Анна Бондаренко: Стремление к себе – самый важный момент, чем бы ты ни занимался

Гости
Анна Бондаренко
чемпионка мира по биатлону, фермер

Павел Давыдов: Вы смотрите Общественное телевидение России, в эфире «Большая страна» – программа о людях, обществе и власти. У нас в гостях Анна Бондаренко – чемпионка мира по биатлону, а ныне – фермер из Коломны. Анна, здравствуйте!

Анна Бондаренко: Здравствуйте!

Павел Давыдов: Тема этой студии звучит так: «Крутой поворот», именно он случился в Вашей жизни, когда вы ушли из большого спорта и стали фермером. А вот сегодня, оглядываясь назад по прошествии лет, Вы можете четко ответить на вопрос, насколько легко Вы вписались в этот крутой поворот, ведь Вам даже пришлось поменять фамилию?

Анна Бондаренко: Да, изумительно я вписалась в поворот по смене фамилии и с огромным счастьем продолжаю наслаждаться жизнью, а поворотов было два: сперва я ушла из спорта в московскую жизнь и видела в ней тако счастье, но жизнь показала, что никуда не деться мне от себя и придется двигаться дальше.

Павел Давыдов: Как Вы решились на смену фамилии? Анна Погорелова известна всем, а Анна Бондаренко пока нет.

Анна Бондаренко: Я видела в этом, наконец, какое-то перекладывание своей мужской такой сильной стороны на мужа и как окончание своей предыдущей такой сложной, совсем неженской истории, поэтому с огромным счастьем я поменяла фамилию, а папа очень сильно страдал, трагически воспринимал, что я меняю фамилию.

Павел Давыдов: Давайте вернемся к созданию фермы, потому что всё-таки это ваше детище, скажите, пожалуйста, как появилась идея, и как к ней отнесся Ваш отец? Если уж он к смене фамилии дочери как-то серьезно подошел.

Анна Бондаренко: Отец привык к тому, что я круто меняю жизнь, точнее в детстве меня никто особо не поддерживал, и ответственность за все свои решения я несла сама. Сейчас вот приезжал Тони Роббинс в Россию, и он разрешает людям брать ответственность за себя и за свое счастье в свои руки, и все ему очень за это благодарны, я также благодарна своему отцу, который с детства мне объяснил, что кроме меня, меня счастливой никто не сделает, и как они не очень вмешивались в то, чем я занимаюсь, так они и не имели право на осуждение какое-либо, то есть он сжал зубы и скрипел ими в тот момент, когда я продавала квартиру, в тот момент, когда я разводилась, потому что это тоже была трагедия для всех близких, конечно: с двумя маленькими детьми без большого повода к этому, а повод был в том, что я хочу много детей и жить в деревне, а супруг прекрасно себя чувствует, первый муж мой, в Москве и, конечно, моя мечта о пятерых или семерых… он, конечно делает, что: «Да, конечно, дорогая». Но было видно, что это не сделает его счастливым, а мучить друг друга – это самое глупое, на что мы могли бы пойти, поэтому, когда близкие люди, друзья и знакомые люди, мнению которых я доверяю, крутили пальцем у виска и говорили, что такого то сумасшедшего я точно не встречу, потому что помимо того, что много детей, пятерых-семерых, то жить в деревне, ведение сельского хозяйства, и чтобы он взял на себя ответственность за бизнес огромный…

Павел Давыдов: Но Вы найти смогли такого мужа.

Анна Бондаренко: Здесь история в том, что поиск – это не совсем правильное слово: знакомство с будущим мужем у нас случилось в компании, мы до утра гуляли с друзьями поэтами, и я сидела с баночкой пива, а он так стоял в стороне молча, наблюдал, мучался явно и говорит: «Ну, куда ж ты пьешь, тебе ж еще детей рожать!». Я так смотрю и говорю: «Мне пятерых». Он посмотрел на меня и говорит: «Семерых».

Павел Давыдов: И на этом вы сошлись.

Анна Бондаренко: Остальной день наш был посвящен нашему диалогу: как же он будет с пятью детьми себя вести, я говорю: «Конечно, я тебе нарожаю, а ты будешь на них кричать или уйдешь из дома». А остальная наша компания переместилась кучками обсуждать: от того, как это круто, до того, как, сумасшедшие, идите – это зло.

Павел Давыдов: Это жизнь.

Анна Бондаренко: Собственно, для каждого человека, действительно, свои какие-то идеалы, я просто свою эффективность воспринимаю так: женщина может быть эффективной, воспитав много эффективных членов общества. Раньше я не верила, что можно быть счастливой мамой и дочерью, потому что мне казалось, что так мало сильных мужчин, что нужно их воспитать самой, как можно больше.

Павел Давыдов: Я уверен, Вам это удастся.

Анна Бондаренко: Я надеюсь, это время покажет.

Павел Давыдов: А сейчас другие интересные факты из Вашей биографии – краткая информация о Вас.

ПРОФАЙЛ

Павел Давыдов: Анна Бондаренко: пришла в биатлон в 11 лет, в 19 стала чемпионкой мира среди юниоров в эстафете, однако, уже в 20 лет ушла из большого спорта, так как посчитала невозможным совмещать карьеру в спорте и семью. Анна мечтала жить в деревне, иметь много детей и разводить кроликов, позже ради этого она продала 2 квартиры, купила 11 гектаров земли и здание бывшего коровника и создала кроличью ферму по европейским стандартам. Сейчас Анне 29 лет, у нее трое детей. Анна, мы узнали много интересных фактов из Вашей жизни, а скажите, пожалуйста, вам не было страшно продавать квартиры и вкладывать их в сельское хозяйство или в данном случае в свою ферму, ведь российский опыт ведения бизнеса показывает, что он нерентабелен?

Анна Бондаренко: Мало того, я вам даже скажу, что и мой опыт показывает, что он нерентабелен.

Павел Давыдов: Вот так вот.

Анна Бондаренко: И сейчас я думаю, что я, наверно, что-то сделала бы по-другому, если бы не стояла в той точке, в которой я сейчас стою, то есть можно считать, что я экономически неправильно построила бизнес и ещё, ещё, ещё, если бы я не была настолько близка к себе и счастлива в данный момент, поэтому все эти ошибки ведут меня и моего супруга к осознанию своей ценности, силы, моей женской и его мужской, и все проблемы, с которыми мы сталкиваемся, нам идут во благо, как такая большая воспитательная комната, поэтому страшно продавать квартиры мне не было вообще, вернемся к Вашему вопросу, я просто не могла по-другому, к сожалению или к счастью, потому что у меня какая-то потребность быть счастливой, она слишком острая в моей личности, если я несчастлива, то я прямо умираю, я завидую тем людям, которые могут какие-то полумеры принимать в своей жизни, наверно, завидовала до определенного момента в своей жизни, когда я поняла, что я за это могу благодарить Бога, что именно таким образом работает мое сознание, что оно отсекает ненужное сразу. Я попробовала себя и в информационных технологиях, то есть мой поворот был не из спорта в деревню, мой поворот был из спорта в Москву, из Москвы в деревню и здесь как раз эти проверки пройдены были, только сейчас я думаю, как я, вообще, на всё это решилась? Тогда я была как-то молитвенно избавлена от этих выборов – у меня просто не было выбора.

Павел Давыдов: А я вот не могу понять, как Вам удалось: в 2015 году, как я знаю из открытых источников информации, Вы попали крупную аварию, автоаварию – оказались на больничной койке в самый разгар строительства фермы и при этом ни одного дня не было простоя в этом строительстве, как Вам удалось, кто Вам помогал? Расскажите о тех днях.

Анна Бондаренко: Я так думаю, что… кто как это называет: Бог, Вселенная, система, провидение, природа, как сейчас кто-то говорит, что Эйнштейн воспринимал Бога, как природу – есть такое ощущение, что на чем ты фокусируешься, то в твоей жизни и происходит, сейчас физика тоже подтягивается, доказывает это через частицы, которые меняют свою структуру, поведение, в зависимости от направленного внимания. Проснувшись в Склифе, честно сказать, не было меня счастливей, я не знаю, как такое произошло, я тогда знала 2 молитвы, наверное, и эти молитвы мне помогали, я не могу поверить, что сломав 2 позвонка, у меня сейчас нет лопатки левой, сломана ключица, удалили селезенку – я лежала в шоковой реанимации, и на 3-й день я уже спала без обезболивающих, соответственно, работа не могла встать, потому что мы тогда получали какие-то очередные субсидии и таких моментов, на самом деле, множество, потому что на следующий год, когда был очередной запуск у меня, мы узнаем, что у папы рак и на следующий день – обширный инфаркт и нам говорят, что ему осталось 3 месяца, я начинаю падать в обмороки. Сотрудники на ферме в этот момент не осеменяют животных, не знаю, почему. И эти истории происходят в жизни постоянно и, если сесть, схватиться за голову и начать плакать, то ты теряешь что-то важное в этот момент.

Павел Давыдов: Давайте расскажем нашим зрителям, что из себя сегодня представляет ферма, чтобы было понятно, какой вы путь то прошли.

Анна Бондаренко: Сегодня трудно мне сказать, какой образ представляет ферма, потому что фермой занимается мой супруг.

Павел Давыдов: Да, мы это услышали, но вы же всё равно знаете.

Анна Бондаренко: Я знаю, что сейчас они с партнерами готовят переформатирование и от того, как пройдет это взаимодействие, много зависит, поэтому мы только верим, что что-то лучшее для нас приготовлено.

Павел Давыдов: Интересно получается: вы прошли сложный путь для создания этой фермы и сейчас так легко отказались от этой идеи.

Анна Бондаренко: Я с огромным счастьем отказалась, потому что ферма была не цель – это было средство, то есть я поняла, что я хочу быть в деревне с большим количеством детей, но в то же время обладать какой-то свободой, и чтобы слова не расходились с делом, то есть здесь мы должны были показывать реальный труд, реальную экономику: вот, ты что-то сделал своими руками, либо ты помог кому-то сделать своими руками.

Павел Давыдов: А реальность очень сурова, и вы это, я думаю, знаете.

Анна Бондаренко: Понимаете, реальность сурова с тем, кто идет против своей природы, то есть, если я в душе – крестьянка, а я пойду на ваше место, то тогда я буду страдать ежедневно и даже кофе-брейки, приятные друзья не будут меня спасать от этой тоски, поэтому здесь нам важно было показать детям, что стремление к себе – самый важный момент, чем бы ты ни занимался.

Павел Давыдов: Хорошо, когда каждый занимает своё место – мы об этом сейчас и говорим.

Анна Бондаренко: Да, то есть мы, как большой организм: есть место и почке, и сердцу, и уму, я надеюсь.

Павел Давыдов: Очень хорошее сравнение. А какой бы Вы совет дали нашим телезрителям, которые хотели бы пройти Ваш путь и организовать вою ферму в нашей большой стране с нынешними реалиями?

Анна Бондаренко: Первым делом, я бы посоветовала считать экономическую сторону и не мечтать о золотых горах, то есть это реально тяжеля огромная работа, которая не будет оправдана какими-то признаниями или еще чем-то, если приносит счастье, тогда смело идите, это как, знаете, если ты не можешь писать, то не пиши, если ты не можешь копать, то не копай, но если ты в душе поэт или ботаник, то тогда иди, копай, сажай, и ты чего-то, да добьешься: сперва соседям помидоры будешь продавать, а потом… но сперва начни с соседей, а потом увеличивай площади, квартиры продавать не надо для этого.

Павел Давыдов: Это, в первую очередь.

Анна Бондаренко: Да, я могла сдавать эти квартиры, например, и поставить себе одну клетку с кроликами, наверно.

Павел Давыдов: Спасибо за этот ценный совет. Анна, скажите, пожалуйста, Вы сегодня общаетесь с кем-то из своих бывших коллег спортсменов, вообще следите за тем, что происходит в биатлоне и в нашем большом спорте с этими допинг-скандалами, политическими интригами и так далее?

Анна Бондаренко: Я, по сути, из спорта и ушла, понимая, что это политические интриги, и что спортсмены – это участники такого большого политического процесса, в котором не хотелось участвовать, то есть буквально вчера я узнала, что Настя, она была Романова, теперь Загоруйко, тоже следила, переживала за нее: ее не пускали на Кубки мира, хотя результаты демонстрировала прекраснее, например, ее сильная сторона – это гонки индивидуальные, а ее запускали в спринты, и удивительным образом у нее периодически не ехали лыжи, то есть это такие большие трагедии маленьких жизней, которые со стороны зрителю не видны. Я была счастлива вчера узнать, что у нее родился… у меня 4 месяца ребенку и у нее 4 месяца второму сыну. Это тюменские девочки, с которыми мы вместе это всё проходили, она тоже уже 2 месяца, как мама троих, мы дружим с Катей Малышко – это жена Олимпийского чемпиона, Димы, конечно, слежу за ребятами: Тимофей Лапшин и Максим Цветков – это те, с кем мы были в команде с Николаем Петровичем Лопуховым. Я страдаю, когда наблюдаю за тем, что происходит, если ребята не готовы или в форме и в попытках всё это оправдать…

Павел Давыдов: Интересно, говорят, что неудачи делают человека сильнее, а поражения ведут к победе, Вы для себя смогли определить…

Анна Бондаренко: Это неправда.

Павел Давыдов: Хорошо, поясните, почему?

Анна Бондаренко: Потому что весь негативный опыт – это кладбище ваших страхов, которые в дальнейшем вам мешают, на самом деле, двигаться и правильная позиция, если вы страдаете – это понять, почему вы страдаете и идти от своего страдания, Господь нам говорит: милости прошу, а не жертвы, а у нас христианское смирение воспринимается, как, если муж бьет, значит надо… кто больше тумаков выдержит, та и молодец, пьет и бьет, значит мне на том свете больше радости будет, но Господня молитва «Отче наш…» просит Бога дать нам Царствие здесь. Знаете, мы в прекрасном находимся классе, в котором для каждого из слушающих один и тот же урок, этот урок свой и это изумительно, потому что все наши одноклассники, они, наверно, и учителя и ученики и это чудесно, я каждый раз наблюдаю за этим совершенством и просто восхищаюсь.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Чемпионка мира по биатлону - об уходе из спорта, опыте создания фермы, мечте о семерых детях

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты
  • Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск