Что из себя представляет агрорынок России: урожай этого года, цены на готовую продукцию, техника, кадры

Что из себя представляет агрорынок России: урожай этого года, цены на готовую продукцию, техника, кадры
Ливенскую гармошку и игрушки-свистелки в XXI веке создают мастера по старинным образцам
Астраханская область - край чистой воды, красивейших цветов и нетронутой природы
Какой секретный ингредиент нужно добавить, чтобы получилась лучшая в мире уха? Рецепт от казака
Путешествие к Саяно-Шушенской ГЭС через пещеры, пиратский корабль и НЛО
Путешествие по России: сокровища Саянских гор, рыбный край, страна тысячи рек, ливенские голоса
Юрий Пинигин возглавляет волонтёрский отряд молодых людей, которые восстанавливают монастыри
Этнографический музей стал театром, где играют волонтёры. Спектакли по 10 минут - экскурсия в XIX век
Театр «ФЭСТ» в Мытищах: как открыли новый сезон после попытки рейдерского захвата здания
В Воронеже снесли памятник героям Великой Отечественной войны
Ради точечной застройки в городах вырубаются леса и парки
Гости
Николай Лычев
главный редактор журнала «Агроинвестор»

Ангелина Грохольская: 11 миллиардов рублей ущерба, более 1 миллиона гектаров сельхозугодий пострадало в этом году из-за пожаров и наводнений, больше всего стихия бушевала на Дальнем Востоке, но и фермеры центральных районов говорят о недополученном урожае: сказалась ранняя весна и сразу – заморозки, а потом – сушь и промозглый июль, наша страна уверенно держит планку зоны рискованного земледелия. Какой урожай удалось всё-таки собрать? Об этом сегодня поговорим с нашим гостем: в студии «Большой страны» Николай Лычёв – главный редактор журнала «Агроинвестор». Николай, здравствуйте!

Николай Лычёв: Добрый день!

Ангелина Грохольская: Пугающие цифры, на самом деле, я, как потребитель, сразу задаю вопрос: если плохо всё с урожаем, как это скажется на моем кошельке и насколько так плохо действительно с урожаем в этом году?

Николай Лычёв: Что Вы сказали, на самом деле, никаких пугающих цифр, это очень хорошие цифры, потому что 11 миллиардов рублей – это микроскопически маленькая сумма для сельского хозяйства, выручка которого превышает триллион рублей, а сколько Вы сказали гектаров?

Ангелина Грохольская: 1 миллион.

Николай Лычёв: 1 миллион гектаров – это тоже, простите, ни о чем, потому что в стране засевается 80 миллионов гектаров, поэтому эти потери – это никакой катастрофы, это обычная проходная история, то есть…

Ангелина Грохольская: То есть можно выдохнуть?

Николай Лычёв: Это 1,5 % – о чем мы сейчас говорим вообще? Урожай в стране один из самых больших в истории современной исторической России – порядка 120 миллионов тонн мы соберем, если мы говорим с Вами про зерновые, то есть это…

Ангелина Грохольская: Ну, то есть, в первую очередь…

Николай Лычёв: Пшеница, кукуруза и ячмень, поэтому эти цифры меня ни чуть не пугают, пугает другое – что мы соберем слишком много зерна, для того, чтобы зарабатывать на нем приличные деньги, я сейчас имею ввиду не потребителя, а наших аграриев, но здесь вся надежда на экспорт, потому что Россия уже третий сезон подряд будет оставаться крупнейшим в мире экспортеров пшеницы, мы один из крупнейших экспортеров масла растительного подсолнечного и у нас хороший потенциал на уровне нескольких сотен тысяч тонн по экспорту сахара, поэтому, на самом деле, на рынке ничего не изменится в том плане, что надо иметь хорошее настроение, чувствовать себя спокойно, все будут сыты, накормлены и продукты, которые производятся из нашего урожая, будут социально доступными по-прежнему.

Ангелина Грохольская: У меня тогда вот какой опрос: Вы сказали о переизбытке, что это есть проблема, почему?

Николай Лычёв: Проблема, потому что страна… это формальная проблема, страна производит, вот возьмем пшеницу: страна производит больше, да не только пшеницы, а зерна, в целом, зерновых, чем она потребляет, потребляется не больше, чем 80 миллионов тонн, производится 120, возможно, даже с плюсом, вот эта разница – это и есть излишек, что с ним делать? А мы за прошедшие годы научились экспортировать: мы можем экспортировать 40-50 миллионов тонн зерновых в среднем год, и мы экспортируем с 2002 года зерно. Те, кто и нашего с Вами возраста и те, кто даже постарше, прекрасно знают, как Советский Союз еще с хрущевских времен был крупнейшим, уже при Брежневе, крупнейшим в мире импортеров зерновых, а потом он был одним из крупнейших импортеров мяса уже в 90-е, в конце 80-х, в 90-е годы, ну, а теперь мы, так сказать, зарыли свои потребности по зерну с 2003 года, то есть 18 лет практически мы экспортируем зерно и уже начали экспортировать мясо.

Ангелина Грохольская: А к нам импортное приходит сырье?

Николай Лычёв: Да, конечно.

Ангелина Грохольская: А зачем нам?

Николай Лычёв: Как зачем? Это же мировая торговля, Вы посмотрите, если Вы поднимите статистику или поговорите с экспертами по внешнеторговой деятельности, то они Вам подтвердят мои слова, что все крупнейшие страны-экспортеры продовольствия такие, как Соединенные Штаты, Евросоюз, эта группа стран, Бразилия, Новая Зеландия, Австралия – они являются крупнейшими импортерами…

Ангелина Грохольская: Одновременно.

Николай Лычёв: Вот, что мы имеем сейчас во всяком случае по зерну: мы имеем внешний рынок со своими торговыми барьерами, а у нас есть свои барьеры – вот эти контрсанкции продовольственные, которые были введены в 14-м году по политическим причинам и которые привели… я, как потребитель, уже считаю, привели к ухудшению качества предложения продовольствия на рынке, сейчас не важно, российское, нероссийское, мы все патриоты, но желудок, кишечник должны быть здоровыми, поэтому я лично хочу покупать качественные продукты, иметь выбор и иметь выбор по цене, по качеству, по ассортименту, вот я вижу, что у меня этот выбор сильно сократился, если мы возьмем такие продукты, как сырная группа, если мы возьмем такие продукты, как мясные изделия, то это всё объекты контрсанкционного реагирования, и, конечно, я могу сказать, что в количественном плане мы очень хорошо ускорились, агросектор очень хорошо раскрутился, но интересы потребителей не были соблюдены и контрсанкции… ну, такая история, когда мы бомбим Воронеж: во-первых, потребители переплатили уже несколько миллиардов долларов за продовольствие за счет того, что оно подорожало из-за этого, во-вторых, еще раз говорю, качество продовольствия вызывает большие вопросы в стране и те, кто думает, что российское – это лучшее, ну, это, на самом деле, большой отдельный вопрос, которому можно посвятить отдельную программу.

Ангелина Грохольская: То есть Вы сейчас как-то непатриотично совсем…

Николай Лычёв: Слушайте, я хочу быть здоровым, сытым и хочу иметь хороший ассортимент, если меня этого выбора лишают… мы в рыночной экономике живем или где с Вами? Если меня этого выбора лишают, мне это не нравится, я, как участник аграрной отрасли, это поддерживаю, потому что аграрно-продовольственный сектор оказался главным бенефициаром этой санкционной-контрсанкционной истории, но потребители в проигрыше, понимаете, и надо же что-то делать с этим.

Ангелина Грохольская: Давайте мы сейчас прервемся с Вами буквально на несколько минут, посмотрим сюжет из Тамбовкой области: в Мичуринском лесхозе изобрели агрегат по уборке сена, который может заменить собой колону тракторов, грузовиков и телег, подробнее в материале Елены Азарченко.

СЮЖЕТ

Ангелина Грохольская: Вот у нас талантливые люди живут в сёлах, малых городах.

Николай Лычёв: Настоящие Кулибины…

Ангелина Грохольская: Настоящие Кулибины, да.

Николай Лычёв: И Левши, которые, видите, делают какие вещи.

Ангелина Грохольская: Это точно, но не всегда это от хорошей жизни, такие изобретения, вообще, что с техникой у нас происходит в агросекторе?

Николай Лычёв: Техника в агросекторе есть, ну, мы же, опять же, в рыночных условиях живем, а не в плановой экономике, слава тебе, Господи, уже, поэтому техники ровно столько, техника ровно такая, покупку и эксплуатацию какой техники может профинансировать рынок, соответственно, если есть потребность, она приобретается, есть нет потребности, ее приобретается меньше и так далее. Я, конечно, мог бы повторить то, что часто говорят наши официальные лица, чем ближе к левому флангу, тем громче и эмоциональней, о том, что мы отстаем по эксплуатации техники из расчета на гектар в столько-то раз кратно от Штатов, в столько от Евросоюза, даже от Беларуси, прости, Господи, отстаем, ну, хорошо, мы отстаем, но, господа, мы – крупнейший в мире экспортер пшеницы, мы полностью закрыли свои потребности в зерне и десятки миллионов тонн зерна, масличных и другой продукции поставляем на экспорт, слушайте, если бы у нас не хватало бы техники, мы ничего этого не произвели, импортировали бы зерно. В Советском Союзе, который господа коммунисты, я им сочувствую, очень часто приводят в пример, было полно техники, мы были одними из лучших по этому показателю, о котором я говорю, но опять-таки мы импортировали зерно в огромных количествах – нам вот это нужно? Ничего катастрофичного с техникой не происходит, хотя я, конечно, считаю, что нам нужна техническая модернизация, чтобы техника была новее, мощнее и современнее, в том числе работающая по технологиям биоземледелия, ресурсосберегающего земледелия и так далее.

Ангелина Грохольская: А производит-то ее кто, или мы где закупаем тракторы «Беларусь»?

Николай Лычёв: Во-первых, да, мы закупаем, но вообще у нас есть свои производители техники, сельхозтехники, один из которых это известный Вам «Ростсельмаш» и «Петербургский тракторный завод»: за последние 15 лет плюс эти заводы прошли кардинальную, не то, что модернизацию, реконструкцию – это совершенно новые предприятия фактически, по сути своей, я был и там и там и могу Вам сказать, что такого рывка, в общем-то, за такой короткий период времени, от этой постсоветской техники, от которой все плакали, которая громко работала и часто ломалась, мы теперь производим, в общем-то, сельхозмашины, которые тоже на экспорт идут, в небольших количествах, но идут.

Ангелина Грохольская: Агросектор сейчас перспективная отрасль для инвестиций, для бизнеса, она интересна вообще, допустим, для тех, кто только входит?

Николай Лычёв: Она мега интересна, но войти в нее всё сложнее и дороже, потому что на всех рынках сложились какие-то свои игроки, свои производители: чем ближе к животноводству, чем ближе к переработке, тем там больше индустриальных предприятий, ну, не фермерских хозяйств, как Вы видели, их, конечно, много, десятки тысяч в стране, а именно производственных предприятий: «Мираторг», «Черкизово», из того, что Вы можете, или что на слуху у Ваших телезрителей, знать, но дело в том, что агрорынок перестал так быстро органически в объемном выражении, в тоннах, в процентах, расти, как он рос еще в нулевые годы, как он рос сразу после введения продовольственных контрсанкций и сейчас уже темпы роста намного ниже, а активы всё дороже и дороже, потому что они сильно модернизированы, потому что высокая конкуренция на рынке, там много разных причин и сейчас, если говорить о том, как войти в агросектор так, чтобы чётко и серьезно, то, если это большие деньги, то проще купить кого-то из существующих игроков или войти в акционерный капитал, что часто и происходит.

Ангелина Грохольская: Но не начинать всё с нуля.

Николай Лычёв: А если начинать с нуля… в принципе, знаете, рынки поделены, в том плане, что везде есть свои профессионалы, которые будут работать лучше, чем Вы или я, если мы с Вами только входим, но есть ниши, например, фермерские продукты, эко-овощи, допустим, даже не «Эко», а которые…

Ангелина Грохольская: А этот рынок еще не перенасыщен? Мне кажется, сегодня…

Николай Лычёв: Нет, а он еще только формируется, этого рынка, на самом деле, нет, кстати, будьте осторожны, если Вы ходите в супермаркет и покупаете что-то органическое: в России нет устающегося законодательства и органическим и «Био» может называться практически всё, что угодно, но и, конечно, если говорить честно, то есть классные продукты у нас из этого сегмента, но когда я вижу… сначала я прошу сертификат, чтобы убедиться, один раз взял сертификат, опросил, там написано: «Кандидат на экологическую сертификацию». Как это так? Он еще кандидат, просто документы отнес, бумажку получил и продает продукты. Есть качественные настоящие продукты, но когда я вижу цену, послушайте, переплачивать в 5-6 раз за морковку или редиску, потому что это какой-то «органик», я бы, честно говоря, не стал, то есть ничего там особо нового нет, это такие же продукты, как традиционные индустриальные, смотрите, чтобы были качественные производители, в смысле большие компании, они не халтурят, они друг за другом хорошо смотрят, ветнадзор наш и фитосанитарный надзор, мягко говоря, не дремлет и, в общем-то, производятся нормальные продукты более или менее.

Ангелина Грохольская: В кошелек еще раз заглянем…

Николай Лычёв: В чей?

Ангелина Грохольская: Возможно ли всё-таки зимой, например, подорожание каких-то продуктов?..

Николай Лычёв: Конечно, возможно, более того, они и должны подорожать зимой, потому что, если у нас сейчас высокий сезон и настолько дешевеют, например, овощи, продукты овощной группы, что это даже докладывает Центральный банк в своих отчетах, так как это настолько значимое понижение цены, что это даже влияет на падение инфляции в целом по стране.

Ангелина Грохольская: Николай, спасибо Вам большое за беседу!

Николай Лычёв: Спасибо Вам!

Ангелина Грохольская: Николай Лычёв – главный редактор журнала «Агроинвестор» был сегодня в нашей студии

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски
Полный выпуск 1 Гостей
Полный выпуск