Светлана Безродная: Для меня сцена - это такое счастье! И чем больше зал, тем лучше

Светлана Безродная: Для меня сцена - это такое счастье! И чем больше зал, тем лучше
Человек недели. Мастер из республики Коми изготавливает сигудки по восстановленным технологиям
Трасса Таврида. Как повысить транспортную доступность регионов?
История крестьянской Мельпомены. Усадьба Соколовых в Воронежской области может не пережить зиму
Семейная бухгалтерия. Как при скромных доходах свести дебит с кредитом?
Семейная бухгалтерия. История крестьянской Мельпомены. Трасса Таврида. Национальный мотив
Озеро цвета зари. Какой водой лечились калмыцкие батыры?
Все началось со спасения животных. Почему Красноярский зоопарк так популярен?
Чувашские легенды на Самарской земле. Кто такие лесные жители?
Кто такие лесные жители? Почему зоопарк в Красноярске так популярен? Какой водой лечились калмыцкие батыры?
«В десятку». Поможет ли национальный проект «Образование» навести порядок в школах?

Павел Давыдов: На Общественном телевидении России "Большая страна" – программа о людях, обществе и власти. И сегодня у нас в гостях – выдающийся музыкант современности, народная артистка России Светлана Безродная. Светлана Борисовна, здравствуйте.

Светлана Безродная: Здравствуйте.

Павел Давыдов: Очень рады вас видеть. Пожалуйста, присаживайтесь.

Светлана Безродная – известная скрипачка и дирижер, художественный руководитель Государственного академического камерного "Вивальди-оркестра". Активно гастролирует. В репертуаре более тысячи произведений – от классики до джаза и эстрадной музыки. Светлана Борисовна создала авторскую методику игры на скрипке. Многие из ее учеников стали лауреатами престижных международных конкурсов.

Павел Давыдов: Светлана Борисовна, обратите внимание на экран. Тему этой студии мы определили так – "Струны души". Именно их вы умело задеваете (наверное, скажу так), что все мы – зрители, которые приходят на ваши концерты, – испытываем всю гамму чувств, всю палитру чувств, я бы даже сказал так. Но вопрос мой таков: как вы считаете, можно ли научиться погружаться в душу человека с помощью музыки? Или все-таки это дар – дар музыканта, художника, поэта?

Светлана Безродная: Я думаю, что можно. Дело в том, что это все-таки развитие с детства. Я думаю, что… даже не думаю, а уверена, что все дети талантливые. Неталантливых детей не бывает, я утверждаю это. Кому-то везет, что в семье можно так развиться, что сразу какое-то понимание у родителей, и тогда ребенок идет по этому пути тонкого мира. А я называю тонким миром как раз музыку, потому что тонкий мир – это то, куда можно проникнуть и погрузиться. И это очень важно. И вообще музыка, могу вам сказать, – это самое сильное оружие. Вы вспомните…

Павел Давыдов: Ну, это то, что объединяет людей, да? Музыка и любовь к музыке. А вот позвольте здесь я как раз у вас уточню: а любовь к музыке – это наследственное? Ведь, насколько я знаю, даже ваши родители владели инструментом.

Светлана Безродная: Да. Ну так, мама, предположим, училась в консерватории, она пела. А папа – он ростовский. Так что я наполовину ростовская. По крайней мере, он учился в университете, который был замечательный. Он и сейчас замечательный университет – ростовский. Там было два отделения. Не знаю, сейчас сохранилось или нет. Было образование врачебное, то есть он мог стать врачом (и стал выдающимся врачом). И как в консерватории, абсолютно так же обучали музыке. Так что он сразу на двух специальностях, но все-таки выбрал врачебную деятельность.

Павел Давыдов: Я где-то читал, что в юности вы были весьма замкнутой и больше внимания уделяли музыке. А могу ли я у вас спросить, какие у вас детские воспоминания, вот сегодня?

Светлана Безродная: Детские?

Павел Давыдов: Да.

Светлана Безродная: Детские… Ну, вы знаете, я действительно была очень замкнутой. Я не могу сказать, что я приоритет отдавала чему-то, музыке или нет. Знаете, мне никто не нужен был, я абсолютно одиночка. Я могла играть одна, меня могли родители оставить в любом возрасте одну. Так и приходилось.

Павел Давыдов: Но игра-то с чего-то началась.

Светлана Безродная: Я себя занимала какими-то странными вещами.

Павел Давыдов: Например?

Светлана Безродная: Например, я очень люблю цветовую гамму, обожаю. И вообще, если я бы не была скрипачкой, я была бы визажистом, это сто процентов. И я была бы фотографом, потому что для меня фотография – это то мгновение, которое я могу запечатлеть. И вы знаете, во всех своих поездках я занималась фотографией, я фотографировала все, у меня снят весь мир. Если взять мои все видео, их можно использовать в "Клубе путешественников", потому что того, что я снимала, я уверена, нет ни у кого.

Павел Давыдов: Вообще говорят, что мир классической музыки очень жесткий и войти в него крайне сложно.

Светлана Безродная: Очень, очень.

Павел Давыдов: Вот сегодня, оборачиваясь назад, у вас есть понимание, что именно вам помогло заявить о себе не то что на всю страну, а на весь мир? Мы, кстати, про это позже поговорим.

Светлана Безродная: А вы знаете, кто мне сделал рекламу? Вы сейчас упадаете просто.

Павел Давыдов: Так, я держусь!

Светлана Безродная: Держитесь. Потому что это сделал генеральный секретарь партии Черненко. А знаете, почему?

Павел Давыдов: Каким образом?

Светлана Безродная: Объясню. Всем было известно, что я занимаюсь с учениками, у меня лауреаты и так далее, и так далее. И я образовываю такие унисоны в невероятном количестве – сто человек. Придумывают какие-то сочетания, которые вообще в голову бы никому не пришли. Представляете – сто человек, четыре арфы и три рояля. Приходит Политбюро на генеральную репетицию, смотрит и очень многих, даже очень известных отсеивает, что это не совсем то качество. И заканчивается номер… А это в Кремлевском дворце. Представьте себе – Кремлевский дворец, сидит полный зал, справа Политбюро сидит во главе с генеральным секретарем. И в полной тишине…

Павел Давыдов: Какая ответственность!

Светлана Безродная: А мои, конечно, одеты – понятно, темный низ, белый верх, галстуки. От шести лет до одиннадцатого класса, то есть с нулевки до одиннадцатого класса. Я их выдрессировала так, что… У меня даже есть один снимок, где он приходит на репетицию, и у него такое удивление было – он вот так делает руками! Он не мог поверить, что такую пьесу можно сыграть со ста детьми.

Павел Давыдов: Обалдеть!

Светлана Безродная: И в этой тишине звучит голос Черненко: "Хорошо пионеры играют. И тренер у них хороший".

Павел Давыдов: Это фактически и стало точкой отсчета в вашей карьере, да?

Светлана Безродная: Понимаете, с одной стороны, очень многие так смеялись, как только меня видела: "А, тренер! Понятно".

Павел Давыдов: "Тренер, музыкальный тренер". Это, кстати, очень интересно.

Светлана Безродная: И вдруг мне так прилетает в голову, думаю: "Нет, я что-то должна поменять в своей жизни. Я хочу оркестр". Но не потому, что я хотела подражать Спивакову и Башмету. Меня совершенно другое интересовало – я хотела женский состав. Потому что женщин практически никуда не брали. Вот если в Большой театр принимали 10 или 15 человек, то из 15 человек была одна женщина, ну, девушка, а остальные все мальчики. Это неправильно.

Павел Давыдов: Так появился "Вивальди-оркестр". Причем очень важно заметить, что в его состав входят только представительницы прекрасного пола.

Светлана Безродная: А главное не это. А главное – попутешествовать и проконцертировать по всему миру. Я поняла, что у нас единственный такой состав, именно в нашей стране. И я горжусь этим.

Павел Давыдов: Кстати, сегодня вокруг вашего оркестра ходит очень много легенд. Ну, вас называют…

Светлана Безродная: Правда?

Павел Давыдов: Да. Некоторые говорят, что вы настоящая колдунья. Причем знаете в каком контексте? Что каждый ваш концерт отличается от предыдущего. Более того – известные люди выстраиваются в очередь, чтобы принять участие в ваших концертах.

Светлана Безродная: Это правда, это правда.

Павел Давыдов: Давайте сейчас на секундочку прервемся и посмотрим маленький фрагмент с участием одного известного актера.

Светлана Безродная: С удовольствием, с удовольствием.

ФРАГМЕНТ КОНЦЕРТА

Павел Давыдов: Я хочу поаплодировать, потому что очень интересный фрагмент.

Светлана Безродная: А вы знаете, здесь… Там вы видели мужчин, да?

Павел Давыдов: Да.

Светлана Безродная: Это не мой оркестр.

Павел Давыдов: Ну, я так и понял.

Светлана Безродная: Это солисты Большого театра, мальчики, которые у меня участвуют во всех моих симфонических программах, потому что у меня не только такие программы, которые требуют только струнные. А Саша Домогаров – единственный из всех актеров или эстрадных певцов, который был в Большом зале Консерватории. А знаете, что такое Большой зал Консерватории? Это Олимп. Туда попасть практически могли избранные, потому что…

Павел Давыдов: То есть вы для Александра Домогарова открыли эту дверь фактически?

Светлана Безродная: Ну, вы знаете, нет.

Павел Давыдов: Нет?

Светлана Безродная: Дело в том, что это мой друг, мой любимый друг. И он у меня очень часто участвует и на моих фестивалях. Очень много, он не только это поет.

Павел Давыдов: А какой голос красивый!

Светлана Безродная: Да, у него потрясающий слог. Он профессиональный абсолютно пианист. Если бы он не был актером, он был бы пианистом. И поэтому с ним замечательно работать. Ему не надо объяснять, когда вступать, ну, как актерам, знаете. Я вот горжусь, что он единственный, кто был в Большом зале Консерватории.

Павел Давыдов: "Вивальди-оркестр" известен не только в России, но и по всему миру. Вы много гастролируете, об этом было сказано.

Светлана Безродная: Да.

Павел Давыдов: Но мне очень понравилось, что сами вы говорите, что для вас интересна "только моя страна" (цитата). А почему так категорично? Почему только Россия?

Светлана Безродная: Для меня очень важно, чтобы к моей стране относились с уважением. Моя страна заслужила это тем, что, во-первых, она освободила всю Европу. Если мы вспомним… Я не хочу никого оскорблять, но я могу напомнить Евросоюзу, за сколько минут сдалась Франция и за сколько минут вообще они все сдались. И они воевали фактически против нас. Может быть, мало кто понимает, что вот этот оркестр – он единственный для нашей страны, он единственный в мире. И я этим горжусь, что я могу теперь с 2014 года… С 2014 года для меня просто не существует…

Павел Давыдов: Других стран?

Светлана Безродная: То есть, понимаете, у меня контракты шикарные. У меня контракт с Columbia Artists. Что может быть сильнее? Американцы, сами знаете, они вообще спрут, они хотят захватить все. Ну, они это так и делали. Ну, сейчас мы знаем, что они находятся в совсем другом состоянии. Это такие судороги уже, как говорится, судороги тирана или властелина, я не знаю чего. Во всяком случае, невпопад все там действует.

И получилось так, что Columbia мне открыла путь в Европу абсолютно, то есть все были страны под Columbia. Потому что я, приехав уже до этого… Правда, я была известна. Они меня как-то выловили. Я даже не знаю, каким образом. Мне было такое предложение. Приехал Гроссман, вице-президент Columbia, целый час меня слушал – какую-то девчонку, которая вообще сдает экзамен. А у меня все готово. Вот он указывает это – вот это я играю. Это – это. Пожалуйста, все. Понимаете? Мы, к сожалению, в 90-х годах очень себе напортили, пошло такое низкопробное искусство на Запад. Мы не должны были так делать. Ну, случилось. И он хотел просто увидеть и потрогать, что это существует.

Павел Давыдов: Вы знаете, как интересно! Вы рассказываете о таких удивительных фактах, о которых многие исполнители могут только мечтать. У вас открыта дорога везде, но вы выбрали Большую страну и путешествуете по ней.

Светлана Безродная: Обязательно.

Павел Давыдов: И я предлагаю во второй части нашей беседы продолжить, но поговорим уже о путешествиях по Большой стране.

Светлана Безродная: Это с удовольствием, это с удовольствием.

Светлана Безродная за заслуги в области музыкального искусства удостоена почетного звания – народная артистка России. За вклад в развитие отечественной музыкальной культуры трижды удостоена национальной премии "Овация". Вместе с "Вивальди-оркестром" побывала в Донецке, где дала грандиозный концерт на сцене филармонии. Светлана Безродная постоянно придумывает новые проекты, которым уготована долгая жизнь.

Павел Давыдов: Светлана Борисовна, насколько я знаю, в конце прошлого года вы побывали в Донецке. Какие эмоции оттуда привезли? И почему решили туда отправиться?

Светлана Безродная: Ну, во-первых, на Донбассе мы не первый раз. Во-вторых, почему я с 2014 года запретила… То есть я не подписала контракты. В общем, с одной стороны, это мое счастье чисто экономически, потому что мне пришлось бы Columbia платить вообще неслыханные деньги. У меня каждые два года было построено. 44 концерта за 51 день! Они сказали: "Да… Только русская может такое выдержать". И в 2014 году, когда началось вот это, я уже не могла, я не могла ничего с собой сделать. Я отказалась, не подписав ни один контракт. И мы отправились на Донбасс. Отправились мы в 2016 году. И вы знаете…

Павел Давыдов: Это первый раз, да?

Светлана Безродная: Да, первый раз. 2016 год был более или менее такой спокойный, но мы видели эти раны, которые были нанесены в 2014–2015 годах. То есть я все знаю. А я все знаю, потому что… Вы знаете, с одной стороны, Интернет, конечно, помойка. Ну, я это тоже могу сказать. А с другой стороны, ты получаешь…

Павел Давыдов: Информацию.

Светлана Безродная: …сведения напрямую от тех людей, с которыми ты связана. Я связана… Пожалуйста, я из студии могу вам позвонить, прямо при вас могу позвонить в окопы. И я таким образом как-то зарядила оркестр своим таким… ну невозможностью остаться здесь, невозможностью не помочь вот прямо напрямую. И мы тогда везли такую помощь. Ну, это, конечно, не какие-то миллионы, миллиарды. Я не знаю, это надо было бы, но… То, что мы могли, мы собрали. Миллион рублей, разделив на две республики.

Павел Давыдов: ЛНР и ДНР, да?

Светлана Безродная: Да, разделив. И оказалось, это так вовремя было! Потому что для них вот эти цены совершенно другие.

Павел Давыдов: Светлана Борисовна, хочу поговорить с вами еще о ваших поездках непосредственно уже внутри страны. В какой город вам хочется возвращаться вновь и вновь?

Светлана Безродная: Вы знаете, вот это счастье. Как говорят: "Было бы счастье, да несчастье помогло". Потому что я, побывав, первый раз проехав всю страну вдоль и поперек… Кстати говоря, Белоруссия. Всего прошло три года после это Чернобыльской трагедии. Мы в Белоруссии по два раза бывали, вплоть до того, что до смешного дошло. Я играю заключительный концерт… Это уже был какой-то год, я не знаю… даже боюсь сказать. Десять лет прошло, мы без конца ездим туда. И ведущий – такой мальчик, очень волнующийся, актер молодой. А концерт был в концертном зале, в котором сидел сам…

Павел Давыдов: Батька.

Светлана Безродная: Батька.

Павел Давыдов: Лукашенко.

Светлана Безродная: Бацька. Я даже языки теперь знаю. И он так разволновался, что объявляет меня… Оркестр правильно объявил: Российский государственный… Кстати говоря, это награды, это завоевать очень трудно.

Павел Давыдов: Да, я читал об этом.

Светлана Безродная: Российский государственный академический. Вот эти три…

Павел Давыдов: Академический, который вы получили через пять лет. Это тоже нонсенс еще один в вашей карьере.

Светлана Безродная: Это вообще невероятно. Да, это во-первых. Во-вторых, я заслуженной стала через два года, сразу вообще. Причем я ничего, никаких документов не подавала. Я понятия не имела, что надо подавать. Меня просто встретили и сказали: "Так, значит, документы будут готовы. Завтра узнаете".

Павел Давыдов: А как же торжественная часть?

Светлана Безродная: Да. И через пять лет после этого я стала народной артисткой. Кстати говоря, вы знаете, я вчера поклонилась опять моему президенту. Я его так и называю – мой президент. Мой президент, потому что лучше него за все годы… я никого не могу поставить даже рядом. Его реакция. Тем более что мы с ним спортсмены. Я же мастер спорта по спортивной гимнастике. И для меня это…

Павел Давыдов: Да вы что? Этот факт я не знал. Надо же как!

Светлана Безродная: А вот это напрасно вы не знали. У меня даже есть снимки. Бревно мое было и брусья.

Павел Давыдов: Кстати, очень хотел с вами еще поговорить о том, когда вы приезжаете в разные города, вот за два-три дня…

Светлана Безродная: А это я вам сейчас… это я соединю.

Павел Давыдов: Да. Успеваете почувствовать настроение того города, в котором находитесь?

Светлана Безродная: Я это вам сейчас все соединю, потому что это относится и к ним тоже. Тула, которая в прошлом… ну, вот только-только она была, декабрь месяц. И там такие слова потрясающие! И каждый раз я получаю эти слова. У людей такие радостные лица! Как они счастливы!

Или, например, когда я должна ехать, я обалдеваю – совершенно незнакомые люди: "Еще одно чудо приедет к нам. Едет легендарный оркестр, едет всемирно известный оркестр, всемирно известная скрипачка". Это важно для нашего общего реноме. И вы знаете, города… Когда мне говорят "глубинка", я говорю: "Прекратите вообще это говорить! Вы самая культурная часть населения, самая образованная". Вы не представляете, какие залы. Вы не представляете, какая публика

Павел Давыдов: Вы говорите, что "публика в основной своей массе обладает мужским характером, который нужно волновать и провоцировать". Поясните.

Светлана Безродная: Вы знаете, их не надо провоцировать. Я выхожу… Как раз у меня был концерт, вот только-только. Я прохожу, а там стоит толпа, потому что они хотят автографы. И мне приходится на автографы… Я держу скрипку, здесь пишу автографы. Так было в Крыму, кстати говоря. Для меня сцена – это вообще среда обитания, это счастье.

Павел Давыдов: Как говорят некоторые артисты, это подарок судьбы.

Светлана Безродная: Вы знаете, да, на самом деле. Потому что очень многие волнуются, очень многое теряется. А у меня наоборот. Это для меня такое счастье! Не потому, что мне наплевать, что публика. Мне чем больше зал, тем прекраснее. И вот эти залы, слава тебе, Господи… Действительно, меня Боженька бережет. И действительно, мне Боженька дает то, что я вот получаю, потому что у меня залы полные, у меня народ потрясающий сидит в зале. И очень много детей.

Павел Давыдов: А вы знаете, что интересно, что поразило меня? Журналистам вы говорите, что вы бунтарка, и при этом что вы ведомый человек. Так какая на самом деле Светлана Безродная, Светлана Борисовна?

Светлана Безродная: Вы знаете, да, у меня какая-то двуликость, что ли, я не знаю. С одной стороны…

Павел Давыдов: Или две крайности.

Светлана Безродная: Нет, с одной стороны, действительно, меня могли увести бог знает куда. Так оно, собственно говоря, и происходило в моей личной жизни. А вот в отношении профессии меня никто не может увести в сторону, никто. В отношении моих убеждений – никто. И поэтому я езжу по нашей прекрасной стране… Ну, лучше природы я не видела! Кстати, слова Чайковского, Петра Ильича Чайковского, нашего гения. У нас ведь четыре спектакля по сценариям моего мужа, продюсера, международника-журналиста, вашего коллеги. Это, кстати, счастье большое, потому что у меня сценарий на каждый спектакль в Большом зале Консерватории. Вот почему на мою классику люди и ходят, полные залы. Полные залы!

Павел Давыдов: Светлана Борисовна, когда я готовился к этой беседе, читал многочисленные отзывы и о ваших концертах, и о том, какие эмоции испытывает человек при общении с вами. В первую очередь это фантастическая энергетика. А во-вторых, вы своим примером вдохновляете жить ради других. И вот сегодня после беседы с вами я хочу подписаться под каждым словом. Светлана Борисовна, большое вам спасибо за ваш жизненный путь, за ваше творчество и такое внимательное отношение к людям. И струны моей души вы сегодня задели. Спасибо.

Светлана Безродная: Спасибо.

Павел Давыдов: В студии "Большой страны" мы беседовали с выдающимся музыкантом современности, народной артисткой России, художественным руководителем "Вивальди-оркестра" Светланой Безродной.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски