Юлия Вербицкая: делать от физического лица пожертвования намного сложнее и неправильнее, чем от юридического

Гости
Юлия Вербицкая
основатель и председатель Фонда поддержки искусств и музейной деятельности «Русские меценаты»

Павел Давыдов: В России в апреле отмечают День мецената и благотворителя. Дата связана с днем рождения Гая Цильния Мецената – известного римского аристократа, покровителя художников, артистов, музыкантов. Он родился 13 апреля 70 года до нашей эры. Как можно догадаться, от его имени и произошло слово "меценат". А кого можно назвать меценатами в современной России? Переадресую этот вопрос Юлии Вербицкой – основателю и председателю Фонда поддержки искусств и музейной деятельности "Русские меценаты". Юлия, здравствуйте.

Юлия Вербицкая: Здравствуйте, Павел.

Павел Давыдов: Итак, кто же они – современные русские меценаты в Большой стране?

Юлия Вербицкая: В первую очередь те люди, которым небезразлична судьба искусства и которые готовы выделять суммы (желательно на постоянной основе) для того, чтобы поддерживать и музеи, и художников, различные отрасли и направления культуры и творчества.

Павел Давыдов: Только культура, творчество, искусство?

Юлия Вербицкая: Для меценатов – в основном да. Если мы вернемся к истории римской, то как раз благодаря стараниям Мецената до нас дошли многие римские поэты, в том числе Вергилий. Благотворители же – это те, кто помогают, например, нуждающимся, больным детям, не знаю, животным и прочее. Меценат – это частный случай благотворителя, но очень важный, безусловно.

Павел Давыдов: Вот вы мне объяснили разницу между благотворителями и меценатами. Но мне хотелось бы вспомнить дореволюционную Россию, ведь именно тогда именно меценаты строили больницы, школы, помогали нуждающимся. То есть получается, что все-таки меценаты и благотворители – почти одно и то же?

Юлия Вербицкая: В самом деле так. Мы рассматриваем меценатство как частный случай благотворительности. И если мы вернемся к практике дореволюционной России, мы увидим две большие группы лиц, жертвователей. В первую очередь это аристократы и члены императорской фамилии, для которых, согласно протоколу, участие в благотворительных мероприятиях было обязательным. И вторая часть – это купцы, крупные промышленники, которые по зову сердца и души вкладывали деньги в искусство. И конечно, такие фамилии, как Савва Мамонтов, Морозовы, Рябушинские, Остроумовы, они известны очень хорошо, я думаю, широкому кругу наших слушателей.

Павел Давыдов: А сохранились ли до наших дней династии, семейные династии меценатов?

Юлия Вербицкая: В России – практически нет, поскольку искусство и коллекции были национализированы, сейчас они представляют собой государственные музейные фонды. И на протяжении нашей истории Советского Союза частное коллекционирование, мягко говоря, не приветствовалось. Были частные продажи, были коллекционеры, но на них всегда смотрели несколько странно, как на неблагонадежный элемент. В Европе же и в Америке такая практика повсеместна.

Павел Давыдов: Давайте вернемся в наши дни. А что сегодня заставляет бизнесменов или крупных предпринимателей жертвовать на искусство? Зов сердца?

Юлия Вербицкая: Конечно. Стремление войти в историю, ощущение… Ведь главная цель искусства – это изменить мир, изменить мир к лучшему. У искусствоведов есть очень интересный специальный термин: искусство должно душу процарапывать, продирать. И если человек, который позволяет себе предметы роскоши, такие как дорогие автомобили, дорогую недвижимость, вдруг находит в искусстве что-то, что его трогает, и начинает это искусство поддерживать, начинает увлекаться, начинает помогать художникам делать выставки, музей, – он и меценат.

Павел Давыдов: Юлия, скажите, пожалуйста, если мы с вами говорим о русских меценатах, о современниках, чьи фамилии мы могли бы сегодня в этой студии назвать?

Юлия Вербицкая: О современниках в контексте истории всегда говорить немного сложно. Ну, пожалуй, я приведу пример известный – Шалва Бреус, который основал Премию Кандинского, который помогает современным художникам, который увлекается советским искусством. Да, безусловно. Человек, помимо серьезного бизнеса, выделяет на постоянной основе средства для развития, поддержки и пропаганды российского и советского искусства в мире.

Павел Давыдов: Юлия, а давайте теперь поговорим о работе вашего фонда. Как он появился и чем он занимается?

Юлия Вербицкая: Первоначально идея создания фонда у меня возникла в тот момент, когда я начала делать выставки и коллекции. Я коллекционирую, у меня довольно обширная коллекция – более 500 полотен. И при взаимодействии с музеями в какой-то момент, согласно законодательству, я поняла, что делать от физического лица пожертвования намного сложнее и неправильнее, чем от юридического.

Павел Давыдов: Надо же, как интересно!

Юлия Вербицкая: Абсолютно.

Павел Давыдов: А почему?

Юлия Вербицкая: Благотворительный фонд имеет определенную форму налогообложения. И благотворительный фонд может позволить себе совершение сделок, заключение договоров, участие в конкурсах при необходимости. Полномочия шире. Далее у меня появились единомышленники, которые поддержали идею. И вот есть фонд. Результат его работы – более десяти выставок в государственных музеях, в федеральных музеях в России и, например, выставка в Соединенных Штатах Америки, в Нью-Йорке, в Museum of Russian Art, где с большим интересом приняли и оценили живопись советского периода.

Павел Давыдов: А если мы вернемся непосредственно к той работе, которую сегодня проводит фонд? Давайте подробнее об этом поговорим.

Юлия Вербицкая: С удовольствием. Мы находим тех художников, которые после Советского Союза оказались в очень сложной ситуации финансовой. Я повторюсь, что развал Советского Союза привел к тому, что огромное количество мастеров, которые не умели продавать свое искусство, поскольку Советский Союз не подразумевал ни аукционов, ни широких продаж, искусство покупалось государством в лице Союза художников, музеев, специальных фондов. И после развала Советского Союза, когда финансирование практически было остановлено, довольно значительный пласт мастеров остался без средств к существованию. И их наследие сейчас требует изучения. Те, кто жив, должны получать поддержку, они имеют в ней самую острую необходимость. И это одна из целей и задач фонда.

Вторая цель и задача – это поддержка музеев, и в первую очередь музеев региональных.

Павел Давыдов: А примеры есть?

Юлия Вербицкая: Конечно. Серпуховский историко-художественный музей, музей в городе Ярославле, музей в Иваново. Потрясающие коллекции, включая полотна русского авангарда. И ограниченное число зрителей, потому что мало кто из иностранцев и жителей Москвы, например, поедет в Ивановский музей, чтобы посмотреть Любовь Попову.

Павел Давыдов: Что касается форматов работы. Кроме организации выставок и кроме поиска меценатов, которые могут поддержать тот или иной проект, чем еще занимается ваша организация?

Юлия Вербицкая: Вы выявляем молодые таланты.

Павел Давыдов: Ух ты!

Юлия Вербицкая: Мы проводим конкурсы и предлагаем художникам определенной возрастной группы или определенной национальности (в зависимости от того, что является предметом нашего внутреннего исследования) представить свои работы. В эти дни проходит выставка наших молодых талантов. Среди них замечательные художники-эмальеры из Ярославля – Елена Евдокимова и Михаил Бекетов. Вот они – таланты. Каждый может прийти и ознакомиться с их работами. Они потрясающие! И как мы пытаемся возродить традиции меценатства, так и наши эмальеры пытаются возродить искусство горячей эмали – очень сложное и очень тонкое, абсолютно уникальное.

Павел Давыдов: Юлия, мы как раз сейчас уникальные кадры видим. Это чьи работы?

Юлия Вербицкая: Это Алексей Бесперстов – художник очень сложной судьбы, который провел большую часть своей жизни в Средней Азии. И в 92-м году, когда Советский Союз распался и была гражданская война, он вернулся в Россию, вернулся в Москву. Судьба его, к сожалению, была трагична, поскольку неспокойное время, и деньги, которое у него были, он вложил в компанию, которая обанкротилась. И какой-то период времени он жил в ужасных условиях, буквально в поле, не перенес этого и ушел из жизни. Мы делали выставку его, которая называлась "Дорога домой", поскольку весь путь его жизненный был поиском дома. Ну, теперь мы видим его впечатления в творчестве.

Павел Давыдов: Юлия, вы занимаетесь очень важным делом – ваш фонд поддерживает искусство. И подобных организаций в нашей стране очень мало, к сожалению. Как вы считаете, с чем это связано? Почему мы готовы активно поддерживать малоимущих людей… Понятно, что это надо делать. Но ведь искусство, как мы понимаем, в современной России нуждается не то что в поддержке, а в том, чтобы мы могли всячески способствовать развитию этого направления.

Юлия Вербицкая: Искусство – это предмет роскоши. Когда мы накормим голодным (если не всех, наверное, всех невозможно, но большую часть), мы перейдем к тому, чтобы поддерживать художников и предметы искусств покупать. Плюс мы не должны забывать о том, что традиции коллекционирования и меценатства на протяжении 70 лет искоренялись самым тщательным образом. И возрождение, любое возрождение – процесс очень сложный и кропотливый. Но мы в пути.

Павел Давыдов: Юлия, а вас можно назвать меценатом?

Юлия Вербицкая: Сложно. В первую очередь, я коллекционер. Во вторую очередь, я юрист. В третью очередь, я увлекающийся человек. У меня есть личные предпочтения и художники, которым я помогаю, вкладываю свои личные деньги. И это мне доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие.

Павел Давыдов: Несколько слов в завершение о том, каким вы видите завтрашний день вашего фонда. Как планируете развиваться?

Юлия Вербицкая: Проводить выставки, проводить мероприятия и привлекать как можно больше неравнодушных и интересующихся людей. Наш принцип: "Мы не просим финансовой поддержки, мы ее оказываем сами". И на мой взгляд, в этом залог успеха.

Павел Давыдов: Безусловно. Но, чтобы оказывать поддержку самим, нужно эти деньги где-то получать и как-то зарабатывать. Фонд имеет возможности?

Юлия Вербицкая: Мы много работаем.

Павел Давыдов: Даже так?

Юлия Вербицкая: Да.

Павел Давыдов: Юлия, я благодарю вас за эту беседу. Мы узнали, кто такие современные русские меценаты. И мне кажется, благодаря вашей работе не то что жизнь становится лучше, а искусство приходит в каждый дом. Спасибо вам большое за это.

Юлия Вербицкая: Спасибо большое и вам.

Павел Давыдов: У нас в гостях была Юлия Вербицкая, основатель и председатель Фонда поддержки искусств и музейной деятельности "Русские меценаты".


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты
  • Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск