Георгий Бовт: В советское время Крым был для многих второй «заграницей»

«Приехать к морю в несезон,/ помимо матерьяльных выгод,/имеет тот еще резон,/ что это - временный, но выход/ за скобки года, из ворот/ тюрьмы».  Эти строки написаны удалившимся с глаз долой от преследовавших его властей подальше Иосифом Бродским. В Коктебеле. Или вот его же, самое знаменитое: «Если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря». У Черного, разумеется. 

Крым - Гурзуф, Коктебель, Ялта - всегда был для русской души, поэзии, литературы и искусства гораздо большим, чем географической точкой на карте Империи. Все великие люди стремились туда, и непременно находили вдохновение. Пушкин, Гоголь, Чехов, Максимилиан Волошин, Куприн, Булгаков. Какое-то мистическое место, где словно обреталось типично русское представление о Воле, где расправлялись крылья фантазии и желаний.

Екатерина Великая, на время которой пришелся апофеоз жестокостей русского крепостничества, присоединив Крым, не стала распространять на новые земли Тавриды российские крепостнические порядки. Эти земли стали местом необычайной по тем временам экономической и личной свободы. Что-то типа Дикого Запада в хорошем смысле этого слова - в русском исполнении.

Именно эти вновь завоеванные и тогда довольно пустынные земли Таврии, кстати, были выделены императрицей для немецких переселенцев, протестантов-меннонитов. Она, словно отдавая своего рода духовную дань партнеру по переписке антиклерикалу Вольтеру, приютила у себя религиозных диссидентов. Екатерина предоставила им свободу вероисповедания, освободила их на время от податей, выдав солидные подъемные.

В те времена вообще в Германии, бывшей одним из самых запущенных мест в Европе, у вербовщиков не было отбоя от желающих ехать на поселение на юг неведомой Украины.

А вспомните гоголевского Чичикова, представлявшегося «херсонским помещиком». Ему нужен был стартовый капитал. Он мог получить его, взяв кредит под фиктивный залог умерших, но еще числящихся в «ревизских сказках» крестьян. В залог можно было отдать только крестьян с землей. А землю давали для освоения бесплатно в Таврической и Херсонской губерниях. Вот такие люди и осваивали эти территории, превратив их быстро в регион капиталистического, не крепостнического, эффективного земледелия.

В советское время Крым стал для многих как бы второй заграницей. Прибалтика была «как бы Европой», а Крым заменял собой все Средиземноморье, оставаясь доступным убежищем, выходом в иное пространство, в иной темп жизни, в иную степень свободы.

Помните фильм «3 + 2» с молодыми Мироновым и Фатеевой? По-моему, этот фильм можно считать одним из таких же символом «оттепели», как и «Весну на Заречной улице». Свободные люди, свободно строят свои отношения. В Крыму, разумеется. Который вернулся домой. Хотелось бы продолжения таких историй.

  


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски