Елена Володина: Дети с очень тяжелыми нарушениями развития – это огромный ресурс добра и чистоты

Гости
Елена Володина
генеральный директор фонда «Димина мечта»

Павел Давыдов: В России несколько десятков благотворительных фондов помогают детям с тяжелыми заболеваниями. Один из них – фонд "Димина мечта". На протяжении 10 лет он оказывает помощь лежачим детям-сиротам и инвалидам, помогает детским домам для умственно отсталых детей, выпускникам интернатов, оплачивает операции и лечение детей с аномалиями физического развития. За это время 243 ребенка прошли курсы лечения и реабилитации, более 5 тысяч детей-сирот в 28 детских домах и учреждениях получили необходимую помощь.

У нас в гостях – директор фонда "Димина мечта" Елена Володина. Елена, здравствуйте.

Елена Володина: Здравствуйте.

Павел Давыдов: Только что мы посмотрели сюжет – историю Ольги Пономарь, чей трудный жизненный путь заставляет задуматься. А ее фонд "Эпицентр" – это своеобразная надежда для родителей. А как появился ваш фонд? Я где-то читал, что это дань памяти мальчику Диме Мартынову?

Елена Володина: Маленькому Диме Мартынову, все правильно. Наш фонд ведет деятельность уже в течение лет двадцати на самом деле.

Павел Давыдов: То есть 10 лет официально зарегистрирован, а история началась 20 лет назад?

Елена Володина: Да, когда еще наши учредители, будучи волонтерами, вместе с православным центром "Живоносный источник" в Царицыне начали навещать детей в детском доме для умственно отсталых детей. 20 лет назад в этих детских домах была уже ужасающая ситуация. Это больше было похоже на маленькие "освенцимы" внутри города. У детей не было даже игрушек, не говоря уже о занятиях…

Павел Давыдов: Вы описаете какую-то историю из фильма ужасов. Вы меня, конечно, извините… Это так и было?

Елена Володина: Да, 20 лет назад это было так. У нас есть старый фильм. Это было ужасно. И собственно из-за этого фильма я осталась работать в фонде. Так как Дима был сиротой…

Павел Давыдов: Некому было помочь.

Елена Володина: …ему некому было помочь. А их держали в группах милосердия. Для таких детей не было предусмотрено ни нянечек, ни воспитателей, ни педагогов, ни дефектологов – никого. У них были только санитарки. И в группе на 20 лежачих тяжелобольных детей была санитарка посменно, которая должна была успеть их всех накормить три раза в день, помыть. Я уже не говорю, что никто с ними даже не гулял особо. И смертность была очень высокая.

История Димы очень показательная для всех детей этой категории. Потому что когда наши учредители впервые пришли в группы детей знакомиться с детьми, Мэри спросила у нянечки, которая была с ребенком: "А это что за мальчик сидит в углу?" Ей сказали: "Это Дима Мартынов. Он – как растение, ничего не понимает. Он, в принципе, ничего не чувствует. Он все время только сидит". Мэри кинула ему мяч – ребенок потянулся и кинул мяч обратно. Он реально хотел играть. И вот это очень показательная ситуация, когда взрослые, которые каждый день находятся с ребенком в детском доме…

Павел Давыдов: Этого не видят, да?

Елена Володина: Они не видят в нем человека, они не видят в нем ребенка. Они видят в нем подопечного, которого нужно мыть и кормить.

Павел Давыдов: Это чудовищная история.

Елена Володина: Это было, к счастью, 20 лет назад.

Павел Давыдов: Сегодня ситуация изменилась?

Елена Володина: К счастью, сейчас ситуация значительно изменилась.

Павел Давыдов: Надеюсь, лучше стало?

Елена Володина: Она гораздо лучше. У детей есть красивые комнаты, у них даже есть шторы на окнах, у них есть одежда, у них есть даже игрушки. Но, как ни странно, отношение до сих пор во многих учреждениях сохранилось – к ним относятся, как к детям, которых можно только мыть и кормить.

У нас есть потрясающий опыт, когда мы ставим массово этих детей на ноги, массово учим их жизненно важным навыкам. И это потрясающие вещи, которые мы открыли для себя. Даже ортопеды – профессионалы в своем деле – они не брались за таких детей с умственной отсталостью, потому что считалось, что нет перспектив. Зачем тратить время, силы и деньги на этих детей? Сейчас в одном из подопечных детских домов почти вся группа детей ходит. Они общаются, они помогают нянечкам. Там совершенно другая атмосфера.

Павел Давыдов: Елена, а в каких регионах работает сегодня ваш фонд?

Елена Володина: Ну, мы работаем в России. Мы так думаем, что мы работаем…

Павел Давыдов: Ну, не во всех 85 регионах?

Елена Володина: Мы не во всех регионах. Но мы принимаем обращения от семей, у которых такие дети, откуда бы они ни были. Наши проекты в пяти постоянных детских домах для умственно отсталых детей, где мы как развиваем наши проекты "Вертикализация" и "Портаж". Это методика, когда дефектологи учат детей жизненно важным навыкам именно тех детей, которых, кажется, невозможно ничему научить вообще. Благодаря методике, допустим, дети, которые 10 лет лежали просто в кровати и ели только из бутылочки, их кормили, через 6 месяцев они начинают кушать самостоятельно.

Павел Давыдов: Елена, на секундочку вернемся к сюжету об Ольге Пономарь. Она отметила следующее: в поиске помещения они обратились в одну из гостиниц. Руководство им заявило следующее: им "проще содержать бордель, чем ваши дети будут приходить сюда и заниматься". У меня, честно говоря, эти слова никак не укладываются в голове. Как такое можно сказать? А вы с подобными проблемами сталкивались, что не только недопонимают, но и, честно говоря, просто обижают?

Елена Володина: Это обстоятельства, в которых мы живем. Это наша реальность.

Павел Давыдов: Остается с ней только смириться?

Елена Володина: Есть бизнес, есть государственные структуры. Наш опыт такой же абсолютно. У нас был центр социальной абилитации для родителей, где наши 15 специалистов очень высокого уровня принимали и занимались детьми, которых никуда в московские центры вообще не брали. Родители привозили к нам своих тяжелых лежачих детей с очень тяжелыми нарушениями развития.

И вот 2008 год (у коммерческой фирмы мы снимали помещение для центра), кризис. Мы собрали очень мало денег и рассчитали бюджет, что мы не потянем. И там еще метро построили рядом – еще нам подняли цену. Мы отказались от помещения вообще и стали просить у государства, родители писали письма. И нам московский Департамент имущества предложил посмотреть два помещения. Мы посмотрели, согласились, очень были рады. Это были две квартиры на первом этаже. Мы могли там сделать миллион классных проектов и помочь очень многому количеству семей и детей и по всей России, и в Москве. Помещения стоят эти закрытые, они никем не используются.

Павел Давыдов: И вам их не дали?

Елена Володина: И нам их не дали. И вот они есть. И эти обстоятельства… Как к этому относиться? Ну, вот с этим и живем. Сейчас мы перешли на домашние визиты, наши специалисты ходят по домам. Мы в три раза из-за этого оказываем меньше услуг, потому что часть тратится на дорогу к ребенку, часть – на дорогу обратно.

Павел Давыдов: Елена, мне кажется, у вас самая сложная работа в мире, потому что надо понять, принять и поддержать. Но ведь особые дети требуют особого подхода, и в том числе внутреннего. Вам приходится менять себя, перестраивать как-то? Или это произошло 20 лет назад, после истории с Димой?

Елена Володина: Я перестроилась, когда… Я росла в приемной семье, мои родители брали приемных детей. И я была приемной мамой в течение 8 лет. Я тогда уже поняла, в каком государстве мы живем, с какими трудностями придется столкнуться. И тогда я перестраивалась. Сейчас я уже на своем месте, и я знаю, как и с чем работать, где стоит рвать душу, а где лучше сохранить свой внутренний ресурс и нести все, что у тебя хорошее есть, детям.

Они, дети… Нужно обязательно про это сказать. Дети с очень тяжелыми нарушениями развития – это такая категория потрясающая детей, которые огромный ресурс добра, чистоты. И мне очень хотелось бы как можно больше людей привести к ним и показать: "Ребята, посмотрите, какие есть". Вообще недоразумение, что они находятся в интернатах. И я очень верю, что в нашей стране все-таки изменения происходят и будет еще лучше. Потому что те дети, которых не оставили в интернате, не отказались из-за того, что у них сложные диагнозы, они же потрясающие результаты выдают.

Павел Давыдов: Елена, мне искренне хочется поблагодарить вас за эту беседу, сказать вам большое спасибо за вашу жизненную позицию, за ваше такое внимание к детям, для которых вы, пожалуй, последняя надежда. Пожелаю еще бо́льших возможностей вашему фонду. Ну и конечно, мужества маленьким пациентам, у которых есть все шансы прожить долгую и счастливую жизнь – и отчасти благодаря именно вашей поддержке. Спасибо большое.

Елена Володина: Спасибо большое.

Павел Давыдов: У нас в гостях была директор фонда "Димина мечта" Елена Володина.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О работе фонда "Димина мечта"

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты
  • Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск