Хирург Евгения Короткова - о состоянии медицины в российской глубинке

Хирург Евгения Короткова - о состоянии медицины в российской глубинке | Программы | ОТР

Как привлечь врачей и фельдшеров на работу в отдаленных населенных пунктах?

2019-04-09T19:34:00+03:00
Хирург Евгения Короткова - о состоянии медицины в российской глубинке
Свидетели средне-бронзовой эпохи. Памятники прошлого города-курорта Сочи
Село с историей. Юксеево - путь длинной в четыре века
Писатель Алексей Фролов: корни оккультного нацизма идут из ариософии - расовом превосходстве индоевропейцев над другими народами
Кёнигсберг-13. Где находился центр европейского мистицизма?
Кёнигсберг-13. Село с историей. Свидетели средне-бронзовой эпохи
Рай на земле. Как отыскать его в России?
Тайны Казанского Кремля. Одна из главных туристических точек Татарстана
Пророчества монаха Авеля. Какие тайны скрывает от путешественников Гатчина?
Пророчества монаха Авеля. Тайны Казанского Кремля. Рай на земле
Опробовано Ермаком. Кто придумал легенды о тюменских источниках?
Гости
Евгения Короткова
хирург «Варнавинской центральной районной больницы Нижегородской области

Ангелина Грохольская: Здравствуйте, сегодня мы говорим о людях большой страны. Истории наших героев очень разные: поучительные, иногда смешные, чаще трогательные, но порой в них боль и отчаяние и вот одна из них.

ИЗ ЗАПИСОК ВРАЧА Е. КОРОТКОВОЙ

Ангелина Грохольская: «Наше хирургическое отделение может быть закрыто… Это беда не только людей из района, которые по факту никому, кроме нас не нужны, но и сестер, уборщиц, поваров и другого персонала больницы, которому больница позволяет хоть как-то сводить концы с концами… Реформа здравоохранения привела к тому, что бедные беднеют и таких мест по стране сотни». Такой пост, а потом и сообщение в социальных сетях нам написала врач Варнавинской районной больницы Евгения Короткова. Хочется помочь. Как? Будем решать вместе и сегодня Евгения Короткова в нашей студии. Женя, здравствуйте!

Евгения Короткова: Здравствуйте, Ангелина!

Ангелина Грохольская: Что случилось или пока не случилось, но может произойти с Вашим отделением?

Евгения Короткова: У нас такая ситуация, что по факту мы не имеем больше возможности оказывать хирургическую помощь: наш анестезиолог тяжело заболел и выбыл из строя. Из этой ситуации выходим, как можем: звоним в санавиацию, но приезжают они не всегда и не всегда есть время для того, чтобы они приехали, пытаемся скооперироваться с соседней больницей, у которой есть анестезиологи, но ушли хирурги – пытаемся как-то так выживать.

Ангелина Грохольская: Об этом поговорим подробнее, а сейчас давайте познакомимся с наше героиней поближе.

ПРОФАЙЛ

Ангелина Грохольская: Евгения Короткова – молодой врач из подмосковного города Пушкино, после окончания столичного медвуза и ординатуры несколько лет работала в клиниках Москвы, затем волонтером медиком в рамках международного проекта уехала в Гватемалу, вернувшись в Россию, выбрала не столичную клинику, а сельскую глубинку. Евгения считает, что работа на земле – это неоценимый профессиональный опыт и возможность принести наибольшую пользу людям. Сейчас она – хирург в Варнавинской центральной районной больнице Нижегородской области. Интересный очень профайл у Вас, не совсем обычный, мне кажется, для молодого врача, хотя не знаю, возможно, сейчас таких специалистов сейчас, наоборот, становится больше. Вы работали в Гватемале до Варнавинской больницы, а почему Гватемала, как Вы туда попали?

Евгения Короткова: По двум причинам: первая причина та, что я, насколько себя помню, хотела пойти в мед, хотела поработать в какой-то развивающейся стране на землетрясениях, цунами, каких-то стихийных бедствиях. Когда появилась возможность поучаствовать в этом проекте, я сразу решилась написать организаторам и меня туда взяли, дальше дело было за малым – поехала.

Ангелина Грохольская: А сколько Вы провели в Гватемале?

Евгения Короткова: 9 месяцев.

Ангелина Грохольская: Почти год, да? Женя, мне кажется… вот, мы сейчас видим фотографии, по крайней мере, это либо какое-то экстремальное приключение… для Вас что это было?

Евгения Короткова: Для меня скорее не то, чтобы приключение, это было скорее испытание и очень большая проверка, вообще, всего: не только касательно медицины – касательно жизни и касательно человеческих качеств.

Ангелина Грохольская: Такая проверка на прочность, да.

Евгения Короткова: Можно так сказать, думаю, что это было самоопределение, потому что, попробовав такую работу, увидев, что существует совершенно другой мир, мир, настолько кардинально отличающийся от всего того, к чему я привыкла, тут было так: либо ты сразу это отбрасываешь от себя, понимая, что ты так жить не хочешь, либо для тебя это очень много значит.

Ангелина Грохольская: Как Вы в Варнавино оказались?

Евгения Короткова: В один момент я поняла, что я не знаю Россию, кроме Москвы я больше ничего не знаю, я не знаю людей, я не знаю, чем они живут, а так сложилось, что со мной вместе работала девочка, Ксюша, из Нижегородской области сама родом, она в Москве медицинский закончила и тоже приехала волонтёрить, я ей об этом сказала, она говорит: «Родители могут позвонить по районам, спросить, кому нужен хирург?». Позвонили, в Варнавино оказался нужен.

ИЗ ЗАПИСОК ВРАЧА Е. КОРОТКОВОЙ

Ангелина Грохольская: «Таких больниц в городах не встретишь, представьте себе: вся хирургическая, травматологическая, реанимационная, да еще и часть терапевтической помощи в целом районе осуществляется, по сути, одним человеком. Практически каждый день я встречаюсь с новыми болезнями… Снова и снова возникают вопросы: что это? И как это лечить?». Что Вы увидели, когда приехали в Варнавино? Первые впечатления помните?

Евгения Короткова: Да, про Варнавино у меня есть одно очень яркое впечатление – это клинический случай, который произошел в первый же день: это была тяжёлая черепно-мозговая травма, открытая у ребенка, с таким я раньше не сталкивалась. Вообще, поселок очень милый: если там хорошая погода, то мусора нет, во-первых, разительно с той же Гватемалой, у меня всё идет на такое сравнение, там всё завалено, там огромная проблема в том, что всё завалено мусором. Здесь нет, здесь чистенько красивенько, маленькие серые максимум двухэтажные дома, конечно, потом бросается ощущение какой-то угнетённости что ли, которое витает где-то в воздухе, общее настроение…

Ангелина Грохольская: Атмосфера.

Евгения Короткова: Атмосфера народа, как-то вот так, наверно, можно сказать.

Ангелина Грохольская: Женя, а Вас, как молодого врача, встретили, наверно, со всеми почестями, да?

Евгения Короткова: Меня замечательно встретили.

Ангелина Грохольская: Какие-то бонусы… у нас же часто говорят о том, что дают миллион подъёмных, выделяют бесплатное жилье… что-то Вы получили?

Евгения Короткова: Да, безусловно. С жильем вышла такая вещь, что мне предлагали квартиру трехкомнатную, но я сказала, что она мне не нужна, я это сделала, потому что просто я туда захожу, она такая большая и я одна, думаю: «Что я буду с ней делать?». Там был еще вариант жить в палате в закрытом детском отделении: относительно новый корпус, отремонтировано всё, отделение несколько лет назад закрыли, палаты пустуют, и я там поселилась, мне вполне комфортно.

Ангелина Грохольская: Отделение закрыли, потому что нет врачей?

Евгения Короткова: Нет, потому что реформа здравоохранения была.

Ангелина Грохольская: Оптимизация.

Евгения Короткова: Оптимизация. Инфекционное и детское отделения есть соседнем районе, до соседнего района порядка 40 километров.

Ангелина Грохольская: Вы поехали туда и учиться в том числе, я так понимаю, да?

Евгения Короткова: Конечно.

Ангелина Грохольская: А уже довелось осваивать какие-то новые методы, а, может быть, новые профессии?

Евгения Короткова: Да.

Ангелина Грохольская: Да?

Евгения Короткова: Базовая анестезиология и реанимация, потому что всё на настоящий момент на нас: манипуляции, такие как постановка центральной вены, интубация, реанимация, препараты – это, вообще, жутко дефицитная специальность и их очень не хватает. У нас раньше же хирурги сами давали наркозы, сёстры давали наркозы, потом в течение длительного времени, когда всё это дело разделилось и была так называемая «первичка» – это переквалификация, переподготовка: можно было после хирургии отучиться 4 месяца и получить сертификат анестезиолога, так и работать. Теперь, к сожалению, так сделать нельзя, потому что в образовании тоже произошли изменения и сейчас для того, чтобы стать анестезиологом, допустим мне, нужно проучиться 2 года, а так как у меня второе – сертификат был бы, то это платно.

ИЗ ЗАПИСОК ВРАЧА Е. КОРОТКОВОЙ

Ангелина Грохольская: «Год начался тяжело. Уже 1-ого числа умерла женщина, у которой был перитонит, а она отказалась оперироваться… Рак четвертой стадии – много страданий и боли. Уговаривали, как могли, но человек принял свою болезнь и свои гибель. Я много думала об этом, когда эмоции и чувство собственной бесполезности стихли. Возникал такой вопрос: где та грань, тот рубеж, после которого надо прекращать бороться?». Вот, врач собирает анамнез, потом пишет план лечения, вообще, есть протоколы лечения болезней, а у Вас есть план лечения, выздоровления больницы, отделения?

Евгения Короткова: Мы выделили, конечно, некоторые основные моменты, проблемы, с которыми нужно бороться, на настоящий момент их нужно просто разделять на те, которые мы можем решить и те проблемы, которые в принципе в медицине, да и, вообще, в нашем обществе существуют, потому что, ну, куда идти, если регион не развивается? Если рабочих мест нет, если образование в районе, кроме как техникума, никакого другого нет – вот это мы решить не можем. Но есть вещи, которые мы можем решить или, по крайней мере, постараться решить: в первую очередь, это, конечно, кадры и нам в настоящий момент просто жизненно нужен анестезиолог, соседнему району жизненно нужны хирурги, потому что там было несколько человек – ушли, остался 1 доктор, который взял на себя всю работу.

Ангелина Грохольская: А что нужно, чтобы молодые врачи, такие же, как Вы, поехали в российскую глубинку? В Гватемалу едут, а в Варнавино чем завлечь?

Евгения Короткова: В Гватемале великолепная организация, надо огромное спасибо сказать тем девушкам нашим, которые это дело организовали и поставили на поток, у них тогда никаких больших спонсоров не было, это всё чисто инициатива двух человек, которая разрослась до того, что они стоят вторую больницу во второй стране.

Ангелина Грохольская: А у нас же есть эти программы: «Земский доктор»…

Евгения Короткова: Мотивация, какая мотивация? Я думала, безусловно, о распределении, о том, что оно было, оно себя зарекомендовало, оно действовало…

Ангелина Грохольская: В советское время система распределения после института, да?

Евгения Короткова: Да, конечно, 5 лет – это большой срок, но если поставить на поток хотя бы год, хотя бы два, то это, конечно, решило бы много проблем.

Ангелина Грохольская: Чтобы они всегда были, по крайней мере, да?

Евгения Короткова: Да, за год можно сделать очень много и опыт получить большой в разных местах, то есть ротация тоже должна, конечно, быть.

Ангелина Грохольская: Какая главная вершина именно в профессиональном смысле?

Евгения Короткова: У меня не одной вершины, я бы много что хотела сделать: я бы хотела поработать в Республике Горный Алтай, на севере, в Африке, очень бы хотела попасть в организацию «Врачи без границ».

Ангелина Грохольская: Женя, у Вас сегодня есть возможность обратиться к нашим телезрителям напрямую, вот это ваша камера, Вы написали опять же на своей странице в социальных сетях с просьбой о перепосте, о репосте, что нужен анестезиолог. Сейчас Вы можете словами это сказать, может быть, смотрят ваши коллеги, обратитесь к ним, я очень верю, что это сработает, прямо буду держать кулачки сейчас.

Евгения Короткова: Я тоже верю, что это сработает и спасибо Вам большое за предоставленную возможность: коллеги, друзья, я прошу, если есть люди, готовые выйти из привычных рамок, которые готовы работать, которые готовы не только свои обязанности непосредственные выполнять, а вложить себя в развитие отделения, хотя бы в то, чтобы оно существовало, я очень прошу вас – отзовитесь и Варнавинская больница очень вас ждёт!

Ангелина Грохольская: Женя, спасибо вам огромное за смелость, за то, что вы не боитесь говорить очень многие вещи, на которые, возможно, не решились бы какие-то Ваши старшие коллеги – это здорово! Спасибо вам огромное, спасибо за Ваш труд и пока не надо никуда ехать, Горный Алтай подождет, он никуда не исчезнет, пожалуйста, оставайтесь Вы, пока не решится эта сложная организационная система, не будет налажена в Варнавинском районе, на Вас вся надежда, спасибо Вам большое!

Евгения Короткова: Спасибо!

Ангелина Грохольская: Сегодня в нашей студии мы беседовали с хирургом Варнавинской центральной районной больницы Евгенией Коротковой.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (5)
Страховая система себя не оправдала. На совести страховых компаний - горы макулатуры, которую вынужден заполнять врач, тратящий на это действо до 4\5 времени приема. Оплата услуг страховыми компаниями меньше себестоимости. Парадокс- чем больше врач работает , тем больше убытков он приносит организации.
Лег
молодому доктору. Надежды юношей питают. Но дураки кончаются. Бесплатно работать никто не будет. А насчёт распределения " рабовладельческий строй" закончился.
Лена
распределение-это хорошо и правильно
Сергей
Хорошая девушка! Но однажды она устанет сажать цветы на асфальте... Демократы и ОМС убивают медицину.
Виктория Валикова
Женя, мы тобой гордимся! Ты молодец!
Как привлечь врачей и фельдшеров на работу в отдаленных населенных пунктах?