Владимир Винокур

Голос за кадром: Он выходит на сцену, надувает щеки, издает несколько громогласных звуков и зал умирает от смеха. Владимир Винокур – мастер пародий, в совершенстве владеющий своей профессией. Это его работа, выполняет ее Винокур, надо сказать, виртуозно: непрекращающийся смех в зале на протяжении уже более сорока лет тому подтверждение.

Дмитрий Кириллов: Ваша первая специальность – строитель, вы были каменщиком, маляром и, по-моему, даже сварщиком на ВДНХ?

Владимир Винокур: Да.

Дмитрий Кириллов: Ваша первая роль на сцене – зад осла?

Владимир Винокур: Задняя часть осла, да, попона и задняя часть.

Дмитрий Кириллов: Ваш самый любимый зритель - этот тот, кто громче всех смеется в зале?

Владимир Винокур: Ничего подобного, самый мой любимый зритель - это тот, кто сидит с каменным лицом, а в финале хохочет.

Дмитрий Кириллов: Вы любите работать в новогоднюю ночь, потому что платят в два раза больше?

Владимир Винокур: Я никогда не работаю в новый год, потому что у мамы день рождения.  

Дмитрий Кириллов: Алла Пугачёва сказала, что ваша мама плохо готовит фаршированную рыбу?

Владимир Винокур: Неправда, она сказала, что ее мама тоже готовит, но моя лучше.

Дмитрий Кириллов: А правда, что президент Путин поздравил вашу маму с юбилеем, а она подумала, что опять розыгрыш?

Владимир Винокур: Да, это было.

Дмитрий Кириллов: Вы многого добились, потому что всегда слушались маму, мама плохого не пожелает?

Владимир Винокур: Ну это правда.

Дмитрий Кириллов: Вы знакомы с президентом Трампом?

Владимир Винокур: Кто ж с ним не знаком, я ему рассказывал анекдот, у меня есть фотография с ним.

Дмитрий Кириллов: Дочь Анастасия ваша полная копия, но танцует намного лучше, чем вы?

Владимир Винокур: Ну она копия как артистка, в смысле по таланту, а внешне, слава Богу, похожа на жену.

Дмитрий Кириллов: Авария стала поворотным моментом в вашей жизни?

Владимир Винокур: Поворотным, потому что остался жив, по-другому стал смотреть на жизнь.

Дмитрий Кириллов: Вы верите в своего ангела-хранителя?

Владимир Винокур: Верю.

Дмитрий Кириллов: Мартынов, Оганезов, Кобзон, Якубович, уже не говоря о Лещенко – это все друзья, дружба – это тяжёлый труд?

Владимир Винокур: Я думаю, что тяжелый, потому что он круглосуточный.

Дмитрий Кириллов: По примеру Тимати вы уже в зрелом возрасте увлеклись татуировками?

Владимир Винокур: Я ж не просто разрисовал себя, с одной стороны у меня Анастасия, которая танцует испанский танец, а с другой стороны клоун джокер – это я.

Дмитрий Кириллов: А правда, что вы можете сымитировать разговор на любом языке, не зная этого языка?

Владимир Винокур: Не слушайте никого это врут конечно.

Дмитрий Кириллов: Жена Тамара, мама, дочка Настя, внук Федор – они важнее чем сцена?

Владимир Винокур: Они на равных, если бы они были важнее чем сцена, я бы уже все-таки ушел на пенсию, потому что по возрасту я уже давно пенсионер, но у нас не уходят, у нас уносят.

Голос за кадром: Карьеру артиста эстрады, Владимир Винокур начала в далеком 1974 году, выступая с собственной репризы в составе супер – популярного ансамбля "Самоцветы", в 1977 году друг КВНщик Леонид Якубович предлагает начинающему пародисту Винокуру выступить с его монологом про старшину на всероссийском конкурсе артистов эстрады. Дебют оказался успешным, став лауреатом конкурса, Владимир Винокур решил уйти в свободное плавание и выступать сольно на сцене.  

Дмитрий Кириллов: Мама была довольна вашим выбором, что вы будете артистом?

Владимир Винокур: Мама и была довольна, потому что мама гуманитарий единственный в семье, потому что отец инженер-строитель, брат инженер-строитель, оба закончили ЛИСИ, поэтому отец мечтал, чтобы я закончил техникум и потом пошел в строительный институт именно ЛИСИ.

Голос за кадром: Чуть ли ни каждый второй дом в Курске построил отец Владимира Винокура - Натан Иосифович, в его подчинении находились тысячи людей. Еще бы, он известный человек в городе – руководитель треста "Курск промстрой". Не случайно отец мечтал, что младший сын продолжит его дело. Окончив же техникум, Володя и не собирался связывать свою судьбу со строительством, хотя практику на стройке прошел успешно.

Владимир Винокур: Прораб мне сказал: "На тебе пять рублей, ты стажер, должен прописываться, мастер не может так начать свою работу, сходи в магазин". Пять рублей, 2,87 стоила бутылка водки, потом сырок "Дружба", колбаса нарезанная, бутылка кефира. Задаю вопрос: "Хорошо, это закуска, а кефир зачем? – "Помолчи, салага". Наливает 250 гр. стакан граненный. "Выпивай и запивай стаканом кефира". Лето, жара, думал я умру и вдруг кричат: "Винокур приехал". Отец приехал проверять этот участок, где я работал.

Дмитрий Кириллов: А сын уже "прописан"?

Владимир Винокур: Да и я прыгаю в траншею, я хватаю лопату и начинаю тоже копать. Идет вокруг свита, прораб, он говорит: "Вы не волнуйтесь, все прекрасно, вот у нас работают даже вот эти практиканты, видите, он мастером будет, а он все равно взял лопату и работает, работает". Отец говорит: "Ну правильно, пусть понимает, как вгрызаться в работу". А я там вгрызаюсь еле-еле, отец все понял. Я, когда вечером пришел, старший брат, который был уже строителем, начальником управления, ему была поручена работа с молодым составом, меня поставили под душ холодный, он меня поливал, и я понял, что это не мое.

Голос за кадром: Не дождавшись получения диплома строительного техникума, Володя пошел поступать в ГИТИС. Талантливого паренька педагоги приметили, но вот только не знали, что документа о среднем образовании у него еще нет, такую авантюру ректор допустить не мог и Володя оказался в армии.

Владимир Винокур: Два года в армии и второй раз, когда я поступал, уже без вопросов поступил. Во-первых, в военной форме пришел, меня уже знали, потому что я поступал. Сначала принимал меня Лещенко, он ко мне подходит, я же не знал кто это, молодой парень подходит с другом: "Ты, солдат, поступать"? – "Да". – Я из приёмной комиссии, сейчас можем тебя послушать, сейчас"

Дмитрий Кириллов: Как Фрося Бурлакова!

Владимир Винокур: А я не смотрел "Приходите завтра" я пошел, полная аудитория, молодые какие-то люди,он и говорит: "Это наши сотрудники, давайте. Привели концертмейстера, арии, романсы, потом танцевал, рассказывал, как положено басню, прозу, стихи.

Дмитрий Кириллов: А те все на полном серьезе?

Владимир Винокур: На полном серьезе, этот парень сказал: "У тебя надежда есть, старик, есть данные, завтра не опаздывай на экзамен". Я прихожу на экзамен, мне говорит декан: "Ты почему вчера не пришёл на консультацию"? Я говорю: "Как, я был, член комиссии меня слушал". Вдруг дверь приоткрывается, заглядывает этот член комиссии, а декан кричит: "Лещенко, закрой дверь с той стороны, обнаглели, выпускники"! Короче я сдал, поступил, мщу до сих пор этому парню.

Дмитрий Кириллов: Дружба, которая длится практически полвека.

Владимир Винокур: Да, так и мой брат старший, который ушел из жизни рано, он считал Леву братом и отец его любил мой, мама любит его, сейчас маме было 96 лет, я собирал друзей, кто был в Москве после нового года, у нее первого числа, но я третьего собрал, Лева приехал. У Левы рано мама умерла, практически он у нас был как приемный.

Дмитрий Кириллов: Получается, что она теперь для многих ваших друзей?

Владимир Винокур: Да, так все считают, Йосиф, она говорит, что на днях звонил Кобзон, извинялся, что не мог прийти, поздравил ее, жена пришла. Да все ребята, Саша Маршал к ней забегает.

Дмитрий Кириллов: Отец, когда уже понял, что никуда не деться, он долго не мог с этим смириться сначала?

Владимир Винокур: Он потом смирился, мы все его звали главный режиссер", потому что он ходил на все концерты, сидел смотрел на зал, на реакцию.

Дмитрий Кириллов: Как продюсер выступал?

Владимир Винокур: Да, он мне писал памятки: "К премьере спектакля сбросить 10 кг, пошить костюм, обязательно чтобы был музыкальный номер песня в программе". Все он мне описывал, а я все это обрабатывал и докладывал: "Товарищ начальник, по вашему приказу сделано это и это". Много выполнено было из того, что он выписывал. У меня такой ритуал, когда хожу к отцу и брату (они похоронены на Кунцевском кладбище), у меня там несколько могил, к которым я подхожу и кланяюсь: это отец, брат, рядом с отцом Юрий Васильевич Силантьев, недалеко Женя Мартынов, Валера Харламов, с которым мы очень дружили, Женя Белоусов, мой земляк, который совсем рано ушел. Так что, когда я туда еду, я один всегда езжу, это как очищение, я возвращаюсь и начинаю летать на работе, везде, делаю все возможное.

Дмитрий Кириллов: Ощущение что повидался.

Владимир Винокур: Да.

Голос за кадром: 27 января 1992 года для Владимира Винокура стал вторым днем рождения. В страшной автокатастрофе в Германии он выжил, а вот двое друзей, ехавшие в этой же машине, разбились насмерть. Военные врачи собирали любимого артиста буквально по частям, никто и представить тогда не мог, что Владимир Винокур не только выживет, но выйдет на сцену и останется в профессии. Все близкие, как могли поддерживали любимого друга, кто воочию, кто по телефону: Леонтьев, Ротару, Кобзон, Глызин, конечно же Лещенко, а еще Юрий Никулин и Евгений Леонов.

Владимир Винокур: Старшее поколение удивительных людей, кроме моих друзей близких, коллег.

Дмитрий Кириллов: Такое соучастие, сопереживания.

Владимир Винокур: Да, психотерапия действует иногда сильнее чем таблетки, врачи.

Дмитрий Кириллов: Но вам нельзя было сдаваться, Настя же совсем маленькая была.

Владимир Винокур: Да, она приезжала ко мне с женой, ей было семь лет, она в школу уже пошла.

Дмитрий Кириллов: Надо было выздоравливать!

Владимир Винокур: Да и я это сделал!

Дмитрий Кириллов: О Насте несколько слов.

Владимир Винокур: Настя – моя гордость, потому что ей досталась доля нелегкая, потому что мама ее отдала по своим стопам в балет, а это очень трудная работа, Дюссолеевский цирк ее увлек, она делала трюки там немыслимые, работала в кольце, на канате, она, конечно удивительная девочка. Без страховки! Я ей еле доказал, что от этого хорошие дети не рождаются, надо опуститься на землю. Конечно она свое место имеет в театре, она характерная артистка, у нее очень хорошие партии, известные, она молодец.

Дмитрий Кириллов: Большой театр – это вообще проверка, если ты Большой театр прошел, уже ничего не страшно.

Владимир Винокур: Да, попав в Большой театр, ей все время нужно было и творить, и доказывать, что она не просто дочка известного артиста, а она личность и она доказала это.

Дмитрий Кириллов: Вы же впервые были продюсером фильма большого, да? Матильда.

Владимир Винокур: Да, моя жена Тамара прочитала про Матильду, ей показалось что она очень похожа с Настей по фотографиям.

Дмитрий Кириллов: Это ее была идея?

Владимир Винокур: Да, "вот бы кто-нибудь снял". Я рассказал своим друзьями и в общем, началась.

Дмитрий Кириллов: Так это вы, можно сказать, заразили?

Владимир Винокур: Да, хороший сценарий написали, Настя даже пробовалась и хорошо пробовалась, но потом Настя прочитала материал, сказала, что роль очень сложная и это надо быть артисткой, актрисой драматической – она не согласилась. Это было так мужественно и здорово, она говорит: "Пап, если не хочешь, чтобы смеялись надо мной и над тобой…". Это правильно очень хороший вышел фильм, яркий, лиричный, добрый, а шум - он только на руку.

Голос за кадром: Сегодня существовать в жанре Пародии непросто, пародируют друг друга все, кому не лень, но делать это мастерски и профессионально, могут единицы.

Владимир Винокур: Это очень трудная работа, кажется, что это так - сделал, скопировал голос, манеры, внешний эффекты, слабости артиста, жесты (зажим называется).

Дмитрий Кириллов: Второй план должен быть?

Владимир Винокур: Ну конечно, если я, когда делал пародию на Муслима Магомаева, я мог еще не начать петь, но, если я делал руки вот так разводил и делал лицо, это был Муслим. Если Лева Лещенко, если Хазанов и так далее.

Дмитрий Кириллов: Еще друг Мартынов, да?

Владимир Винокур: Да, мы с Женей ездили много, была такая группа психологической поддержки наших спортсменов и мы конечно сдружились там в этих поездках,

Дмитрий Кириллов: Где это было?

Владимир Винокур: Это было в Мексике, мы сидели в отеле в номере: Лещенко, я и Оганезов, искали уже, с собой брали, покупать было дорого, выпить немножко. Я говорю: "У Жени, наверное, осталось". Набираю 304 номер, говорю: "Здравствуйте, я немножко говорю по-русски, с нами говорил ваш шеф, хотим пригласить вас на телевизионный канал на съемки, чтобы спеть ваш песня". Он говорит: "У меня с собой фонограммы нет, только пластинки". Я говорю: "Я поговорю с шефом, но у нас на гастролях есть оркестр американский, вы напишите партитуру, вот эта песня Аленушка, Иванушка, бее, мее. Мы можем вам заплатить тысячу долларов и пятьсот в конверте". И положил трубку. Говорю: он точно к нам прибежит!" Они говорят: "Почему"? – "Шок, а потом бумага нотная только у Оганезова". Прибегает Женя: "Сейчас телевидение мексиканское звонило, получил предложение интересное, даже бабки обещали, есть бумага нотная"? Дали ему, убежал, мы сидим, я говорю: "Ребят, ну неудобно (а бутылку принес), во-первых, человек принес бутылку, ночь будет писать". Набрали: "Вас не надо писать партитур, потому что мы нашли фонограмма". – "А кто поет"? – "Элтон Джон, мы оставим фонограмму, минус и вы споете, утром буду звонить". Мы сидим, завтракаем, мы медленно кушаем, а Женька проглатывает все, я говорю: "Куда ты"? – "Сейчас чувак будет звонить". Мы в номер тоже к себе: "Сеньор, я хочу с вами поговорить". Он говорит: "Постойте, у меня просьба, у нас тут Лещенко, Винокур и Оганезов пианист". Я говорю: "Вы поймите, у нас бюджет, это то что шеф сказал 1000 долларов вам и 500 в конверте, про конверт никому не говорите, в посольстве у вас отнимут". – "Я понимаю, ладно, мы поделимся". Кладем трубку, какой потрясающий человек, ну Женьку нельзя больше... Я звоню ему: "Сэр, у нас такой случай, вы извините, у нас забастовка телевизионная, посмотрите в газете (а там в любой газете снимки – идут с плакатами), зайдите в 407, там все объяснят. Я прячусь в шкаф, Женька вбегает: "Совсем фигня какая-то, забастовка на телевидении". Левка говорит: "Да вот, газета, все отменили". Я из шкафа говорю: "Сеньор, приготовиться, съёмка". Ну, в общем, я вышел из шкафа, он гонялся за мной по всей гостинице! А параллельно я Петросяна разыгрывал, я его в армянскую общину приглашал: "Товарищ Петросян, армянская община вас любит очень, у нас Акопян был, мы ему золотой брошь с бриллиантом подарили, жене. У вас есть жена"? Он говорит: "Да, Люся". – "Приходите к нам в гости, мы вам будем рады". Потом в автобус сели мы, ехали в Олимпийскую деревню к нашим спортсменам, это в Мехико было. Я ему звоню: "Товарищ Петросян, это из армянской общины, к вам подойдет человек в деревне, это наш человек. Скажите барымзыс и он вам передаст пакет, а вы его в Москву отвезете". Он говорит: "Нет, что вы, не надо". А у нас в посольстве был прием. Женя подходит, говорит: "Дайте атташе по культуре, мне нужно посоветоваться". Ему показали, он ошибся и подошел по безопасности к чуваку и говорит: "Меня в армянскую общину приглашают, идти или нет"? Ему говорят: "вы что, это провокация, никакой тут нет армянской общины". Мы в автобусе все встречаемся, Женька Мартынов говорит: "Вот Винокур пять дней мне мозги парил с этим телевидением Мексиканским" и сидит Женя Петросян и говорит: "Со мной тоже он разговаривал, но я–то сразу понял, что это розыгрыш". До сих пор мы смеемся, вспоминаем, а Женьки, к сожалению, нет Мартынова.

Дмитрий Кириллов: Хочу немного слов о Тамаре, потому что Тамара -  это вся ваша жизнь.

Владимир Винокур: Да, я рекордсмен в шоу-бизнесе, потому что один из немногих, кто не поменял состав семейный. Она энергичный человек, это наша опора, тем более сейчас, когда растет Федя.

Дмитрий Кириллов: Как вы себя ощущаете в роли деда?

Владимир Винокур: Это вообще чувство немыслимое, я никогда не верил своим друзьям, просто у меня поздняя дочь была, поздний внук, но это ощущение конечно… Я стал спешить домой, узнаю, когда он гуляет, чтобы в парке с ним погулять!

Дмитрий Кириллов: Жизнь идет, как пел Бернес, будут внуки, потом все опять повториться сначала.

Владимир Винокур: Да, сначала.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

в гостях у Дмитрия Кириллова

Комментарии

  • Все выпуски
  • Интервью