаете, сейчас меня все устраивает в моей жизни. Помню свои последние два года в банке. Это был, по-моему, 2010–2011 годы. Я реально находился постоянно в каком-то таком комке, знаете, когда раздражало уже все. Для чего вообще зарабатывать деньги, если у тебя два раза в год есть по 10 дней отпуска, не выключая телефона? Сейчас тоже не могу выключить телефон. Я этого не ожидал, если честно. Поэтому если мне с утра испортили настроение – все, оно будет испорчено у всех. Но это я не специально делаю абсолютно. А так вообще я не считаю себя сегодня хорошим и лояльным руководителем, отцом всех. Нет, это абсолютно не я, наверное. И уже таким не буду.

Ангелина Грохольская: Андрей, последний уже вопрос. К сожалению, времени нет, будем завершать. Если сейчас отмотать назад такую пленку жизни – и вам снова 18, вы еще не знаете, что будет впереди, но это сейчас, XXI век, нынешнее время, 2017-й – чем бы вы занялись? Или что бы вы посоветовали себе 18-летнему, чем заниматься в жизни?

Андрей Болсуновский: Если бы мне сейчас было 18, то я бы, наверное, все-таки попытался сделать эту страну лучше. Возможно, что я бы, наверное, даже получил изначально какую-то другую специальность, если бы были эти возможности, связанную с каким-то очень эффективным менеджментом, возможно, с психологией, возможно, с политологией. Мне было бы это, наверное, интересно.

Хотя, с другой стороны, я реально понимаю, что я в этом сегодня разбираюсь, мне это в определенной степени интересно только потому, что у меня есть практический опыт. Я в своей жизни с чем только ни сталкивался, понимаете. Но то, что все равно у меня была бы где-то аграрная тема рядышком – это однозначно. Насколько я был бы в нее погружен – не знаю. Но она была бы где-то рядом. Мне это интересно

Ангелина Грохольская: Вы хорошо сказали: "Сделать страну лучше". Пуст это будет такое пожелание всем нашим телезрителям, которым сейчас 18, 28, 38, неважно. Пусть это будет таким девизом. Мы все это можем немножечко.

Андрей Болсуновский: Мне бы очень хотелось, чтобы будущий президент не свернул с курса сегодняшнего развития села, потому что если мы будем развивать село, мы фактически спасем сегодня наше деревенское население. Если это будет, если у этих людей будет работа, если у этих людей будет нормальная инфраструктура, то я думаю, что нам не страшны никакие продовольственные коллапсы. Очень хотелось бы, чтобы это все-таки у нас осталось, чтобы наше русское село процветало.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Жизненные принципы банкира, который стал фермером

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты
  • Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск