Архитектор Дмитрий Швидковский: Москва слишком много потеряла, чтобы позволить себе не восстанавливать утраченные памятники

Архитектор Дмитрий Швидковский: Москва слишком много потеряла, чтобы позволить себе не восстанавливать утраченные памятники | Программы | ОТР

архитектор, Москва, застройка, памятники, дома, история

2019-10-07T11:06:00+03:00
Архитектор Дмитрий Швидковский: Москва слишком много потеряла, чтобы позволить себе не восстанавливать утраченные памятники
На запись мирового хита «We are the world» в студии собралось сразу 40 самых известных музыкантов: песню записали за одну ночь
Забавные зимние падения
«Инородный» артист Олег Даль
Олег Фомин: Я так и не понял, что такое настоящий успех, потому что был сильно увлечён театром
Брюс Уиллис: на роль «крепкого орешка» Джона МакКлейна его позвали от отчаяния
Готовим печенье из овсянки
7 марта: Дайджест дат и событий «Календаря» за прошедшую неделю
«Женщина, которая поёт»: этот фильм мог бы быть без Аллы Пугачёвой
Певица Manizha: Шоу-бизнес – это ежедневная борьба, и здесь нужно быть воином, особенно девчонкам
Благодаря сумасшедшей фанатке Майкла Джексона появилась песня «Billie Jean»
Гости
Дмитрий Швидковский
заслуженный деятель искусств РФ, историк архитектуры, профессор, ректор Московского архитектурного института

Мария Карпова: Макс, ну вот как можно заваривать кофе, чтобы всегда оставались эти жуткие следы?!

Максим Митченков: Да ладно, Маруся, ну это же креативно, я пример с архитекторов беру!

Мария Карпова: Какой пример, с кого, что еще за фантазии?

Максим Митченков: Ну, как? Приезжает комиссия на сдачу жилого дома и видит: по всему фасаду нарисованы какие-то неровные коричневые круги, вызывают прораба: «Это что еще такое?!». А тот: «Ну, вот, всё точно по проекту» – и протягивает альбом, а председатель комиссии заглядывает туда и говорит: «Ну, тупица! Это же архитекторы на чертежи кофе ставили!». Вот я ж и говорю: главное – творческий подход.

ФРАГМЕНТ Х/Ф «ВЗРОСЛЫЕ ДЕТИ»

Мария Карпова: 7 октября – всемирный день архитектуры и в нашей студии: доктор искусствоведения, профессор, вице-президент Российской академии художеств, ректор Московского архитектурного института Дмитрий Швидковский. Дмитрий Олегович, рады Вас снова видеть в нашей студии!

Дмитрий Швидковский: Добрый день!

Максим Митченков: Здравствуйте!

Мария Карпова: Конечно, в первую очередь, поздравляем Вас с международным днем архитектуры!

Дмитрий Швидковский: Спасибо большое!

Мария Карпова: Нам кажется, что для Вас это важный значимый праздник, потому что Вы не просто архитектор, Вы – потомственный архитектор.

Дмитрий Швидковский: Да.

Мария Карпова: А почему Вы как-то сказали, что у Ваших родителей как раз не было проблем с выбором Вашей профессии, а у Вас были проблемы?

Дмитрий Швидковский: Я, действительно, хотел быть палеонтологом, мне ужасно нравились… ну, это теперь, раньше не было динозавров…

Максим Митченков: Их и сейчас нет, на самом деле…

Дмитрий Швидковский: В общем, да, кроме, как в магазинах.

Максим Митченков: Как определились то в итоге?

Мария Карпова: Что перевесило?

Дмитрий Швидковский: У нас в соседнем подъезде жил папин приятель, профессор Мархеев, замечательный совершенно, он взял, схватил меня, отвел к себе, посадил на табуретку, поставил голову гипсовую Цезаря, по-моему, и говорит: «Рисуй». Ну, я сижу, рисую – ничего не получается, и он на меня нарисовал карикатуру, как я сижу, я и тогда был довольно полный, а табуреточка маленькая, я так от нее обвисаю и плачу, и я действительно плакал: у нас была канарейка, и она превратила Цезаря не весть во что, мы ее выпускали, она свободно летала и вот нет, чтобы на Сократа нагадить, на Венеру – она только на Цезаря и превратила его в состояние, когда я просто не мог уже его рисовать, это были какие-то канареечные сталактиты и отмыть это было очень трудно, но слава богу Цезарь на экзамене мне не попался – Венера, Венера канарейке совершенно не нравилась, и я справился, поступил в институт.

Мария Карпова: А Вы сегодня так же мучаете своих абитуриентов, студентов – они тоже рисуют Цезаря?

Дмитрий Швидковский: Знаете, хуже еще, во-первых, ЕГЭ нужен очень высокий и еще 3 наших экзамена: вот эта голова, потом композиция, но композиция ладно, там геометрические какие-то ящички, это все рисуют, а вот черчение у нас просто сдать… я не могу.

Максим Митченков: Мы узнали, что у Вас есть…

Мария Карпова: Ну, как Вы сами говорите, фантастическая кафедра…

Максим Митченков: Фантастическая кафедра.

Дмитрий Швидковский: Есть, называется «Экстремальных сред».

Максим Митченков: Да.

Дмитрий Швидковский: Они создают поселения с абсолютно замкнутой, с искусственной жизненной средой, они этим в основном занимаются.

Максим Митченков: Это под колпаком что ли?

Дмитрий Швидковский: Под колпаком, мы провели конкурс на лунное поселение, 500 человек участвовало только наших студентов.

Мария Карпова: Да-да-да.

Дмитрий Швидковский: Мы, честно говоря, этого не ожидали, мы хотели штук десять, до сих пор не разобрались, это недавно совсем было.

Мария Карпова: Ну, вот с приходом новых технологий: все эти планшеты, гаджеты, как это называется, есть какие-то профессии, направления в архитектуре, которые будут не востребованы, которые вымрут?

Дмитрий Швидковский: Я не думаю, потому что, например, сейчас создаются по инициативе Союза архитекторов и мэрии Москвы именно на невостребованные профессии, куда люди не идут – это техники-архитекторы с трёхлетним образованием, даже такие востребованы профессии, а уж все остальные направления в архитектуре… у нас остается конкурс совершенно стабильный.

Мария Карпова: Да, 7-8 человек на место, да?

Дмитрий Швидковский: Да.

Максим Митченков: А почему тогда наши архитекторы не известны на весь мир, не гремят, как некоторые западные?

Дмитрий Швидковский: Вы знаете, во-первых, потому что наши архитекторы почему-то не рассказывают о том, что они делают. Конкурс на небоскреб самый современный на Манхеттене выиграл Юрий Григорян – наш профессор, кафедральный собор в столице сербской Краине, это автономная Республика в Боснии, выиграли наши даже студенты, ну, например, все сады на Лазурном берегу последние 10 лет делают наши ландшафтные архитекторы, а мой однокурсник Миша Тумаркин построил новый дворец султану Брунея…

Максим Митченков: Неслабо!

Дмитрий Швидковский: Неслабо, но султанам, конечно, тяжело, султан хочет большую коммунальную квартиру, очень большую, но беда в том, что он… ну, каждой жене по этажу, общение там…

Максим Митченков: А если много жен, то там…

Дмитрий Швидковский: А он еще любит разводиться, поэтому число этажей всё время туда-сюда, туда-сюда и проектировать очень тяжело, но дворец почти застроен, но один этаж пришлось в последний момент сломать.

Мария Карпова: Потому что он развелся…

Максим Митченков: Из-за развода.

Дмитрий Швидковский: Из-за очередного развода, да. Почему, например, это не опубликовано в России?..

Мария Карпова: Мы не знаем, почему?

Дмитрий Швидковский: И я не знаю, меня это очень удивляет.

Максим Митченков: Вот мы про это и говорим.

Дмитрий Швидковский: Ну, может быть, султан не хочет популяризироваться, но почему Нью-Йорк, например…

Мария Карпова: Да-да.

Максим Митченков: А как Вы относитесь к тому, что Москва меняется, вот говорят, что урбанисты захватили сейчас город, всё меняют?..

Дмитрий Швидковский: Вы знаете, если говорить опять же о популяризации, то иностранцам, то, что делается иностранными архитекторами и вообще тем, с кем мы общаемся – как ни странно, стала Москва очень…

Максим Митченков: Нравиться?

Дмитрий Швидковский: Нравиться. Вы знаете, я выступаю против Венецианской хартии: всё оставлять как есть, главное, ничего не строить в исторических стилях, а я считаю, что Москва слишком много потеряла, чтоб позволить себе не восстанавливать утраченные памятники.

Максим Митченков: А у Вас есть какой-то топ-3, например, объектов московских, которые Вы бы восстановили, в первую очередь?

Дмитрий Швидковский: Да, это, прежде всего, стена Китай-города, потому что она дала бы структуру города. Конечно, нужно всё-таки, может быть, не совсем на том месте, но восстановить Сухареву башню, и я бы максимально выявил то, что есть в земле, то, что даже сейчас пунктирно начинают выявлять слава богу – это стена Белого города.

Максим Митченков: Да, ну, а что мешает: дороги, коммуникации, дома?

Дмитрий Швидковский: Ничего не мешает, надо только желание, потому что там дорог нет.

Максим Митченков: Мы хотим Вас еще раз поздравить с днем архитектуры, с Вашим профессиональным праздником, и всех архитекторов тоже!

Дмитрий Швидковский: Спасибо!

Максим Митченков: И спасибо, что зашли к нам в гости, было дико интересно!

Дмитрий Швидковский: Спасибо, мне очень было приятно!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)